Домашний кот

Барнаби направился в гости к своему напарнику, сгорая от нетерпения. Он был счастлив вновь оказаться рядом с ним, вновь работать плечом к плечу. Ему не хотелось работать ни с кем кроме Котэцу – человеком, что так любил лезть в не свое дело и рыться в чужих душах, не до конца восстановив собственную. Они смогли зацепиться друг за друга удержавшись на острие жизни. Если один ослабит хватку, тогда оба упадут в объятия мрака. Вот только это никогда не произойдет. Упертости им не занимать. Барнаби ступал по лестнице, скрыв волнение. Они лишь недавно вернулись к геройскому ремеслу, вступив в новую вторую лигу, ведь Котэцу больше не может использовать свою способность больше минуты. И все же он не смог оставить дело всей жизни. Продолжил, спустя год. Брукс младший был только рад, ведь не смог бы смириться с тем, что «Тигр» вот так просто все отбросит. Оставит людей. Оставит его. Кабураги единственный кто у него остался. Дверь с легкостью открылась, пропустив гостя в квартиру. Барнаби не ожидал увидеть чистоту, но общая картина не была плачевной. Комнаты заполняли вещи, поставленные в не самых, на его взгляд, удачных местах. Вот только сам хозяин жилья не спешил появиться. Котэцу пригласил его в гости, отпраздновать воссоединение их тандема. В бар он не хотел, хоть его уже приглашал «Бизон». «Просто, посидим. Поговорим в домашней обстановке» - вот что сказал Кабураги, высказав идею напарнику, а младший напарник  и рад. Он никогда не был у «Тигра» в гостях. Старший напарник часто приходил к нему, но Барнаби не дошел до того что бы напрашиваться. Это не в его духе, даже если любопытство, в редкие моменты, покалывало его. Но вот теперь он здесь. Неподалеку донесся аромат готовой еды. Брукс младший был уверен, что это тот самый жареный рис, ведь иного его напарник готовить не любил. - Котэцу-сан? – спросил Барнаби, пройдя в предполагаемую кухню. - А! Банни! Проходит, только не пугайся –сказал Котэцу. Эти слова напрягали: не понятно про что именно говорил Кабураги. Барнаби  в несколько шагов оказался на кухне и застыл. «Тигр» стоял возле стола, неловко почесывая затылок. На его голове красовались кошачьи уши. Их шерстка сливалась с цветом волос. Темно-зеленая футболка свободно висела на плечах, а черные спортивные штаны не могли укрыть тонкий хвост, который нервно разрезал воздух. - Котэцу-сан – единственное, что сказал Брукс младший, пребывая в шоке. - Да-да выглядит нелепо. Я помог одной старушке, а ее внучка решила поблагодарить меня, но видимо,  у нее недавно проснулась сила и она еще не может ее контролировать. Вот, как итог – он говорил с улыбкой, указывая пальцем на подергивающееся кошачье ухо – Сказала, что может на день воплотить животную натуру человека или что-то вроде того. У нового поколения нэкстов немного причудливые способности. Барнаби почти все прослушал, уделив все внимание новым частям тела напарника. Он почувствовал как все его мышцы напряглись, едва сдерживаясь чтобы не прикоснуться к, на вид, мягким ушам. «Мило» - это единственная мысль, что осталась в его голове. - Странно выглядит, да? – спросил Кабураги – Старику вроде меня не стоит появляться в таком виде на улице, а то еще не правильно поймут. - Вы правы, не стоит – сказал Барнаби. «Никому кроме меня не стоит видеть тебя таким» - мысли продолжили фразу, что осталась не озвученной, но так и вертелась на языке. - Вот и я про то же. Ну садись, выпьем – сказал Котэцу, усевшись  за накрытый стол. На нем стояло две тарелки с жареным рисом, а в центре находились банки пива. Их было явно мало, чтобы напиться, но достаточно, чтобы расслабиться и