Черты вампирской жизни: ход на удачу

      — Что это? — бубнит себе под нос Тэхён и никак не может задержать взгляд на чём-то одном: то на лицо альфы засматривается, то на руки открытые, то на плечи широкие...       — А то, Тэхён, что тебе и принадлежит. — посмеивается Юнги с реакции омеги и мысленно потирает ладони. Он прекрасно видит этот взгляд. Так Намджун на Сокджина вечно смотрит, так шокировано и любовно.       — Мне? — не с первого раза понимает фразу Ким и переводит взгляд на Мина, который в свою очередь не даёт отвлечься от происходящего.       Тэхёну прекрасно видно, как Чону неудобно идти в такой непривычной одежде, но, по крайней мере, альфа ведёт себя очень уверенно в ней. Ну или хотя бы старается так себя вести.       — Привет? — скромно здоровается Чонгук, подойдя к друзьям, но их реакция всё больше заставляет его мысленно сжаться. Вот поэтому он и носил тёмную одежду с глубоким капюшоном. Так хотя бы не могли в наглую разглядывать его лицо. Ну а теперь ему кажется, что все вокруг пялятся на него, как на попугая. Он же не зверушка из зоопарка какая-то, лишь обычный человек, как и все остальные. Жаль, что не каждый это понимает.       — Чимин, — напряжённым голосом обращается к Паку Дасом. — дай мне пощёчину, пожалуйста. Я не верю, что это реальность.       — Вот видишь! — омега радостно бьёт ладошкой Чонгука по плечу. — Я же говорил, что им понравится!       Гук с трудом удерживается на ногах от резкого толчка. Он, летая в облаках, совсем не замечал происходящего, ну и Чимина тоже.       — Что? — переспросил он, потирая место удара.       — Понравилось им, говорю. Вон как глядят на тебя. Не зря я весь вечер на это потратил.       Пак в очередной раз сканирует образ старшего и, заметив небольшую складку, лезет распрямлять её. Вот только желание сделать образ красивее не смогло осуществиться, потому что альфа сразу же отбился от рук Чимина, дав понять, что больше ничего делать не требуется, и так всё нормально.       — Чонгук. — вдруг раздаётся взбудораженный голос. Все на секунду переводят взгляд на смутившегося Хосока. — Нам бы поговорить наедине.       Гук старается не смотреть на него. В сердце отдаёт странным чувством, до ужаса похожим на обиду. Он понимает, о чём пойдёт разговор, но вести его совсем не хочет. Не сейчас.       — Может, пойдём в класс? Надоело ощущать все эти взгляды. — проигнорировав вопрос, быстро говорит Чон и, взяв под руку заворожённого его красотой Тэхёна, первым направился в нужную сторону. Следом за ним пошёл Дасом, напоследок кинув взволнованный взгляд на Чимина, уходящего к Саэму.       — Да не переживай ты. — говорит спокойный голос омеги, рядом с которым остался стоять лишь Хосок. Юнги, находясь в хорошем расположении духа, положил ладонь на плечо альфы и прижал того к себе. — Гуку просто не нравится, когда на него так пристально смотрят. Он обязательно поговорит с тобой, просто дождись, когда рядом будет как можно меньше свидетелей.       Быстро поблагодарив Мина за поддержку, Чон направился за друзьями.       — Хотя, кто знает? Может, ему свидетели не нужны... — бормочет себе под нос Хосок, поднимаясь по лестнице.       Да, этот день будет для него довольно трудным.

