Кошки-мышки

Через два дня под мостом находят изуродованное тело мужчины. Его кровь совпала с образцом, взятым Чэнь Манем.  Хэ Юй оказался убийцей. Когда Се Цинчэн узнаёт об этом, его охватывает столько разных эмоций, что он даже не уверен, какое чувство является самым сильным. Шок, отвращение, печаль, гнев — сквозь него проносится всё это. Ко всему прочему, после той ночи, когда Се Цинчэн его видел, Хэ Юя и след простыл. Он как будто полностью исчез из поля зрения, что лишний раз доказывало его виновность. Се Цинчэн прекрасно знал, насколько тяжела болезнь Хэ Юя. Это всепоглощающая болезнь, которую нельзя было игнорировать ни дня. Эмоции приходилось постоянно подавлять, чтобы не спровоцировать приступ, и было трудно правильно сопереживать и взаимодействовать с другими людьми. По этой причине больные Психологической Эболой часто чувствовали себя так, словно прятали свое истинное «я» под маской, никогда не позволяя себе испытывать эмоции нормальных людей, — если хотели иметь хоть какое-то подобие нормальной жизни. Это тяжело. Даже чрезвычайно тяжело, — требовалось прилагать усилия на протяжении всей жизни, но это необходимо было делать. Се Цинчэн долгие годы опекал Хэ Юя, направлял его, учил, как правильно справляться с болезнью, чтобы не навредить другим и себе. Хотя заболевание часто казалось чем-то всеохватывающим, но всё же не оно является всем, что определяет человека. Скорее, это лишь одна из граней личности. Подобное не должно лишать человека возможности жить так же свободно, как и все остальные. Се Цинчэн полагал, что достаточно хорошо обучил Хэ Юя. Когда он уходил, — хотя и раньше, чем планировалось изначально, — в то время он верил в способности Хэ Юя. Верил, что Хэ Юй знает всё самое важное, что нужно было знать, и сможет стать полноценным членом общества, избежав попадания в какую-нибудь психиатрическую лечебницу. Хэ Юй — это Хучжоуский убийца.  И всё же... Как такое могло случиться? Как могло дойти до того, что Хэ Юй не только вышел из себя из-за болезни, но вдобавок отнял десятки жизней? Болезнь настолько сводила его с ума, что во время приступов он мог думать лишь о свирепых и жестоких вещах. Значит, предполагается, что каждое убийство Хэ Юй совершал в самый разгар обострения? Эта мысль слишком абсурдна. Если бы дела обстояли именно так, то как часто у Хэ Юя случались обострения? Психологическая Эбола — это болезнь, при которой каждый приступ слегка меняет работу мозга, и с каждым приступом становится всё хуже и хуже, пока не доходит до того, что пациент уже не в состоянии нормально функционировать. После этого его жизнь часто длилась недолго, и для безопасности своей и окружающих его помещали в лечебное учреждение. Именно это случилось с остальными пациентами, когда они были живы. Насколько же плохим было психическое состояние Хэ Юя в данный момент? Только этим можно было объяснить столь частые обострения. Если же дело в том, что он убивал людей даже тогда, когда у него не было приступа, то... От этой мысли сердце Се Цинчэна похолодело ещё больше, промёрзло до самых глубин, словно пытаясь изменить ритм своего биения. Хотя Хэ Юй всегда отличался от других, часто был изолирован и не имел настоящих друзей, и хотя он с рождения страдал от такой серьёзной болезни... у него было доброе сердце. Он скорее причинит боль себе, чем выместить эту жестокость на других. Так почему..? Се Цинчэн чувствует себя... неуютно, зная, что его пациент в итоге пошёл по такому пути. Больше не было никакой надежды на то, что Хэ Юй сможет жить нормальной жизнью. После такого уже невозможно повернуть назад. Се Цинчэн испытывает и гнев, причём настолько сильный, что едва может его выносить. Кажется, что он вот-вот вырвется из груди, словно огонь, облитый водой. Се Цинчэн и так был зол из-за гибели стольких людей, но зная, кто стал причиной их смерти, и имея с ним личную связь, он чувствовал себя ещё хуже. Как Хэ Юй мог совершить такие ужасные поступки по отношению к стольким людям? Он забрал так много невинных жизней и полностью сломал другие. Разрушил семьи, мучил и калечил людей. Он оставил родителей без детей, детей — без родителей, партнёров — друг без друга. Хэ Юй не просто убивал людей — то, что он делал с ними перед убийством, поистине бесчеловечно. Даже дикий зверь не был столь злобным и жестоким. Как же сильно пришлось страдать жертвам в их последние минуты? Насколько же они были напуганы? И всё же Хэ Юй убивал их настолько жестокими способами. Каким зверем он стал всего за несколько лет! Болезнь не оправдывала его. Ведь никакие оправдания не могли загладить вину перед умершими людьми. Когда Се Цинчэн потерял родителей, весь его мир пошатнулся, и он едва держался на ногах, вынужденный изо всех сил упираться в землю, чтобы не упасть. Гибель родителей, необходимость самостоятельно заботиться о Се Сюэ, когда она была ещё совсем крохой, финансы, школа — ему было так тяжело. Только благодаря тому, что он заглушил свои эмоции и сосредоточился на том, что было необходимо делать, Се Цинчэн смог пройти через всё это. Каждая смерть затрагивала не только самого погибшего, но и его семью, друзей и множество других людей, чьи жизни были связаны с ним. Именно поэтому Се Цинчэн решил стать полицейским — он знал, как больно терять близких, не иметь ясности относительно причин их смерти; как чья-то жизнь кардинально меняется из-за бессердечных поступков другого человека. Это несправедливо. Жизнь в целом несправедлива, но с этой работой он мог сделать хоть что-то для того, чтобы это исправить. Его долг заключался в том, чтобы ужасные поступки не оставались безнаказанными. Именно поэтому сейчас Се Цинчэн чувствует ещё большую злость. За время службы в полиции он имел дело с бесчисленным количеством преступников и видел худшие стороны людей. Он знал, какими ужасными могут становиться люди, доведённые до крайности, и как отвратительно некоторые ведут себя, даже если на их поступки не влияют внешние обстоятельства. Тот факт, что всё это сделал один из его бывших пациентов, — действительно просто омерзителен. Они с Хэ Юем имели обычные отношения врача и пациента. Для Се Цинчэна это была просто работа и способ отплатить Хэ Цзивэю за его многолетнюю помощь. Однако, несмотря на то, что это была лишь работа, Се Цинчэн искренне желал, чтобы каждый его пациент смог получить необходимую помощь. Будь то полное излечение или умение правильно жить с болезнью и контролировать её, как в случае с Хэ Юем, — он упорно трудился, надеясь, что всех их ждёт достойное будущее. Увидев, что время, проведённое с ним, не помогло; что один из его пациентов, очевидно, позволил болезни взять над ним верх и разрушить не только его собственную жизнь, но и десятки других жизней... Это действительно разочаровывает. В конечном итоге Се Цинчэн напоминает себе, что не стоит слишком много размышлять и позволять предвзятости вмешиваться в дело. По большому счёту, не имеет значения, что в прошлом Хэ Юй был его пациентом. Это не имеет значения, ведь даже после стольких лет, проведённых под началом Се Цинчэна, болезнь всё равно оставалась сильнее Хэ Юя. Важным было только то, что личность убийцы установлена. Теперь, когда они знали, кто это, то могли задержать Хэ Юя. Всё что оставалось — это, собственно, найти его. Он словно знал, что его раскроют. Как только на Хэ Юя действительно пало подозрение, — он исчез. Судя по следам крови из чемодана и тому, как быстро было найдено тело, он как будто пытался попасться. Но почему, если бы он действительно пытался попасться, зачем ему убегать вот так, как только его всерьёз обвинили? Это не имеет смысла, но Се Цинчэн напоминает себе, что вообще ничего из этого не имело смысла, и что нельзя делать выводы, исходя из предвзятых представлений о том, что «имеет смысл». Тот факт, что Хэ Юй когда-то был его пациентом, особого значения не имел. Нельзя с уверенностью использовать факты о прежнем Хэ Юе, чтобы понять поведение нынешнего. Лучше всего думать о них, как о двух разных людях. Се Цинчэн не имел представления о том, как обстоят его дела сейчас, причём уже много лет. Кто знал, как сложилась его жизнь после ухода Се Цинчэна? Единственное, в чём он может быть уверен, так это в том, что Хэ Юй — умный человек. Он не станет совершать необдуманных поступков. Он не попадётся так просто, только если сам не захочет быть пойманным.

