my fallen star

Уён и Ёсан с энтузиазмом ворвались в квартиру, сразу же нацелившись на диван и заказанную пиццу, которая уже ждала их на столике. Пицца была с сыром, беконом и оливками — любимая комбинация обоих. Уён тут же схватил кусок и, не успев сесть, радостно воскликнул: — Мы сделали это, Ёсан! Мы прошли собеседование! Ёсан с широкой улыбкой откинулся на диван и взял свою порцию. — Да, это было просто невероятно! — он практически сиял от восторга. — И как же это круто! Даже сам Джонхан брал у нас интервью! Ты видел, как он шикарно выглядит? Уён захохотал, вспоминая. — Ещё бы не заметить! — сказал он, шутливо покачав головой. — Он такой красивый, что я чуть не забыл, что мне нужно отвечать на вопросы. Ёсан рассмеялся, кивая. — Точно, я тоже в какой-то момент задумался: Он же выглядит как идеальная модель. — А знаешь, что самое смешное? — Уён вдруг притворился серьёзным, откусывая кусок пиццы и поднимая палец вверх. — Это, возможно, последняя пицца, которую мы едим в этом году. Ёсан замер с кусочком на полпути ко рту, глядя на Уёна с вопросом в глазах. — Что? Почему? — Ну, ты же знаешь, — Уён сдержал смешок. — Теперь, когда мы официально в теме, модели питаются только салатами! Прощай, пицца. Здравствуй, листья салата и кефир. Ёсан покатился со смеху, чуть не уронив кусок на пол. — Вот уж нет! Пока не начались съёмки, я буду наслаждаться каждой пиццей! Салаты подождут. Уён улыбнулся, видя, как весело его другу, и, откинувшись на диван, довольный добавил: — Ладно, салаты подождут. Но, когда будем работать с Джонханом, нужно будет как минимум выглядеть достойно рядом с ним.

***

— Ты не думаешь, что всё как-то слишком легко получилось?— задумчиво спросил Уён. Ёсан встал с места, и медленно убирал с пола салфетки и пластиковые бутылки. — Я думаю он уходит в декретный отпуск, так как через пару месяцев он уже должен рожать,— пожав плечами ответил Ёсан. У Чона округлились глаза. Он не мог вымолвить и слова, пока Ёсан не положил руку ему на плечо: — Эй, ты как? — Думаю, на сегодня меня ничего не сможет уже удивить. Последним штрихом будет, то что тебя сейчас заберут инопланетяне, а мне дадут докторскую степень по математике, — омега почесав затылок, повернулся к другу, сидящего рядом.— А откуда ты это знаешь? — Я увидел снимки УЗИ на его столе. Уён настолько переживал на собеседовании, что даже не заметил снимки лежавшие на столе директора, на которые он время от времени смотрел, пока Уён думал над вопросами. — Вот оно что,— протянул омега. — Как ты считаешь Ёсан-а, кто будет его заместителем, когда он уйдет в отпуск? — Пак Сонхва, кто же ещё? — Верно, верно.— Уён принял задумчивый вид.

***

Чон Уён зевнул, потирая глаза, и медленно поднялся с дивана. День был долгим и насыщенным, и его тело уже настоятельно просило отдыха. Он потянулся, громко вздохнув, и повернулся к Кан Ёсану, который всё ещё сидел на диване, погружённый в просмотр какого-то шоу. — Всё, я вырубился, — пробормотал Уён, прикрывая рот рукой, чтобы сдержать очередной зевок. — Пойду спать. Ёсан бросил на него взгляд, чуть усмехнувшись. — Наконец-то сдался? Думал, ты ещё пару часов выдержишь. Уён покачал головой, лениво волоча ноги в сторону своей комнаты. — Если останусь ещё хоть минуту, засну прямо здесь, и ты меня с дивана не поднимешь, — он остановился на секунду в дверях, оглянувшись. — Спокойной ночи, и не смотри это без меня! — Ладно-ладно, оставлю на потом, — отозвался Ёсан, махнув ему рукой. Уён только кивнул, зевнув ещё раз, и ушёл в свою комнату. Как только он лег на кровать и укрылся одеялом, глаза сами собой закрылись. Тепло одеяла и мягкость подушки быстро погрузили его в долгожданный сон. Обе друзей, осознавали что, с завтрашнего дня их стили жизни и рутина полностью поменяются.

