Добро Пожаловать на Северный Фронт

Сидел я в окопах, почти возле передовой, вместе с минометчиком, который одним за другим отправляет снаряды к вражеским фронтам. Забыл упомянуть еще про того самого солдата, которого прозвал я солдатом с пустым взглядом. Звать его Пол Уокер, хороший мужик оказался. Лицо его с грубыми очертаниями, напоминающими алмаз, лысый в кепке, никогда не улыбается, сутулый, а голос приятный. А что делаем мы во фронте один? Остальные на базе остались. Дайте обьясню. На фронте нашем есть два подразделения или отделов, вот есть «Ночные Волонтёры» И «Дневные Волонтёры». Ночь сейчас. В общем Волонтёры это те кто за фронтом следят, смотрят и считают прибывших обратно солдат, читают знамёна мертвых солдат и считают безвести пропавших. Это работа дневных, а Ночные Волонтёры сидят в укрытии, да поливают окопы врага шквальным огнём из снарядов. Так что делаем здесь мы? А я и Под Уокер заменяют раненных, последний явно недоволен, вечно ворчит и в стиле, -"Они нихрена не делают, а денег и еды получают больше чем мы и если тронут их то они сразу плакать?». Пока я сидел в уголке и смотрел на ноутбук где был радар, Пол Уокер бездельничал и курил. Атмосфера ночью была не хуже дневной, все запахи и виды ужасны, так еще и холодновато. Виды крови и горы трупов закрывала лишь темнота. Тусклый свет ламп и сверкающая луна не улучшили ситуацию эту, минимум глаза устают. Заметил я как ноутбук почти разрядился, крикнул я тогда, -"Уокер, принеси зарядку, пожалуйста.» Пол Уокер кивнул и лениво не спеша встал с земли и схватив зарядку для ноутбука медленно и нерешительно подошел ко мне. Я тут же выхватил зарядку из его грязных твердых рук и быстро зарядил ноутбук. Проблема миновала и тогда спокойно выдохнув, отвлекся я на книгу по физике. Читать нормально стало затруднительно, как понял я. В голову так и лезли ужасные мысли после вчерашней битвы, ужасные образы расстрелянных и разорванных трупов запах крови и гнили вперемешку с деким запахом дыма, который щипал глаза и заставлял их слезиться. Вспомнил пилота, маленький был и наивный. Хотелось бы сообщить его родителям о гибели сына их… Родители… Эх… Папа заставил пойти на фронт, хотя на войне прошлой за Улертон (раньше республика, а теперь город в Горнске) лишился руки, а сам гордо лыбился. Я не понимаю его. И не пойму. А к чёрту эту войну? Сбегу отсюда к чертям? По голове прошлись такие мысли… Нет. Мною должен гордиться папа, даже если с света того Внезапно что то запищало. Значит снаряд летит, кто нибудь за меня прикажет сбить снаряд, или обли сами заметят, наивно подумал я. Запищало во второй раз, тогда немного напрягся я. Посомтрле на ноутбук и увидел как на нас летит огромное количество снарядов. Я тотчас закричал всем, -"Бежим!!! Снаряды!!! Из много!!!» Раздалась сирена, тревога наполнило все окопы, расслышал я крики вдали, но мне было плевать, я побежал в ближайший блиндаж и засел там. К нам зашли Пол Уокер, миномётчик, а за нам пятеро других волонтеров. Раздался свист и… Десятки и сотни снарядов ударило по земле, заставив блиндаж затрястись и сверху посыпалась земля. Кто-то из Волонтёртв завопил от ужаса, новенький был походу. Кто-то закрыл уши, взрывы были реально громкие, не просто хлопки. А остальные были встревожены и напуганы. Пол Уокер внезапно заговорил, «Слыхал я что нас ещё минут пять будут обкидывать снарядами, будьте готовы.» После этих слов ровно перед нашим блиндажом разорвались шестеро снарядов подряд все стряхнулось, земля посыпалась, завопили больше, я в панике закрыл глаза. Раздались в блиндаже крики и приказы, -"Бегите отсюда!!! Щас развалится!!!» Почти все тотчас попытались выбраться из блиндажа. Я открыл глаза и увидел что остался я один. Я захотел встать, но доска одна увесистая упала на ноги, прикрыв путь к свободе. Тогда я стал как-то изворачиваться и дёргаться, чтобы убрать ноги с проклятой доски. Еще одна доска упала перед выходом, земля рассыпалась, скоро все рухнет, раздались хлопуи громкие и еще громче хруст… Очнулся я загребенным под землёй, все было в земле и досках, но понял я это не сразу. Я попытался оглядеться, но все было темно, лишь высвечивался тусклый ночной свет луны. Глаза засыпало землей, ноги была завалены досками и твердой землёй, запах был как запах сырости. Я тут же начал толкать и передвигать доски, но к сожалению, засыпало ноги мои еще сильнее, тогда я решил что лучше подумать. Как я думал, так сразу и перед лицом моим в землю вошла острая лопата, которая отталкивала от меня куски земли и грязи. Второй удар лопаты попался в землю, но попали в плечо, от боли я завопил и услышал я по ту сторону, -"О боже!» Поняв что они меня слышат, я тут же приказал, -"Копайте ноги, ноги задавило! " Явно не знали они где ноги мои и я решил им немного помочь, -"Ты лопатой попал мне в плечо, так и думай где ноги мои закопаны!» Тот кто копал сообразил и начал отказывать землю с ног, спустя время, я смог подвигать ими и тогда стал я передвигать доски и отталкивать кусочки земли, вот свет близко. Я вылез из своей как казалось могилы. Понял я что до сих пор ночь. Все деревья окоп, которые строили давно, были разорваны вклочья. Тем кто меня откопал оказался миномётчик, как спас он меня и помчался за следующим блиндажом трупы откапывать. Я встал из блиндажа, мои ноги тряслись, запах сырости теперь смешался с едким запахом дыма. Я осмотрелся вновь и увидел что возле меня сидит Пол Уокер с лицом полным недопонимания и удивления, явно не понимает как выжил я. Пол Уокер поймав мой взгляд на себе, спросил, -"Есть будешь? Пирожки с картошкой остались». Я встал, подумал, да решил поесть немножко, живот заурчал, ел уже как со вчерашнего вечера, то есть не жрал весь день. Подошёл я к предлагающему еду Уокеру, я скромно