Мгла

      Скарамучча зашёл в полупустой класс, сразу внимательно осматривая его, ища одного…       — Мучча! Привет, — громко произносит Тарталья, отвлекаясь от разговора с Горо и… Каэдэхарой?!       — Мгм, — Скарамучча сдержанно кивает. Он успешно уклоняется, когда рыжий подбегает к нему, с целью заключить в объятия.       Отмахнувшись от приветствий Кадзухи, Горо и кто-там-ещё-находился-в-классе, темноволосый сел за парту, доставая учебник. Опять история. Нет, ну Бог его точно не любит.       — Эй, Скарамучча. Ты спал вообще? Выглядишь… плохо, — произносит Горо с небольшой заминкой, осматривая внешний вид темноволосого. Скарамучча действительно выглядел, мягко говоря, не очень: тёмные круги под глазами, которые не удалось полностью скрыть; сами глаза, выглядевшие настолько болезненно-уставшими, что аж в груди кололо от этого вида.       — Отвали, — грубо бросает Скарамучча, не имея сил на хоть какие-то пререкания с шатеном. Темноволосый складывает руки на парте и утыкается в них лицом, намереваясь поспать хоть так.       — Кстати, реально, — подмечает Тарталья, внимательно разглядывая внешний вид своего друга. Налюбовавшись Скарамуччей, рыжий всё же чуть обеспокоено спрашивает. — Ты голоден?       — Да блять! Можно не ебать мозг с самого утра?! Всё нормально, я поел, — сквозь стиснутые зубы шипит Скарамучча, не поднимая головы. Тарталья даже не вздрагивает, привыкший к грубости своего друга.       Посмотрев на темноволосого ещё пару секунд, рыжий поднимает свою сумку с пола, достаёт оттуда грушу и пихает её в чёрный рюкзак Скарамуччи. Сразу после этого Тарталья поворачивается к Горо и Кадзухе, продолжая разговаривать с ними о том, почему его любимые булочки подорожали на целых девять рублей!       Каэдэхару слегка умилила эта забота Тартальи о его друге, потому он нежно улыбнулся, слушая монолог рыжего и периодически поддакивая ему вроде "да вообще". Скарамучча же, в свою очередь, послушав ещё пару минут успокаивающий голос Кадзухи, довольно быстро провалился в сон.

***

      — Хэй! Спящая красавица, просыпаемся! — услышать раздражающий голос надоедливого Тартальи, да ещё и вырвавший его из объятий такого необходимого сна, было, мягко говоря, неприятно. Скарамучча пытался проигнорировать вопли рыжего, но когда его стали трясти, будто началась третья мировая, оторвать голову от рук всё же пришлось.       — Хули ты снова доебался? Я спать хочу, — грубо бросил темноволосый, хмуро смотря на Тарталью слипающимися глазами.       — Ты два урока проспал. Нам в другой кабинет надо, придёшь и там поспишь, тащить тебя по всей школе на руках я не очень хочу.       — Бля, ладно. У нас что сейчас? — Скарамучча потёр глаза руками, проигнорировав колкую шутку рыжего.       — Алгебра, — спокойно произнёс Тарталья, уже предвещая реакцию друга.       — Пиздец. Лучше бы не просыпался. Эта шмара вчера наныла Эи, что я еблан конченый, и ничего не знаю, — раздражённо ответил темноволосый, лениво поднимаясь и беря с пола рюкзак. Только сейчас он заметил, что в классе никого кроме них двоих не было. Видимо, Тарталья будил Скарамуччу довольно долго…       Рыжий лишь понимающе покачал головой, с небольшим сочувствием смотря на темноволосого и медленно разворачиваясь в сторону выхода из кабинета.       

***

      Выйдя из кабинета, Тарталья, с чистым сердцем (ведь он не бросил Скарамуччу одного в кабинете), направился в столовую, а темноволосый рухнул на ближайший диванчик, доставая телефон и устало зевая. Несколько минут полистав вкладки телефона, ибо не было желания заходить в паблики или соцсети, парень поднялся и направился в кабинет к Саре, на алгебру расстрел.

