Наученный тобою

Физика после почти месячного перерыва кажется очень сложной. Чонгук старательно вспоминает всё то, что когда-то рассказывал Ким. Но сейчас, когда он совершает одну глупую ошибку за другой, ему стыдно перед Тэхёном. Тот терпеливо сидит с ним, объясняет всё заново, тратит своё свободное от работы время. — Стало хоть чуточку понятнее? — спросил Тэ, коснувшись руки Гука. Младший поцеловал его в щеку, улыбнулся устало: — Да, ты самый лучший. Тэхён предложил сделать перерыв на перекус. Сел поближе к Чонгуку, протянул ему кимпаб со своей тарелки. Тэ нарушил тишину, поделившись своими мыслями. — Что-то я волнуюсь… — Тэ снял очки, и Чон для него стал очень размытым. — Всё будет в порядке. Сходим на консультацию, узнаем, что можно сделать. Если пустят — зайду в кабинет вместе с тобой, обещаю. Чонгук погладил Кима по плечу, в висок поцеловал: — Не накручивай себя, забудь об этом до завтра. Чонгук сел у окна, надел подушку на шею и лёг Тэхёну на плечо. Поезд медленно тронулся, они возвращаются обратно в Тэджон. Тэ касается его руки, переплетает их пальцы. — Может быть таблетку выпьешь? — Так пройдёт. Чонгук быстро засыпает, ему в этот раз не мешают ни голоса людей, ни тряска. *** Чонгук в нерешительности топчется перед домом. С одной стороны, хочется увидеть матушку, но с другой — страшно. В окнах горит свет, значит, не спит. Гук постучался. Дверь спустя несколько секунд открылась, и сердце замерло. — Мам… — Чонгук оказался в родных объятиях, погладил матушку по спине. — Мам, не плачь, пожалуйста. Хрупкие плечи подрагивали, женщина тихо всхлипывала. Гук губами коснулся её макушки, прошептал еле слышно: — Прости меня. Гук завел её обратно в дом, посадил на диван. — Я тебе сейчас сделаю чай. Гук быстро заварил две чашки чая, поставил на стол. — Как у тебя дела? Справляешься? Матушка кивнула, улыбнулась еле-еле: — Мидель почти не плачет, поэтому не устаю. Чонгук перевёл ей часть денег с последней зарплаты. — Гук, ну куда столько? А как ты будешь? — Тебе папа помогает? Отрицательный ответ. — Значит буду помогать тебе я. Возьми. Они впервые за месяц поговорили, посмеялись даже. — Прости меня, что не смогла уговорить отца. — Всё, забудь. Ты мне в любом случае очень помогла. Телефон, лежащий на столе, зазвонил. Это был Тэхён. — Привет, у тебя всё хорошо? Где ты? — Я у мамы. — он спросил разрешение, затем продолжил. — Если захочешь — приходи. Тэхён пришёл через полчаса, поклонился, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Проходи, не бойся. Чай будешь? Тэ избегал касаний в присутствии постороннего для него человека. Ему было ужасно неловко, несмотря на то, что приняли, как родного: чай, маньтоу, якшик. Услышав плач со второго этажа, Ким предложил: — Давайте я схожу? Он вернулся с ребенком на руках. Та тихо хныкала, уже скорее от того, что находится на руках у незнакомого человека. Чонгук улыбнулся, сложив руки на груди. — Скажи, столько людей, да? — сюсюкался с ребёнком, пока шёл по коридору до кухни. Чон включил тусклый свет в коридоре, укоризненно посмотрев на Кима. Тот благодарно кивнул, аккуратно принёс малышку на кухню. Матушка уже начала делать смесь. Тэхён в нерешительности посмотрел сначала на Гука, затем на женщину: — Я могу покормить? Она улыбнулась, отдала бутылочку. Тэ чуть отодвинулся от Гука, придерживая бутылочку, кормил ребенка. — Уже поздно, может быть останетесь на ночь? — предложила женщина, взяв Мидель на руки. — Сейчас отнесу её и вернусь. Тэхён неуверенно посмотрел на Гука, когда женщина ушла на второй этаж, подошёл ближе, зашептал тихо: — Я не хочу оставаться, мне неудобно… Чонгук взял его за руку, но тот отпрыгнул от него, спрятал руки за спину. — Всё в порядке. Успокойся. — Ну что, останетесь? Чон кивнул, несмотря на очень выразительное лицо Кима. — Хорошо, я тогда постелю в твоей комнате. Приходите через минут пять. — Гук, покажи, где душевая и дай чистое полотенце. Чонгук положил полотенце и комплект чистой одежды на стиральную машину: — Как закончишь — приходи. — Не уходи, пожалуйста, я быстро. Тэ подошёл к Чону, губу закусив, сам за руку взял. — Мне неловко… Гук-и… — Всё хорошо, я тебя жду, если так будет спокойнее. Гук сел по-турецки на коврик, своим видом показывая, что никуда не уйдет. Тэхён быстро принял душ, переоделся, поглядывая на Гука, словно тот пошутил, и сейчас встанет и уйдет. Тэ взял Чонгука за мизинец, последний усмехнулся, увидев в комнате помимо кровати ещё и заправленный