Наученный тобою

Чонгук промучился целых две недели. Учёба по наклонной шла вниз, как бы ни пытался взяться за голову Гук. — Чонгук, что это такое? — в руки прилетает дневник, в котором уже нет отличных отметок. — Что с тобой происходит? — злился отец, от него прямо исходила темная аура. — Ты же понимаешь, что это никуда не годится? Что я буду тебя наказывать? — Да… — тихо ответил Гук, сцепив руки перед собой. От этого виноватого тона мужчина немного смягчился. — Влюбился что ли? Голова совсем не тем забита. Он попал прямо в точку. — Может быть ты что-то не понимаешь? Стоит нанять ещё репетитора? Чонгук замотал головой на все вопросы, извинился, не поднимая головы. — Даю неделю, чтобы исправить все оценки. Чонгук кивнул, ушёл к себе в комнату. Тэхён взглянул на работы. — Что случилось? Рассказывай. — сказал он, откладывая в сторону листочки, которые были сплошь и рядом в учительском почерке. — Я не могу. Это неправильно… — Чон даже не взглянул на него, сидел, опустив голову вниз. Та-а-ак… Чуйка подсказывала, что не всё так просто. Тэ снова попробовал разговорить его. — Мне нужно узнать причину, чтобы тебе помочь, по крайней мере с физикой. Я обещаю, что это останется между нами. Да и так… Если признаваться — то всё равно останется между нами. — Дай мне немного времени, пожалуйста. Я исправлюсь. Тэхён вздохнул — рассказывать он ни о чём не собирается. Хочет сам со всем справиться. — Хорошо. — сдаётся Ким, доставая учебный материал. — Я поверю тебе на слово. Тэ наблюдал за ним во время занятия, пусть Гук и был немного рассеянным, но решал похожие задания очень даже неплохо. Что же у тебя случилось.? — Умница. Всё же получается. Почему в школе не делаешь? — Я исправлюсь. — снова повторил Гук, хотя очень хотелось рассказать всё Киму. — Я на тебя надеюсь. — Тэ ободряюще хлопнул его по плечу, первым из комнаты вышел. Он частенько пренебрегал включением света на лестнице, и сегодня с ним это сыграло злую шутку. Чонгук шёл следом, свет включил, заметил, что Тэхён падает. В последний момент успел поймать его, чтобы не ударился головой. Помог на ноги подняться. — Сильно ударился? Поясницей он, конечно, ударился хорошо… — В порядке, я в порядке… — Тэхён сквозь зубы втянул в себя воздух, всё ещё держался за рукав толстовки Гука. — Что у вас там произошло? — это раздался голос матери. — Голова кружится? — Чонгук сам перехватил его за руки, чтобы тот точно никуда не делся. — Пойдём, осторожнее… Женщина увидела, как Чонгук ведёт Кима по лестнице. — Упал. — отвечает сын на её немой вопрос. — Может быть вам доктора? — обеспокоенно спросила она, усаживая Тэхёна в кресло. — Нет, спасибо, не нужно… — сквозь боль, вяло улыбнулся тот, воды попросил. — Для кого свет есть, скажи? Так сложно его включить? Тэ в ответ цокнул языком, отведя взгляд. — Спасибо вам большое. — взяв стакан воды, благодарит Тэ. — Может вас проводить? — всё не унималась женщина. Гук видел, что мать сильно волнуется, а ей в таком положении это делать крайне не рекомендуется. Поэтому он ответил за Тэхёна: — Я провожу. Подождал, пока тот обуется, и вышел вместе с ним на улицу. — Давай рассказывай, что у тебя случилось? Чонгук удивлённо повернул голову, вопросительно посмотрел на него. — Ты ведь не просто же по доброте душевной пошёл меня провожать. — высказал своё предположение Тэхён, засовывая руки в карманы. Чон усмехнулся, отведя взгляд: — Почему ты так решил? Просто так. Хочу удостовериться, что ты в состоянии дойти до дома. Тэхён закатил глаза, сложив руки на груди, опустил голову. То ли Чонгук такой прямолинейный, то ли сам Тэ шуток не понимает. — Я не смогу