***

      В кабинете сидели Ху Тао, обсуждающая что-то с Фокалорс, Сяо, молча залипающий в телефон, и Каэдэхара, жующий бутерброд. Скарамучча плюхнулся на стул за последней партой и пошарил в рюкзаке, доставая учебник. Найдя ещё и грушу, темноволосый достал её, и, повертев в руке, откусил кусочек. Вроде, неплохо. Даже вкусно. Хотя, учитывая, сколько Скарамучча не ел… стоп, а когда он последний раз ел? Кажется, дней пять точно прошло… или больше?..       Скарамучча вообще почти не ел — не хотел. И, учитывая его режим питания, оно и неудивительно. Чувство голода, как и насыщения, полностью его покинуло ещё пару лет назад. В какие-то моменты его терзали мысли о количестве килокалорий в съеденной пище, периодически возвращающиеся к нему. Когда-то не хотелось, а когда-то ему было попросту лень готовить или искать на кухне еду. В прочем, беря во внимание полное безразличие Скарамуччи к себе и своему здоровью (как ментальному, так и физическому), для него это не ново.       Парень медленно проглотил кусочек груши, откусывая ещё немного. Сладко, очень сладко. Но это хотя бы какая-то еда. Скарамучча уверен, что если бы Тарталья узнал, сколько времени темноволосый не ел, рыжий впихнул бы ему кастрюлю супа и заставил съесть всё до последней капли. Нет, безусловно, Аякс знал, что у его друга есть большие проблемы с питанием, но Чайлда ежедневно кормили порцией лжи вроде "да поел я, вот только что пирожок съел". И, хоть эта ложь была до ужаса очевидной, Тарталья всё равно продолжал верить своему лучшему другу и не донимать лишний раз вопросами, надеясь, что, если что-то пойдёт совсем не так, Скарамучча не будет утаивать.       Доев грушу (благо та была небольшой), темноволосый выкинул огрызок в мусорку, вновь садясь за парту. Голова немного кружилась, желудок явно не оценил такие "эмоциональные качели" от хозяина. Скарамучча прикрыл лицо рукой, в голове роились мысли, по телу пробежали мурашки. К горлу подступила тошнота, парень оторвал ладонь от лица и осмотрелся вокруг, пытаясь сконцентрироваться на чем-нибудь. Кадзуха встал со стула и вышел из кабинета, направляясь в сторону туалета. Ху Тао яростно черкала что-то в тетрадке, ехидно улыбаясь, а сидящая рядом Фокалорс тихо посмеивалась. Сяо тихо общался с Итэром, непонятно когда пришедшим. Интересно, но Итэр единственный из всей школы, кто увидел улыбку Сяо. После того, как блондин перевёлся к ним в девятом классе, "демонёнок" (очередная кличка Сяо, придуманная Венти по пьяни на одной из вписок) стал гораздо общительнее. Общительнее, конечно, по меркам самого Сяо. Ведь раньше для него даже поздороваться было чем-то невозможным, а сейчас он (о боже!) может даже ответить что-то на нескончаемый поток слов Ху Тао. Но, даже учитывая, что "ответом" обычно становится что-то типа "отойди от меня нахуй подальше", это определённо успех.              Из мыслей Скарамуччу вытащил подступающий приступ рвоты, который уже не получилось проигнорировать. Парень встал и быстрым шагом вышел из кабинета, почти влетая в туалет, в котором стоял Каэдэхара, моющий руки. Со скоростью пули забежав в одну из свободных кабинок и закрыв её, Скарамучча опустился на колени перед унитазом и сплюнул желчь. Засунув два пальца в рот и надавив ими на корень языка, парень опустил голову ниже, возвращая руку на пол.       Каэдэхара, обратив внимание на быстрый шаг одноклассника и подозрительные звуки из кабинки, почуял неладное и, подойдя к двери, за которой скрылся темноволосый, тихо постучал.       — Скарамучча, ты в порядке? — в голосе Кадзухи звучало лёгкое беспокойство.       Названный откашлялся и, быстро поднявшись на ватные ноги, нажал на кнопку смыва унитаза.       — Всё в норме, — коротко отрезал Скарамучча, выйдя из кабинки. От внимательного взгляда Каэдэхары не скрылись важные детали: влажные губы и пальцы темноволосого; синие пряди, спадающие на чуть мокрые голубые глаза в явной попытке скрыть их от чужих алых очей; чуть дрожащие руки и немного запачканные чёрные брюки в области колен.       Бэй Доу всегда учила его быть внимательным к деталям, особенно в подозрительных ситуациях.       Скарамучча подошёл к раковине, умывая руки и сразу же вплетая тонкие пальцы в прежде сухие волосы и чуть их оттягивая, пытаясь восстановить сбитое дыхание. Чужая рука легла на спину, мягко поглаживая, успокаивая.       — Точно? Если ты плохо себя чувствуешь, я мог бы проводить тебя до медсестры. Ты довольно бледный, — слегка встревоженно уточнил Каэдэхара, заглядывая в глаза однокласснику.       — Точно. Отвяжись, — несмотря на слегка дрожащий голос, довольно грубо бросает Скарамучча, расслабляясь от чужих прикосновений и выключая кран.