***

— ...Он просто играет с нами, — угрюмо говорит Чжэн Цзинфэн. Настроение в офисе напряжённое, лица офицеров искажены стрессом, пока они просматривают материалы дел по нескольким новым преступлениям, случившимся после исчезновения Хэ Юя. Убийства, совершённые им раньше, легко узнавались по крайней жестокости и кровавости, — особенно по тому, насколько изуродованными были тела на момент их обнаружения, — но это едва ли не единственное, что их объединяло. Если раньше в этом были сомнения, то теперь совершенно очевидно, что всё это работа Хэ Юя. Если вначале жертвы не имели ничего общего и казались просто теми, кого Хэ Юй посчитал нужным убить в тот момент, то после его исчезновения все жертвы имеют тревожащее сходство друг с другом: каждый из них — мужчина в возрасте от тридцати до сорока лет, стройный и высокий, с коротко стриженными волосами и острыми чертами лица. Как только Се Цинчэн это осознал, его охватили тошнота и ярость. Когда это заметили все остальные, на их лицах тоже отразилось отвращение, хотя во взглядах также читалось замешательство. Только Се Цинчэн знал об истинных отношениях между ним и Хэ Юем. Даже Се Сюэ не знала, что он был его личным врачом. Возможно, Хэ Юй в любом случае планировал убить больше людей. Возможно, было ожидаемо, что убитых будет больше. Но то, что новые жертвы явно похожи на Се Цинчэна, усугубляет ситуацию, заставляет думать, что люди погибли именно из-за него. Еще хуже то, что Хэ Юй начинает оставлять сообщения. Записки, письма, оставленные в крови и плоти, на коже. Хотя для кого-то другого они могли выглядеть как общие обращения к полиции, то Се Цинчэну они кажутся пугающе личными. Как будто Хэ Юй говорит напрямую с ним, призывая его действовать эффективнее, найти его быстрее, разве он не может его поймать? Убийца действительно играет с полицией и всеми остальными, причастными к его поискам. Чэнь Мань расхаживает взад-вперёд, потирая лоб. — Да что с ним такое!? Почему он внезапно так себя ведёт? Се Цинчэн долго молчит, разглядывая фотографии одного из последних убийств. Улыбка на лице жертвы была сформирована путём втыкания булавок в кожу, чтобы удержать плоть на месте, перед телом кровью были написаны слова: «Как скоро мы, по-твоему, снова увидимся?». Конечно, можно принять это за разговор Хэ Юя со всей полицией, но у Се Цинчэна возникает ощущение, что его фраза предназначена только для одного человека. Это действительно отвратительно. Улучив момент, чтобы стряхнуть с себя беспокойство и отгородиться от неприятных ощущений, заставляющих сердце холодеть, Се Цинчэн тихо говорит: — Хэ Цзивэй — мой старый друг. Я был знаком с Хэ Юем, когда он был ещё ребёнком. — Значит, он специально выбирает людей, похожих на тебя? Да разве это адекватно! Что он творит? — восклицает Чэнь Мань, поворачиваясь к нему лицом. — Изучать его через призму «здравомыслия» не совсем правильно. Его действия непредсказуемы, и хотя с его точки зрения они вполне логичны, — для нас они такими не кажутся. Се Цинчэн наконец отрывает взгляд от вызывающей тревогу улыбки пострадавшего, очень похожего на него самого, закрывает папку и кладёт её на стол. В самом деле, единственная причина, по которой Хэ Юй вдруг так себя ведёт, заключается в том, что он играет с ними. А точнее, с Се Цинчэном. Но почему? Се Цинчэн знает, что за годы, проведённые с Хэ Юем, он не был лучшим человеком, каким мог бы быть, и как врач тоже не был на высоте. Он не был идеальным и никогда не отличался особенно приятным характером. Се Цинчэн осознавал это и понимал, что, возможно, обращался с Хэ Юем немного жёстче, чем следовало; был холоднее. Однако в тот момент ему казалось, что лучше приучить Хэ Юя к такому отношению, чтобы тот научился справляться с тем, что его расстраивает. Ведь если он будет слишком легко выходить из себя и терять контроль над своими эмоциями, — это может привести к рецидиву. А если