***

      Столовая. Старая добрая столовая, которую не обошло мимо ни одно происшествие.       Компания сидит на том же излюбленном месте, но уже без такого радостного настроения. Чонгук как был мрачным и зажатым, так и остался. Но есть один важный момент, который заметили друзья! Он ведёт себя так, когда находится рядом с ними. Если же поблизости появляется тот, кого быть не должно, то он вмиг становится вполне уверенным в себе альфой без лишних загонов. Странно? Странно. Ещё бы понять до конца, зачем именно он так неожиданно оделся во всё белое.       — Чонгук, — снова подаёт голос Хосок. За последнее время он уже предпринял несколько попыток поговорить, но все они не удались. — Как насчёт прогулки после занятий?       — У меня планы. — вновь отвечает Гук, даже не посмотрев на друга.       На все подобные вопросы он отвечает только так и никак иначе. Тэхён с Дасомом уже давно это поняли и теперь пытаются понять и то, почему Хо так настойчиво пытается куда-то пригласить Чона.       Чонгук в это время ощущает на себе постоянные взгляды. Кажется, каждый столик заинтересован лишь в нём. Нет, Гук не дурак, он прекрасно понимал, что так и будет. Но, как сказал ему папа, нужно вести свою игру. Нужно дать Ареуму понять, что он не боится идти на риск, что он не страшится выйти из зоны комфорта.       — Чонгук! — а вот и Кан. — Что-то давно мы не виделись. Тебе не кажется?       Омега, словно кошка, мягко садится на свободный стул поближе к Гуку. Поставив локоть на стол, он упирается подбородком в ладонь и словно любовным взглядом смотрит на альфу. Тэхён при виде этого хочет то ли провалиться под землю, то ли накинуться на Ареума и расцарапать его красивое личико.       — Предпочёл бы вообще никогда тебя не видеть. — вдруг отвечает Чон и бросает на пришедшего короткий, но уверенный взгляд.       — Да ну! — смеётся Кан и лезет в карман. — Не обманывай хотя бы самого себя. Меня ты больше всех хотел увидеть за этот день.       — Не вокруг тебя Земля вертится. — охотно отвечает ему Чонгук, от чего трое сидящих ещё больше не понимают происходящего. Как с ними, так он молчит, а как Ареум...       — Жаль... — вздыхает омега и с грустным взглядом смотрит куда-то под ноги, но не проходит и пяти секунд, как вдруг он снова веселеет и, достав телефон, вертит им вокруг альфы. — Конечно не вокруг меня. Вокруг моего телефона!       Чонгук внутри бесится, словно бык, готовый напасть в любой момент. Телефон омеги для него, как так самая красная тряпочка.       Тэхён и Дасом дёргаются от неожиданности, когда Гук резко хватает чужой телефон с одной стороны и тянет на себя. Ареум, предугадавший такое развитие событий, вмиг хватает свою вещь таким же образом. Лишь Хосок, закрывшись ладонью с одной стороны, мирно поедает свою еду. Ему стыдно. Очень стыдно за то, что всё происходящее началось из-за него.       — Чонгук. — достаточно громко произносит Кан, глядя прямо ему в глаза. — Ты ведь так не любишь чужие взгляды на себе. Так зачем ты сам привлекаешь столько внимания? Здесь уже чуть ли не вся школа на нас посмотреть собралась.       Боковым зрением Гук быстро огляделся вокруг и действительно увидел огромную толпу, что в открытую пялились на них. Под победную ухмылку Кана он неохотно отпускает телефон и с трудом сдерживает себя, чтобы не ударить ладонью по столу.       — Пару часов, Чонгук. Пару часов. — повторяет Ареум прямо у него под ухом и, грациозно поднявшись со своего места, уходит прочь.       Тэхён видит, в каком состоянии сейчас находится Гук. Причём это состояние никак не назвать хорошим. Альфа пялится в одну точку, усердно о чём-то думает, да ещё и кулак со всей силой сжимает, настолько уж злость в его жилах кипит.       — Гук, — тихо обращается к нему Тэ. От мягкого, нежного голоса альфа понемногу забывает о проблеме и обращает всё внимание на парня. — Что это было?       Увидев взволнованный взгляд Кима, альфа вновь задумался, но уже совсем не на долго. Нужно было уйти от темы, но так, чтобы не соврать.       — Я просто исправляю чужие ошибки.       В этой фразе хранились все его чувства и эмоции. Быстро кинув взгляд на Хосока, он заметил, как тот, закрыв глаза ладонью, старался вести себя максимально незаметно. Стыд. Это определённо стыд.       Занятия окончились, и ученики вмиг выскочили из здания, наконец-то почувствовав себя на свободе. Тэхён уже успел попрощаться со всеми и уйти домой, Дасом тоже нашёл причину смыться.       — Так как насчёт разговора? — вновь предлагает Хосок и, схватив Гука за руку, сам ведёт его в сторону парка, где всегда мало кто ходит. — Наедине.       Альфа же противится, вырывает руку и продолжает идти в свою сторону.       — Ну чего ты? Давай уже решим все проблемы и заживём нормально. Тебе же самому так жить не нравится.       Но Чонгук словно не слушает его: всё идёт и идёт, не обращая внимание на чужие изречения.       — Да стой же ты! — быстро теряет терпение Хоби, вновь хватает друга за руку и уже со всей возможной силок тянет на себя. Гук, не ожидая такого, поддаётся толчку и всё же оказывается лицом к лицу с Хо. — Хотя бы просто послушай.

