До последней капли крови

После смерти Мингю Хэрин на долгое время впала в ступор. Мало интересовалась делами Винченцо и Чаён, отложила стажировку в Вавилоне, закрылась в себе. Ей мучительно нужно было расставить наконец все по местам, осознать, понять, кто она на самом деле. Похороны ее лучшего друга стали отправной точкой - Хэрин будто наконец проснулась. Больше не бежала от себя. Мыслила на удивление ясно, наконец видя перед собой цель. Но увидив Хансока, всесильного, непобедимого председателя Вавилона, таким беспомощным, одиноким и уязвимым, девушка снова впустила в душу сомнения. Она не хотела сопереживать монстру, не хотела давать слабину перед тем, кто слабость ненавидел, но ничего не могла с собой поделать. Мне снился ужасный сон Эти слова крутились в голове круглые сутки, а в списке мести появилось еще одно имя. Хэрин никогда не встречалась лично с Чан Хансо, хоть Наен и обожала этого смазливого мальчишку, но ненависть, что девушка испытывала к младшему брату Хансока, горела в ней, сжигая все принципы. Хэрин даже себе не могла толком объяснить, за что так возненавидела человека, кто ей ничего плохого не сделал. Не она ли сама хотела отомстить Хансоку, уничтожить все, что ему дорого, заставить пожалеть и считаться с ней? Но, возвращаясь с первыми рассветными лучами из больницы не замеченная никем, Пак Хэрин осознала еще одну вещь. Она никогда не хотела убивать Чан Хансока. Не смогла бы - как и он не смог убить ее. А значит, надо было опередить Винченцо. Самой отомстить, отобрать у Хансока самое дорогое, при этом сохранив ему жизнь. Девушка вбежала по гулкой лестнице Гымга Плазы на третий этаж. Какими бы трудоголиками не были работники Чипхураги, даже им нужен был отдых. Сейчас, на позднем октябрьском рассвете, в офисе было пусто. Хэрин даже не чувствовала, что не спала больше суток. Внутри наконец снова играл азарт, оживляя и давая цель в жизни. Девушка давно не проверяла камеры, что установила сразу после того, как в их офис ворвались по указке тогда еще Чан Джун У. Пора было узнать все, что скрывали от нее Винченцо и Чаён.

***

На экране ноутбука дни сменяли друг друга в невероятном калейдоскопе красок, оставляя лишь окружение неизменным. Хэрин проматывала записи, пытаясь найти хоть что-то, что даст ей преимущество. Девушка остановилась на видео недельной давности лишь потому, что впервые в офисе кроме обычных посетителей присутствовал еще один мужчина. Хэрин внимательно вгляделась в экран, лишь после нескольких секунд замешательства понимая, что уже знает этого человека. Когда-то, казалось, вечность назад, а на самом деле не больше двух месяцев, его ей представил сам Винченцо. Хэрин, это наши новые соратники в этом непростом деле. Господин Чо Ёнун. Управляющий Гымга Плаза и мой доверенный человек в Корее. Тот самый управляющий выглядел совсем иначе, чем когда был представлен девушке. Мужчина больше не пытался казаться незаметным, плечи расправлены, он небрежно облокотился на стол у окна, потягивая поданный Винченцо напиток. Хэрин внимательнее вгляделась в изображение на экране. - Эта флэшка… за ней сейчас охотятся все, кто только может, - Чо Ёнун неторопливо растягивал слова, чувствуя себя хозяином положения. - И мне она нужна сильнее их всех вместе взятых. Помогите мне, и я позволю сделать вам копию. - Господин Чо, - Винченцо, как всегда, говорил покойно. Он стоял спиной к камерам, и выражения его лица девушка увидеть не могла. - Вы ведь не просто управляющий, так ведь? И не просто попали под раздачу в той перестрелке? - Как и вы, господин Кассано, не просто адвокат, - мужчина хмыкнул, ничуть не смутившись. Хэрин впервые видела, чтобы с Винченцо говорили вот так, на равных. - Но ворошить чужие тайны - дурной тон. Важно лишь, что я не забыл о том, как вы спасли меня в тот день. И не останусь в долгу. - И что же на этой флэшке? - Винченцо тоже облокотился на стол, стоя теперь в пол-оборота. - У нее есть говорящее название - Гильотина. На ней - компромат практически на всех чиновников, высших чинов полиции и прокуратуры, бизнесменов и влиятельных лиц. На всех, кто может как-либо угрожать действующей власти. Она была утеряна во время одной из хакерских атак, и с того времени все, кто знал об этом, стараются ее отыскать. Она бесценна, - Чо Ёнун дернул уголками губ, пытаясь скрыть восторженную улыбку. - И вы, конечно же, знаете, где ее найти, - хмыкнул Винченцо, оценивая собеседника. - Знаю. Но без вашей помощи тут не обойтись, - господин Чо выдержал поистине театральную паузу, делая медленный глоток. - Гильотина находится под вами. В прямом смысле этого слова. Винченцо дернул бровью, показывая непонимание, но от Ёнуна не укрылось, что господин Кассано сжал руку в кулак. - Вы ведь и так собирались вскрыть хранилище, не так ли? Только из-за нескольких сотен золотых слитков. Именно поэтому вас так интересовало это здание, но все никак не получалось, ведь вход в него может взломать только опытный, почти гениальный хакер - как та, кто создала его. Но вы ее нашли, и теперь подыскиваете подходящий момент. Я помогу вам, а вы - мне. Детали сделки Хэрин не интересовали. Девушка поставила на паузу, а после перемотала на начало диалога. Снова. И снова. Стараясь запомнить каждую мелочь, выцепить малейшую деталь. Ведь Гильотина меняла всю игру, и меняла кардинально. Это была власть, сосредоточенная в одной руке - и эта рука могла править всей страной из тени. Так Хэрин могла не только отомстить Хансоку и узнать все о Винченцо. Она могла наконец получить то, чего хотела всю жизнь. Власть. Силу. Голос. Остаток дня Хэрин провела дома, ссылаясь на простуду. Она искала любые упоминания Гильотины на просторах интернета, а еще пыталась прикинуть, что за замок мог бы быть на входе в хранилище, что не каждый хакер мог его взломать. Давний дух соперничества с выбранным Винченцо специалистом - кем бы он ни был - будоражил кровь и заставлял думать быстрее. На столе копились пустые чашки из-под кофе. Девушка забыла о том, что не спала уже почти двое суток, и запрещала своему телу думать об этом. На задний план ушли все мысли - о Хансоке, Мингю и Наён, о родителях - настоящих и приемных, о всех проблемах и переживаниях. Только цель. И никаких препятствий. К полуночи Хэрин поняла, что, не взглянув на замок лично, все равно не поймет, как его вскрыть. Наспех накинув куртку, она выскочила навстречу ночному холоду. Девушка даже не взглянула в зеркало, чтобы увидеть, насколько безумными были ее бирюзовые глаза в обрамлении густых ресниц и темных кругов под ними.