***

Раннее утро в Амстердаме было тихим и спокойным. За окнами отеля разливался мягкий свет, заливающий узкие улочки города золотистым свечением. Небо, всё ещё затянутое легкой дымкой рассвета, отражалось в спокойных водах каналов, создавая почти сказочную атмосферу. Легкий прохладный ветерок шевелил занавески, которые чуть покачивались от сквозняка, впуская свежий воздух в просторный номер. На широкой белоснежной кровати спали двое парней, тесно прижавшись друг к другу. Один из них, Чон Юнхо, чуть прикрылся одеялом, свернувшись клубком, его волосы растрепались после сна. Он мирно дышал, его лицо было расслабленным и спокойным, а губы едва заметно подрагивали, будто во сне он о чём-то шептал. Рядом с ним лежал Сон Минги, чуть вытянувшись на спине, его рука неосознанно лежала на плече Юнхо, будто подтверждая их близость даже во сне. Свет мягко ложился на кровать, не нарушая тишину, а где-то вдалеке было слышно, как по каменным мостовым проехал первый велосипедист. В номере всё было спокойно: только тихое дыхание спящих и лёгкое движение занавесок. Утренняя гармония города и уют отеля создавали идеальную атмосферу для медленного, безмятежного пробуждения, которое было ещё впереди. Они всегда были вместе, с тех пор как Минги увидел его на подиуме. Он всё еще хорошо помнит тот момент, когда Джонхан их впервые познакомил. Они были тогда ещё совсем юными. Обоим было всего лишь по 18 лет. Сейчас же они – взрослые люди. У каждого своя жизнь и интересы. Но это им никогда не мешало вместе отрываться и исследовать неизвестность. Омега лежал на кровати, полупогружённый в мягкость постельного белья, с закрытыми глазами. Его дыхание было ровным и спокойным, но он чувствовал — чувствовал каждое прикосновение Минги. Тонкие пальцы едва касались его кожи, скользя по руке, словно изучая её рельеф. Тёплое прикосновение было осторожным, почти робким, и Юнхо даже на мгновение захотел открыть глаза, но не стал. Он предпочёл оставаться в этом состоянии, наслаждаясь тишиной и ощущением прикосновений, которые наполняли его покоем. — Вот же соня,— утренним, хриплым и глубоким голосом произнес Сон. Голос альфы всегда звучал грозно и с хрипотцой, но это часто привлекало омег. Он смотрел на Юнхо, словно на произведение искусства — каждая черта его лица казалась идеальной. Лёгкая тень ресниц падала на щеки, а губы были слегка приоткрыты, как будто Юнхо что-то видел во сне. Минги не мог отвести взгляда от этой тонкой, почти эфемерной красоты. Джонхан знал, кого он делал лицом своей компании– Чон Юнхо привлечёт внимание даже самого холодного скептика. Его рука медленно скользнула вверх по плечу друга, наслаждаясь гладкостью его кожи, которая на ощупь была словно шёлк. Каждое прикосновение было пропитано нежностью и трепетом. Запах Юнхо, как всегда, был едва уловимым, но глубоким — бархатным и тёплым, как летний ветер, смешанный с нотками чего-то родного. Альфа вдохнул этот аромат, и его сердце замерло на мгновение, наполненное чем-то большим, чем простое влечение. Это было восхищение, соединённое с глубоким чувством привязанности. Он продолжал любоваться им, чувствуя, как каждая секунда этого момента была бесценной, как будто весь мир замер вокруг них двоих. Они часто выбирались вместе в путешествия, оставляя за собой рутину и суету. Особенно когда у друга была течка. — Хочешь повторить вчерашнее? — прошептал Сон, пробравшись ближе к омеге. Чон улыбнулся уголками губ, чувствуя что–то, упирающееся ему в поясницу. Протерев медленно глаза, он наконец повернулся к «другу». Минги не удержавшись примкнул к его щеке. Он обожал нежиться с ним с утра, когда кожа только что проснувшегося омеги, было тёплым от долгого сна. Он обожал его заспанного, сонного, пьяного. Любого. — Нам пора перестать летать заграницу при моей течке,— уголки губ Юнхо слегка приподнялись.— И спать по дружбе – тоже. — Не могу ничего поделать с собой,— альфа привстал на руках, возвышаясь над обнаженным другом, тело которого было полуприкрыто одеялом. Минги нерешительно коснулся губ Юнхо, будто впервые — мягко, осторожно, изучающе. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, как прикосновение ветра к поверхности воды. Но в этой нежности было что-то невероятно глубокое — словно этот поцелуй рассказывал обо всём, что они не могли сказать словами. Комната наполнялась звуками поцелуев, а свет из окна освещал двоих друзей, уже жадно целующих друг-друга. Внезапный звонок прервал только что начинавшийся секс. Минги раздражённо оторвался от поцелуя, когда его телефон начал вибрировать под подушкой. Он прищурился, глядя на экран, и, увидев имя брата, стиснул зубы. Со вздохом недовольства, он нехотя отодвинулся от друга, который с лёгкой улыбкой наблюдал за происходящим, и ответил на звонок. — Что? — бросил Минги, даже не пытаясь скрыть раздражение в голосе, его взгляд все ещё тянулся к тому, с кем он только что был так близок. — Ты где шляешься? Почему не предупреждаешь, когда улетаешь в другую страну?— злобные крики Сынчоля были слышны не через телефон, а будто прямо из Сеула до Амстердама. — Ты совсем спятил? — начал он, не дав Минги вставить ни слова. — Ты бросил все свои обязанности и просто взял и улетел! Как тебе это в голову пришло? Минги молча слушал, прищурившись. В голосе брата нарастал гнев. — И Юнхо ты с собой потащил, да? Главную модель! Ты вообще в своём уме? Его контракт, работа, планы Джонхана — всё на кону, а ты так безответственно к этому отнёсся? — Я знаю, что делаю, — сухо ответил Минги, сжимая телефон в руке. — Знаешь? — фыркнул Сынчоль. — По-твоему, это ответственность? Ты подставляешь всех нас. Я не знаю, что ты там задумал, но возвращайся немедленно, и Юнхо приведи в порядок, он должен быть на съёмке через два дня! И не смейте попадаться папарацци! Телефонный звонок внезапно оборвался. Минги завалился на спину, потирая переносицу. Они обе всё ещё лежали голышом, но возбуждение уже сравнялось к нулю. — Я и забыл, что у меня съемки, — Юнхо привстав на локти, посмотрел прямо на Сона, лицезря его напряженное лицо. — Я могу снять твой стресс. Рука омеги скользнула вниз под простыню, сразу же находя его чувствительное место.