***

      Намджун, уставший после долгой работы, заваливается в спальню. Ноги не держат, хотят согнуться и повалить тело на пол, но хозяин стойко заставляет их идти дальше. Альфа бросает на кровать какую-то папку, в которой с виду совсем не много листов. Джин, делающий «аппликацию» из фотографий и данных про Кима, внимательно смотрит на принесённую вещь.       — Что это?       Намджун, счастливо упав на кресло, вздыхает.       — А не ты ли просил информацию про Тэхёна достать?       — А, так вот что это. — понимает Сокджин и охотно тянется к папке. Теперь он знает чуть больше о прошлом Тэ, что, вполне возможно, поможет ему в дальнейшем.       — Джин, — обращается к нему супруг, но в его голосе звучит неподдельное сомнение. — может, всё же к психологу?       Теперь уже вздыхает омега. Сколько раз они заводили этот разговор? Сокджин бросает несколько взглядов на Джуна и о чём-то раздумывает. Может, всё же стоит начать доверять?       — Не хочу, чтобы в моей голове копался не пойми кто.       — Я могу найти того, кому ты сможешь доверять. Сам же знаешь! — вмиг восклицает Намджун и упирается локтями в колени.       — Знаю. — задумчиво бурчит Джин. — Но я ведь не единственный, у кого есть проблемы. Другие же с ними справляются. Почему я не смогу?       Альфа, щурясь, внимательно разглядывает идеальное лицо супруга.       — Потому что ты и не пытаешься. Зачем доводишь детей, если понимаешь, что не прав?       — Потому что в Тэхёне есть что-то странное. — признаётся омега и заходит в интернет на планшете. — Я пока что не знаю что именно, но я это найду.       Джун понимает, что корни проблем берут начало из того, что происходило много лет назад, и единственный способ всё исправить — понять, что же на самом деле случилось.       — Не хочешь поговорить? — аккуратно спрашивает Намджун, не до конца веря, что в этот раз разговор сможет получиться.       Джин молчит, разглядывает всё то, что успел сделать. В середине доски — фотография Ким Тэхёна. Омега не лишён привлекательности, что, несомненно, идёт ему в плюс. Да и сам по себе Тэ подходит его сыну, но пока что Сокджин не собирается отступать.       — Очень обидно было слышать слова воспитателей об этом. — неуверенно начинает Джин, а Намджун от удивления задерживает дыхание. Теперь главное не спугнуть этот порыв признаний. — Возможно, я унаследовал это чувство от папы, поэтому так себя веду. Знаешь, я бы не стал мешать Гуку, если бы не видел в нём себя. Кажется, он будет таким же.       — Каким? — шепчет Джун, но даже так в его голосе слышно неподдельное переживание. Что уж говорить об уставшем взгляде, который лишь подкрепляет предположение об этом чувстве.       — Как я. — медленно произносит омега и, кажется, вот-вот заплачет. Ему до боли трудно признавать, что это правда.       — Джин, не придумывай. — сразу же тараторит Джун, чтобы не допустить слёз на любимых щеках. — Всё будет хорошо, ты абсолютно нормальный, а Гук уж тем более. Просто дай ему жить так, как он хочет.       Джин внимательно смотрит на супруга и прекрасно видит, что вопросы ещё не закончились.       — А о каком чувстве от папы ты говорил? — чуть ли не шёпотом спрашивает Намджун, но почти сразу же понимает, что ответа не получит. Джин прижимает колени к груди и отворачивается. До ушей альфы доносятся тихие всхлипы.       — Любимый, — вдруг снова обращается к нему Намджун. Он редко называет так Джина, поэтому омега каждый раз с нетерпением ждёт такие моменты. — прошу, не порти жизнь Гуку. Он уже достаточно взрослый, чтобы сам выбирать, как и с кем жить.       — В том-то и дело, что ничего я не порчу. Сейчас ему кажется, что всё хорошо, любовь на века и всё такое. — Сокджин вновь поворачивается к Намджуну, не скрывая ни единой эмоции. — А потом он поймёт, что совсем не такой, как ему казалось. Ну возьмёт он замуж Тэхёна. А дальше что? Семейная жизнь — это совсем не то, чем кажется с самого начала, ты это прекрасно знаешь. Они начнут надоедать друг другу, подростковый период сменится взрослой жизнью. У них изменятся вкусы, желания. Взгляды на жизнь... Джун, я просто не хочу, чтобы Гук усложнял своё существование.       В глазах омеги было столько боли и грусти, сколько Намджун не видел никогда в жизни. Именно это и заставило его замолчать, тем самым закрыв тему.       — Еда уже ждёт тебя на кухне. — тихо сообщает Джин и приступает к изучению папки.       Намджун уходит, начиная прокручивать в голове их разговор, и все размышления приводят его лишь к одной мысли — это определённо связано с его нежеланием иметь собственных, кровных детей.