взял его еды и сел на землю рядом с ним. Откусил кусочек пирожка и понял что пирожки почти в земле все и черствые они. Ладно, сойдёт. Я начал не спеша есть пирожок, впитывая каждый вкус масла теста и грязи, ел будто ничего другого не ел испытывая настоящее удовольствие уже как с первого дня армии. Пол Уокер решил заговорить со мной, пока время есть, -"Когда был твой первый день, ты смотрел на меня как на психа» -сказав это Уокер ухмыльнулся. -Да странным твое лицо показалось мне, страшное твое лицо было, серьезное и даже напуганное, не верил я в военный страх, так как думал что война это приключение на пару дней, слушал все эти военные сказочки. Пол Уокер усмехнулся, -"М-да, я как ты был» -Теперь на войне страшно мне, командир пьяный и безответственный, самый старший из нас не повзрослевший балабол, а друзья мои совсем дети, как я. -Ты из Америки? -спросил Уокер. -Ну, да, в Америке родился и сюда переехал с родителями. -Я из Британии, не думал что русский акцент так быстро появится. -Ты британец? То есть… На войне ты своих по идее-? Прервал меня Уокер, -"Да, именно так. Честно говоря страшно стыдно свой народ убивать, воевал я в битве за эту Республику, а потом вышло так, что в Горнске оказался. Я немного рассмеялся, но потом закрыл свой рот руками. Пол Уокер спросил, «А твои очки эти, они вообще умеют падать или ломаться?» -"Если и случайно, то не выйдет, стекла те, современные, сломаются лишь от удара молотком и ударами сложнее» Ну и так мы разговорились мы до конца смены, не обращая на то что откидывали их снарядами. Понял я о Уокере пару вещей забавных, интересных. Пол Уокер — бывший повар, который пошёл воевать добровольцем, думал будет такая же красивая и великая битва как в «Битве за Улертон», но правда оказалось страшной, войну он понял как позорные убийства, ему 35 лет и он Капитан. Одинокий он и депрессивный, защитный механизм его именно тот бездушный взгляда который вечно у него. Опыт у него в прошлых битвах, вот и не паникует в основном. Узнал я от него, что иногда хочет чувствовать себя «настоящим» шефом, поэтому носит накладные усы иногда. Человек добрый весьма, больше всего ы мире любит и ценит еду. -"Слушай-ка, Томас, хочешь в мой подотряд перевестись? Потому что у меня никого не осталось, все погибли.» -"Если подумать, мне ничего не мешает.» -"Сегодня вторая битва твоя, будь готов, будем ходить вместе» -"Принято» На базе стоял я вместе со своим подотрядом, Баранов чуть ли не плакал от страха, а Уильям уже захлёбывался в слезах. Рядом с нами стоял Пол Уокер и мы обе не настолько пугались, как маленький Уильям но точно нервничали. По рации заговорил противный и старческий голо, генерала, -"Солдаты, парни наши, сегодня, ваш день показать силы ваши, враг поставил зенитные установки на здании, приказ вам как можно быстрее устранить проблему, мы обязательно должны пробить Северный фронт и дойти до их первой военной базы, как они когда-то пытались захватить нашу. Вдруг по рации раздался крик злобный -"Чёртов генерал, гореть тебе и твоим подсосам в аду, для вас готов отдельный котел, убийцы братьев и отцов!!! Палач народа нашего!!!» Тотчас открылись ворота, наверно чтобы от громкого скрипа ворот, никто не слышал крики и тогда замер я. Кожа белым окрасилось, пот начал выливаться казалось литрами, а будто молнией пронеслись воспоминания мои, ожидал я в воротах танк, большой, металлический. От страха показалось мне, что земля такая с ямами исчезает и я падаю в свободное падение. Ворота открылись и танка там не было. Солдаты неспеша зашагали на фронт. Ходили мы километров так три, как один из солдат мягким и Бархатным голос гимн над начал исполнять, видео от страха решил спеть, ведь голос его как не крути дрожал. К нему присоединились солдат раз, солдат два, а вскоре и весь батальон начал исполнять гимн, даже я. В конце когда гимн закончился, крикнул я всем напоследок, -Победа наша будет гордой!!! Не трудно было заметить, слова наши и гимн наш повлиял на толпу, как свиньи на еду, шагать стали и быстрее и увереннее. Нас всех ждёт ад… Нас всех ждет ад… Вот и первая битва наша началась. Раздались крики громкие и вскоре шаги зазвучали, топоры были будто забегали быки. Ко мне спиной прижался Напуганный Уильям и спросил, -Может как раньше будем держаться вместе? Я подумал такой и решил что пусть останется, да и попросил у Уокера, он не против. Пол Уокер прежде чем мы выдвинемся путь, решил доложить план сей. Сначала мы в первом бою заходим в дом и прячемся до второго боя со стороны врага, и главное во время отдыха после первого боя, дойти до места где поставили зенитные установки, до этих двух зданий буквально рукой подать. С планом согласились мы, да и пошли в бой, а Уильям никак не унимался, -"Нет! У меня ноги и правое плечо болит!!! Двигаться не могу» Тогда разозлился я нещадно, -Соберись, тряпка!!!» -свирепую крикнул я вдарив маленькому нашему по лицу. Уильям оторопел с но вскоре сдался, посмотрел на меня, кивнул и пошел за нами, хоть с ясной неохотой, но явно не с желанием позора. Оказавшись на поле битвы, мы первым делом сразу же решили держаться вместе, не отставать. Вышли из окоп и побежали до первых воронок, которых взрыв сделал, да запрыгнули туда всей толпой. Я немного высунулся из укрытия посмотреть, нет ли там кого. Ох грязь эта мерзкая, так тут грязь скользкая, а если долго стоять, то она гадина прилипает или тонешь до штанин, запах сырости везде, перекрывает лишь запах свежей и несвежей крови. Заметил я как к нам бежит солдат, так я сразу из автомата пристрелил, попал в голову, от чего лобная честь его разорвалась на куски. Дальше вблизи вроде никого. Прошло уже-как минут десять, а мы все отбиваемся от врагов по очереди, сначала я, потом Уильям, а в конце Уокер и так