подхватить разговор, о былом. Рассказать о том, что произошло за прошедший год, который они провели порознь. Разговор продолжался, а банки пропадали, и большая их часть исчезла благодаря «Тигру»,  который активно нахваливал свою дочь. Он выглядел таким счастливым и довольным, говоря о ее самых незначительных достижениях. Барнаби слушал его, постоянно одергивая себя. Его взор постоянно цеплялся то за уши, то за хвост, а после и на довольное хмельное лицо напарника  с легким румянцем. Все же он выпил больше чем младший напарник. - А знаешь – резко переключился Котэцу, прекратив свой монолог – Все же не плохо, что я попал под эту способность. Я истинный тир. Ррр – он оскалился, пожав пальцы ладони, изобразив лапу. Кабураги рассмеялся, увидев ошарашенное лицо собеседника, на котором вскоре появилась знакомая улыбка. - Котэцу-сан, вы скорее кот, чем тигр. - Не-ет. Ты только посмотри на эти клыки. Котэцу открыл рот, демонстрируя слегка заостренные зубы и пару клыков. Брукс младший подошел к нему, не сдержав порыв. Его рука обхватила лицо старшего. Большой палец прошелся по гладкому клыку, опустившись на потрескавшуюся нижнюю губу, что оказалась мягче, чем он думал. Котэцу обхватил его запястье, слегка наклонив голову не понимая, действия младшего. «Это уже слишком» - опустив голову, подумал Барнаби. - Но это не единственное, что изменилось. Котэцу лизнул чужой палец. Его язык стал шершавым. По позвонку пробежали мурашки. Подобное поведение, слитое с невинным выражением – это перебор. - Котэцу-сан, вы хоть понимаете, что делаете? – спросил Барнаби, глубоко выдохнув. - Лизнул тебя, хотя надо было укусить – ехидно сказал Кабураги, притворив сказанное в действительность. Зубы прикусили тонкую белую кожу. Палец проник в чужой рот, лишь на миг, но именно он стал последним спусковым крючком, что выстрелил. Игривость старшего напарника, в сочетании с его легким опьянением давала зеленый свет, позволив внутреннему зарытому желанию вырваться. - Ты чего это, Банни? – спросил Котэцу, когда его окутала тень, вставшего напарника. -«Возьми». - Котэцу-сан, вам придется взять ответственность за свое поведение – низким тоном проговорил Барнаби, наклонившись к одному из кошачьих ушек – Вы ведь понимаете о чем я? - А?! Брукс младший схватил напарника под бедра, подняв и заставив его ухватиться за чужие плечи. Он прекрасно знал, что сможет его поднять таким образом. Не раз Котэцу уже побывал в его руках. - Эй, Банни! Ты чего?! – завопил Кабураги, ухватившись за младшего – Я еще в состоянии ходить. Тебе не нужно меня никуда нести. Барнаби потащил его в спальню. Кабураги все еще убеждал себя в том, что это просто неудачная шутка. Некое проявление заботы. Не могло же все происходить так, как подсказывало недоброе предчувствие. - Ох! – его уложили на кровать – Будь помягче со стариком, раз решил поухаживать за ним – но  легкая шутка, не разбавила напряжение. Барнаби залез следом, нависнув над напарником. Его сметенный вид, в голубых глазах, становился завораживающим зрелищем. Эти кошачьи уши слегка приспустились, а хвост забил по одеялу. «Интересно, а каково это целоваться с таким языком?» - подумал Барнаби, прежде чем его губы накрыли чужие. Мягкие губы прижались к грубым. Котэцу сжал чужие плечи, пытаясь отстранить сбившегося напарника, но тот стал лишь напористее. Он сминая его губы требовательно, пытаясь проникнуть языком.  