***

      — Хотя бы просто послушай. — настойчиво просит Хосок, крепко схватив друга за обе руки.       Во взгляде альфы читается неподдельное желание оттолкнуть Хоби и уйти в закат, чтобы как можно дольше не видеть его.       — Ну. — грубо говорит Гук. — Говори, раз хотел. Что молчишь?       — Ты меня ненавидишь. — во взгляде Хосока ясно виден страх, который тот пытается сдерживать. — Чонгук, ну правда, прости. Я не хотел, чтобы так получилось. Просто поверь.       — Один раз уже верил, что меня не предадут. — грубо перебивает его Гук. — А что в итоге?       — Но я же не предавал! — негодует Хо и бьёт руками воздух. — Погоди. Тебе Юнги рассказывал, как на самом деле всё было?       Чонгук молчит, сверлит тяжёлым взглядом собеседника. Альфа прекрасно видит, как Хоби нервничает, но успокаивать его не спешит, считает, что так ему и надо.       — Да, он дал мне папку, потому что хотел, чтобы я тоже почитал и оценил. И знаешь? — Хосок заглянул прямо в тёмные глаза. — Мне правда понравилось. Но так получилось, что Ареум ко мне поговорить пришёл, я ушёл на время к родителям и его одного с папкой оставил. Он сам полез туда!       — И что с того?       Для Гука эти слова звучали дешёвым оправданием, поэтому и слушать Хо ему совсем не хотелось.       — Я понимаю, что виноват, но не на столько же, чтобы всю вину на меня вешать. — тараторит Хоби и мысленно себя по губам бьёт за последние слова.       Альфа хмурится.       — И что мне теперь сделать? Просто сказать, что я тебя простил?       — Нет. Чонгук, просто поверь. Мне правда понравилось то, что ты пишешь. И ты представить не можешь, как плохо мне от того, что всё так получилось. Теперь у тебя с Каном проблемы, у меня с Юнги и... Я понимаю, что виноват, но давай не будем воевать из-за этого. Если хочешь, можешь не верить мне, но... Чонгук, я правда хочу дружить. Честно. Давай забудем об этом и будем жить нормально?       — Юнги? — спрашивает Гук после долгого молчания. — Ты ради него это делаешь? — его вдруг наполняет непреодолимая злость. Он старшего брата всей душой любит и не даст в обиду.       Хосок теряется.       — Нет, но... Если правда, то отчасти.       — Ненавижу, когда так делают. — словно ядом «плюёт» Чонгук, а ненависти в его взгляде становится всё больше.       — Как? — со страхом спрашивает Хосок.       — Обманывают только для того, чтобы заполучить желаемое. — отвечает Гук и делает первые шаги назад. — Сомневаюсь, что Юнги нужен такой человек рядом.       — Но.. Что? Чонгук! — пытается опомниться Хосок, но тот уже ушёл далеко.       Чон теперь не видит другого выхода, как сделать один очень важный звонок. И пусть он снова «предаст» Чонгука, рассказав всё, но у него хотя бы будет ещё один шанс сохранить со всеми хорошие отношения.       — Хосок? — звучит взволнованный голос в телефоне. — что-то случилось?       — Тэ, это кошмар.