по кругу. Подумали мы вскоре и решили, пробираемся дальше. Вдруг разорвался в паре метров от нас снаряд, осколки поцарапали спину мою, располосав мой жилет в виде камуфляжа, другим досталось чуть меньше. Только сейчас заметил я, что на нашу воронку упал труп, после взрыва, кажись, по виду снаряд взорвался рядом с ним, ибо пол его головы взорвало к чертям, оставив лишь нижние челюсти. При виде ужасного трупа Уильям закричал. Я уставился на растерзанный труп, а Уокер вылез из воронки и увидев как на них идут два вражеских солдата, первого тот сразу подстрелил, а второй успел выстрелить, но не попал, но тогда сработала реакция Уильяма, расстрелял маленький врага с расстояния такого. Я от выстрелов очнулся и увидев картину эту, сию секунду последовал за Уокером, а Уильям тотчас за мной помчался. Пробежали мы километров так 5 точно, иногда прячась в воронках, а иногда за деревьями, мы их постепенно вытесняли. На этот раз спрятались мы за взорвавшимся танком, так как вход в так нужное нам здание перекрыли враги. Позади нас раздавались крики, взрывы, а солдаты которые в здании большом спрятались, явно сражаться не хотели, бесцельно бродят в надежде на спасение. Да не знают эти черти, что кинул я на них гранату осколочную. Их было четверо и двоих посередине разорвало тотчас, а двух по бокам раскидало мощно по сторонам. Тогда то мы и забежали в дом и там нас ожидали еще трое, которые с ошалевшим видом смотрели на нас. Один из них в кепке успел выхватить пистолет, но не смог он выстрелить, как пуля моя с автомата пронзило его грудь. Двух других подстрелил Уокер и Уильям. Здание чисто. Вот, мы ближе к нейтральной полосе, осталось 7 километров, судя по карте. Вдруг, набросился на меня сзади кто-то и толкнул меня выронил меня на пол, на зло Уокер обернулся, а Уильям был в панике. Тот кто толкнул меня, был с винтовкой одной, поэтому я тут же покатился в сторону лево и ровно в том месте где я лежал, выстрелил этот враг. Уильям осознав, что к чему и родстрелил противника. Тот закричал от боли и вскоре упал на пол. Бои длятся 30 минут, осталось пять. Спросил Уокер возвращаться или нет, ответили мы, что не стоит возвращаться, а Уильям храбрел на глазах после убийства. Принято решение, остаёмся в доме, желательно не подавать признаков жизни если зайдут противники-разведчики. Вот пять минут прошло и зазвучала сирена, топот солдат молнией бежали по всему фронту, все наши солдаты побежали обратно в свои окопы. Решили мы выйти через окно в травянистой местности, повезло нам что одели мы камуфляжи. Мы легли на мокрую траву длинющую и стали ползать до ближайшего дома. Ползали мы по траве, наша одежда мокла от большого количества капель на воде. Дом который приметил Уокер, по словам его должен быть широким прямоугольным. Доползать до здания 7 километров довольно трудно, не прошли и половину пути, а мы уже давно как устали, все-таки решили присесть, так лишь немного видно. Уокер приказал использовать ножи, если почувствуете чей то взгляд, то сразу на землю. Вот осталось километров четыре, ноги болели, а спина зудела, старались громко не отдышиваться. Вдруг наступил я на что то липкое, вонючее. Посмотрел я и оказалось наступил я на труп. Я сразу же прыгнул в сторону, да не рассчитал силы и упал на траву. Открыв глаза, понял я что не упала на траву, а на труп гнилой. Я от испуга встал и понял что мало того наступил на его руку, так еще и увалился в него, как неуважительно с моей стороны. Внезапно раздалась сирена, значит битва началась. Стало мне интересно, сбежалм ли разведчики с глаз долой, потому то и высунулся из травы сначала, а вскоре встал во весь рост. Уильям пытался меня толкать, притягивать меня за руку, думал что убьют, а Уильям знающий натуру людей из морской страны останавливать не стал, а сам встал из травы вместе со мной. Знал он, враги наши ради своих окоп и еды там готовы хоть сквозь стен проходить. Окинул я взглядом Уокера, а тот кивнул головой направо, так мы сразу вспомнили о здании, да и побежали. Быстрее нас конечно был Уокер, во время бега его каска слетела, оголив лысую часть голову, но каска сама была закреплена ремнями, не упадут. Форма его была больше него самого, что и было видно во время бега, сам он походу не сильно накаченный, в продолжительных условиях войны для него. Вследом за ним бежал я, отец часто водил меня на боевые секции и турниры по бегу, «зачем они мне нужны?» вечно поговаривал я себе, а теперь понимаю я что пригодилось мне это в жизни, спасибо папа. В самом конце за нами бежал маленький Уильям, ноги его были короткие до жути, вот и бежал по неровной земле с ямками и пыхтя как паровоз старался догнать нас, волосы его обычно укладистые, а во время бега разлетаются и от того выходят из каски. Бежим мы минут 10, Уильям уже совсем отстаёт, а я то сам уставать начинаю, бегать в тяжелом бронежилете, каске с автоматом наперевес и неудачной погодой вперемешку с неудобными сапогами бежать было отвратительно больно. Вдруг прозвучало то что заставило нас бежать быстрее, миномётные свисты и взрывы, во время бега я кое-как развернулся головой, смотрю, а там нас уже догоняет толпа наших людей и наши вертолёты парочка на нас летит. Решили мы передохнуть и решили залечь на траве, чтобы лишних глаз не было, защищались от врагов и от наших, небось дезертирами обозвут и посадят, но только есть возможность у нас. Если враг заметит, все, каюк, а если наши заметят, то у нас отличное оправдание, ведь идем мы штурмовать зенитные установки, вот и идем незаметно. К слову фронт наш достаточно большой, по подсчетам вертолетчиков 60 километров в длину и 10 в ширину. Тактика есть у нас одна, если посередине бежать, самое то правда миномётчики заразы этакие сбивают нас как грязь с лопаты, а если