It Feels A Lot Like Fear

Мэн Яо возвращается во дворец и натыкается на парочку слуг, покидающую прихожую, что находится около главной спальни. Пустой спальни. Хоть прежде вид Не Хуайсана, распростертого без сознания на кровати Вэнь Жоханя, вызывал мурашки от холодного гнева, мысль о том, что его снова могут бросить назад в темницу в том же состоянии, всё ещё вызывает у него мурашки, но уже по иным причинам. — Где наследник клана Не? — спрашивает он, пытаясь выдать остроту в голосе за раздражение. — Мне приказали проверить его. Один из слуг кивает в сторону комнаты, из которой они только что вышли, и Мэн Яо протискивается сквозь них без продолжения диалога. Комната — крохотная каморка для прислуги, в которой даже двигаться сложно. Его подопечный лежит на голой кровати, едва ли не свернувшись в клубок. Бросив свою сумку на маленький рабочий стол и взглядом пробежав по комнате, он подметил, что ни один из слуг не оставил Не Хуайсану хоть немного одежды. Мэн Яо стаскивает с плеч своё верхнее ханьфу и настолько аккуратно, насколько только может, укутывает его им. И затем он ждёт.

***

Прошло уже три часа. Один из слуг недавно принёс поднос с двумя мисками супа. Или, скорее, кипятка, где, возможно, и был кусок мяса, но тот уплыл куда-то в неопределенном направлении. Чайник был совсем другой историей, и когда Мэн Яо чует резкий аромат имбиря и шиповника, он кивает в знак благодарности за это маленькое милосердие. Он бездумно возится с проектом -который никогда не завершил бы, если бы у него было на то право- и чай с супом уже давно остыли, когда он улавливает движение со стороны кровати. Он поворачивается и застает Не Хуайсана, пытающегося приподняться на колени. Предупреждение: «Стой, не шевелись…» звучит слишком поздно. Мэн Яо видит как боль пронзает тело его бывшего господина, и из его измученного горла исходит ужасный хрипящий вскрик. Он одним махом преодолевает расстояние между ними. Но когда Мэн Яо тянется руками к Не Хуайсану, чтобы помочь прилечь назад, юноша вздрагивает и пытается отпрянуть подальше. Не хорошо. — Прошу, тебе нужно… — Вторая попытка вырваться оказывается более яростной. Желудок неприятно скручивается при виде того, что старания заметно приносят ещё бо́льшие страдания его подопечному. — Сан-эр, пожалуйста! Мэн Яо не уверен, стало ли причиной неожиданное, но знакомое обращение или отчаяние в его голосе, но в любом случае, это работает. Не Хуайсан замирает. Его дыхание прерывистое, наполненное ужасом; он смотрит на Мэн Яо сквозь распахнутые ресницы, скрытые завесой растрепанных волос.

***

— Это настолько необходимо? — задался вопросом Мэн Яо, пока изящные пальцы перебирали пряди его волос. — Ты же не хочешь, чтобы люди считали тебя каким-то чужаком? — спросил Не Хуайсан. Он даже не успел определиться с ответом, когда ощущение чужих рук исчезло, а в волосах оказалась завязана лента. — Ну вот и всё. — Уже? — В руки ему положили зеркало. Он чуть прищурился, глядя на своё отражение. На обеих сторонах его головы красовались косички, вплетенные в ещё одну — побольше. Выглядело… не так уж и плохо.