***

      Парни молча заходят в класс за секунду до звонка. Скарамучче казалось, что эта перемена длится целую вечность. Зайдя в класс вместе с Кадзухой, темноволосый по привычке осмотрелся и, заметив на себе пристальный взгляд Горо, вопросительно вскинул брови. Шатен угрожающе нахмурился, но, посмотрев на Каэдэхару, расслабился и чуть улыбнулся. Скарамучча недовольно хмыкнул и прошёл к своей парте, садясь на стул.       — Ты где был? Ещё и с Кадзухой… — с лёгкой улыбкой задумчиво протянул Тарталья, тут же ловя лицом учебник.       — Хуёво себя чувствую, — коротко отрезал темноволосый, переводя хмурый взгляд на Сару и устало вздыхая.       — А чё та-...       — Чайлд, к доске, — прервала рыжего Кудзё, устремляя свой орлиный и явно недовольный взгляд на парней, приглашающе кивая в сторону доски.       — Ха, лошара, — язвительно бросает Скарамучча, показывая другу язык. Тарталья лишь обречённо вздыхает и поднимается с места, беря в руки учебник, с которым он "поцеловался" пару минут назад.       Скарамучча посмотрел на уравнения, которые пришлось решать Тарталье, с некой обидой и злостью. То, что сейчас решал Аякс у доски даже в сравнение не идёт с тем пиздецом, который давала Сара темноволосому.

***

      Кое-как досидев этот адский урок, Скарамучча выходит из кабинета, и, отделившись от своего друга, идёт в туалет покурить умыться.       Но, видимо, его желаниям не суждено сбыться, так как, лишь переступив порог мужской уборной, темноволосый оказывается спиной прижат к кафельной плитке стены. Итак проблемная реакция парня в очередной раз даёт сбой, потому голубоглазый далеко не сразу соображает, что происходит, кто перед ним стоит, и, что он, вообще-то, должен дать хоть какой-то отпор.       — Что вы делали с Каэдэхарой вместе в туалете? — практически шипит Горо, пристально смотря в чужие очи.       — Ебались конечно же, — скептично отвечает Скарамучча, смотря в ответ хмурым взглядом и не желая отводить глаз. — Ты совсем псих?       — Ответь нормально, — яростно произносит шатен.       — А кругом не насрать? — не менее агрессивно выплёвывает темноволосый. — Ничего мы с ним не делали. Чё ты доебался то вообще?       Горо в последний раз грубо дёргает Скарамуччу за воротник и толкает его в сторону, быстрым шагом выходя из туалета и напоследок бросив тихое "неважно".       Голубоглазый, отчего-то несильно удивлённый, будто такое происходит каждый день, подходит к раковине и включает холодную воду, подставляя под неё руки.

***

      Скарамучча сидел на диванчике в коридоре, положив голову на плечо Тартальи и листая что-то в телефоне. Рассказать последнему о случившемся темноволосый успел уже раз десять, при этом проклянув Горо раз двести. Аякс отвечал чуть скомканно, не совсем так, как обычно, но Скарамуччу это не сильно заботило, так как: захочет — сам расскажет. В итоге, помявшись ещё пару минут, рыжий прокашлялся, и, собравшись с мыслями, начал:       — Кстати, Мучча, я тебе должен кое-что сказать… — неуверенно произносит Аякс, теребя в пальцах край рукава белой рубашки.       — Мнм, — еле кивает темноволосый, явно не слишком заинтересованный.       — Я уезжаю почти на весь октябрь… — обречённо произносит Тарталья, наблюдая за реакцией друга.       — Ты совсем, блять, охуел? А как я тут один? — грубо выпаливает темноволосый, локтем ударяя рыжего в бок.       — Да ну. Не переживай, у тебя есть целый класс, — спокойно произнёс Чайлд.       — Ага, охуенный класс, — скептически произнёс Скарамучча, напоминая рыжему недавнюю ситуацию.       — Ну, может, с Каэдэхарой подружишься? Он, вроде, неплохой, — беззаботно лепечет Аякс, кажется, забыв, что его друг — прирождённый социофоб.       — Мгм, — не желая продолжать бессмысленную дискуссию, Скарамучча сдержанно кивает, вновь утыкаясь в телефон.