спать, если расскажу. Гук очень не хотел, чтобы тот настаивал, но вся прогулка из добрых побуждений переросла в настоящую пытку из вопросов. Гук остановился, взял его за руку, не отводя взгляда, тихо произнёс: — Нравишься ты мне… Ким замер, не зная как на это ответить. Молчание становилось всё более неловким, и первым не выдержал Чонгук — он не придумал ничего лучше, чем просто убежать. — Гук! Стой! Подожди! — вслед крикнул ему Тэ, побежал следом. И плевать он хотел на то, как это выглядело со стороны. — Зачем.? Мне очень стыдно. — он закрыл лицо руками, пытаясь отдышаться. Тэхён тоже тяжело дышал, он совсем не думал, что придётся его догонять. — За что стыдно.? Ким прикоснулся к его рукам, несмело попытавшись убрать их от лица. Но Чон лишь отвернулся, раз убежать снова не представлялось возможным. Тэ понял, что разговаривать с ним сейчас — бесполезное дело. Поэтому просто обнял его со спины. Бедный Чонгук аж вздрогнул от неожиданности, боялся пошевелиться. — Я буду так стоять, пока ты не перестанешь от меня прятаться. — уверенно заявил Тэхён, хоть и чувствовал себя смущённым не меньше Гука. — Отпусти меня. Мне неловко. — тихо попросил Гук, игнорируя бешено бьющееся сердце. Не увидев никакой реакции, вздыхает: — Я готов с тобой поговорить, только отпусти. Снова повисло неловкое молчание. Когда они подходили к многоквартирному дому, Тэ взял его за мизинец, затем, глядя на реакцию, взял за всю кисть. — Ты мне тоже очень нравишься. — Тэхён мягко улыбается, чувствуя, как от волнения захватывает дух. Время сейчас будто остановилось, Чонгук смотрит на Кима, на его мягкую улыбку, на их руки… Глупая улыбка появилась на его лице, как же он счастлив. Гук робко обнял Тэхёна, благодарность, что так была необходима, услышал: — Спасибо, что проводил. — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Да, я в порядке. — Тэхён держал его за руку, надеясь продлить мгновение ещё чуть-чуть. — Может зайдёшь? — Я не могу, мне надо идти… Тэ вздохнул, устало улыбнулся, отпустил его. Чонгук оставшийся вечер чувствовал себя лучше всех, еле как сделал домашнее задание, чтобы никого не подвести. Стиснул в руках подушку, улыбаясь. Боже, эти объятия, прикосновения рук… А если бы я согласился остаться? Не-е-ет, слишком неловко пока что. Тэхён написал ему «спокойной ночи», а бабочки в животе уже начали порхать, вызывая приятную эйфорию. Сейчас хотелось танцевать — выплеснуть куда-нибудь свою энергию. *** — Хорош пить, цирроз так себе заработаешь. — Тэ пихает Намджуна в плечо, забирая бокал. — А нам ещё работать. — Какой же ты скучный… — протянул Джун, закатывая глаза. Тэхён оглянулся вокруг, много людей, которые пришли отдохнуть поздним вечером, громкая музыка, световые эффекты. Заметил, как один парень ему подмигнул. Тэ никак на это не отвечал, а то подумает, что заинтересовался. Атмосфера надоедала, сейчас он хотел в спокойную домашнюю обстановку, к Чонгуку. Полгода назад он бы с собой не согласился, но вкусы изменились. — Тэхён, тебя сейчас глазами съедят. — Джун указывает кивком в сторону парня, видит напарника, который старается не скривиться. — Да ладно тебе. Деньги не пахнут. А то так и останешься девственником. — С чего ты взял что я девственник? — возмутился Тэ, пихнув его в грудь. — А слабо переспать с тем парнем? — А вот и нет. Ким пошёл навстречу тому парню, подмигнул, соблазнительно улыбнувшись. Сразу попал в объятия, руку почувствовал на бедре. Вместе с этим юношей в сторону небольших комнаток пошёл. Тэхён оказался на кровати под парнем, тот потёрся пахом о его бедро, показывая возбуждение. Перспектива стать пассивом Кима