бежать по сторонам, то невольно станешь жертвой снайперов, так как там они часто сидят и во время контратак станете жертвами танков. Мы лежали на траве и отдышивались, Уильям пытался как паровоз, а Уокер в свою очередь предлагал воды. Уокер человек мудрый и почти всезнающий, в любой момент может сказать «интереснейшие» факты, например сейчас он рассказал, что автоматы на уровне рядовых как зубной щеткой мыть туалеты, тупо и безнадёжно, ведь стрелять автоматически вы не умеете, а если однозарядными, то поневоле попадать станет сложнее ведь автоматы на то и автоматы, стреляют чуть ли невпопад, поэтому говорит лучше взять винтовки, не зря нам как оружие в складах это новичкам предлагают, наши люди умные, и конечно же он как старик говорит «А вот в наше время… " или «А вот раньше… " да и сейчас это не обошёл стороной, современные автоматы Калашникова невпопад стреляют, а вот АК-74 — легенда всех времен. Конечно никто и не будет спорить. Хочу отметить, голос у него жутко успокаивающий и грубый, будто какой-то диктор, слова его создают тепло, тембр голоса его величайше низкий, а словарный запас выше всяких похвал, видно начитанный, но по старческой манере видно что классику только и почитывал, а я ведь и не хуже, надо спросить кого он например читал. Вот когда отдых закончился мы встали и побежали, на этот раз Улкер намного замедлил бег, что я бегал почти рядом с ним, а Уильям приподнялся духом и пыхтел уже меньше. До здания нужного нам оставался жалкий километр. Не прошло и минут 4, как мы уже в здании, Уильям зная что в здании враги, поэтому отдышивался тише. Уокер приказал держать уши на мушке, глаза держать в острó, а автоматы держать покрепче. Задание наше подняться наверх, положить на последней крыше кусочек тротилового сюрприза, да устроить взрыв небывалых падений. На первом этаже все чисто, вои и на втором этаже решили разделиться, я с хитрецом Уильямом иду, а Пол Уокер в одиночку. Вот мы проверяем комнату заходит комнатой, здание было грязное и сырое, комната было три, решили проверить ближайшее. Когда мы открыли дверь там сидел британец, который сразу же отреагировал на открытие двери. Уильям сразу же прострелил ему голову. Решил я пойти дальше, но заметил как Уильям встал. Подошёл я узнать в чём дело, а Уильям обнял меня и закрыл лицо об мою грудь, начал плакать и проговаривать, -"Томас, я устал убивать, я хочу домой.» -"Я тоже» -сказал я холодно Уильяму, но тот не поверив посмотрел на меня заплаканными и недоверчивыми глазами, -"Я чистую правду говорю, ты не один, Уильям.» Уильям вытер лицо от слёз и смотрел грустно в пол, -"Ладно, я тебе верю " Я решил еще раз поддержать, -"Когда мы вернемся с фронта на базу, я обещаю, что схожу с капитаном в магазин и угощу тебя вкусным шоколадом, да хоть десятью шоколадами, я знаю ты любишь» Тогда Уильям спокойно кивнул и схватившись за автомат все-таки сдвинулся с места. Подойдя к двум остальным дверям, решили мы разделиться, я на левую дверь, а Уильям на переднюю. Вот я стою у двери, открываю ее, а там один Германец и один британец, тычут на меня оружием, очевидно что слышали они нас. Я решил сделать вид что сдаюсь, сорвал с себя ремень автомата и незаметно поставил автомат на автоматический режим, после чего положил автомат на землю. Сердце тряслось от страха, другое дело на поле битвы, когда расслабишься убьют, а тут двое впритык ко мне. Двое врагов толкнули меня в комнату, я ожидал это и пнул якобы случайно автомат на полу рядом с тем местом где меня толкнули. Уокер с опытом человек рассказал мне о способе избежать расстрела от врагов или пленения, вот и теперь испытываю на практике. Два врага оглянулись между собой и кивнули, после чего наставили на меня дуло своих оружий. Вот, теперь самое главное. Быстро я подбежал к германцу с усиками, взял нож из специального места в бронежилете и вонзил нож ему в шею, после чего прыгнул на землю приняв позу лежачего к своему драгоценному автомату, схватил автомат и не прицеливаяст сразу выпустил пол магазина во врага обе даже не успели понять что происходит, как уже были мертвы. Все таки пригодились мне секции по борьбе. Неожиданно в комнате где был Уильям раздался взрыв. Не успел я понять что к чему, как услышал очень громкий вопль. Я напялил на себя небрежно ремень к автомату и побежал к источнику хлопка громкого. Зайдя в комнату, меня ожидала ужасающая картина. На полу лежит Уильям с растрезанными и оторванными в ходе взрыва ноги, обе, вторая слетела не полностью, ноги его и правое плечо напоминало смесь кровавого месива, с кусочками белых осколков кости и осколков от взрыва. Уильям лежал на земле и вопил так жутко, будто не человек. Стою я в ступоре, в голове такое же месиво как в ногах Уильяма, а крики Уильяма входят в уши и выходят. Из странного чувства потерянности меня вытащили более разборчивые вопли маленького, -"Томас, товарищ, помоги!!! Я ног не чувствую, все холодно и больно!!!» А что мне делать то еще? Все, Уильяму каюк. Внезапно сверху из зенитных установок как сердце мое издало звуки выстрела, как сердце мое трепещит и болит, почувствовал я что глаза мои слезятся, туда где зенитки стреляли, издался взрыв, похожий на мой бабах эмоций. Уильям уже начал терять силы и начал что то несвязное бормотать и начал ползать ко мне, оставляя крупные прямые следы крови, куда падали остатки мяса, суставов и костей. Я уж незаметно запаниковав обернулся и стал медленно уходить. Тогда Уильям достаточно громко чтобы я услышал и достаточно тяжко, что слышать было больно, -"Томас, Томас, не уходи! Не оставляй меня!!!» -жалобно прокричал полуживой наш маленький, -"Я сделаю все что захочешь! Вернись пожалуйста! Мама! Мама!» От этих слов мое сердце разрывало, слезы уже неконтролируемо капали с глаз моих, катаясь