Лара Крофт и палица криве-кривайтисов

⠀⠀Перелеты в транспортных самолетах, особенно таких, как Ан-26 (даже с оборудованными салонами), включают в себя массу неприятных моментов, потому что они, салоны, в таких самолетах не изолированы от забортной атмосферы полностью. Шнихельбурги старались экономить на всем, в том числе на транспорте. К упомянутым моментам подобных перелетов можно отнести, во-первых, постоянный гул двух винтов, который со временем пропитывает сознание и превращается в низкий рокот, доносящийся словно бы отовсюду сразу, и, во-вторых, перепады давления. В-третьих — это температура в салоне, почти равная забортной, если только летчики не включают обогрев от работающих двигателей. ⠀⠀Эти летчики обогрев салона включили. Однако комфорта не добавилось. ⠀⠀Если вы летите в таком самолете, ваши уши, в зависимости от давления за бортом, испытывают разнообразные ощущения. И наиболее сильное — это ощущение ваты, возникающей в них спустя некоторое время после взлета. Причем эта вата имеет разную плотность, доставляя иногда весьма неприятные переживания. Когда вы ныряете в облачный фронт, в ваши уши проникает густая, влажная, тягучая и грязная вата облачного давления и начинает оказывать сильнейшее воздействие на барабанные перепонки. В такие моменты полезно держать рот открытым. Когда вы подлетаете к краю облачного фронта, вата начинает меняться и станОвится легче. К этим переменам нельзя привыкнуть, они другие каждый раз. Но, по крайней мере, на краю облачного фронта рот можно закрыть. ⠀⠀Лучше всего лететь посреди ясного неба. Тогда шум в ушах становится почти незаметным - и это самые замечательные моменты перелета. Счастливы те, кто летит в ясном небе... ⠀⠀Полдня самолет нырял из скоплений облаков в просветы небесной синевы. Спать было невозможно. И, наконец, это случилось. ⠀⠀— Калининградская область! Видишь? Вон море! В другом иллюминаторе — только леса, представляешь? — закричал, пытаясь пробиться сквозь шум винтов, голос Шнихельбурга. Он добрался до Лары через весь салон. ⠀⠀Под ярким солнцем сияла бесконечная гладь, ограниченная берегом, словно отрезавшим ткань серо-синего цвета от ткани зелено-коричневой. ⠀⠀— А знаешь, Роберт, здесь, должно быть, очень красиво! — прокричала в ответ ему девушка. ⠀⠀— Наверное! Я сам первый раз вижу эти места! — ответил ей Роберт, присаживаясь на сиденье рядышком с Ларой, — Это море, оно великолепно! Жаль, что мы не увидим его вблизи! ⠀⠀Гул винтов чуть сменил тональность. ⠀⠀— Еще полчаса — и будем на месте! Не спи, замерзнешь! — хохотнул Роберт и поднялся, чтобы пройти на свое место. ⠀⠀— И не думаю, — ответила Лара. ⠀⠀Вдруг самолет сильно тряхнуло. Роберт не удержался на ногах и полетел в противоположную сторону. Если бы не быстрое движение девушки, схватившей его за куртку, он мог бы пострадать. ⠀⠀— Весело! — крикнул Роберт. — Мы сядем на служебном аэродроме. ⠀⠀— Да сколько угодно! — прокричала Лара. — А пока посиди тут. Сейчас воздушные ямы кончатся. ⠀⠀Когда тряска прекратилась, Роберт поблагодарил Лару и отправился на свое место. ⠀⠀— И не ходи до посадки! — крикнула она ему вслед. — Ламер… ⠀⠀Тот согласно мотнул головой. ⠀⠀Оставшееся время перелет проходил нормально, и вот под крылом самолета уже появился город в паутине дорог, к которому лепились несколько крупных населенных пунктов. Остальные поселения были разбросаны далеко одно от другого. Город, с такой высоты, показался девушке небрежно застроенным. ⠀⠀Самолет начал заходить на посадку. Вскоре он ударился шасси о бетон посадочной полосы и понесся к капитальной глухой стене, возвышающейся впереди. Когда «Ан» наконец начал разворачиваться и шум винтов в очередной раз сменил тональность и заглох, девушка некоторое время еще слышала в ушах звон. Затем стих и он. Стена осталась стоять за килем самолета, почти вплотную к нему. В грузовом отсеке послышалось механическое жужжание. Когда аппарель грохнулась на посадочную полосу, Лара поднялась, немного постояла, ловя чувство равновесия, затем надела рюкзак и не спеша вышла на бетон. ⠀⠀Участники экспедиции, еще не до конца пришедшие в себя, стояли на взлетке. Только Доминик опять болтала с Тони, как ни в чем не бывало, словно всю жизнь летала на самолетах Ан-26, чуть ли не врезающихся в стены и вела себя так, будто вернулась домой. ⠀⠀Аэродром заливало полуденное июньское солнце, путешественников обнимало тепло, идущее от земли. Это было приятно после холода высоты. На других полосах виднелись большие пассажирские и грузовые самолеты, где-то в небе пели птицы, а здание аэропорта казалось сейчас самым важным зданием на земле. На нем большими буквами было написано: «KHRABROVO». ⠀⠀Лара уселась на нагревшийся бетон в позе индейца и поняла, что ей это нравится. Только было непонятно, что именно — тепло, ощущение твердой земли под ногами, люди, помощь Роберту или что-то еще. Вторая часть экспедиции — прибытие в нужный регион — завершилась.