let’s stay together

Очередная учебная неделя приближала приход экзаменов и окончание учебного года. На уроке по чарам профессор Флитвик решил повторить материал, который юные волшебники изучали на протяжении двух недель. Лили Эванс сидела рядом с Мэри МакДональд за первой партой, их однокурсники Джеймс Поттер и Сириус Блэк расположились на соседнем ряду, находящемся неподалеку от окна. Лили и Мэри по очереди демонстрировали заклинание, которое притягивало и, наоборот, отдаляло предметы. Лили, собираясь задать вопрос преподавателю и попросить новое задание, стремительно обернулась и заметила, что Джеймс Поттер, вместо того чтобы колдовать, увлечённо рисовал что-то в своей тетради. Это было необычно. Лили никогда ранее не видела, чтобы Поттер промышлял чем-то подобным. В конце концов, он же не Доркас Медоуз. Среди всех студентов третьего курса Гриффиндора только она отличалась особой тягой к кистям, краскам и рисункам. Лили хмыкнула. Может, Поттер опять затеял сорвать занятие? Однако прогнозы Лили не оправдались. Тем не менее любопытство никуда не делось. Лили сама от себя не ожидала, что ее настолько заинтересует «хобби» Поттера, но, разумеется, она не стала бы спрашивать об этом у него лично. Когда раздался удар колокола, третьекурсники покинули аудиторию, и Лили пусть и испытывала лёгкое разочарование, быстро забыла о своем наблюдении и не вспоминала вплоть до того момента, пока они с Поттером случайно не столкнулись в коридоре. Произошло это крайне нелепо. Лили шла навстречу Джеймсу, опасаясь, что опоздает. Они с Северусом договорились вместе сделать домашнее задание по зельеварению и встретиться после окончания занятий в библиотеке, а Лили заболталась с Марлин и в итоге чуть не потеряла счёт времени. Она так спешила, что совсем не обратила внимания на то, что пол поблескивал. Словно его недавно помыли или надоедливый полтергейст Пивз опять разбушевался. Туфли Лили заскользили, и она едва не упала, если бы Джеймс ловко не придержал ее за талию. Однако из-за столь хаотичного движения из полураскрытой сумки Поттера вылетело большинство учебных принадлежностей, включая учебники и ту самую тетрадку по чарам, которая упала в распахнутом виде. Некоторые вложенные туда листы выскользнули, и один из них попал прямо под ноги Лили. — Поттер, извини! — Лили быстро наклонилась, чтобы помочь собрать вещи однокурсника. Так она потянулась за перьями, упаковкой леденцов и тем листом, но задержалась, увидев на нём карикатуру на профессора Бинса. Изображение оказалось удивительно детализированным и чем-то напоминало магловские комиксы: профессор-призрак в забавном колпаке с надписью «только история, никаких мифов» парил у доски, размахивая руками, его выражение лица чем-то напоминало засушенный фрукт. Но больше всего Лили удивило то, что карикатура оживала, стоило только коснуться до нее рукой. — Поттер, — Лили обратилась к Джеймсу, — это ты нарисовал? Джеймс, который быстро поднимал остальные вещи, замер, услышав её вопрос. Он медлил с ответом, почесав затылок. Если бы Лили знала однокурсника хуже, то решила, что ему неловко. Однако этому смутьяну все было нипочём. — Ну… да, — небрежно ответил он, забирая у неё карикатуру, — это просто... для себя. Все ради забавы, Эванс. Наверное, рисовать в таком амплуа преподавателя было весьма неправильно. Но сейчас Лили занимало другое. Она бы никогда в жизни не подумала, что Поттеру может нравиться занимать чем-то подобным. Это же требовало не только таланта, но и усидчивости. Эванс же часто видела, как Доркас рисовала в их с девочками комнате, а Джеймс... Ему постоянно надо что-то выдумывать и искать приключения на свою голову. — Ты никогда не говорил, что умеешь рисовать, — произнесла Лили, — у тебя неплохо получается. Джеймс пожал плечами, делая вид, что это самая очевидная вещь на свете. — Я не особо этим афиширую, — пробормотал Поттер. — Квиддич же интереснее. Ну вот он опять начал выпендриваться! Лили едва не закатила глаза. — Это тоже хорошее хобби, — рассудила Лили. — Даже не думала, что ты занимаешься чем-то, кроме квиддича или бесконечных попыток вывести всех учителей из себя. Джеймс перед тем, как ответить, усмехнулся, взъерошив и без того лохматые волосы. — Вообще-то я — многогранная личность, Эванс, — Джеймс взял лист из ее рук. — Конечно, — Лили закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Может, покажешь ещё что-нибудь из своих «шедевров»? Джеймс не ожидал такой реакции, но, увидев, что Лили не критиковала его, а действительно искренне заинтересовалась, решил показать ей другое свое художество: карикатуры на призраков, миссис Норрис и Филча, забавную сценку с мячами по квиддичу. Лили внимательно смотрела на каждый рисунок, иногда хихикая. Видимо, это занятие здорово поднимало ей настроение. Это было так непривычно. Джеймс ожидал, что Лили наорет на него, сказав, что так нельзя делать. — Это так забавно, Поттер, — сказала Лили, закрывая тетрадь. — Как ты вообще до этого додумался? Джеймс чуть пожал плечами. — Иногда это хороший способ отвлечься. — признался он, — А ты интересуешься, потому что тоже рисуешь? Лили покачала головой. — Рисовать у меня не очень получается, — пояснила Эванс. — Это больше по части Доркас. Джеймс улыбнулся, понимая, о чем шла речь. Наверное, все в замке знали про увлечение их однокурсницы. Однако Поттер был очередь рад, впервые увидев в зеленых глазах Лили намёк на что-то большее, чем раздражение. Было приятно разговаривать с ней, в кои-то веки не ссорясь из-за ерунды.