***

Двое друзей не могли скрыть волнения, заходя в огромное здание YJ, где их ждал первый день в роли моделей. Впечатляющие интерьеры, стеклянные стены и высокие потолки подчеркивали престиж и статус агентства. Оба нервно переглянулись, стараясь сохранять уверенность, хотя внутри всё кипело от напряжения. У входа их встретил Сынкван, тот самый бета, который улыбнулся с профессиональной приветливостью. Его приветствие было теплым, но без лишних слов. Он жестом указал им следовать за ним, ведя по широким коридорам, отделанным мрамором. — Добро пожаловать в YJ. Сегодня у вас первое занятие в модельной школе. Подготовьтесь, потому что здесь не терпят ошибок, — сказал Сынкван с легкой усмешкой, наблюдая за их реакцией. Уён и Ёсан лишь кивнули, стараясь скрыть свою неуверенность. Они прошли через несколько дверей и наконец оказались в просторном зале, где уже начинали собираться другие новички. Но именно один человек, находящийся у окна, мгновенно привлёк их внимание. Высокий, с идеально выверенной осанкой, он излучал такое спокойствие и уверенность, что все взгляды непроизвольно приковывались к нему. — Это Пак Сонхва, — тихо сообщил Сынкван, словно прочитав их мысли. — Легендарная модель YJ и правая рука Джонхана. Он будет наблюдать за вашей подготовкой. Постарайтесь не разочаровать его. Уён и Ёсан обменялись удивлёнными взглядами, понимая, что их первый день будет намного серьёзнее, чем они ожидали. Пак Сонхва был олицетворением совершенства, когда его взгляд скользил по новобранцам в модельной школе YJ. Его красота казалась почти нереальной — черты лица будто вырезаны из мрамора. Высокие скулы, прямой нос и четко очерченные губы создавали впечатление идеальной симметрии, дополняемой гладкой, безупречной кожей. Но не только его лицо вызывало восхищение. Омега обладал идеальной фигурой, будто созданной для подиума. Его тело было выточено до мельчайших деталей — широкие плечи, узкая талия, и длинные, мощные ноги. Каждый мускул был чётко очерчен, но не перегружен, подчеркивая баланс силы и изящества. Он двигался с грацией, будто каждое движение было тщательно продумано, но в то же время казалось естественным. На этот день Пак Сонхва выглядел так, будто сошёл с подиума высокой моды. Его наряд был одновременно стильным и дерзким, идеально подчеркивающим его статус легендарной модели YJ. Он носил облегающую, чёрную рубашку с длинными рукавами и высоким воротником, которая плотно прилегала к его телу, подчеркивая идеально вычерченную мускулатуру и безупречную фигуру. Рубашка была заправлена в узкие кожаные брюки, которые сидели на нём как вторая кожа, добавляя остроты и сексуальности его образу. Дополняли наряд массивные серебряные украшения: несколько тонких цепочек на шее, металлический ремень и браслеты, которые сверкали при каждом его движении. Образ завершали высокие чёрные ботинки на толстой подошве, которые делали его ещё выше и грациознее. Этот образ был полной противоположностью классической сдержанности, но при этом не терял своей элегантности, подчёркивая его уверенность и магнетизм. Сонхва выглядел как олицетворение самой сути слова "стиль": мощный, уверенный, дерзкий — настоящий лидер в мире моды и тот, кто способен завораживать одним своим появлением. Его присутствие в комнате заставляло остальных замереть. Любой, кто взглянул на него, понимал, что перед ними легенда, человек, чья красота и профессионализм стали эталоном для всех, кто мечтал о модельной карьере в YJ. — Так вот он какой… — с обожанием произнёс Уён. Это было его мечтой – вживую увидеть Пака. Сонхва был его идолом, за которым он хотел угнаться. Пак Сонхва заметил Уёна и Ёсана почти сразу, но его лицо оставалось холодным, серьёзным, с лёгкой тенью раздражения. В его взгляде читалась