Влажный кончик,  проходился по свежим трещинкам, словно зализывал. Руки принялись блуждать по желанному телу, добравшись до открытых участков. Сколько раз он видел его в душевой после тренировок, но никогда не позволял себе прикоснуться. Несмотря на возраст Котэцу остался весьма подтянутым, хотя его пристрастие к алкоголю, вскоре могло это  подпортить, но это не важно. Есть  много способов, как ему помочь избежать подобной участи. - Перестань, Банни – сказал Котэцу, когда младший наконец-то разорвал поцелуй – Ты ведь не так много выпил, чтобы бросаться на первого попавшегося. Ты не такой. Младший не собирался этого делать. Не сейчас. Уже слишком поздно. Если бы «Тигр» хотел, то давно бы использовал силу и оттолкнул напористого партнера, но нет. Он этого не делал. Слабо сопротивлялся и продолжал просить. «Он полностью в моих руках» - сладкая мысль растеклась по сознанию, заполнив все щели. Его рука сжала чужой член через черную ткань штанов. Действие вызвало незамедлительную реакцию. - Бан..! Эй! Не… Все нарастающие возмущения Котэцу, заткнули поцелуем. Движения чужой руки  постоянно отвлекали, и он сдался под напором чужого языка, пропустив его в рот. Кабураги цеплялся за мысль, что если укусит напарника сейчас, то может не сдержать силы, да и сам укус будет намного болезненнее из-за клыков. Чужой язык, почувствовав безнаказанность, действовал грубо и уверенно, изучая влажную полость. Он проходился по небу, зубам, оставляя на сладкое шершавый язык, что яростно пытался его вытолкнуть. Но и это было слабо. Барнаби ощущал, как член старшего становился тверже, поддавшись трению руки и ткани. Он нащупал мошонку, слегка на нее надавив. Младший проглотил сладкую боль, что раздалась гортанным звуком. Руки партнера продолжили держать его за плечи, но уже, чтобы хоть за что-то удержаться, выливая противоречивые ощущения в отчаянном жесте. «Он мог бы оттолкнуть меня, использовав ноги, но нет» - подметил Брукс младший, отстранившись от чужих губ. Котэцу тяжело дышал. Его грудь часто поднималась и опускалась. Язык невольно провел по влажным губам, собрав скатывающие капли слюны. Он понимал, что это не хорошо. Им не стоит этого  делать. Младший убрал руку с живота Кабураги, и вжался своим пахом в промежность партнера. Даже через ткань «Тигр» ощутил то возбуждение, что скрывалось за обтягивающими штанами. - Вот черт – прошипел он. Вдруг длинные пальцы начли изучать область возле кошачьего уха. Почесывания отдавались приятной дрожью, распространяющейся по коже головы. Короткие разряды электричества ударяли импульсами в голове. Котэцу закрыл глаза и приподнял подбородок. - Если вы сейчас заурчите Котэцу-сан, я не обещаю, что смогу сдержаться – потяжелевшим от возбуждения голосом, сказал Барнаби, практически лежа на старшем. «Хочу это услышать» - его мысли противоречили словам, что явно пытались сбавить обороты, но тело подчинялось истинным желаниям. - Нет -  на выдохе взмолил Котэцу, смутившись собственной реакции . По телу пробегали мурашки, а таз начинал нетерпеливо ерзать, потираясь о чужой пах. Стыд  обрушился на него всем весом, вместе с новым наслаждением. Прежде чем осознать свои действия он не сдержанно заурчал, но тут же одернулся. Щеки заалели в разы сильнее. Кабураги отпустил чужие плечи, намериваясь скрыть свое лицо. - Какой стыд – прошептал он. Удовлетворившись, Барнаби отстранился, но это наслаждение душевное, а не физическое. Он резко стянул спортивные штаны, до колен, и не став дожидаться, вторым рывком стянул их окончательно. Если бы Котэцу не принялся погружаться в неловкое, но чертовски милое, смущение, то было бы сложнее. - Котэцу-сан, а вы у нас любите дома без нижнего белья ходить? – с ехидством подметил Барнаби, не увидев трусы. - Это не так! Просто. Все чистое белье внезапно закончилось, а постирать я не успел. Стой! Брукс младший обхватил