Сладость к чаю

После прогулки по парку, где так легко и неторопливо падали на землю золотые листья, им нужно было бы разойтись. Эта встреча была запланированной. Варе всегда не хватало простых посиделок с кем-то, кому она искренне доверяет. Деревянная лавочка, закат и любимый человек рядом — что может быть лучше этой романтики? Лена же любила прогулки, когда отдыхают не только голова и тело от загруженного рабочего дня, но и душа, которая порой так нуждается в умиротворении. Поэтому, учительница никак не была против того, чтобы встретиться со своей давней ученицей. К тому же, она её любила, по-своему, как хорошую и милую девочку, что слушала её на уроках, хоть и частенько любила отвлекаться. Девушке была необходима встреча с её любимой преподавательницей. Она считала её единственным человеком, которому можно открыть все свои тайники и вывалить содержимое наружу. Наверное, именно поэтому о том, что Варвара начала курить, Елена Петровна узнала самая первая. И вовсе не читала ей морали о том, как это вредно. Она лишь ответила, что нет смысла запрещать подросткам подобные шалости (в рамках закона и морали, разумеется), ведь они всё равно сделают по-своему. Сегодня же диалог был о другом. Примерно в обеденном часу студентке пришла в голову мысль написать даме о приглашении на вечернюю прогулку в парке рядом с её колледжем, на что та быстро ответила согласием, так как только наступили осенние каникулы, а значит можно дать себе немного воли. И вот, спустя два часа разговоров, они… Расходятся?.. — Вы приглашаете меня на чай? — Варя изумлённо посмотрела на собеседницу. — Ну да. А что в этом плохого? Посидим, поболтаем ещё, пока есть возможность. Потом ведь у тебя самой времени не останется, я студенческие годы знаю, — нежный голос настолько дурманил, что сложно было отказаться. — Ну… Если Вы сами приглашаете… Я просто не хочу доставлять неудобства. И так вывела Вас на бессмысленную прогулку… — Не неси чушь! Пошли, — отрезала та, уже развернувшись в сторону выхода.

***

Да, довольно неожиданно получается, когда твоя любимая женщина приглашает к себе домой на чашечку чая. Пока они шли по тротуару, девушка пыталась переварить то, что ей только что сказали. И её до чёртиков тревожило то, в чём она была одета. Почему-то, когда Варя желала встречи с ней, но всё обламывалось, на ней всегда был образ прекрасной особы в юбке, блузке, пальто, а на ногах — ботильоны на каблуке. Волосы уложены, глаза подкрашены, стрелки — отдельное искусство. Зато сейчас, хоть она и всегда выглядела красиво, как многие ей говорили, на ней её любимые чёрные джинсы, чёрная водолазка, тёплая безрукавка на поясе и осенние ботинки. Волосы слегка растрёпаны, подкрашены только ресницы. Именно в таком прикиде студентке удавалось выцепить вечно занятую даму. А вот Елена, по мнению её ученицы да и не только, всегда одевалась элегантно. В каком бы состоянии она не находилась: в бодром с отличным настроением или же в состоянии лужицы на асфальте, когда уже ничего не хочется, кроме как прийти домой, попить чай и улечься спать на мягкой кроватке. Макияж лёгкий, но подчёркивающий всё самое прекрасное в ней. А волосы, поскольку были короткими, не нуждались в стильной укладке. Они и так выглядели изумительно.

***

Наконец, дойдя до многоэтажного дома, поднявшись на лифте до седьмого этажа и зайдя в уютную квартиру, где жила учительница, Варю «разбудили» всё тем же нежным и спокойным голосом: — Умывальная здесь, — протянула руку в сторону двери. — Уборная рядом. Мой руки и садись за стол, — сама она сняла пальто, вешая на вешалку в шкаф, что стоял в прихожей, и удалилась на кухню, ставить чайник. Серые глаза девушки осматривали умывальную комнату, где стояла ванна. Так приятно пахло шампунями, гелями, мылом… Всё чисто, без единого развода. Это радовало её маленького внутреннего перфекциониста. Хотя, даже он догадывался, что у этой дамы в доме царит абсолютный порядок. На кухне студентку ждал уже накрытый стол. Лена, как знала, нарезала колбасу и сыр, красиво уложив их на тарелку. Рядом стояли хлебница со свежими ломтиками хлеба и маслёнка с уже подтаявшим сливочным маслом. От глаз не упрятали и конфетницу с шоколадными конфетками, а так же розетку с малиновым вареньем. — Присаживайся, — послышалось со спины, когда хозяйка квартиры вышла из спальни, где успела переодеться в халат. — Сейчас чайник только вскипит. Ты чай с чем будешь: с молоком или без? — Вообще, без разницы. Но давайте без, — села за стол. — Сахар, если что, вот, — поставила на стол сахарницу. — Я и без сахара могу. Тут вон какие сладости к чаю… — завороженно посмотрела на любимую конфету. — Вы будто знали, что я приду. Здесь ведь всё моё любимое. — Правда? — улыбнулась, уже поставив на стол две чашки с горячим чёрным чаем.