по лицу все-таки падая на пол или на рубаху мою. -"Томас, только не говори что я умираю! Томас!!! Я не тряпка!!!» -вдруг Уильяму маленькому пришла мысль, которую тот не хотел принимать, -"Я ведь не умираю?» От последней фразы я уже начал рыдать, пытался ускорить шаг, но упал на колени и начал рыдать сильнее, не желая создавать особого шума. Все таки сказал я сквозь боль и слёзы, -"Умираешь ты, Уильям, умираешь» Тогда Уильям снова не поверил и сказал последние его слова, которые прокатились по мне как грузовик с танками в запасе, -"Не верю… Ты ведь вернёшься?» От этих слов сердце мое разорвалось окончательно, слезы прекратились, остался лишь взгляд в непроглядное пространство. И вот слышал я вздохи и стоны Уильяма и расслышал вскоре его последний вздох. Разум затуманился, пришли боль и инстинкты, тогда я встал с колен и подошел к мертвому Уильяму и стал пинать его в лицо со всей силы с криками, -"Дерьмо, дерьмо!!!» После этого устал я пинать и побежал молнией искать Уокера. На бегу перезарядил я автомат, магазины и патроны принято нас класть в сумки, для удобства, эти сумки свисают как и автоматы с наших шей, к слову неудобно это. Вот я оказался с Уокером в одной части здания, он в одиночку прочистил четыре комнаты, всюду валялись трупы. Выглядел он неуставшим, правда ливо было все мокрое, забыл я упомянуть потеет он как будто воду из ведра льют. Уокер огляделся по сторонам явно что то разыскивая, но вскоре обратился ко мне, -"А где этот маленький твой, который Уильям?» -голос его был неподозревающим, что больше разрывало дружеское сердце моё. Сказал я что погиб он, видимо комната где он был оказалось заминированной, отчего и взорвался. Рассказал все в подробностях, о плече, о ногах, сам не знал что и сказать кроме как матерного слова, но пытался держаться, так как ы семье моей маты были неуважительны. Уокер понимающе и грустно кивнус но выглядел конечно не настолько растерзанно морально как я, ведь привык он терять своих. Внезапно по рации моей прошлись крики Рядового Ивана Баранова, -Помогите, нас враги в кольцо загнали, мы на нейтральной полосе, нас выцеливают снайперы, нужна помощь! Ответил я с лёгким волнением за друга детства, -"Мы не сможем помочь, мы штурмуем здание с зенитками, позовите кого нибудь в общую рацию!» Внезапно раздался голос Фантома уже по нашим с Уокером рациях, -"Поздравляю солдаты, вы за 30 минут захватили 10 процентов территорий, еще совсем и вы дойдете до первых вражеских окоп, удачи, парни». Уокер на вид повеселел. На этот раз решили мы, что на этот раз резделяться не будем. При медленном походе по дому, рассказал мне Уокер, что враги в основном защищают только снаружи зданий, отнюдь не внутренности зданий, стратеги у них сидят глупые, думает Уокер и конечно в своей манере как всегда, а вот раньше там были нормальные, пока не пришли просьбы о реформе от это страны как там, Эхо. Это все конечно интересно, но ы моей голове лишь жуткие образы Уильяма сейчас, грустно и больно мне до сих пор, а пацан то хорошим был… Вот мы на третьем этаже и на удивление здесь пусто, ни врагов, ни трупов. Пустое место, значит возможно что засада это, хоть и со стратегией Морской Страны, можем поспорить, что они просто забывают об этом доме, и не зря, ведь зенитки то, находятся во вражеской… А нет, уже нейтральной зоне. Подошел я медленно к окну и увидел там два вертолёта, наши походу, пришли как можно быстрее сбить зенитные установки на крышах. Я позвал Уокера посмотреть на это. Внезапно левый вертолёт включил тепловые ловушки, но это не сработало, ведь ракета снизу прилетевшая предательски сбила хвост вертолёта, от чего тот теряя управления крутился по сторонам и по итогу упал рядом со зданием где мы были, пол наш смачно затрясился. Второй вертолёт который цел остался, ракеты две мимо него пролетели, тот выпустил пулемётную очередь, да только попал не по зенитке этой, а по заданию в последний четвёртый этаж, оттуда сверху раздались крики, и вот с крыши на вертолёт пустились тявкающими и взрывными звуками расстрелял вертолёт, от чего тот и упал на землю взорвавшись. От сия видения испугались мы, и решили тотчас выполнить план, а план был прост, как можно быстрее расчистить четвёртый этаж и положить на крышу бомбу и взорвать. На четвертом этаже как мы зашли, все было в трупах посередине, а по сторонам раненные от пулемётной очереди с вертолета и тех кого все это не тронуло. Решили мы одним за другим расстреливать выживших, к счастью мало их оказалось. Стреляли мы по одному, пули попадали по одному и люди поочерёдно падали, издавая крики жуткие. Патроны закончились и я тут же перезаряжаюсь, как вдруг на меня напал солдат, тот толкнул меня и очень быстро схватил мой автомат. Уокер перезаряжал оружие, пришлось мне выкручиваться, достал я нож и замахнулся, как по роже моей взорвался кажись удар, прямо искры зеленые были видны, от удара меня оттолкнуло и я даже не заметил что выронил нож. По движениям и опыту понял я — это был капитан. Уокер понял что я в беде и прямо в голову подстрелил того кто напал на меня и на этом, солдаты все были мертвы, особо раненных оставили мы таки подыхать, лишь особо упорных расстреливал Уокер. Нужен было мне что то чтобы забраться на крышу, рядом к счастью стол стоял. Подошёл я к столу и поднял раз, потащил два, и положил три. Стол легким был, деревянным. Поднялся я на стол, и положил его ровно в то место где была зенитка, понял я по характерному звуку движения, который во время прежней армейской подготовки учили. Заложил я бомбу, заклеил изолентой на полу, вроде все готово, теперь лишь из здания выйти. Внезапно раздалась сирена, скоро их выход, мы должны остаться, закрепить местность, жаль Уильям до этого не дожил, вроде для опытного солдата