твердую плоть, несколько раз проведя по ней рукой. Смазка уже начала стекать, чем младший с удовольствием воспользовался, размазав ее по стояку. Кабураги сжал губы, не позволив стону вырваться. Не хотелось еще больше пасть. Он все же старше, но ведет себя так, словно девушка в первую ночь. Но по правде до этого он не спал с парнями, да и близости давно не с кем не имел. Работа героя занимала все в его жизни, а в свободные минуты он посвящал общению с дочерью  или семьей. «Какой чувствительный. Прелестно. Хочу больше. Больше» - подумал младший, впитывая чужие эмоции. Барнаби наклонился к изгибу чужой шеи и вцепился в нее, оставив  едва заметный след. Похоть еще не вытеснила разум. Не стоило оставлять  следы на видных местах, для этого у них еще будет время, но не сейчас. - Плотоядный кролик – прошипел Кабураги – Это совсем не мило. Брукс младший вовлек старшего в новый поцелуй, торопливо расстегивая ширинку своих штанов. Высвобождение не заняло много времени, но принесло короткое облегчение, от чего он на миг сдал доминирующую позицию. Котэцу, отстранился, но резво присосался к груди партнера, начав водить шершавым языком по мраморной коже, не упустив возможности задеть стоячий сосок. - Я никогда так просто не сдамся – сказал Кабураги, когда его оторвали от молодого тела. Где-то внутри оборвалась последняя нить, что до этого жалобно трещала, но продолжала удерживать что-то массивное и разрушительное. Барнаби быстро стянул с себя штаны. Руки не нашли краев футболки, совсем позабыв о том, что он снял ее еще тогда, когда уложил Котэцу на кровать. - Я возьму на себя ответственность за происходящее, как и вы – сказал младший, прижавшись к разгоряченному телу – Вы ведь сделаете это? Кабураги зашипел, когда его член прижали к другому. Большая ладонь едва обхватывала их вместе. - Помогите мне, Котэцу-сан – прошептал Барнаби, дунув в кошачье ухо. «Как же мило оно дергается» - мысль перебила вторая рука, кончики пальцев которой дотронулись до его ладони. Их движения были скоординированными, хоть они и не договаривались о темпе заранее. Барнаби понимал, что это связано с пониманием друг друга, без слов, во всех областях. Настолько глубока их связь. Он знал об этом, прикрываясь тем, что не согласиться работать ни с кем кроме Котэцу. Это не просто прихоть, это нужда. После этой ночи она лишь укрепиться. - Ах! Нгх – Кабураги все еще пытался сдерживаться, задерживая дыхание, но это лишь быстрее подводило к оргазму. Большой палец остановился и слабо надавил на головку. Котэцу затрясся – еще немного и он дойдет до финиша. Губы младшего впились кожу на шее, слабо всосав, но стоило им перейти на ключицы, как они стали действовать жестче и требовательнее, уже не боясь оставить яркие отметины. Они не отвлекали, а сильнее подталкивали краю. Последний толчком стали пальцы, до боли сдавшие его сосок. - Котэцу-сан – прошептал Барнаби, когда тело под ним напряглось, а чужой таз приподнялся – Кончайте. Младший и сам приближался к пику. Одного вида Котэцу хватало, чтобы спустить накопившиеся, а его сдавленные стоны стали любимой мелодией, вот только стоило прибавить громкости. - Ах! – Барнаби кончил первым, но продолжил двигать рукой. Кабураги пал быстро. Их сперма смешалась в единую лужицу, что испачкала руку, задранную футболку и постель. Брукс младший провел пальцем по расслабленному животу: некоторые мышцы все еще были напряжены. «Этого мало» - Барнаби втянул партнера в поцелуй. Котэцу стал более расслабленным и податливым. Уже не противился, но и не принимал активного участия. Он думал, что на этом все закончиться. Они сняли напряжение. Произошедшая