Нелюбовь

В призрачном городе поздний вечер. Даже не смотря на постоянный гам в этом месте, сейчас довольно тихо. Тонкий силуэт юноши в зелёном ханьфу приближается к дверям Дома Блаженств спокойным шагом. Проходит внутрь. Никто его не останавливает. Никто не осмелился. Демоны до сих пор помнят, что было с тем несчастным, что осмелился кинуть в спину Лазурного демона: "Шлюха Градоначальника!" Пусть Ци Жун так и не достиг ранга "Непревзойдённый", он всё ещё является одним из 4 бедствий. И мелкий призрак, выкрикнувший это успел лишь увидеть зелёное свечение над собой, как в ту же секунду было сожжен до тла. С тех пор никто не смел говорить с Зелёным Бедствием. *** Поднявшись по лестнице, Ци Жун вошёл без стука в уже столь знакомые покои. — Явился. И как всегда без стука. — раздался голос за спиной юноши. Холодные пальцы с выкрашенными в чёрный ногтями легли на тонкую талию. — Какой смысл тратить время на стук, если ты о моём присутствии знал с тех пор, как я пересёк границу Призрачного Города? — Ци Жун вовсе не напуган появлением хозяина этого места у себя за спиной. Он чувствует как его подхватывают на руки и несут к кровати, небрежно кидая на неё. Жун наиграно ворчит о том, что его царскую особу нужно было положить аккуратно. Однако Хуа Чен знает, что это пустые слова. Красное Бедствие развязывает пояс зелёного ханьфу, распахивая его. Нависает над парнем, начиная покрывать пятнами его шею, ключицы, плечи. После поднимается с кровати. Идёт к шкафу, возвращается с чёрной шёлковой лентой и бутыльком с маслом. Аккуратно завязывает парню глаза. Укладывает обратно, избавляя от остатков одежды. Проходится раздвоенным языком по груди, цепляя розовые соски. После чего вбирает один в рот, а с другим играется пальцами. Ци Жун стонет, чуть хрипло, надрывно. Хуа отрывается от сосков. Проводит ледяными руками по талии, подхватывает под бёдра. Прикусывает возле колена. Вздохи Лазурного демона становятся всё более рваными. Красное Бедствие целует тонкую белую ножку и смотрит на парня. Сейчас, без этих зелёных одежд, без потока матерных слов, с завязанными глазами, Ци Жун был очень сильно похож на своего брата. Разве что, старший был более крепким. А этот худой, как спичка. Ни мышц, ничего. И уши чуть заострённые. Но это умело спрячут длинные тёмные волосы. И кожа бледнее. Но в остальном точная копия. Видя в нём Се Ляня, Хуа Чен подсознательно становился нежнее, аккуратнее. Вылив на руку немного масла, он разогрел его, растерев между пальцами, после чего приставил их ко входу. Не первый раз, так что.. Красное Бедствие ввел внутрь Ци Жуна один палец и остановился, давая привыкнуть. Жун зашипел от дискомфорта, однако ничего не сказал. Спустя пару минут Хуа добавил второй палец, а потом третий и четвёртый. Увидев, что юноша уже сам начинает насаживаться на пальцы, Красный Демон вытащил их из Ци Жуна и вошёл. Он глухо прорычал от того, как приятно обтягивали его узкие стенки. Ци Жун тихо стонет. Пальцами цепляется за плечи демона. Старается не царапать когтями. Ведь у его брата нет длинных когтей. Зеленоглазый стонет, но не произносит не слова. Говорить нельзя, будет больно. Между тем Красное Бедствие вдалбливается всё сильнее, набирая скорость. Хуа Чен попадает по простате, выбивая из Ци Жуна очень громкий стон, затем ещё и ещё. Кусает плечо, рычит. С каждым уксусом, с каждым толчком Ци Жун чувствует, как уровень духовных сил поднимается. Это хорошо. Хуа Чен не врёт. Хуа Чен честно выполняет свою часть договора, также как и Ци Жун. Однажды Ци Жун на свой страх и риск заявился в Призрачный Город и предложил Алому Бедствию сделку. Лазурный демон знал, что Непревзойдённый напротив него по уши влюблен в его старшего брата, на которого он так удачно похож внешне. Ци Жун предложил Хуа Чену своё тело для удовлетворения всех влажных фантазий, касающихся Наследного Принца, а Красный демон в свою очередь будет передавать Свирепому духовные силы. Сначала Ци Жун думал, что Хуа в лучшем случае пошлёт его с такими предложением, а в худшем изобъет до полусмерти. Однако тот согласился. Так главным атрибутом их встреч стала повязка на изумрудных глазах. Никто не нарушал уговор. Ци Жун всегда приходил вовремя: по требованию Хуа Чена или по собственному желанию. Хуа Чен всегда надевал повязку на глаза и брал. Брал хрупкое белоснежное тело так, как желала его тёмная душа видеть Се Ляня. И отдавал духовную энергию. Ровно столько, сколько просил Ци Жун. Для них обоих это была сделка. Не более, чем выгодная сделка. Так было долгие столетия, но... Но потом что-то пошло не так. Жун больше не хотел приходить за духовными силами. Это не было тем, что ему нужно. Прикосновения. Ласковые и нежные. Только так он мог их получить. Стоит произнести хоть слова или снять повязку, будет больно. Очень. Ведь Хуа перестанет видеть в нём Се Ляня. Услышит чуть хрипловатый голос демона, увидит сверкающие зелёным глаза. Он снова ударит, не коснётся нежно, не оставит поцелуй на фарфоровой коже. Пока он притворяется Се Лянем, он может получить те крохи нежности, о которых мечтал. Почему... ПОЧЕМУ?! Почему его братца все любят? Почему Непревзойдённый Князь Демонов готов пылинки с него сдувать? Чем Се Лянь заслужил такую любовь? Чем Ци Жун заслужил такую ненависть? А если Се Лянь найдётся? Если придёт в жизнь Хуа? Ци Жун не будет ему нужен. Зачем копия, когда есть оригинал? Словно в подтверждение мыслей Лазурного Бедствия, Хуа Чен ещё раз глубоко толкается, заставляя парня излиться себе на живот. И вместе с тем громко полу-стонет, полу_рычит: — Се Лянь! И кончает внутрь. Ци Жун чувствует, как по щекам начинают течь слёзы. Обидно... Как же обидно... Почему его брат всегда получает самое лучшее? Почему демон, которого он полюбил, не может кричать его имя? Почему... Хуа Чен падает на Ци Жуна, и почти мгновенно отрубается. Зеленоглазый снимает повязку и пытается выбраться из под Непревзойдённого, но тот лишь перекатывается на бок, сгребая Жуна в охапку. Лазурный демон смотрит в сторону окна, прижимаясь спиной к широкой груди Хуа Чена. Хотя бы сейчас он может позволить себе расслабиться в объятиях любимого, даже если завтра вновь будет избит за превышение дозволенного. Когда нибудь Хуа Чен найдёт Се Ляня. Непременно влюбит его в себя и они будут жить долго и счастливо. А Ци Жуна Красный Демон просто вышвырнет за ненадобностью. Ведь у них нелюбовь.. У нас была не любовь Это было насилие Твои чувства холоднее, чем погода в России Решил выстрелить первым —теперь по снегу неси меня Мои руки холоднее, чем погода в России Твои чувства холоднее, чем погода в России