мелочь это, а вроде для нас долгое спасение. Вышли мы из здания, и решили что в воронках прятаться смысла нет, ведь танки будут у врагов. Уокер посмотрел на радар и решил что спрячемся мы в траншеях вражеских неподалеку, теперь уже нейтральные. К слову хочу разъяснить кое-что. В понятии нашем окопы это закопы которые деревом застроены с бетоническими или деревянными блиндажами, а траншеи это просто закопы, чтобы прятаться, просто укрытие. Вот мы в траншеях, затаили дыхание, ждем атаки врагов. Оглянулись мы и поняли что с нами другие солдаты с они также согнали головы, сутулые, вспотевшие, уставшие и замученные. Сверху стал доносится свист минометов и я по привычке молнией пошел искать блиндаж, но потом вспомнил что это наши по врагам кидают снаряды, стало чуть спокойнее. Внезапно взорвался один снаряд рядом с нами, земля сильно содражала, а один человек который на секунду высунулся получил снаряд себе в лицо, от чего и умер. Стало мне страшно, куда они целяться? Или враги? Если враги, то оказывается, они не настолько трусы, чтобы стрелять снарядами под шквальным огнём, враг наш и вправду серьёзен. От страха я забился вниз на мокрую землю и просто не вставал. Уокер тоже сидел на грязи, но уж точно спокойнее меня, и бормотал он что то про себя. Черт возьми, жить хочу я. Внезапно раздался хлопок громкий прямо перед нами, минометы попали в нас, меня откинуло лишь, как и Уокера, и остальных, и по ушам бил звон, ничего не слышал я. Разлетелись ноги, руки, водопад крови упал на проклятую землю, раздались крики будто в аду, еще снаряд попал перед нашими траншеями и вдруг тогда ударило что то мне по голове сильно, сильно, теперь по ушам был звон, ничего не слышал, так еще и голова теперь кружится от удара. Я снял каску и увидел что достаточно крупный осколок вонзился в мою каску, почти пробив каску до ссамой моей макушки. Посмотрел я на людей, они стояли страшные, мёртвые растерзаны, будто их медведь растерзал беспощадно и лишь мёртвые на земле лежат. Посмотрел я на часы, посмотреть на время, до атаки вражеской осталось минут пять. Я похлопал быстро по плечу Уокера, тот обернулся ко мне и я показал ему часы. Тогда Уокер широко открыл рот, видимо кричал что то, но звон в ушах мешал сильно. Звон в ушах нача пропадать и на замену им шёл крик суровый Уокера, -"Готовимся все живо!!! Атака через пять минут!!!». Когда голова перестала кружиться и звон в ушах прошел, понял я что обстрел наш закончен. Посмотрел по всем сторонам, налево трупы и раненные, направо наши целые, впереди здания и пару врагов и конечно же трупы, а позади нас… А позади нас наши разведчики снайперы обезвреживают других вражеских снайперов, помните ли вы что они по сторонам обоих лишь ходят. Осталось две минуты и тогда стали разведчики отступать, с каждым разом отступали они быстрее и становились все дальше и меньше. Засмотрелся я на это, как пуля прошла передо мной угодив на землю, и Уокер схватив руку мою повалил на землю. -"Не высовывайся." Не высовываться, самое главное правило солдат для выживания, это правило спасало людей, народы, поколения. Взрывной град сверху резко прекратился, заместо этого пришла страшная и пугающая всех солдат сирена. Кто то в траншеях начал кричать от звериного ужаса, меня паника стороной не обошло, я закрыл уши, а из глаз потекли слезы, голова была в полном беспорядке но я явно видел папу, маму, Уильяма, пилота… А я ведь даже имени пилота не помню. Внезапно но не сильно с нарастающей силой затряслась земля, черт мы же в нейтральной зоне. Из траншей вышел один человек который был рядом с нами так его сразу поразила пуля, прямо в голову изуродовав лицо. Перед нами взорвались траншеи и от взрыва в траншеи предательски толкнуло вражеского солдата. Тот медленно встал держась за живот. Мы смотрели на него недоумевая и держа в руках крепко свои орудия будто они хоть чем то помогут в данной ситуации. Вскоре кто то вскрикнул, -"Его живот разорвало, он кишки свои держит, подстрелите его, чтоб не мучился» Уокер послушался, да выстрелил бедолаге прямо в черепушку, когда он упал он оголил весь внутренний мир его живота, кости раздробленные, кишки, желудок, смотреть было мерзко. Тем временем тряска продолжалось, поняли мы что к нам едут. Я еще больше запаниковал, слёзы стали лить мощнее, а руки задрожали. Внезапно из рации раздался металлический голос нашего Фантома, -"Принято, три беспилотника спешат на помощь» -видимо, кто то запросил поддержку. Тогда стало нам легче, но сложно было все равно. У траншей есть закопы большие вперёд и назад, для транспорта, так вот там встал видно не особо умный человек и начал еще кричать, -"Победа близка!!! Мы с каждым шагом ближе к окопам врага!!! Рано или поздно мы пойдём до самой столицы Морской Страны!!!» Земля стала содрогаться уже невыносимо, земля траншей аж падать начала. Там где стоял непроглядный человек который только что кричал приблизился вражеский танк, все открыли глаза поближе, так сразу побежали к солдату, тот в свою очередь даже не заметил громогласно танка и тот безжалостно задавил бедняга и мало того его замотало на гусеницы, от чего танк остановился. Одни солдат бесстрашный поднялся на танк, открыл люк, да кинул внутри танка гранаты, принялись мы убегать, так как танки нехило взрываются. Того кто гранату кинул тотчас поразила снайперская пуля. Граната в танке взорвалась и сначала танк загорелся изнутри, расслышались вопли адские, так верхний каркас танка от взрыва кинул вверх, да упало. Я во время бега после взрыва от ударной волны рухнул на пол и потом увидел наверху себя танк огромный. Уокер заволновавшись схватился за ружьё и забился в землю, земля к слову осыпала нас с ног до головы. Раздался выстрел из танка, который унес жизни многим, но не нас. Увидев