ситуация требовала объяснений, но на более трезвую голову. «Тигр» продолжал убеждать себя, что его напарник плохо усваивал алкоголь, вот и поддался столь странному влечению. Молодая кровь способна на многое, особенно столь горячая. - Успокоился, Бан…? – хотел спросить Котэцу, прервав нежный поцелуй. В голубых глазах продолжал гореть огонь страсти, что казался, разгорелся еще сильнее. Чужая влажная рука провела по животу, размазав сперму. - Банни, нет – слегка испуганно сказал Кабураги – Успокойся – младший отодвинулся, устраиваясь между чужими ногами – Тебе же завтра утром будет стыдно. - Почему мне должно быть стыдно, после ночи  с любимым человеком? - Что? Это удивление не менее восхитительно чем все что было в Котэцу. Его кошачьи уши дернулись, услышав нечто неожиданное. Он и вовсе забыл о том, что хотел противиться, прекратив попытки свести ноги вместе. - Стал бы я делать это с тем кому не доверяю? – спросил Барнаби, слегка хмурясь – Ты ведь тоже мне доверяешь, Котэцу? - Конечно, но это… Эй! Барнаби наслаждался, сминая бедра, но стоило перейти к более интересному. Его член уже стоял, предвкушая то, что приходило некогда во снах, но рьяно отрицалось. Страх того, что его не примут, был сильнее, но и он не стал крепкой дамбой для нахлынувших чувств. Она не смогла их удержать. - Не думаю, что у вас есть что-то вроде смазки. Будем импровизировать. Он не стал дожидаться нового возмущения и вставил средний палец в неподготовленный анус. Две фаланги вошли без проблем. Сперма не лучшая замена смазки, но и слюна едва ли могла с ней по соперничать. Кольцо мышц сжалось, противясь вторжению. - Позволь мне это сделать – томно попросил Барнаби, наклонившись к чужой груди – Я не хочу чтобы тебе было больно. Ты же знаешь, что  я не остановлюсь. - Упертый – в ответ, сказал Котэцу. - Как и ты. Палец изгибался, растягивая мышцы. Странно ощущение, не приносило боли или удовольствия. Непривычно и непонятно, когда кто-то пытается в нем рыться, продолжая проталкиваться еще глубже. Второй палец втиснулся внезапно, и уже его присутствие стало неприятным. Он тянул нежную кожу, едва протолкнувшись на одну фалангу. Кабураги стиснул зубы, но мычание не перекрыл. Брукс младший принялся выцеловывать живот партнера, переключая внимание от дискомфорта. Все что происходит сейчас будет сделано наспех и без боли не обойдется, но стоило ее хоть как-то смягчить. Руки Котэцу сминали простыню. Он вздрогнул, когда губы младшего всосали кожу, а зубы ее прикусили, до легкой боли. И все же этого было недостаточно, что бы отвлечь от того, что происходило внизу. Два пальца начали действовать более уверенно, но с тем же трепетом продолжали растягивать узкое нутро. Барнаби вынул пальцы и собрав во рту как можно больше слюны, смачно обмазал ею, продолжив растяжку. Кабураги отвернулся, не собираясь смотреть на вытворяемые напарником непотребства. «И когда он только такому научиться успел?»  - подумал Котэцу. Младший опускался все ниже и ниже, пока его рука работала, растягивая анус. Когда его  нос провел по тазовой кости, «Тигр» вздрогнул и все же посмотрел на него. Кошачьи уши прижались к макушке, а хвост зашевелился. Страх или возбуждение – что-то из этого прошибло сознание, когда он вновь увидел огонь в расширенных зрачках партнера. Его силы хватило, чтобы расплавить стал. -Совсем не милый кролик. Барнаби  ощутил как его щекочут жесткие лобковые волосы, но важнее было, что до этого вялый член, вновь начал подавать признаки заинтересованности. Он опустился еще ниже, и провел языком, отвлекшись от основной «работы».  