он не сможет предотвращать рецидивы, то действительно проведёт остаток своей жизни в психиатрической больнице, вдали от общества. Ненавидел ли Хэ Юй его за это? Неужели этого оказалось достаточно? Хэ Юй был одиноким ребёнком, а Се Цинчэн, будучи рядом, видел, как плохо с ним обращались родители, словно он и не являлся их сыном. Он пытался вмешаться, когда мог, но в то время ему удалось сделать не так много. Неужели Хэ Юй это заметил и в его сердце зародилась обида на него? Иначе почему он вдруг стал убивать жертв, похожих на Се Цинчэна? Се Цинчэн старается заставить себя мыслить более рационально. Как он уже говорил Чэнь Маню, пытаться понять причину каждого поступка Хэ Юя — не самое лучшее занятие. То, что Хэ Юй считал разумным, кому-то другому могло показаться полнейшим бредом. Хотя попытки разобраться в причинах — полезны, в некоторых случаях это приводило лишь к блужданию по замкнутому кругу, не давая никаких важных выводов и вызывая лишь разочарование. Чжэн Цзинфэн потирает морщины на лбу. За время работы над этим делом они, похоже, стали ещё глубже и чётче. Он смотрит на Се Цинчэна, и его глаза полны беспокойства. — Очевидно, что Хучжоуский убийца странно зациклен на тебе... Сяо Се, это стало ещё опаснее. Если хочешь отойти от этого дела и заняться чем-то другим, я не стану тебя винить. Се Цинчэн хмурится. — Винить меня? За что? За бегство? Зачем мне делать что-то настолько трусливое? — Дело не в том, трусость это или нет. На кону стоит твоя жизнь! То, что он уже сделал, — достаточно тревожно! — он широким жестом показывает на стопку папок с делами. — А что, если он придёт за тобой? — Ну и что с того? Будет даже лучше, если он вылезет из той дыры, в которой прячется, чтобы встретиться со всем лицом к лицу. — Сяо Се, не будь чёртовым идиотом! Подумай о своей сестре! Если с тобой что-то случится, что она будет делать? У неё не останется никакой семьи! Заметив спор, некоторые мужчины начинают нервно выходить из комнаты, оправдываясь тем, что им нужно в туалет или перекусить. Даже Чэнь Мань, похоже, немного беспокоится, в то время как Се Цинчэн скрещивает руки с холодным выражением лица. Бросить дело? К этому моменту Хэ Юй убил столько людей, разрушил так много жизней. Се Цинчэн занимался этим расследованием с самого начала, и после обнаружения первого тела он поклялся найти и поймать убийцу. Он поклялся, что сделает это, чтобы не позволить отнять и уничтожить больше ни одной жизни. Теперь, когда Се Цинчэн знал, что убийца — Хэ Юй, и видел, как тот издевается над всей полицией... как он мог бросить это дело? Как он мог даже подумать о том, чтобы сбежать, поджав хвост, как чёртова собака? Чем быстрее поймают Хэ Юя, тем больше жизней удастся спасти. Если бы сейчас Се Цинчэн отступил, то не смог бы дальше с этим жить. Но даже если он так и сделает, что это даст? Хэ Юй уже знает, что он полицейский и занимается этим делом, и видел его лично. Даже если у него была служебная информация и он узнал бы, что Се Цинчэн больше не ведёт дело, это не изменит того факта, что он вёл его. С какой стати Хэ Юй станет обижаться на него меньше только потому, что Се Цинчэн решил сбежать? — Се Сюэ уже выросла. Она больше не нуждается во мне, — говорит Се Цинчэн, ведь это правда. Хотя он рядом, чтобы помогать ей, когда нужно, и защищать её, но если его не станет, она всё равно сможет вести свою обычную жизнь без каких-либо особых проблем. — Ты... — Офицер Чжэн, я понимаю, что вы беспокоитесь обо мне, но не стоит говорить подобные вещи. Я знал, насколько опасной может быть эта работа, когда соглашался на неё. Он своими глазами видел тела своих родителей, лично знал старшего брата Чэнь Маня до его гибели. Вокруг него было столько смертей. Но это не пугало его. Наоборот, — ещё больше мотивировало стать полицейским, вершить правосудие и спасти как можно больше жизней, не дать им разрушиться, как это