Ненависть длиною в шесть лет

— Хо, ты просил раздобыть информацию о Хван Хёнджине. Вот, держи, — приятель протянул мужчине небольшую стопку рапечаток с фотографиями. — Всё, что смог нарыть. — Спасибо, Ёнчжу, — ладони немного вспотели от волнения. — А зачем он тебе, да ещё и такого ранга? Хочешь провести частное расследование? — Почти, — а больше знать не обязательно.

***

      «Блять, снова приснился этот кошмар», — первые мысли Минхо при очередном пробуждении. Как же ему надоели душевные терзания, но по-другому не получалось. Утро по традиции началось с  пачки сигарет и чашки крепкого кофе. Однако сегодня был особенный день, может даже решающий в чёртовом круговороте из душевной боли и страданий. День, когда он сможет увидеть Джинни вживую. Поэтому детектив поторопился привести разум хоть в какой-то порядок и собрать всё необходимое к предстоящей поездке.       Из проверенных источников мужчина узнал о преступной жизни друга совсем немного. Последние два года парень занимал должность подручного, иными словами, заместителя босса. Достаточно высокое положение в синдикате «Двойного Дракона». Интересно, как он добился этого? Слишком уж много пробелов в его мафиозной биографии. Ходит также слушок, что Хёнджин далеко не робкого десятка. Часто встречается с партнёрами по теневому бизнесу и решает многие спорные вопросы, крышует несколько крупных ночных клубов, баров и караоке в Кванджу. Но самое главное, что он был жив. А судя по фотографиям, ещё и очень красив.       До сегодняшнего дня Минхо не предпринимал никаких попыток связаться с Джином. Да и как можно себе это представить? Молодой человек принадлежал влиятельной преступной группировке, известной по всей Южной Корее, и просто так посидеть с ним в каком-нибудь заведении за рюмочкой соджу было как минимум проблематично, а как максимум... Он понимал, что его, скорее всего, ненавидят каждой клеткой тела. Но всё изменилось после получения информации о запланированной на днях встрече членов банды «Ссан Ён Пха» с людьми из более мелкого альянса по вопросам влияния на спорных территориях города. Младший там точно должен присутствовать.       По удачному стечению обстоятельств в день поездки у Хо как раз наступили выходные. Положив в сумку только камеру и необходимые заметки, он был готов. Путь из Чонджу на поезде занял всего полтора часа, поэтому ближе к вечеру мужчина уже прибыл на вокзал. «Я кое-что выяснил. Они собираются на заброшенном заводе, что расположен на отшибе», — как гром среди ясного неба раздался в трубке голос приятеля. Минхо замолчал на несколько долгих секунд, а после, поблагодарив, сбросил звонок. Тот самый завод, то самое страшное место, с которого началась их история ненависти. От нахлынувших воспоминаний немного защемило в груди, а по спине пробежался целый табун неприятных мурашек, будто предупреждая своего хозяина о надвигающейся опасности.       Как можно незаметнее добравшись до обозначенной территории на арендованной машине, он проскользнул внутрь и выбрал себе идеальное, по его мнению, укрытие, небольшую хозяйственную постройку напротив бывшего административного корпуса, где, скорее всего, и будет разворачиваться всё действо. Территория отсюда довольно хорошо просматривалась. Время неумолимо бежало вперёд, накаляя и так уже подорванную нервную систему до предела.       Детектив вздрогнул, когда за окнами послышался визг тормозов. Из дорогого автомобиля вышли четверо в чёрных классических костюмах и проследовали ко входу в главное здание. «Твой взгляд стал таким пронизывающим и холодным», — пронеслось в голове Минхо, наблюдавшего за процессом через объектив. — «Что же они с тобой сделали?». Затем к месту деловой встречи подъехали оставшиеся участники. К сожалению, детально узнать все подробности он не мог, но после раздавшихся громких выстрелов понял, что это были явно не мирные переговоры. Перестрелка отдавалась эхом настолько сильно, что мужчина испугался. Не за себя, а за Хёнджина. Он почти уже было подорвался с места тому на помощь, как сзади послышались шаги, за которыми последовал оглушающий удар чем-то тяжёлым по голове.