Руки Котэцу резко вцепились в светлую макушку, остановив. - Не надо. Котэцу привстал. Его лицо было красным, а кошачьи уши все продолжали прижиматься к голове. Все это его смущало и волновало. Противоречивые эмоции разрывали грудь. Ему не хотелось этого видеть, особенно при включенном свете. - Хорошо, тогда – Барнаби отстранился, схватив партнера за таз – Ложитесь на живот. Он помог старшему перевернуться, но не позволил выпрямить ноги. Брукс младший приподнял таз партнера так, чтобы колени «Тигра» упирались в мягкий матрас. Вместо объяснений, младший напарник протолкнул сразу два пальца в анус. Партнер зашипел, сжав покрывало. Пришлось слега изогнуть спину, чтобы принять более удобное положение. Вторая рука держала его крепко, не позволяя упасть. Колено Барнаби встало между его бедер, раздвинув как можно шире. Кошачий хвост бил по одеялу, высказывая недовольство. Барнаби не мог на него не отвлечься и, убедившись, что партнер не станет распрямляться, опустил мягкую кожу. Пальцы обвили основание хвоста, от чего старший двинулся к нему тазом, насадившись на пальцы еще глубже, но быстро вернулся в исходное положение, чуть ли не сбегая. Брукс младший посмотрел на партнера, что вжался лицом в постельное белье. Кошачьи уши все так же прижаты, но плечи подрагивали. Вот только это было не от страха. Член Котэцу  встал, прижавшись к напряженному животу. «Больше не сдержусь» - подумал Барнаби, вытащив пальцы, что только недавно начали двигаться свободнее. - Котэцу – он наклонился как можно ближе к голове, нависнув над напряженной спиной – Я сейчас войду. Будет немного больно. - Банни – прошептал Котэцу, стиснув зубы, когда к его анусу подставили нечто большее. Намного больше чем палец. Он и до этого видел младшего голым и, честно немного завидовал, но сейчас он напуган. Его попросту порвут на части. - Прошу, расслабься – попросил Барнаби начав оглаживать напряженную ягодицу. За эти последовали легкие поцелуи, от спины до поясницы. Неприятно будет обоим, но это, то через что им придется пройти вместе. Член вошел сразу, как только Котэцу немного успокоился и расслабился, поддавшись мнимой безопасности. Головка вошла чуть лучше, благодаря естественной смазки, что смазывала густыми каплями твердую плоть. Дальше было сложнее. Слишком узко. Барнаби продвигался медленно, иногда возвращаясь к началу, но немного погодя, возобновляя продвигаться дальше. - Нгх – болезненно простонал Котэцу, едва не плача. Его разрывали на части. Руки младшего поглаживали те участки, до которых могли достать, пытаясь успокоить, но Кабураги понимал, что и тому не так уж и хорошо. - Банни, пре.. Агх! Член вошел в него целиком. Младший застыл, переведя дыхания, позволяя им обои привыкнуть. Гладкие стенки в горячем нутре так сильно его сжимали, что он вот-вот готов кончить. Котэцу притих, дожидаясь дальнейших действий партнера. Руки сжимали ткань до белых костяшек. «Добрый идиот…». - Я не позволю тебе оставаться в стороне и не получить от этого удовольствия – продолжил мысль Барнаби. Его тонкие длинные пальцы обхватили вялый член, принявшись водить то вверх, то вниз, заставляя твердеть. Он радовался, что его манипуляции давали плоды, что Кабураги возбуждается от его прикосновений.  