совсем не устраивала. — Я согласен только быть сверху. — говорит он, сразу предупреждая. — Малыш, ну хватит ломаться. Ты очень милый, когда снизу… Тэ закатил глаза, когда перед его носом поводили пачкой денег. — Будешь хорошим мальчиком - и деньги твои. Тэхён позволил себя раздеть, удобно устроился на подушках и совсем не ожидал, что парень начнёт его ублажать. Застонал, выгибаясь бёдрами ему навстречу. Здравый смысл быстро стал покидать голову, и уже через пару мгновений он держал парня за волосы, вдалбливаясь в расслабленное горло. Тот раскраснелся, слюнями давился, но умело продолжал затеянное. С губ срывались громкие стоны, что стимулировали стараться паренька ещё больше. Ласки языка сводили с ума. Ничего не оставалось без внимания. Тэ стонал, хныкал, мечась по простыням. Тэхён застегнул брюки, волосы поправил. Удовольствие получил, так ещё и заплатили неплохо. Парнишка сразу убежал, услышав телефонный звонок, оставив Кима одного. Тэ неспешно вернулся к другу. — Неужели ты соизволил вернуться? Мне здесь одному пришлось выступать. — Не только же тебе удовольствие получать. — О-о-о… — протянул Намджун. — кто-то наконец-то понял всю прелесть общения с клиентами. Тэхён положил голову на руки. Честно говоря, он вымотался за последние сорок минут. Хотелось просто лечь и уснуть. А ещё врезать Намджуну, который раздражал своей ухмылкой. — Зачем тебе этот школьник, если можно взять кого-то поопытнее? На этом терпение лопнуло, Тэ без объяснений встал из-за стола и, бросив сухое «Я домой» вышел из клуба. Написал Чонгуку, спросил про самочувствие и настроение. Лишь через полчаса увидел односложный ответ: «Не очень». Тэхён позвонил ему, уточнил в чём дело: — Я приболел. — на телефон упала фотография градусника. — Мы можем перенести занятие? — Конечно, выздоравливай. Может быть нужны какие-то лекарства? Я сейчас всё куплю и принесу. — Спасибо, не нужно. Вроде всё есть. Тэхён положил телефон в карман. Чонгук очень холоден, ограничивается всего лишь несколькими словами. Может быть, ему действительно не очень хорошо? Тэ не стал принимать это близко к сердцу, на фотографию градусника посмотрел — лёгкое недомогание. — Гук-и, ты не заболел. — мать чмокнула его в щеку. — лёгкое недомогание. Ложись спать сегодня пораньше — и пройдет. Чон сделал несколько кругов по комнате. Он себя накрутил, поэтому и поднялась температура. Господи, почему же всё так сложно? После признания была эйфория, а сейчас какое-то отторжение… Прошло несколько дней с их последней встречи, и из головы не выходило чувство, что всё это неправильно, что всё так быть не должно. Что же делать? А посоветоваться не с кем… Гук выбрал самую трусливую тактику — избегание. Он всеми силами пытается минимизировать контакт с Хёном, надеясь, что чувства станут слабее или совсем пропадут. Но, нужно сказать, что эта стратегия ему совсем не помогла, он соскучился по Киму, чувства стали лишь сильнее. А забота с лекарствами Чона тронула, и даже не потому, что тот готов был что-то купить, а просто прийти и посидеть рядом. Чонгук схватил себя за волосы, в разные стороны потянул: Господи, помоги мне включить голову! В какой-то мере Гук злился на себя за свои чувства, ругал себя, что так нельзя, ведь родители с детства внушали, что не может быть любви между людьми одного пола. На телефон пришло уведомление. Чонгук даже знал от кого оно. «Позвони, как проснёшься с утра, пожалуйста.» Гук отмахнулся от него простым «Окей», Уджина к себе на завтра пригласил поиграть. Тэхён вздохнул, убеждая себя, что всё это временно, и что они с Чонгуком обязательно поговорят, когда тот выздоровеет.