***

Чаепитие. Снова обыкновенный разговор. Но что-то в нём было иное… Некая раскрепощённость, словно они знают друг друга уже очень много лет и обсудили уже всё, что только можно, хотя знакомы они лишь семь годиков и не общались так много за один день. Но обе хотели. Точнее, одна из них страшно сильно желала этого. Варвара всегда шутила с подружками, что безумно любит свою преподавательницу. Но были ли это просто шутки? Она умалчивала о некоторых моментах… Например, об эротических снах с её присутствием. Или же непристойные фантазии, что заполняли бедную голову. Умалчивать — одно, а скрывать действия… Ей, иногда, казалось, что постоянные подарки по типу роз и конфет, можно рассмотреть как намёки на ухаживания. Она даже сама так и считала. Но своей возлюбленной говорила, что это просто для поднятия настроения и для того, чтобы сделать хоть чуточку приятно. А вот стихи, в которых можно было отыскать кучу подсказок на этот счёт, являлись «порывами вдохновения». Честно, Елена привлекала не только своей доброй душой, голосом, взглядом, но и телом… Грудь, талия, бёдра — всё, что она умело выделяет своими нарядами. Однако, ноги — целая страсть для Вари. Ей нравилось в целом всё. Она изучила, в своё время, каждый взмах руки, походку, мимику. Этот образ заполнил её мозг настолько, что учебный материал туда, иногда, просто не мог влиться. Ему там попросту были не рады. Знала ли об этом сама Лена?..

***

— Господи, да и парней ведь нормальных сейчас нет, — говорила девушка, сидя на диване в гостиной. — Нет, ну Вы видели эти зажравшиеся морды? «Я не буду дарить ей цветы. Зачем это нужно?» — женщина лишь усмехалась на такие заявления, сидя рядом и наблюдая за эмоциональной игрой гостьи. — Нет сейчас романтики. Я не говорю, что все такие! Но многим просто нужно одно и всё. Из-за этого так становится противно… — Увы, что поделать? Времена изменились. Нужно уметь уживаться и среди таких, — отвечали ей спокойно. — Да с такими временами легче лесбиянкой стать и спать с женщинами, — нахмурилась. — Хоть глаз порадуется. — Ой, Варя, не смеши, — женщина закатила глаза. — А что? Ведь многие так и живут. И я это не осуждаю. — Варь, а вот у меня уже давно крутится такой вопрос. Сразу попрошу прощения, — её выражение лица вмиг стало серьёзным. — Ты сама не из «этих»? — Я?.. Ну… — в этот момент девушке стало даже как-то не по себе. — Я, если честно, не знаю… — Я не собираюсь осуждать, сразу говорю. Просто… Твои подарки, стихи… Это всё безусловно приятно. А в них есть что-то большее, чем просто приятные мелочи? — Елена Петровна, я Вам так скажу. Да, я Вас люблю как прекрасную даму, которой я восхищаюсь. — И ты бы смогла переспать со мной? — С Вами?.. — атмосфера накалялась с невероятной скоростью. Повисла тишина. Они смотрят друг другу в глаза. Обе пытаются найти ответы на свои вопросы. — Это я к тому твоему заявлению, что лучше спать с девушками, — добавила женщина. — А с какой целью Вы интересуетесь? — та пустила нервный смешок, не зная, что отвечать на подобное. Нет, при других она бы с точностью ответила «Да!», но ответить то же самое ей… Это ведь закапывание самой себя. — Я просто спросила. Может, ты не зря мне стихи посвящаешь… — отвела взгляд. — Елена Петровна… — девушка, возможно, что-то желала ей ответить, однако, вместо ответа, она оставила поцелуй на её щеке и быстро отстранилась. Всё та же давящая тишина… — Мне, наверное, стоит уйти… — тихо сказав, Варвара уже хотела встать. Её схватили за запястье. Елена смотрела прямо в глаза ученице. Та лишь находилась в замешательстве. Прошло меньше секунды, как женщина впилась в губы девушки, затягивая её в поцелуй. Такой нежный и сладкий… Варя зарылась пальцами в её короткие волосы, углубляя поцелуй, добавив язык. Ей, на удивление, ответили. — Простите, я не хотела… — они оторвались друг от друга, тяжело дыша. — Так ты ответишь на мой вопрос? — А Вы какой ответ хотите услышать? — Я хочу правду. — А я хочу Вас… После ответа, студентка решила совершить попытку поцелуя, которая оказалась успешной. Ей вновь ответили. Лену уложили на диван, нависая над ней и продолжая целовать в губы. В какой-то момент, женская ладонь останавливается между ног гостьи, на что та замирает. — Лена Петровна… — напряжение росло от дикого возбуждения. — А Вам вообще зачем это нужно? — Вообще… Давно думала об этом… Но где я найду сообщника? — усмехнулась. — А ты как раз хотела… Ты не против? — Разумеется, нет. Но я совсем неопытная в этом деле. Я боюсь что-то сделать не так и… — Варя, я тебе доверяю, — тепло улыбнулась. — Глупо с Вашей стороны, конечно, доверять свою честь мне, — посмеялась та. — Но я постараюсь…

***

Мокрый язык раздвигает половые губы, собирая на кончике природную смазку. Он расслаблено начинает исследовать малые губы до каждой складочки. Добравшись до клитора, он двигается очень быстро, еле задевая его. — Аах… — слетает с губ дамы. — А говоришь, не умеешь… — слабо улыбнулась, перебирая пальцами рыжие волосы. — Вам нравится? — спросила та, смочив слюной два пальца и медленно их введя в горячую плоть. — Это приятно… — шумно вздохнула, чувствуя, как девичья рука ускоряется. Понадобилось минут пятнадцать, чтобы довести её до оргазма. И добавить в к пальцам проворный язык. Столько стонов бывшая ученица и представить не могла. А услышать их вживую собственными ушами — было за гранью фантастики. Но даже то, что казалось несбываемым сном, спустя столько времени стало тем, что они обе будут вспоминать… — Ещё по чашке чая? — предложила Елена, садясь за стол. — Можно, — улыбнулись ей. — Не зря мне говорили, что чаепитие чашкой чая не заканчивается. Они ещё долго сидели, что-то обсуждали, смеялись. И пока неизвестно, встретятся так ещё раз или же нет. Но то, что этот день останется в их памяти, и эти стены, и окна, и диван будут это хранить в себе, как страшный секрет, — это гарантировано.