Котэцу ощущал его радость внутри себя что отражалась мурашками, пробегавшимся по позвонкам. Кабураги замычал, когда партнер вновь на него навалился. В этот раз он двигался, медленно, в такт движениям руки. Боль перемешивалась с каплями наслаждения, постепенно превращаясь в непонятную массу чувств. Жмурясь, «Тигр» и не заметил пару слезинок, скопившихся в уголках глаз. Постепенно член двигался свободнее и Барнаби отпустил вставшую плоть, сжав талию партнера, но перед этим сказав: - Я не люблю это прозвище, но сегодня оно подойдет как ни как кстати. Котэцу вздрогнул, поняв к чему это сказано. Он не успел и пискнуть, когда младший начал двигаться,  набрав нужный темп. Он толкался резво и быстро, подбирая разные углы проникновения. Хотел найти то, о чем говорили на сайтах - то самое место, что должно заставить Котэцу дрожать от удовольствия, и умолять не прекращать, просить о большем. «Ну давай». Рука сама схватила за хвост, слегка потянув на себя. Это вызвало весьма неожиданный, но до одури приятный звук. - Мя-ах! Кабураги вжался лицом еще сильнее. Он и сам не ожидал от себя подобного. По телу пробежало электричество, отдаваясь в голове и паху наслаждением  с нотками боли, напоминающую слабую остроту. Она лишь сильнее вызывает желание продолжить и ощутить легкое покалывание на языке, что смывается основным вкусом –наслаждением. В тоже время его напрягло, что младший остановился. - Вот оно значит как – довольно сказал Барнаби, поглаживая гладкий хвост. Толчки быстрые и глубокие. Руки сжимали талию, а пальцы впивались в кожу, оставляя синяки. Барнаби двигался в одном направлении, постоянно задевая простату. Ему больше не понадобилось трогать хвост, но когда Кабураги утыкался лицом в простыни, он прибегал к грязному трюку. Котэцу выгибался сильнее и стонал, стоило лишь потянуть за шерстяной рычаг. Даже уши встали торчком, принимая те неприличные шлепки кожи о кожу. Горячо и до безумия приятно. - Ах! Сто-ой! Ба..ах! Больше. Не.. Нгх! Не… надо… Я-ах! Котэцу плохо соображал. Слишком много. Его втрахивали в кровать, не давая передохнуть. Ткань под ним уже вся пропиталась его потом и слюной, что активно вытекала из приоткрытых губ. Член болезненно пульсировал, требуя о нем не забывать. Смазка стекала по животу, достигая груди и оставляя на коже влажную дорожку. Его руки затекли, едва удерживая  на месте. Еще немного. Еще. - Не сейчас – прерывисто дыша, приказал Барнаби. Его пальцы образовали кольцо, на члене партнера – у самой головки - не позволяя тому кончить. Тонкий визг, ласкал его слух. Он двигался коротко и быстро, не выходя из тела старшего. «Прости» - эта мысль так и въелась в его мозг, заставляя делать все это. - Банни – дрожащим голосом взмолил Котэцу – Я. А-ах! Я не выдержу Ньях! Пальцы оставил его член в покое, высвободив из оков. Пара толчков и пастель пачкается спермой. Взмокшая спина прогибается до приятного хруста, а кошачий хвост встает трубой. Кабураги подается назад, насаживаясь еще глубже, а его стенки сжимают член младшего та, что тот перестает дышать. Пустую голову наполняет приятная нега, но ему не позволяют отдохнуть. Котэцу ощутил пустоту, а руки партнера, резко перевернули его на спину. Он успел лишь недовольно охнуть. Его ноги поднимают выше, соединяя вместе. - Напрягите бедра – приказал Барнаби, просунув пульсирующий член между бедер. Старший подчиняется. Его сейчас это мало волновало. В несколько толчков, Барнаби кончает, пачкая партнера. Несколько капель почти попали  на его лицо. Они оба тяжело дышали, обессиленные и разгоряченные. - Теперь… придется, все это… стирать – кое-как отдышавшись, сказал Котэцу. Брукс младший опустил его ноги, навалившись на партнера, чем вызвал волнение. - Эй! Банни? - Котэцу – уткнувшись носом в ложбинку между ключицами, начал Барнаби – Я люблю тебя. Люблю. По этому, прошу, больше не оставляй меня одного. Котэцу выдохнул, прижав младшего к себе. Рука успокаивающе поглаживала блондинистую голову. Очки неприятно утыкались в кожу, от чего пришлось немного  поерзать. - Эгоистичный ребенок.