***

— Ах, кого я вижу? К нам пожаловал Ли Минхо собственной персоной, невероятно! — с притворным удивлением воскликнул парень, приподняв брови. — К-хм... — только и смог выдавить из себя детектив, откашливаясь и приходя в сознание. Веки словно налились свинцом и не хотели подниматься. — Давай, просыпайся, мудила, — его голову окатили холодной водой. — Ты что, думал меня перехитрить? — по помещению пронёсся звонкий заливистый смех.       Вложив все остатки сил, Хо всё-таки сумел открыть глаза. Джин стоял перед ним с такой надменной улыбкой, какую, наверное, ещё никому не показывал. Оценив ситуацию, он понял, что сидел на стуле с наручниками на заведёных за спину руках. В воздухе витал неприятный аромат, отдающий металлическим привкусом на языке. Совсем рядом с ногой тянулся кровавый след куда-то в сторону. Проследовав за ним взглядом, мужчина увидел три бездыханных тела, которые были брошены, словно мешки мусора. Стало понятно, что, скорее всего, он закончит жизнь так же. Но страха не было, было только бессилие и смирение. В горле совсем пересохло. — Разговаривать разучился, уёбок? — уже озлобленно спросил младший, попутно зарядив тому коленом по правому боку. — Или, увидев трупы, сразу хвост поджал? — Ч-чёрт, Д-джинни... — болезненно прохрипел Минхо. Голова гудела. — Какая же ты сука. Не смей называть меня так! — явно впадая в бешенство, прорычал парень. — Джинни, серьёзно?! — его лицо исказилось яростью, и сквозь знакомые черты будто проступал звериный оскал. — Знай, твой милый и преданный Джинни уже давно мёртв! Ты его собственноручно убил шесть лет назад!       Удары приходились, в основном, по челюсти, плечам и животу. Тело отчаянно ныло, кровь алыми струйками стекала по подбородку и шее вниз к воротнику рубашки. Но больше всего у Ли Минхо болели, наверное, сердце и душа. Отчасти он понимал, что заслужил такое обращение, заслужил всю ту ненависть и презрение со стороны уже бывшего друга, ведь когда-то «вонзил нож в спину», оставив одного на растерзание бандитской группировке. Того милого, мягкого и нежного Хёнджина и правда теперь не было. Вместо него мужчина видел безразличного и хладнокровного юношу. — Вышли все быстро отсюда. Оставьте нас наедине. И никому не сметь входить без предупреждения, поняли?! — рявкнул Джин на подчинённых, немного успокоившись. Всё это время они смирно выжидали где-то в стороне, стараясь не вмешиваться. — А мы с тобой сейчас поболтаем, дорогой. Сопли только подотри, — добавил с издёвкой. — Я столько лет пытался понять, почему ты бросил меня тогда, почему не спас, — его голос не дрогнул. За годы, проведённые в «Ссан Ён Пха», он вновь зарыл свои эмоции, как это было в детском доме. — Хёнджин, я не мог поступить иначе... — Хо немного замешкался с ответом. — Нас бы обоих прикончили, — слова давались с трудом, но высказать правду хотелось не меньше. — О, правда что ли? Хён так сильно испугался за мою жизнь? — нервы снова начали закипать, но молодой мафиози на этот раз постарался их сдержать. — Ты, сука, даже представить себе не можешь, что со мной происходило все эти шесть лет. — Прости меня, правда, прости... Я поступил как подонок, но тоже не мог после этого нормально спать и есть. Я просто безрадостно существовал как что-то живое, не более, — Минхо не хотел выглядеть оправдывающимся, но именно так и выглядел. — Ох, бедняжка, тяжко было, да? А каково тебе было бы, если бы тебя, блять, насиловали в течение четырёх лет? Если бы в шестнадцать лет старый вонючий мужик надругался над тобой, а после трахал при любом удобном случае, как последнюю сучку во всевозможных позах, вызывая каждый раз рвотный рефлекс? — услышанное сильно ударило по сознанию Хо. Всё это время он наивно надеялся, что подобного не случится. — Тяжко ли тебе было бы, если бы приказывали убивать неугодных, чтобы самого не пристрелили как бездомную собаку под забором? — Джин уже привык сдерживать слёзы, вот и сейчас они не появились. — Тяжко ли тебе было бы, если бы твоя первая и единственная в мире любовь предала тебя?.. — добавил он уже тише. — Что? Что ты сказал?.. — детектив опешил. — Ну конечно, ты ж дальше носа своего не видишь. Я думал тебе признаться, но не успел, ведь в тот злополучный день мы пришли сюда, — как бы Хёнджин ни старался всей душой ненавидеть Минхо, желать ему смерти, как бы он ни пытался снова подавить эмоции, сделать это у него полностью так и не получилось. — Ты просто использовал меня, продал и