Отработка

Наверное, это чуть ли не первый случай, когда Гоголь, перед этим перекурив с одногруппниками в общем коридоре общаги (пока вахтёрша не видит), решает впринципе открыть учебник. Изначально вообще не хотел брать из библиотеки, потому что.. Потому что только дурак сейчас пользуется тяжеленными бумажными вариантами, а не электронными! Открыл на телефоне — вот и всё дело. Хотя, признаться, иногда даже такому, как Николай, приятно полистать страницы. Особенно в еле-еле помогающем освещении от лампы, доживающей свои последние дни и отчаянно борющуюся за бессмысленное существование у откровенного неуча. Хотя и этот неуч сейчас отлично справляется с усвоением первого параграфа: по первому Гоголь просто пробегается глазами, потому что химический состав организмов ему задрочили ещё в школе в своё время, зато на метаболизме и биоэнергетике становится не настолько легко и задорно. Во-первых, приходится действительно читать, во-вторых, параллельно гуглить некоторые слова. Николай мог бы изучить какую-нибудь одну главу (логично, что первую), но что-то подсказывает, что Фёдор попытается завалить. Или вообще спрашивать не будет? Небось всего лишь отчитает ещё раз, разве что подольше. Между прочим, каждый преподаватель тоже хочет пораньше уйти домой! Гоголь давно заметил это, исходя из принципа: «мы не делаем перерыв, а потом все тихо уходим на полчаса раньше». Плюс? Ещё какой! В общем, Николая хватило исключительно на краткое изучение основных тем, но и этого, по его субъективному мнению, казалось более чем успешным. Потому что малое количество преподавателей удостаивалось такой чести: Гоголь не просто пришёл, так ещё и подготовился! На большой перемене между второй и третьей идти искренне не хотелось (потому что обед — святое). Оставался вариант наведаться после пяти вечера. Уже успел сбегать к стойке с расписанием: пятой пары у Достоевского нет. Значит сама судьба всё решила за него. В коридоре пусто — даже странно, что никто ещё не успел схлопотать отработок? Как всегда успел выделиться! Стук в дверь. Секунда молчания. Препод точно на месте? —Заходите. Похоже, он не в настроении. Или просто устал. Николай всегда относился даже к ненавистным «ходячим учебникам» с пониманием. Как будто им охото здесь торчать, чаще всего совмещая работу в университете и больнице, стараясь выйти на новый уровень жизни. Жизни, которая и в кошмарах не приснится. Для Гоголя уж точно. —Здравствуйте, Фёдор Михайлович, а я на отработку, - студент как всегда лучезарен, прикрывает дверь аккуратнее обычного, чтобы лишний раз не раздражать. Хочется побыстрее отмазаться. —Помню-помню.., - Достоевский не отрывается от каких-то бланков, которые не рассмотреть, хоть и интересно. Сначала складывает всё в ровную стопочку, после на край стола, и только после всего этого поднимает глаза, —Учил? Ох, а не быстро ли скачет с «вы» на «ты»? Интересно, у него ко всем такое отношение? Ладно, попробуем поиграть по таким правилам.. —А если нет? Фёдор реагирует даже лучше, нежели Гоголь могу предположить: улыбается совсем легонько, но заметно, то случайно, кивая в сторону двери. —Тогда учил. —Тогда присаживайся. Ох уж эти беседы с глазу на глаз. Так точно не спишешь, но Николай и изначально не собирался, так что не особо и расстроился. —Что вы можете рассказать мне о «хиральности»? Во-первых, опять прыгнул на «вы», во-вторых, даже несмотря на то, что Гоголю известно значение термина, название у него отчего-то смешное. —Это свойство соединений существовать в виде пары не совместимых между собой зеркальных изображений. А дальше начинается любимая часть: игра в крокодила, когда Николай использует обе руки, взглядом проводит ось между ними. Оптическую изомерию только так и показывать. —Хорошо.. Факторы регуляции каталитической активности ферментов? Что-то поинтереснее. Николаю даже приходится немного поразмышлять, перед тем как начать перечислять, загибая пальцы один за одним. —Изменения за счёт pH, аллостерическая регуляция, за счёт изменения концентраций реагентов.. —Каких реагентов? —Субстратов и коферментов. Пытался сделать лучше, а получилось как всегда, потому что и так видно, что Фёдор.. только больше закипает. Потому что, наверное, хотел скатить на тройку и отпустить со словами: «удовлетворительно — это тоже хорошая оценка», - а не поставить что-то выше. Николаю подобное даже нравится. Теперь он точно будет бороться до конца. —Нарисуйте мне схему биосинтеза пиримидиновых нуклеотидов. Гоголю хочется выругаться. Блять, Достоевский, ты же эту схему сам не нарисуешь по-человечески.. И в этом даже есть доля правды. Фёдор правда сказал абсолютно от балды. —Без проблем. Могу взять мел? Кивок в подтверждение. Ради подобного зрелища, так уж и быть, можно помыть доску ещё раз, потому что Фёдор не просто думает, нет, он абсолютно уверен, что ученик, на котором медицинский халат выглядит как на низкосортном поваре, не тронется дальше бензойного кольца, которого там, к слову, быть впринципе не должно. Однако всё начинается с аспартата, после ухода на вещество с АТФ и АДФ. Николай не торопиться, молекулы аккуратные и чёткие, что даже Достоевскому приходится всматриваться, чтобы постараться найти несостыковки. —Подожди, дай-ка помочь тебе. Из-за построения сейчас всё неправильно сложится. А Гоголь и не возражает, потому что первую стадию помнит отменно. И он уверен, что всё правильно. Как-то молод Фёдор для маразматика. Ему же, если пораскинуть мыслями, всего лишь около двадцати семи? Как иронично, когда между учеником и преподавателем нет и десяти лет разницы. Если так подумать, то они могли бы подружиться? Эх, экзамен автоматом.. звучит волшебно. Даже слишком. У Достоевского вообще есть друзья? А девушка? Или он передёргивает на свои обожаемые молекулы, радикалы и отработки один-на-один? Пока Фёдор слишком увлечённо рассказывает и рисует что-то отдалённо похожее на схему в учебнике, который Николай гордо открывает, прижимая обложкой к себе, демонстративно указывая на ошибку. Без слов. Намёк и так понятен. Даже мимолётного взгляда хватает, чтобы понять, что это оказался пик их сегодняшнего занятия — пора закругляться, потому что Достоевский сжимает мел крепче. Невербальный сигнал, что кто-то вот-вот получит по голове. —Кажется, вам стоит серьёзнее относиться к знаниям студентов, - учебник на стол и к двери ненавязчиво. А Фёдор молчит.. занимательно, —Поставите «отлично»?, - чужой синдром отличника был понятен Николаю изначально (если не учитывать некоторой дополнительной информации от аспирантов), так что.., —Или теперь вам нужно записаться ко мне на отработку? Бах! В яблочко. Собственно, с подобным звучанием поражения и ударяется мел о поверхность двери, как только Гоголь успевает вообще её захлопнуть. Глупо ли устраивать сцены? Даже слишком. Зато теперь их взаимоотношения придут к логическому равновесию: друг друга не трогать. И совсем неважно, что Николай и в правду в молекулярной биологии полнейший ноль. Многоуважаемому Фёдору Михайловичу не нужно знать это для собственного ментального здоровья.