***

С момента того случайного открытия хобби Джеймса Поттера прошло несколько лет. В один из спокойных зимних вечеров в Годриковой впадине, когда Лили гостила у семьи Поттеров, Джеймс решил показать ей свою комнату. Это был их последний год в Хогвартсе, и Лили уже не в первый раз проводила каникулы в доме семьи Джима, но вот в его комнате она ещё не задерживалась так долго. — Ну, вот и моя берлога, — небрежно сказал Джеймс, пропуская Лили вперёд. Комната была уютная, с большими окнами, которые открывали вид на сад. В углу стояла метла, опираясь о стену, на стенах висели постеры с квиддичными командами, также она разглядела рабочий стол, на котором лежала стопка писем, несколько книг и альбом для рисования. — Ты не перестал рисовать? — спросила Лили, обратив на это внимание. — Ну, иногда бывает. — Джеймс кивнул, — Хобби все-таки. Лили улыбнулась и подошла к столу, взяв альбом. Она ещё во время третьего курса не могла не отметить того, что у Джеймса были определенные способности в рисовании, и если он не забрасывал это дело, то наверняка его навык улучшился. Доркас часто любила повторять, что главное чаще практиковаться. — Можно посмотреть? — спросила Лили у Джеймса. — Конечно, — ухмыльнулся Джеймс, кивая. — У меня от тебя секретов нет, Цветочек. Лили села на край его кровати и начала листать альбом. Рисунки были удивительно разнообразными: карикатуры разного содержания, почти портретные изображения друзей Джеймса — Сириуса, Ремуса и Питера, выполненные в стиле, напоминающем чем-то магловскую мультипликацию. Ещё были изображения магических существ и даже Хогвартс в миниатюре, простенькие зарисовки кальмара и озера с надписью «главный конкурент за сердце Эванс». Увидев это, Лили не удержалась и звонко рассмеялась. И вот, на одном из последних листов, она наткнулась на неожиданно нежный портрет. Джеймс изобразил ее. Рисунок был сделан без всякой карикатурной стилизации, её рыжие волосы были прорисованы с точностью, глаза выглядели выразительными и ясными, а улыбка, которой играла на лице нарисованной Лили, казалась полной тепла. — Это... я? — голос Лили прозвучал незнакомо. Джеймс приобнял ее, оставляя поцелуй в области макушки. — Ну, да, — подтвердил Джеймс, укладывая голову к ней на плечо. — Я иногда рисую людей, которые для меня важны. А ты первая в моем списке, Лилс. Лили смотрела на портрет, поражённая тем, насколько точно Джеймс попытался передать ее образ. — Это потрясающе, Джеймс, — сказала Лили, не отрывая взгляда от изображения. — Я никогда не думала, что...— она слегка засмеялась, — так красиво и мило выгляжу в твоих глазах. — И не только в моих, Лили, — Джеймс слегка улыбнулся, пододвигаясь ближе. — Просто ты, возможно, не замечала этого раньше. Лили почувствовала, как её сердце начало биться быстрее. Она подняла взгляд на Джеймса, который смотрел на неё так, как никогда раньше. Она, наклонившись, прикоснулась губами к его лбу. — Тебе нравится смущать меня, Джим,— Лили нежно поцеловала его. — Не думал, что правда вызывает смущение, — Джеймс усмехнулся. — но я рад, что ты наконец-то увидела этот рисунок. Сказав это, Джеймс заставил пролевитировать альбом обратно на стол, а сам, положив ладони на талию Лили, аккуратно опустил ее на кровать, начиная целовать в шею и одновременно щекотать. Лили взвизгнула и начала смеяться, стараясь действовать его методами, но у Джеймса было преимущество. Ровно до тех пор, пока Лили не схватила его за шею, притянув ближе к себе, и не вовлекла в очередной поцелуй. — Кто ещё кого смущает, Лили, — Джеймс погладил ее по щеке, попутно заправляя прядь рыжих волос за ухо, — С тобой я теряю контроль над собой. — Надо же, — Лили рассмеялась, — А я всегда думала, что тебе, наоборот, нравится, когда я так веду себя. Лили нарочно поднялась, собираясь уйти, но Джеймс нагнал ее у двери, схватив на руки и закружив. За этим романтичным дурачеством их застала улыбающаяся Дорея Поттер, оповестившая о возвращении Карлуса и о том, что они собирались ужинать.