обесценил, вот и всё. А потом меня сломали. Весёлая история, не так ли? — странная смесь из гнева, злобы, презрения, непонимания и неистлевшей любви давили на сознание, путая мысли и вызывая чувство потерянности. — Я очень жалею о содеянном и ненавижу себя за такой поступок! Я правда себя ненавижу... — других слов в голове просто не находилось. Отчаяние било в самое сердце. — Поздно, хён. Я уже по локоть в крови. Мне не выбраться, смирись и живи теперь с этим, — с долей удовлетворения констатировал парень, подходя к поникшему Минхо со спины. — Но я ещё не закончил, — шепнул ему на ухо со странной ухмылкой. — Ты здесь находишься не случайно. Заброшенный завод и то, что произойдёт дальше, — моя сладкая месть, которую ты точно запомнишь надолго.       Мужчина нервно дёрнулся от лёгкого прикосновения руки к его волосам. Хёнджин уверенной походкой обогнул сидящего и плавно опустился между его ног. Минхо же, в свою очередь, вообще не понимал, что происходит и что от него хотят. — Неужели ты до сих пор девственник? Никогда не слышал про отсос? — Блять... Не надо, Джин, прошу тебя! — Поздно просить.       На самом деле это был первый раз, когда у парня действительно от волнения слегка подрагивали пальцы, когда не тошнило от одной мысли попробовать чужой член на вкус. Что ж, оно и к лучшему, ведь хотелось осуществить задуманный ещё давно план в лучшем виде. Растегнув ширинку, он с силой припустил джинсы с боксерами, доставив тому дискомфорт от трения. По сравнению с предыдущими актами насилия этот был явно не самым худшим. А дальше дело оставалось за малым: приласкать, подарить новые ощущения и заставить тем самым сходить с ума в одиночестве на долгие, долгие годы.       Взяв вялый член в руку и посмотрев в глаза человеку, убившему в нём всё человеческое одним неверным решением, он наконец-то почувствовал истинную власть. Никакой высокий ранг в известной южнокорейской группировке не мог подарить столько же наслаждения от вседозволенности, как отчаянный и умоляющий взгляд обездвиженного Ли Минхо. Хёнджин умел доставлять удовольствие ртом, и сейчас он продемонстрирует это садистким и одновременно мягким способом. Смочив губы и лизнув головку на пробу, он начал медленно водить вдоль ствола языком, попутно будто невзначай задевая уздечку и пульсирующую венку.       Член Хо предательски дрогнул под напором приятных ощущений. Ухмыльнувшись представшей перед ним картине, младший постепенно заглатывал всё глубже и глубже, увеличивал темп, образуя внутри некий вакуум, и помогал рукой, надрачивая. Их взгляды в один миг встретились, отчего по всему телу старшего будто бы прошёлся электрический заряд. Его выгибало и скручивало от неимоверных ощущений жаркого и влажного рта. Голова полностью опустела, а на душу с каждой новой секундой ложился всё более и более тяжкий груз. — Чёрт возьми, Хёнджин! Да прекрати ты уже, иначе я... — не успел он договорить, как его перебили. — Давай, кончай, уёбок. Но не в рот, иначе оторву твои причиндалы. Я ведь всё-таки мщу, — выпуская член изо рта, ответил парень.       Почувствовав пульсацию в ладони, он в последний раз надавил большим пальцем на головку. Смотреть на кончающего Минхо, чьё кровавое и местами уже опухшее лицо содрогалось в оргазменных спазмах, было одно удовольствие для внутреннего зверя, требующего расплату за долгие годы мучения. Жаль, что вышло именно так. Хёнджин был уверен, в иной ситуации секс у них получился бы крышесносным. — Вот и всё, хён. Надеюсь, ты будешь каждый грёбаный раз вспоминать это перед сном и мучить себя терзаниями, болезненно опустошаясь, — поднявшись на порядком затёкших ногах, он вытер свои губы, подправил растрёпанные волосы и помятый костюм, а также привёл в былой вид мужчину. — Джин... — выдавил на грани слышимости детектив.       Подойдя к воротам и открыв их, юноша подозвал бандитов и велел им облить помещение специально привезённым в канистрах бензином. Ни одна мышца на лице не дрогнула, когда пламя постепенно разрасталось, охватывало всё здание, озаряя темноту вокруг. «Ты сделал меня монстром, но убить тебя я никогда не хотел», — пронеслась в голове единственная мысль. — Поехали отсюда. Все дела здесь закончены, — садясь в машину. Его разум тоже был опустошён.       Ли Минхо казалось, что сгореть заживо, это избавление от тяжёлого греха предательства. Но на мгновение внимание привлёк какой-то слабый отблеск света сбоку. На том месте лежал маленький ключик от наручников.