случилось с ним в тот момент, при виде обугленных тел родителей. Жертвы не заслуживали того, чтобы виновник их гибели находился на свободе. Цель Се Цинчэна — сделать так, чтобы этого не случилось. Увидев выражение лица Се Цинчэна, Чжэн Цзинфэн делает глубокий вдох, затем медленно выдыхает. — Ты и твои родители... всегда такие чертовски упрямые. Если хочешь продолжать вести это дело, — хорошо. Се Цинчэн кивает: — Спасибо. Так и сделаю. — Вот только… будь осторожен. Береги себя. Ты говоришь, что Се Сюэ не скучала бы по тебе, если бы ты исчез; что она больше не нуждается в тебе, но откуда такая уверенность? Я думаю, что эта девушка была бы опустошена, если бы её гэ пропал из её жизни. И она не единственная. Мы все заботимся о тебе. Не то чтобы Се Цинчэн никогда об этом не думал — о том, как Се Сюэ могла отреагировать, если бы он погиб на работе или с ним случилось что-то другое. Однако в конце концов он решил: даже если это причинит ей боль и она будет грустить какое-то время, Се Сюэ всё равно сможет справиться. Она больше не зависела от него. Даже если ей будет грустно, она уже взрослая женщина, у неё есть работа и жильё. Се Цинчэн уверен: даже если его не станет, — Се Сюэ справится и без него. Впрочем, понимание этого не мешает беспокоиться о сестре. Ему больше не нужно её защищать... Но всё же Се Цинчэн не мог не думать о странной, почти навязчивой, привязанности Хэ Юя к нему. Ему не удавалось до конца разобраться в этой ситуации, но если это связано лишь с тем, что у них было совместное прошлое, то не сможет ли подобное произойти и с Се Сюэ? Что, если Хэ Юй начнёт выбирать жертв, до ужаса похожих на неё, прежде чем решит найти настоящую? Как только эта мысль зародилась в голове Се Цинчэна, она вцепилась в его мозг и пустила корни. Он становится параноиком, опасаясь, что Хэ Юй что-нибудь с ней сделает, и понимает, почему Чжэн Цзинфэн так беспокоился, видя всех похожих на него жертв. Се Цинчэн начинает приглашать Се Сюэ поужинать и остаться на ночь в доме на аллее Моюй всё чаще, а затем, в какой-то момент, прямо заявляет, что она должна остаться. После нескольких дней такой жизни Се Сюэ нерешительно говорит: — Гэ, ты действительно начинаешь меня пугать... что на тебя нашло? Из-за чего ты так нервничаешь? Информация, которую получила полиция в ходе расследования дела Хучжоуского убийцы, была засекречена и скрыта от общественности, поэтому Се Сюэ не догадывалась о тревожащем сходстве всех последних жертв с Се Цинчэном, а также не знала, что убийца — это Хэ Юй. Учитывая, что у неё были личные отношения с Хэ Юем, так как они дружили, Се Цинчэн чувствует, что на данный момент она либо самый защищённый, либо самый уязвимый для нападения человек. Увидев встревоженное выражение лица сестры, он не может не нахмуриться. Се Цинчэн не хотел её напугать. Просто ему спокойнее, когда Се Сюэ находится в поле его зрения, и если что-то случится, он сможет что-то предпринять. Это внушает Се Цинчэну некоторое спокойствие. Он гладит её по голове. — ...Не беспокойся об этом, это не то, о чём тебе стоит волноваться. Просто оставайся пока здесь. Утром я отвезу тебя в университет. Это, конечно, не убедило её полностью, но, кажется, Се Сюэ стала хотя бы чуть-чуть меньше волноваться. Она кивает, завязывает волосы и ложится в кровать, накидывая на себя одеяло так, что оказывается почти погребённой под ним, и бормочет: — Спокойной ночи. Се Цинчэн некоторое время просто смотрит на свернувшееся в комок одеяло, находя успокоение в том, как оно поднимается и опускается в такт её дыханию. Только когда Се Сюэ засыпает, он наконец отворачивается, ложится на диван и натягивает на себя одеяло. При этом взгляд Се Цинчэна невольно устремляется на дверь и окна. По какой-то неясной причине он чувствует себя... тревожно. Кажется, будто кто-то за ним наблюдает, но он никого не видит. Этой ночью Се Цинчэн практически не спит.