требовательность, словно он уже оценивал их с высоты своего профессионального опыта. Когда он подошёл ближе, атмосфера вокруг них ощутимо напряглась. Сонхва не проронил ни слова, но его присутствие говорило за него. Он посмотрел на Уёна с прищуром, словно подмечая каждую мелочь, и прежде чем тот успел хоть как-то среагировать, Сонхва слегка хлопнул его по спине — не грубо, но достаточно, чтобы Уён сразу выпрямился, словно по команде. — Осанка, — коротко произнёс Сонхва, его голос был глубоким и холодным. — Первое, что бросается в глаза. Ты не на улице, это подиум. Уён ощутил, как внутри у него поднялась волна стыда, но он быстро привёл себя в порядок, стараясь не выдать своих эмоций. Ёсан стоял рядом, слегка напрягшись, понимая, что они только что встретились с человеком, от которого многое будет зависеть в их обучении. Сонхва окинул их обоих ещё одним пристальным взглядом, но больше ничего не сказал. Просто повернулся и спокойно вернулся к своим обязанностям, оставив их стоять в полной тишине, осознавая, что их ждет впереди серьёзное испытание. День в модельной школе YJ оказался гораздо более изнурительным, чем они могли себе представить. С самого начала их ждали бесконечные тренировки: отточенные движения, походка по подиуму, правильная осанка, и, конечно же, фотосессии с безупречной позой перед камерой. Инструкторы были строгими и не терпели ошибок, постоянно поправляя их и требуя идеального исполнения каждого элемента. Каждое занятие казалось нескончаемым, время словно растягивалось. Сначала они учились ходить так, как будто каждый их шаг должен был рассказывать историю. Потом отрабатывали позы перед зеркалом, где даже малейший наклон головы или изгиб тела подвергались строгой критике. Всё это сопровождалось молчаливым наблюдением со стороны Сонхвы, чьё присутствие то и дело вызывало у них нервное напряжение. Он не говорил много, но его редкие комментарии или жесты — такие, как внезапное исправление осанки Уёна утром — были холодными и резкими. Особенно тяжёлыми оказались финальные часы, когда всех собрали для интенсивной подготовки к фотосессии. Камеры, яркий свет и безостановочные приказы фотографов заставляли омег выкладываться до предела. Каждый раз, когда им казалось, что они уже на грани, кто-то из инструкторов делал очередное замечание, заставляя их продолжать. К вечеру их ноги гудели от усталости, а головы кружились от информации. Когда наконец-то все занятия закончились, Уён и Ёсан с трудом вышли из здания агентства. Они выглядели измотанными: плечи опущены, лица усталые, но внутри их наполняло странное чувство удовлетворения — они прошли через этот день и не сдались. — Сегодня не было Джонхана, — заметил Ёсан, слегка запыхавшись. Они оба ожидали увидеть легендарного руководителя агентства, но, похоже, сегодня им повезло остаться под присмотром только его правой руки, Сонхвы. — Может, и к лучшему, — ответил Уён, стараясь улыбнуться, хотя усталость была слишком сильной. — Один его взгляд, и я бы точно свалился. Они медленно шли по вечерней улице, уставшие, но всё же довольные тем, что смогли справиться с первым испытанием в своей новой жизни моделей. — Ты заметил, что в основном все присутствующие были омегами? — поправляя свой рюкзак, спросил Ёсан. — Ага. Думаю это концепт агентства. Омеги – красивейшие создания на планете! — с умилением произнес Уён. — Я и правда рад работать с профессионалами своего дела. — А я, просто счастлив работать вместе с тобой.— Тихо прошептал омега, поглядывая на друга. — Что будем делать сегодня? Может фильм посмотрим? — заулыбался Чон. — Давай. Но только сначала в душ.— Усмехнулся старший.— Нужно посмотреть, ходят ли сейчас автобусы. Ёсан включив экран телефона, увидел 5 пропущенных вызовов от ненавистного абонента. Отца.