let’s stay together

Лили и Джеймс сидели в купе поезда, который направлялся в сторону Годриковой Впадины. За окном мелькали летние пейзажи, но Лили почти не замечала их. Она все думала о предстоящем знакомстве с родителями Джеймса. Конечно, раньше она видела мистера и миссис Поттер на платформе 9¾, но никогда не общалась с ними по понятным причинам и не задумывалась о том, что всё ещё впереди. Лили не могла скрыть своего волнения. Это было её первое путешествие в родные края Джеймса, она могла получше узнать о его жизни в Годриковой Впадине и просто провести с ним много времени. О своих родителях Джеймс рассказывал ранее, да и от Сириуса, который был желанным гостем в доме Поттеров, Лили слышала только хорошее в адрес Карлуса и Дореи. Наверное, ей не стоило накручивать себя без повода. Однако девушка никак не могла избавиться от навязчивой мысли. Что, если она им не понравятся? Или, что ещё хуже, что, если они не смогут найти общий язык? — Ты всё ещё переживаешь? — внезапно спросил Джеймс, повернувшись к ней. — Да, наверное. — Лили вздохнула и нервно засмеялась, — Я же могу произвести на них плохое впечатление. Джеймс откинулся на спинку сидения и обнял Лили за плечи. — Лили, ты шутишь? Да мои родители — милейшие люди на земле, — усмехнулся Джеймс, — И я ведь рассказывал им о тебе столько раз. Когда они узнают, что мы вместе, поверь, они будут только рады. — Ох, Джим, просто я... — Лили замолчала, опуская взгляд на свои руки. — Ты же из семьи чистокровных волшебников, а я... выросла стали маглов. Вдруг они подумают, что я недостаточно хороша для тебя? — Лили Эванс, — Лили ещё ни разу не слышала, чтобы голос Джеймса звучал так серьезно, — Посмотри на меня, пожалуйста. Лили вздохнула, выполнив просьбу Поттера, и их взгляды встретились. Джеймс потянулся за ее ладонью, взяв Лили за руку. — Лили, мои родители будут рады увидеть ту девушку, которая делает меня счастливым. — продолжил говорить Джеймс, — Они никогда не были фанатами чистой крови и для них это не имеет значения. Я уверен, мама будет расспрашивать у тебя про Хогвартс, твои увлечения. Она тоже любит цветы и, кстати, до моего рождения преподавала астрономию в нашей школе, забавно, да? — Джеймс улыбнулся, — представляешь, если бы она сейчас у нас вела этот предмет? А у отца отличное чувство юмора, и он настоящий джентльмен, — Поттер всячески старался развеять сомнения своей девушки, — Он точно будет рад твоему обществу. Лили невольно улыбнулась. Она надеялась, что все пройдет действительно так, как говорил Джеймс. — Наверное, ты прав, — сказала Лили, почувствовав себя более уверенной, — Не знаю, что на меня нашло. Просто меня ещё никогда не знакомили с родителями... Я имею в виду, что у нас же с тобой все серьезно... Лили захотелось хлопнуть себя по лбу. Что с ней такое, раз она двух слов связать не может?! — Расслабься, Цветочек, прорвёмся,— Джеймс улыбнулся, — Я же тоже не так давно знакомился с твоими родителями, — Поттер вспомнил про пасхальные каникулы, — И мне понятны твои чувства. Но поверь, все пройдет хорошо, а я буду рядом. Лили прижалась к его плечу, чувствуя себя немного лучше. Волнения никуда не делись, но забота Джеймса успокаивала. Поттер постарался сменить разговор на более нейтральную тему, рассказывая о местах, которые хотел бы показать Лили в Годриковой Впадине. Поезд замедлялся, и они обменялись короткими, но тёплыми взглядами, наблюдая за тем, как пейзаж сменялся за окном. Джеймс говорил, что через несколько часов они прибудут на место, и предложил Лили немного перекусить.