***

Хотя Хэ Юй оставил множество сообщений, насмехаясь и издеваясь над полицией, долгое время не было ничего, что могло бы помочь найти его. Он был невероятно хитрым и осторожным. Каждое убийство происходило в совершенно разных районах Хучжоу, и на месте преступления никогда не оставалось следов. Было ясно, что сами убийства часто совершались в другом месте, отличном от того, где находили тела, но, как бы тщательно они ни искали и ни пытались найти улики, ведущие к тому месту, Хэ Юй был предельно осторожен и никогда после себя ничего не оставлял. Главное, на что они могут ориентироваться, это то, что у каждой жертвы есть отличительная черта — все они хотя бы немного похожи на Се Цинчэна. Кроме того, чаще всего это либо офисные работники, либо врачи, поэтому полиция может искать людей, подходящих под описание, и наблюдать за местами их наибольшего скопления, чтобы попытаться обнаружить районы, где Хэ Юй с высокой вероятностью может совершить очередное убийство. Правда, это не очень помогает, так как они смогли сузить поиск только до крупных участков, без какой-либо конкретики, — но это всё равно лучше, чем ничего. После того как Хэ Юй исчез, он начал убивать, в среднем, примерно по одному человеку каждые две недели, поэтому у полиции есть временные рамки, в которые наиболее вероятно произойдёт следующее убийство. У полиции достаточно сотрудников, чтобы те могли работать под прикрытием в самых «горячих точках». Они устанавливают больше камер, больше патрульных наблюдают за такими «горячими точками», даже следят за некоторыми мужчинами, имеющими наибольшее сходство с Се Цинчэном, пытаясь обеспечить их безопасность. Проходит неделя с момента последнего убийства, затем ещё одна. Но вот проходит и две недели, а Хэ Юй не совершает убийство и, похоже, даже не пытался его совершить, что ставит крест на планах полиции. Даже с учётом дополнительной слежки он все ещё никак не проявил себя. Словно Хэ Юй и вправду — призрак, который то появляется, то пропадает, — убивает и снова бесследно исчезает, как только дело сделано. А затем он делает нечто совершенно непохожее на то, что было раньше. После четвёртой недели Хэ Юй совершает ещё одно убийство в районе, находящемся далеко за пределами зоны с повышенным наблюдением. На месте преступления, вместо сообщения с насмешками над полицией, он оставил дату с координатами. Написанное плотью и кровью послание содержало конкретную дату, время и место, куда им следует прийти, если они хотят спасти заложника. Нет никакой информации о том, кто является заложником, и Хэ Юй ничего не требует взамен. Это невероятно подозрительно и не укладывается в голове. Больше похоже на ловушку, нежели на простой обмен заложника на что-то, о чём даже не сказано ни слова. Зачем Хэ Юю понадобилось вступать в схватку с полицией? Не пытался ли он просто попасть прямо в её руки в этот раз? Споры о том, стоит ли им следовать инструкциям и отправляться в указанное место в указанное время, велись долго. Ведь это сообщение нельзя было просто проигнорировать, но, вместе с тем, всё выглядело, как ловушка. В противном случае Хэ Юю не было смысла взаимодействовать с полицией, если только он действительно не собирался сдаться. В таком случае почему Хэ Юй так старался не выдать своё местоположение и так тщательно скрывался, чтобы его не смогли найти? Конечно, полиция не станет появляться без предварительной подготовки. Такое решение Хэ Юя действительно похоже на самоубийство. В инструкциях не было никаких уточнений, кроме даты, времени и места; полиция оцепила всю территорию вокруг. Каждый сотрудник вооружён пистолетом, и даже вертолет уже на подходе. Всё подготовлено. С какой стороны ни посмотри, от такого количества вооруженных полицейских невозможно скрыться. Если Хэ Юй действительно придёт, то почти наверняка будет задержан.  