диван. Матушка была такой наивной. — Я надеюсь, ты не прогонишь меня спать на диван? — тихо спросил Ким, обнимая Чонгука за шею. — Маленький, я могу лечь на диван вместо тебя. — прошептал Гук, опаляя теплым дыханием чужие губы, затем нежно поцеловал. — Гу! Прекрати так шутить. — Тэ несильно толкнул в плечо, отстранившись, и потянул младшего к кровати. Тэхён положил голову ему на грудь, растекаясь от приятных поглаживаний. — Ты будильник поставил? — сквозь полудрему спросил Ким, ответа нет долгих секунд пять. Затем тихое «угу» — Гук уже почти заснул. С утра Тэ подскочил от стука в дверь. Пробуждение вышло резким. — Чонгук, у вас будильник уже третий раз звонит. Просыпайтесь. Ким несколько раз толкнул младшего, чтобы тот проснулся. Ему было это сделать очень тяжело. Тэ погладил его по щеке, в губы поцеловал. — Я люблю тебя. — шепчет Гук, улыбнувшись. — Ещё хочу. Тэхён подпрыгнул от очередного стука в дверь. Чонгук кинул Тэхёну одежду со словами: — У нас полчаса на всё про всё. *** Тэхён дёргает ногой в ожидании, он на нервах был практически сразу, как они ушли от матушки. Чон накрыл его колено своей рукой, сжал слегка. — Это всего лишь консультация, успокойся. Тэхён зашёл в кабинет один, попросив Чонгука подождать его в коридоре. Гук успел задремать на диванчике, когда его разбудил Ким, он выглядел довольным, намного лучше, чем до визита. Старшего передали в руки Чона, тот сразу усадил Тэхёна рядом с собой. — Что сказали? — Ну во-первых, зрение ухудшилось до плюс восьми, а во-вторых, лазерную коррекцию сделать нельзя, предложили рефракционную замену хрусталика. — Тебе самому нравится эта идея? — Звучит заманчиво и операция не такая долгая и сложная. — Тэхён объяснил подробнее, затем продолжил. — Но удовольствие не из дешёвых. — Сколько? Тэ облизнулся, словно сомневаясь, стоит ли говорить. — Здесь насчитали два миллиона шестьсот тысяч вон. — Ким сразу же продолжил. — Я могу посмотреть другие клиники, найдём наиболее дешёвый вариант… Младший взял его руки в свои, погладив большими пальцами, сказал: — Так, а теперь ты перестаёшь тараторить и послушаешь меня. Насколько я знаю, ты здесь наблюдаешься довольно давно, тебя устраивают здесь врачи, ты им доверяешь? Ким кивнул, закрывая глаза. Было очень неприятно смотреть на свет, да и после мидриатиков начинала болеть голова. — Я не вижу смысла искать что-то дешевле, если тебя здесь всё устраивает. Ты сильно нервничал, даже перед простой консультацией, а что будет в другой клинике, в обморок у меня упадёшь перед операцией? Слова Чонгука звучали разумно, но чтобы накопить столько не очень экономя, надо три-четыре месяца в лучшем случае, жить же тоже на что-то надо. Чон накинул на его плечи ветровку, помог застегнуть. — Мы это ещё обсудим, хорошо? Пойдём, нас ждёт машина. Гук взял Тэхёна под локоть, медленно пошёл рядом с ним. В такси Тэ попробовал подремать, положив голову на плечо младшего, но из-за резких остановок и поворотов этого сделать не удалось. — Я тебя сейчас до дома доведу, поспи немного, пока спадает эффект от капель, я до школы хочу прогуляться, написать заявление, чтобы вернуться. — И вечером ты у меня будешь пахать. — сказал Тэ. — Раз ты выбрал физику, то будь добр сдать её достойно. Чонгук скривился, но тем не менее, ничего не сказал. — Давай, одно правильно решённое задание — это один поцелуй. Чонгук хитро улыбнулся — отличная мотивация, но наглость - второе счастье, поэтому Гук поставил своё условие: — Если я сделаю всё правильно, то ты исполнишь одно моё желание. Ким без задней мысли согласился. На лёгких заданиях Тэ получил свою порцию поцелуев, а вот на сложных… — Я ничего не понимаю. Это ты специально, да? — наклонив голову, спрашивает Чон, внимательно разглядывая старшего. Последний отвёл взгляд и, сдерживая улыбку, ответил: — Нисколько… Затем немного подсказал, и дело пошло быстрее. Гук в отместку поцеловал его по-французски, когда всё-таки добрался до ответа. — Я загадываю желание. — Не-не-не, — прикладывая руки к горящим щекам, возразил Тэхён. — Мы договаривались, если всё будет правильно, а у тебя одна ошибка. — Ну, это не считается… Всего-то букву неправильно написал. — Первый и последний раз. Что ты хочешь? — Ты как-то упомянул, что вы готовите какой-то очень интересный танец… Хочу посмотреть. — затем, пока Ким ничего не успел ответить, продолжил. — А ещё там были такие интересные комнатки… — А это уже два желания. Чонгук закатил глаза, ответив: — Пф-ф-ф… Ну и ладно.