***

Джеймс и Лили шли по узкой улице Годриковой Впадины, вдоль которой тянулись очаровательные домики с ухоженными садами. Лёгкий ветерок играл с рыжими прядями Лили, которая с интересом оглядывалась вокруг, слушая Джеймса. — Здесь всё выглядит так... уютно, — заметила Лили, когда они миновали пекарню, от которой следом вился аромат свежеиспечённого хлеба. — Мне нравится, что у вас столько зелени. В самом деле Годрикова Впадина славилась живописными пейзажами, которые радовали глаз. Город, в котором выросла Лили, был промышленным и оттого не мог конкурировать с местными красотами. Разве только виды у реки были хороши, и то порою впечатление портил дым, исходящий от фабрик. Лили любила Коукворт, в конце концов, в нем прошло ее детство и жили родители, но все же она не могла отрицать то, что Годрикова Впадина пришлась ей по душе. — Да, здесь очень здорово гулять, — рассмеялся Джеймс, указывая вперёд. — Когда ко мне приезжали Сириус, Рем и Пит мы могли до ночи проводить время на улицы. Лили улыбнулась, слушая рассказ Джеймса. Всю дорогу до коттеджа Поттеров Джим не переставал шутить и заодно показывать Лили интересные места, в которые они должны будут заглянуть в скором времени. Однако с каждым шагом Эванс чувствовала, что волнение к ней потихоньку возвращалось. Наконец, они подошли к большому светлому дому, из окон которого виднелись зелёные шторы. Джеймс открыл калитку и жестом пригласил Лили войти. Лили даже не обратила внимание на сад и не успела понять, как они переступили порог дома. Все произошло столь стремительно, и вот уже перед глазами возникла просторная и уютная гостиная. Никакой вычурности и помпезности, о которых говорил Сириус, описывая родовое поместье Блэков, у Поттеров не было. Хоть и заметно, что все элементы интерьера расставлены со вкусом. Первым их встретил Карлус Поттер, высокий мужчина среднего возраста. Чертами лица Джеймс был очень похож на своего отца. Особенно карими глазами и взъерошенными темными волосами. Только у Карлуса, в отличие от Джеймса, уже виднелась небольшая седина. Мистер Поттер точь-в-точь, как сын, поправил свои очки в квадратной оправе и добродушно улыбнулся. Благодаря этому обстановка сразу же стала комфортной. — Сынок, добро пожаловать домой! — Карлус обнял Джеймса. Затем он повернулся к Лили и тепло произнес, — Ты, должно быть, Лили. Рад наконец-то встретиться с тобой. Джеймс о тебе столько рассказывал, что у нас с Дореей сложилось впечатление, будто мы давно знакомы. Лили, глядя на Карлуса, не смогла сдержать ответную улыбку. — Мне тоже приятно с вами познакомиться, мистер Поттер, — сказала Лили, надеясь, что её голос не звучал слишком взволнованно. В этот момент в гостиную вошла Дорея Поттер — утончённая женщина с густыми тёмными волосами и серыми глазами. В ней чувствовала, так называемая, блэковская аристократичность. Она двигалась с присущей ей грацией. Что-то располагающее было в ее выражении лица. Дорея создавала впечатление очень доброго и искреннего человека. — Добро пожаловать, Лили, — произнесла Дорея и обняла ее. — Мы так рады, что ты здесь. Лили, не ожидая столь теплого приема, немного смутилась. Родители Джима отнеслись к ней так, будто они в самом деле давно знали друг друга. Наконец, Лили улыбнулась и обняла миссис Поттер в ответ, произнося: — Спасибо, мне действительно приятно быть здесь, миссис Поттер. — Дорогая, к чему эти условности? Ты можешь называть меня Дореей, — усмехнулась она, поправляя свои локоны, — в конце концов, я ещё не такая старая! — Мам, ты всегда лучше всех, — подмигнул ей Джеймс и тут же угодил в объятия. Лили рассмеялась, наблюдая за тем, как миссис Поттер стала сюсюкаться с сыном, ласково называя его Джимми. Мистер Поттер, впрочем, тоже не оставался в стороне. Потрепав сына по голове, тот стал интересоваться о его поведении. — Лили, должно быть, это твоя заслуга, раз наш оболтус стал более спокойным, — прокомментировал Карлус, и встретив удивленный взгляд Лили, поспешил пояснить, — Профессор МакГонагалл стала слать нам меньше писем. — Да, это в самом деле так, — подтвердила Дорея и тепло улыбнулась. — Эй, вас двоих не смущает, что я нахожусь здесь? — вклинился в обсуждение Джеймс. — А что мы не так сказали? — спросил у сына Карлус, — Наоборот, радуемся за тебя. — Джимми у нас хороший мальчик, — тем временем Дорея взяла Лили под руку, и они направились на кухню, — Авантюрист и проказник, но, а разве мальчишки могут прожить без приключений? — О, у Джима с этим точно не найдется проблем, — подтвердила Лили. На самом деле она была согласна со словами миссис Поттер. Раньше Лили, разумеется, считала, что поведение Джеймса и его компании, за исключением, наверное, Ремуса, выходило за рамки дозволенного. Все их шутки и проделки, разборки со слизеринцами и походы в Запретный лес, за которые факультет терял драгоценные очки, выводили ее из себя. Но, если так разобраться, на их факультете и, кроме Мародёров, находились любители нарушать правила. Да и на других факультетах тоже. После нескольких минут непринуждённой беседы, Лили осознала, насколько семейство Поттеров оказалось доброжелательным и простым в общении. Карлус и Дорея расспрашивали о ее интересах, учебе в Хогвартсе, не обошлось, разумеется, и без рассказа про их знакомство. Лили было интересно услышать историю о том, как аврор Поттер, приглашенный прочитать лекцию для выпускников, сумел вывести из себя преподавательницу астрономии, чуть не сбив ее с ног на лестнице. А все из-за того, что опаздывал. — Я тогда мечтала, что больше никогда не увижу его, — смеялась Дорея, — Карлус же испортил мою любимую мантию и карта звёздного неба едва не пострадала! — А в итоге вышла за меня замуж, — довольно произнес Карлус, — и живём душа в душу! Джеймс, глядя на своих родителей, тепло улыбнулся. Лили не могла не заметить его привязанности к Карлусу и Дорее, да и сами Поттеры души не чаяли в сыне. Как поняла Лили, Джеймс для них был поздним, но долгожданным ребенком, которого они стремились окружить любовью и заботой. Лили также убедилась в том, что Джеймс оказался прав — его родители были действительно замечательными людьми.