И всё же Се Цинчэн чувствует, что здесь что-то не так. Оба — он и Чэнь Мань — ждут в машине у ближайшего леса. Место отдалённое, и хотя по словам Хэ Юя встреча должна была пройти на поляне, её со всех сторон окружали деревья и кустарники. По идее, Хэ Юй должен был находиться в центре поляны вместе с заложником, что и придавало уверенности в успешности обмена, но плотная растительность вокруг заставляла Се Цинчэна насторожиться. Чэнь Мань с тревогой поглядывает в окно: дождь льёт с неба с таким грохотом, что почти невозможно расслышать что-либо ещё. — Неужели Хэ Юй сошёл с ума? Почему он решил сделать что-то подобное? Никто не сможет выбраться из такой ситуации самостоятельно. Неужели он наконец сдался и теперь просто хочет, чтоб его задержали? Это действительно странно, лишено всякого здравого смысла. Се Цинчэн чувствует, что становится всё более бдительным, чем ближе время к назначенному Хэ Юем. Оставалось всего несколько минут. — Не будь слишком самоуверен. Возможно, он что-то скрывает. — Скрывает? Он мог бы припрятать стаю боевых роботов-гончих, и это всё равно ему не помогло! Здесь так много полицейских, и даже вертолёт должен скоро появиться. Как кто-то сможет выбраться отсюда? Он даже не подготовил никаких ловушек поблизости заранее. Это правда. Перед тем как прийти, они тщательно осмотрели территорию, чтобы убедиться, что здесь нет никаких ловушек, бомб или других устройств, способных причинить вред полицейским. Судя по всему, Хэ Юй действительно собирался просто войти в логово полицейских, ничего при этом не подготовив. Это имело смысл, если он устал от убийств и хотел сдаться. Хотя, если дело не в этом... — ...Просто не теряй бдительности, — Се Цинчэн заканчивает разговор с Чэнь Манем. Они напряжённо следят за гравийной дорогой — единственным способом въехать и выехать. В конце концов, ровно в полночь к ним подъезжает тёмная машина, точно такая же, как та, которую они впервые увидели на записи с камеры видеонаблюдения. Хэ Юй останавливается прямо в центре травянистой поляны. Се Цинчэн и Чэнь Мань затаили дыхание, пока Хэ Юй медленно выходит из машины, держа на руках бессознательную женщину. При виде неё глаза Чэнь Маня вспыхивают от гнева: — Там действительно заложница! — Сохраняй спокойствие, — говорит ему Се Цинчэн. — Просто внимательно наблюдай за тем, что он делает. Следуй плану. Несмотря на то, что Хэ Юй появился в ситуации, которая складывалась не в его пользу и казалась самоубийственным маршем, он надел пуленепробиваемый шлем и спецодежду, вероятно, предвидя снайперов, готовых открыть огонь, как только он выйдет. Также он крепко держит женщину перед собой, прислонившись к машине, чтобы в него было труднее попасть. Это говорит о том, что Хэ Юй планирует выбраться из этой ситуации. Значит, у него, скорее всего, есть какой-то план, поэтому Се Цинчэн становится ещё более настороженным, наблюдая за ним. Хэ Юй некоторое время смотрит по сторонам, как будто сканируя местность. В конце концов, его взгляд падает на машину, в которой сидит Се Цинчэн, и Се Цинчэн может поклясться, что видит на его лице улыбку. По рукам пробегают мурашки. Обстановка напряжённая, вокруг царит тишина, не считая оглушительного шума дождя и воя ветра. Первым заговорил Хэ Юй: — Я удивлён, что все вы пришли. — Отдайте женщину, — требует Чжэн Цзинфэн, его голос усиливается громкоговорителем. — Вы полностью окружены. Передайте её, и тогда мы сможем поговорить. Хэ Юй смотрит на направленные на него пистолеты. Он будто бы забавляется. — Мне кажется, что вы, друзья, не очень-то и хотите разговаривать. — Вы подтвердили, что являетесь Хучжоуским убийцей. Мы просто принимаем меры предосторожности. — Хм. Хэ Юй больше ничего не говорит, оглядываясь на машину, в которой сидит Се Цинчэн. Его взгляд задерживается на ней. Се Цинчэн смотрит в ответ, ожидая, что тот предпримет. Их глаза на мгновение встречаются. В конце концов Хэ Юй переводит взгляд в другую сторону и снова заговаривает: — Раз уж вы все так сильно хотите эту женщину, то можете забрать её. Полагаю, в этом и был смысл нашей встречи, не так ли? Он внезапно отталкивает её вперед от себя. Она с грохотом падает на землю, а полицейские со щитами наперевес бегут к ней, образуя стену, за ними бежит ещё одна группа с пистолетами. Неизвестно, есть ли у Хэ Юй оружие, но можно было предположить, что есть.   — Заложница освобождена! — Прицелиться! Теперь, когда Хэ Юй отпустил женщину, хотя на нём и был пуленепробиваемый бронежилет и другие средства защиты, он больше не использовал заложника в качестве щита. Начнём с того, что он представляет особую опасность и в любом случае получит смертный приговор, если будет задержан, поэтому большинство полицейских не возражали против его убийства. Хэ Юй всё ещё является угрозой, так как может в последний момент что-нибудь выкинуть и устроить проблемы. Хэ Юй поднимает руки, и полицейский, воспользовавшись случаем, хватает заложницу и тащит её в безопасное место. Пока одни сотрудники проверяют её состояние, другие — окружают Хэ Юя. Вот так, — всё проходит даже слишком гладко. Однако Се Цинчэн не может отделаться от ощущения, что здесь явно что-то не так. До него доходит почему, когда он вдруг слышит оглушительный взрыв, сопровождаемый нестерпимо ярким светом, после которого теряет ориентацию и слепнет. Если раньше было тихо и напряжённо, как будто существовала веревка, за которую боялись слишком сильно потянуть, то теперь всё превратилось в хаос. Руки Хэ Юя были подняты вверх... неясно, кто бросил гранату, но, поскольку теперь все дезориентированы, раздались звуки пуль, наряду с завыванием ветра. — Чэнь Мань! Ты в порядке? — Да, я... всё нормально... — хрипит Чэнь Мань. Вокруг хаос. Когда Се Цинчэн вновь обретает зрение, он видит, как из леса выбегает сотня людей с оружием в руках. Они набрасываются на дезориентированных полицейских, создавая ещё больший хаос. Се Цинчэн едва успевает обдумать происходящее, — в ушах всё ещё звенит, сердце бешено колотится. Краем глаза, среди абсолютного хаоса, он видит, как Хэ Юй, воспользовавшись возможностью скрыться, убегает в лес, поэтому Се Цинчэн, не задумываясь, выскакивает из машины и мчится за ним. — Он там! Хэ Юй побежал в лес! — кричит он, но его голос заглушают крики, ветер и дождь. Ему остаётся только бежать за Хэ Юем, уворачиваясь от случайных людей, появившихся, казалось бы, из ниоткуда, которые пытаются преградить ему путь и схватить. Се Цинчэн не знает, откуда они взялись и как Хэ Юй смог привлечь столько людей себе в помощь, ведь до сих пор считалось, что все свои преступления он совершает в одиночку. Но когда Се Цинчэн замечает их лица, а точнее, их глаза, по спине пробегает холодок. Глаза того мужчины лишены всякого света и вообще не похожи на человеческие. Словно марионетка, он пытается блокировать и схватить Се Цинчэна, и Се Цинчэн поневоле вздрагивает, взглянув на него. Не теряя времени, не думая ни о чём другом, он отталкивает мужчину и бежит вслед за Хэ Юем в лес. Из-за темноты рассмотреть что-либо практически нереально. Се Цинчэн не может быстро бежать, держа фонарик перед собой, и ему кажется, что он проваливается в чёрную дыру, — земля под ним скользкая и неровная, ледяной дождь и ветер больно хлещут по коже. Он тяжело дышит и с трудом бежит за звуком, который, по его мнению, похож на шаги. Но определить это очень сложно, и в какой-то момент Се Цинчэн решает просто продолжать бежать, решив, что это всё уже не имеет значения. Хэ Юй находился в этом лесу, был так близко. Единственная мысль Се Цинчэна — поймать его. Он не мог позволить ему сбежать, не в то время, когда столько жизней уже было потеряно. Не в то время, когда он всё ещё может забирать жизни. Адреналин заставляет Се Цинчэна бежать быстрее; даже когда ноги горят; даже когда похоже, что лёгкие вот-вот откажут от нагрузки, когда он судорожно втягивает и выталкивает из них воздух. Только когда ему кажется, что он бежал целую вечность, Се Цинчэн наконец останавливается. Задыхаясь и хватая ртом воздух, мужчина прислоняется к дереву, чтобы перевести дух. И этот момент относительной тишины он старается использовать для того, чтобы услышать шаги или любой другой признак того, что кто-то находится поблизости. Их окружают деревья и кустарники — невозможно передвигаться, не создавая шума. Даже под проливным дождем и шквальным ветром Се Цинчэн всё равно должен был услышать хотя бы что-то. Прислонившись к дереву и пытаясь прислушаться, совершенно промокший, он размышляет о том, зачем Хэ Юй вообще это затеял. Какую цель он преследовал, внезапно решив собрать полицию в одном месте, а затем использовать лишённых разума людей, чтобы отвлечь внимание и сбежать в лес? Какой в этом смысл? Одна мысль пришла к Се Цинчэну гораздо позже, чем следовало бы: Хэ Юй выискивал людей, похожих на Се Цинчэна, чтобы их убить, насмехался над полицией, оставлял тревожные послания специально для Се Цинчэна... Даже когда он только что приехал и осматривал окрестности, его взгляд сразу же остановился на машине, в которой сидел Се Цинчэн. Словно...  Се Цинчэн резко вздрагивает, собираясь повернуть голову, как вдруг слышит движение позади себя, но уже слишком поздно.  Последнее, что он видит, — лицо Хэ Юя, и тут же ощущает жгучую боль в голове. В глазах темнеет.