***

      — Чонгук пишет книгу? — в шоке спрашивает Тэ, произнося каждое слово по отдельности. Он и подумать не мог, что такое происходило в то время, как он постоянно думал об Ареуме.       — Да. — снова соглашается Хосок и уже начинает беситься. Ему до ужаса страшно подумать о том, что в любой момент Юнги может написать ему о том, что между ними всё окончательно кончено.       — И что ты от меня хочешь?       — Поговори с Чонгуком. — настойчиво просит Чон. — Меня, как видишь, он точно теперь слушать не будет, а единственный человек, который может на него действительно повлиять, так это ты.       — Но о чём мне с ним говорить? Он же, получается, не знает, что ты всё рассказал мне.       — И пофиг на то, что не знает. Значит узнает. Тэ, просто объясни ему, что я не желаю ему ничего плохого. Пусть он поверит мне.       Внутри Тэхёна все мысли плясали кувырком. С одной стороны, теперь он всё знает и должен об этом рассказать, с другой — это не его спор, и не ему в него вмешиваться.       — Почему бы мне не позвать его на разговор, а в итоге с ним снова поговоришь ты?       — Нет, Тэ. Не получится. — отрезает Хоби и тычет пальцем Тэхёну в грудь. — Говорить будешь ты.       — Эх, ну ладно. — сдаётся омега и набирает номер.       — Тэхён? — звучит голос из телефона, но это определённо не Гук. — Что-то случилось?       — Кто это? — как-то напугано спрашивает Тэ.       — Это Намджун. Чонгук телефон на кухне оставил, а сам ушёл. Ему что-то передать?       — Да, — заторможено отвечает Ким. — Можете попросить его прийти? Надо срочно поговорить.       — Да, конечно. Говори адрес.

***

      Солнце уже начало садиться, заставляя деревья в парке отбрасывать длинные тени. На одной из лавочек, стоящих между этими деревьями, расположился Тэхён. В голове его застряли мысли обо всём на свете. Что вообще происходит? И что из себя на самом деле представляет Чонгук? Если он скрывал от него своё хобби, то что он ещё может скрывать? И самое главное — почему он скрывает? Тэ не видит ничего плохого в творчестве, ему наоборот нравится всё подобное. Временами он пытается вспомнить то, что сам скрывал, но в голову ничего не лезет.       «Интересно, это я такой скучный? Или просто слишком открытый?»       — Что случилось? — слышится голос идущего к нему Чонгука. Тот уже успел переодеться во всё чёрное, да и капюшон уже тоже на месте. Теперь он даже больше на себя похож.       — Чонгук, — выдыхает Тэ и всматривается ему в глаза. — Тут такое дело... — тянет омега и даже не знает, как сказать.       — Ну?       Чонгук сразу же замечает состояние Кима и уже предвкушает, что его ждёт.       — Начнём с того, что мне позвонил Хосок. — говорит то, что первое приходит в голову. Это же действительно так, главная причина их встречи именно эта.       — Ясно. — Чонгук бьёт себя по лбу. — Должен был догадаться. И что же он сказал? Злюсь просто так?       — Всё сказал. Причём в подробностях.       Сердце альфы пропустило удар.