танк и вспомнив прошлые опыты и страхи, затопил я в ужасе. Танк страшно проезжался надо мной, так шумел и скрипел, казалось скоро и меня задавит. Сидел я на земле и вопил, как рот мой заткнул Уокер рукой. Рука его была грубой и грязной, на лице это ощущалось ещё ужаснее. Танки вскоре проехали мимо все, танки шли к нам. Танки проехали чуток, как их встретили наши ракетными и миномётными объятиями. Так больше нельзя терпеть, подумал Уокер и тогда он предложил забегать в здание где они бывали раньше. Там безопаснее и ещё видел Уокер там прицепили пулемёт. Все, побежали! Мы вышли из укрытия нашего и побежали к зданию минуя танки и наши миномётные, да ракетные удары. Сверху пролетел вертолёт, видать нам не заметил. Передо мной проскочила пуля, видимо снайпера, тогда ускорил я бег. К слову я умею различать звуки пролетевшей пули и звук пролетевшей мухи уж больно они похожи. Внезапно упал перед нами снаряд миномёта, после взрыва нас обоих немного откинудо назад, но бег продолжить смогли. Ровно перед входом в здание снайперская пуля шальная попала мне в плечо, откинуло меня и я ударился головой об дверной проем. Еле как держа себя в ногах мы добежали до здания и первого что мы увидели, куча кирпичей и металла, а посередине упавшие сверху две зенитки. Решили мы отдышаться в одной комнатке тесной. Мы совсем близко к победе, что пойти не так то сможет? Уокер лишь немного взволнованный посмотрел на меня, в его взгляде было что то странное, что то будто от света того, что то мертвое. Неожиданно, упал он ко мне лицом вперед обессиленно, а я, не ожидая этого, успел схватить его прямо перед тем, как он упал, да и перевернул. Уокер снял с себя рубаху и бронежилет. О чёрт возьми. Его живот кровоточит. Уокер очень слабо и хрипло сказал, «-Осколок угодил мне в печень, не спасти меня уже, малыш» Я шокированно посмотрел на него, не хотелось верить во все это, вот и ляпнул, -«О чём ты? Просто кровотечение, вытащу осколок, перевяжу и дело с концом» -быстро я начал ощупывать все свои карманы в надежде найти бинты. Уокер выглядел совсем ужасно, лицо было бледным, глаза закатились, уши и шея красные, а в животе что то чёрное и липкое, руки подкосились, а сам начал он кашлять, кашлять без умолку с короткыми передышками на дыхание. -"Томас, не спасти меня уже, кровь чёрная, в печень осколок попал, да не сдобровать мне в любом случае» По лицу моему прокатились катком слёзы. Сказал я сквозь предательски нахлынувшие слезы, заикаясь, «Ты просто бредишь, мистер Уокер, ты в порядке!» Уокер перестал кашлять и он потянулся в карман и достал оттуда бинты, после чего протянул их мне напоследок сказав слабым хриплым голосом, -"Держи, тебе нужнее.» Боль, страх, грусть и депрессия ударили по мне разом, обрушив все мои стены что я строил годами, и стены эти — это стены дружбы. Пол Уокер лежал на полу, не двигался, не дышал, а перед смертью он помог мне как отец сыну. Тогда я начал делать сердечно-легочную реанимацию, как меня учили, чтобы зачем? Чтобы просто сохранить ничтожную надежду. Но ничего не сработало. Вскоре я просто сдался. Вот я смотрел на труп Уокера, который был как мой отец, который лежал с полуоткрытыми измученными глазами и бледной кожей. По ощущениям, он уже холодает. Прощупал я пульс, в последних надеждах что он жив, но пульса не было. Тогда разрыдался я ему в грудь. Все хорошие кого я знал, ушли на тот свет. Почему? Почему молодые и такие старые страдают? Почему только я жив? Два маленьких, Пилот, Уильям, ушли жестокой смертью пополненной детским страхом и ужасной болью, а старик, уже давно сломленный, умер, напоследок позаботившись обо мне. Плакал бы я до самой смерти но меня отвлек голос Фантома, -"Парни, осталось совсем чуть-чуть! Враги сдерживают наши силы как могут, остались жалкие километры до их первых окоп, которые в ходе удачи они украли. Вернём наши границы! Контратака отменяется и третья атака отменяется, уж больно потеряли много мы и они, следующая битва через неделю.» От этих слов, по спине пробежали мурашки, а в голове как горячая вода струилось раздражение. Почему я пережил это? Не мои ребята, а я? Иван Баранов и Капитан с Капралом живы небось, а вот я то что? Я изнутри давно не жив, в голове остался не человек, а зверь. Зверь очень чувствительный и на удивление пугливый. На войне люди стачивают внутренний стержень становясь не людьми, а буквально собаками идущими за мясом. Теперь я понимаю, почему Уокер был так спокоен. Встал я и направился к лестницам по зданиям, смотря в пространство, куда человек нормальный ее посмотрит с максимально грубым и хмурым лицом. Прежняя грусть и боль сменились желанием набить кому нибудь морду. Но для начала надо вернуться, до конца боя осталось минут так 20, но минул бой как будто часами, но не суть. Придётся наврать, что болит у меня плечо, так я вернусь поскорее. Внезапно вспомнилось мне откровение Уильяма. -Уильям, как же ты устал врать! Ничего у тебя не болит, признай!!! -Воу, Томас, не кипятись. -Чего? Я спокоен! Почему ты вечно врешь? Вот это вопрос. И всея отвечай! -Эх, скажу я тебе правду дружище. Мама моя была доверчивой, а папы не было. В школе меня травили, ведь я без папы а скоро без мамы буду. Так вот, не хотелось мне в эту школу адскую, вот и придумывал оправдания на ходу, говорил что болит и куда болит, да это все в привычку вошло, вот бросить никак не могу. -Эхс такие мелочи, а какие последствия… Этот разговор дал мне много принять, да и понял я еще кое что сейчас, а именно понял я смыслы вранья Уильяма, сейчас я это и делаю, обманываю и преувеличеваю. Сижу на полу на втором этаж, так как лестницу на следующий этаж завалило, вот сидел я и ждал вертолёт который должен скоро подлететь и забрать меня. Соврал в плечо получил пулю прямо в кость, хотя