***

Мэн Яо сглатывает, затем приземляется на край кровати. Двигаясь медленно и аккуратно, он нежно убирает волосы Не Хуайсана с его лица и заправляет их за ухо. При этом взгляд юноши перебегает к красному на его рукавах. Нет смысла скрывать что-либо… — Вэнь Жохань выкрал тебя из Цинхэ. Сейчас ты в Безночном городе. Не Хуайсан снова глядит на его одежду и, похоже, наконец-то замечает отсутствие собственной. В попытке усмирить очередной всплеск паники, Мэн Яо хватает его за руки и тихонько сжимает их, стараясь не задеть ушибы на запястьях и костяшках его пальцев. — Сан-эр, дыши, — умоляет он. Очередное вздрагивание. Мэн Яо видит и чувствует дрожь сквозь их сплетенные пальцы, но в этот раз Не Хуайсан не пытается высвободиться. Даже так, его взгляд прикован к красному ханьфу Мэн Яо. — До сегодняшнего дня я не знал, что ты здесь, — говорит Мэн Яо, поглаживая тыльную сторону бледной руки в попытке успокоить. — Честно. — До сегодняшнего дня…? Вопрос больше похож на хриплый выдох. И очевидно, что задан он сквозь боль. Когда Мэн Яо осознаёт, что именно у него спрашивают, ответ болезненно колет его собственное сердце. — Ты пропал из Цинхэ почти неделю назад, Сан-эр. Неделю, проснувшись без памяти о ней. Неделю, проснувшись на родине заклятого врага своей семьи. Неделю, проснувшись с отчетливой болью, которую ни с чем не спутаешь. Не Хуайсан впадает в истерику, и Мэн Яо здесь, чтобы поддержать его.

***

Керамическая чаша бьется о пол. Рукой он преграждает путь своему подопечному, не позволяя подняться. Затем опускается на колени, чтобы собрать осколки и протереть поверхность. — Извини. — Ты не виноват, — Мэн Яо заворачивает кусочки посуды в тряпку и убирает её на поднос. Он наполняет кипятком другую чашу и, вместо того, чтобы отдать её в трясущиеся руки Не Хуайсана — подносит к его губам. Чай уже остывший, почти ледяной и слишком горький, настоявшийся. Но юноша лишь морщится из-за вкуса и позволяет Мэн Яо поить его маленькими глотками.

***

Кусочек курицы прямо перед его носом, соблазнительно покачивался. Он фыркнул и отвёл взгляд, заслужив тем самым усмешку от своего молодого господина. — Если собираешься тренироваться до такой степени, что палочек не удержишь, то хотя бы прими наказание с достоинством. — Это моё наказание? — Ты ведешь себя так, будто так оно и есть. — Это потому что я видел, как вы готовили еду. — Ай! Моё сердце! Я так усердно старался, а ты так жесток ко мне. Он закатил глаза на излишний драматизм, но курицу попробовал. К огромному удивлению, еда была очень вкусной.

***

К тому времени, как чай заканчивается, Мэн Яо остается доволен тем, что Не Хуайсан больше не дрожит от попыток держаться в сидячем положении. Он тянется к подносу и забирает его, чтобы оставить прислуге. Но останавливается. Ему придется отворить дверь. А раз уже стемнело, есть высокий шанс присутствия в своих покоях Вэнь Жоханя. Руки Мэн Яо невольно сжимаются настолько сильно, что деревянный поднос скрипит. Он делает резкий вдох, подавляя волну гнева от возможности даже случайно уведомить это чудовище о пробуждении Не Хуайсана и его уязвимом положении. — Ты как? — В порядке. Я в полном порядке, — отвечает Мэн Яо и даже умудряется звучать искренне. Очередной глубокий вдох, и он почти полностью возвращает самообладание. Почти. Есть ещё кое-что, что он может сделать; кое-что, что он должен сделать. Отодвигая поднос в дальний угол стола, он вытягивает свою сумку и достает письменные принадлежности. — Сан-эр, мне нужно узнать у тебя кое-что. Но ни тебе, ни мне это не понравится. Не Хуайсан ожидаемо медлит, и он почти уверен, что юноша уже понял, какие слова покинут уста Мэн Яо. И спустя несколько мгновений, что тянутся безумно долго, сиплый ответ достигает его ушей. — Спрашивай. — Что последнее ты помнишь, до того, как проснулся здесь?