***

После ужина, проведённого в приятной обстановке, все собрались в уютной гостиной. Тёплый свет камина отражался на стенах и шкафах. Дорея принесла чай и домашнее печенье, и они устроились в мягких креслах. Разговор продолжался по-домашнему легко — Карлус рассказывал о своей авторской деятельности, также они с Дореей интересовались о родителях Лили. Дорею очень впечатлило, что отец Лили работал врачом. Она считала, что профессия целителя очень важна. Также миссис Поттер все время шутила, говоря, что может показать детские фотографии сына. Джеймс смеялся, прося не позорить его перед Лили. Однако Дорея, смеясь, решила всё-таки затронуть тему детства и рассказать одну забавную историю. — Ты помнишь, Карлус, тот случай, — начала она с улыбкой, — когда Джеймс был маленьким и впервые упомянул о Лили? — Конечно! — Карлус улыбнулся, — Это явно было судьбоносным знаком. Джеймс усмехнулся, поняв, о чем решила рассказать его мама. Лили сразу догадалась, что это будет что-то неловкое. — О, пожалуйста, не начинай... — с усмешкой пробормотал Джеймс. Но Дорея, проигнорировав его протесты, продолжила. — Это было, наверное, когда Джимми учился на втором курсе, — начала Дорея, — Он приехал такой смурной, и мы с Карлусом терялись в догадках, что такое случилось. — Он нам не рассказывал, — подключился к повествованию Карлус, — А потом мы стали обсуждать его поведение в школе, в частности про недавний проступок, и Джеймс так разбушевался! Говорил, что его рыжеволосая однокурсница, Лили Эванс, мало того, что при всех назвала его пустоголовым дураком, так ещё и испортила гениальную проделку с применением навозной бомбы! Лили помнила про этот случай. Она тогда жутко злилась на Джеймса за то, что тот на пару с Сириусом опять цеплялся к Северусу. Им было мало полученных замечаний, и они решили оторваться по полной на уроке травологии, и у них бы все получилось, если бы Лили не начала словесную перепалку с глупым Поттером. Но почему-то обсуждать такое с родителями Джеймса оказалось как-то неловко... Конечно, они тогда были совсем детьми, но Лили все равно немного смутилась. — Да, Джимми тогда сказал, что ни в чем не будет уступать Лили Эванс, — подхватила Дорея, — И обязательно докажет, что он не пустоголовый дурак, который горазд только подшучивать над остальными и летать на метле, играя в квиддич. Лили покраснела до кончиков ушей, опустив взгляд на чашку с чаем. Джеймс, наблюдая за её реакцией, с нежностью посмотрел на неё. — Ты милая, когда смущаешься, — тихо сказал Джеймс, наклонившись к Лили, чтобы их разговор слышали только они двое. Лили бросила на него немного рассерженный взгляд, но её губы всё равно изогнулись в улыбке. — Ты невыносим, Джеймс Поттер, — шепнула она, смеясь. Карлус переглянулся с Дореей, наблюдая за ними. — Вот, что называется судьбой, — философски сказал Карлус. — Не так ли, Рея? — Да, дорогой, видимо, вам, Поттерам, на роду написано раздражать своих женщин в начале знакомства, — ответила Дорея с лёгкой иронией в голосе. Весь вечер прошёл в дружелюбной домашней обстановке. Лили нравилось проводить время не только с Джеймсом, но и в обществе Карлуса и Дореи. Летние каникулы, определенно, должны были пройти хорошо.