коснулось только мяса. Уокер мной бы не гордился. Вот вертолет подлетел и подкинул веревку, сказали держаться одной рукой. Так я и сделал, схватил веревку одной рукой и держался. Веревка начала медленно и неторопливо подниматься, крикнул я чтобы ускорили, но оттуда крикнули что хотели бы, но вот сломалась машина которой тащат веревки, остался лишь человека который пытается меня затащить наверх как можно быстрее. Вот я почти до вертолёта, осталось пару метров, как вдруг ракета прилетела в вертолёт с взорвав его, меня немного окинуло вниз и я упал вниз, в полёте повернулся как будто падал в позе лежачего, не заметил, как ударился головой, я отключился. И открыл я глаза, вешу верх дном. Не понимал я что происходит, почему я парю в воздухе? Голова зудела, уши звенели, а глаза размывались. Я почувствовал что жилет мой давит спереди, а сзади свисает. Трогая и ощупывая свою сырую и грязную форму, понимаю я что ремень билета моей, взял, да зацепился за арматуры в дыре на получ которую падающая зенитка сделала. Глаза тогда отрезвели. Надо мной в длине двух этажей лежит раздолбленная зенитка. Все таки я в третьем этаже, сначит падение не долгим было. Сразу же я попытался держать за ремень, чтобы тот порвался или отыепился, но все бес толку. На меня была налета сумка, откуда так и шел металлический запах из-за патронов и магазинов внутри. Внезапно арматура об которой зацепился ремень, сдвинулся с места, отчего застрял я еще сильнее. Внезапно почувствовал я что теряю веч, а сумка с патронами начала падать. Патроны сыпались, магазины падали. Успел я взять один магазин и закрыть сумку, чтобы патроны не сыпались дальше. Лишь спустя время понял какой я звук издал, громкий. Уши сразу поймали звуки шагов. Я быстро проверил автомат на наличие патрон, а их нет. Магазин который я успел схватить спас меня, я перезарядился быстро и стал дожидаться врагов. Вышел первый солдат, враг наш. Сразу же я выстрел лил, да попал ему в шею. Второй подбежал спасать товарища, так я выпустил в него острые пули, попал в голову, его голова разорвалась. Первый солдат был жив и мучился в агонии. Кровь с его шеи противно стекала по его шее и груди, какая на пол. Солдат стоналс захлёбывался своей же кровью. Задумавшись, я вспомнил что все еще застрял, а так выстрелил в ремень которым я застрял, заранее узватившись за другую арматуру. По ней я поднялся и пополз к разваленому полу и чужом не упав поднялся. Обдумывал я все снова. Труп вражеский лежит захлёбывается в крови а мне хочется смеяться, но не получалось, единственное что получалось это стоять неподвижно и смотреть в одну точку, без эмоций, без страха, без гнева, без веры и надежды. Звуки стонов солдата продолжались, продолжались, а по итогу он замолк, солдат погиб. Как же теперь мне спускаться вниз? Лестницы то нет. Решил, что прыгну на арматуру, раскачаюсь и прыгну на пол второго этажа. Вот я у выхода, выход который для меня означал смерть. Когда я зашел сюда погиб Уильям, а потом Уокер. Если я выйду меня поразит снаряд, транспорт или танк переедет. Но мне было без разницы, лицо мое все еще хмурое и я все еще все обдумывал, надо ли мне эта война? Зазвучала сирена. Все кто держал оборону тотчас сбежали с места сражения, как и единицы оставшихся вертолётов. На земле валялись трупы и три беспилотника, они сбиты. Все было в запахе дыма и крови. Посмотрел я на траншеи где я был, да неужели все кто там был погибли? Так и оказалось, оказалось сбежав из траншей мы жизнь свою спасли. Удручающе. Тогда я посмотрел в сторону где бежали нашим так я тоже за ними помчался. Сегодня был грустный день, как же не хочу я чтобы это повторялось. На базе. Вернулся я на базу, оружие сдал в склад, одежду в свой шкаф кроме жилета, так как там была царапина от снаряда на спине, пулевая дырка и порванный ремень, а также каску я отдал туда же где и жилет, ведь в каску вонзился огромный осколок. Потом пошел я в лазарет, там меня осмотрели на наличие инфекций, налили на мои раны спирт, жгло ужасно, а потом вытащили пулю из плеча и перевязали раны, к счастью раны не ужасные. Вот и был я в своей казарме, лежал и смотрел в казарму, думав о сегодняшнем дне не забывая о физике. Иван Баранов, Капитан Романович и Капрал были целыми и здоровыми, как же им везёт… Капитан и Капрал были как обычно придурковатыми, а вот Баранов выглядел более уверенно, больше не настолько боялся как раньше. Неожиданно задал мне вопрос Баранов, -"А куда делся Уильям?» Очевидно было гле он, но я ответил, -"Погиб он, от взрыва ноги оторвало, погиб от кровотечения» Баранов ахнул, -"А куда вы это пропадали? Мы в вас очень нуждались» -"Да мы были с ныне покойным Капитаном Полом Уокером.» -"А то есть ты оценил наши жизни выше приключения с ним?» -"Чего ты так пристал? Ты думаешь мы знали что вы попадете в беду?» -"Ох, ну посмотрите на него! Кинул нас, а теперь оправдывается!» -"Заткнись, идиот ты тупой!!!» -"Все таки хорошо что твои родители умерли» От упоминания родителей внутри меня все взорвалось, я набросился на Баранова с кулаками, толкнул его так сильно что он упал на землю, а после принялся колотить его лицо. Бил я его лицо и бил, Капрал не вмешивался, а Капитан ржал. Баранов тихо заговорил, -"Мне просто тебя не хватает… Ты мой друг детства и мне больно видеть что ты с другими дружишь", После такого откровения колотить мне его больше не хотелось. Я отстал от него и спокойно лег на кровать свою. Стал читать книгу чтобы успокоиться. Сказал лишь я Баранову последнее, что я мог ему хоть когда-то скзаать, -Думаешь, что мне на тебя плевать? Уверен, что теперь да. Все, кого я уважал, мертвы. Кроме тебя. Когда-нибудь ты умрёшь. Я буду смотреть на это с улыбкой. Я тебя ненавижу.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...