***

Следующим утром Вэнь Жохань входит в комнату, и Мэн Яо бесконечно благодарен, что Не Хуайсан спит на протяжении всего времени визита. Он собрал в стопку записи и даже парочку отрисованных диаграмм, чтобы скрыть свой поддельный прогресс в исполнении приказа. Но во время своего отчёта, он не один раз улавливал, как взгляд начальника скользит по спящему силуэту в углу комнаты. Собственничество и голод в этом взгляде и есть то, что заставляет пальцы Мэн Яо сжаться вокруг инструмента, который он сейчас держит. Он заставляет себя опустить его, чтобы не подставить под угрозу жизни Не Хуайсана и свою, за попытку вогнать прибор в шею мужчины. Мэн Яо задерживает дыхание, когда Вэнь Жохань наконец, наконец покидает их ради военного собрания, и не выдыхает до прибытия прислуги. Глава Не сказал ему не уходить. Мэн Яо осознает, что не хочет уходить. Но у него есть дела, которые нужно выполнить. Нужно принести немного своей одежды для Не Хуайсана, раз уж их «хозяин», по-видимому, совершенно не собирается снабжать его хоть какой-то. Нужно передать собранную информацию союзникам. Нужно забрать некоторые инструменты из своей мастерской, если он собирается продолжить эту игру в шарады, выполняя приказы Вэнь Жоханя. Нужно удостовериться, что они остры. Мэн Яо наклоняется к своему подопечному и аккуратно просовывает ему в руку записку. — Я скоро вернусь, — дает он обещание. Затем он выскальзывает из комнаты на свою миссию.

***

Мэн Яо планировал просто оставить свои отчеты в привычном тайнике, поэтому совершенно не ожидает обнаружить там Лань Сичэня. Как ни странно, другой мужчина, похоже, не менее удивлён, увидев его. — Я и не думал, что кто-то придет сюда сегодня, — произносит Лань Сичэнь, отходя от шока и избавляя его от необходимости задать первый вопрос. Но что-то в голосе Первого Нефрита всё равно побуждает Мэн Яо сделать это. — Что случилось? Было нападение? Взгляд Лань Сичэня мечется из стороны в сторону. — Прошлой ночью Вэнь Жохань отправил в лагерь посыльных, — говорит он с отчетливым дискомфортом, и Мэн Яо сглатывает ком в горле, догадываясь, какие именно «сообщения» они доставили. — А-Яо, как он? Внезапно становится очень трудно не тянуть себя за рукава. — Всё не так… Всё- Всё просто ужасно, — признается он. — Я сделал всё, что мог, но понадобится реальный лекарь, когда мы вытащим его оттуда. Голос почти пропал, и даже для его низкого уровня заклинательства, раны должны затягиваться быстрее. И… — Мэн Яо глубоко вдыхает, по большей части для того, чтобы удержать спокойствие. — Скорее всего, ты вынужден будешь вмешаться. Если не считать истерики, когда успокоительные перестали действовать, он вёл себя… тихо, но это явно не в его духе. — Я помогу всем тем, чем смогу, — обещает Лань Сичэнь. Затем переводит взгляд на бумаги, которые Мэн Яо пихает ему в руки. — Что это? — Он рассказал мне, как прошло похищение. Кто-то подделал отчет главы Не о том, что беженцев придется переселить в пещеры возле зала предков, чтобы защитить их от набегов. Не Хуайсан и его стража попали в засаду, когда он собрался отпереть печати, скрывающие ходы. Выражение лица Лань Сичэня становится еще более мрачным. — Мы подозревали, что внутри мог быть подставной… Но если этот некто отправил его туда- — Как глава? — Мэн Яо обрывает его на полуслове, ведь он, всё же, также переживает и за Не Минцзюэ. — Тоже ведёт себя тихо. Честно говоря, это очень тревожит. Несмотря на обстоятельства, Мэн Яо не может сдержать смешок. — Ясно, что Вэнь Жохань пытается спровоцировать его сделать что-то опрометчивое в приступе ярости, но… похоже, он просчитался. Я никогда не видел Минцзюэ таким разгневанным. Кажется, он даже стал ещё более сосредоточенным. — Значит есть план? Лань Сичэнь аккуратно убирает отчеты в рукав. — Пожалуйста, продолжай защищать Не Хуайсана. Продержись хотя бы два дня. Затем… Я даже не уверен, сколько еще просуществует Безночный Город. Мэн Яо думает о синяках и прерывистых рыданиях. Думает о времени, информации и финансах, понадобившихся для похищения. Он вспоминает, как Вэнь Жохань смотрел на Не Хуайсана — словно на аппетитное блюдо, которое желал поскорее поглотить. О собственных сомнениях относительно истинной цели этого плана. — Отлично, — ядовито рычит он.