Бесконечное PWP. Авторские похождения

      Обычное воскресное утро. Для многих это отличный день отдохнуть от проклятой пятидневки, но только не для трактористов в зимний период. Виталькон_69_228 знал об этом не понаслышке. В миру его звали Никита Борисович Щелконогов — молодой холостяк, престижный тракторист-машинист, анархо-пацифист, писатель, рок-артист и поэт (в России, как известно, все поэты рок-артисты). Читатель не ослышался. Вся анонимность пошла лесом, когда на свет появилась первая глава этого шедеврального и одновременно дерьмового по своей сути фанфика.       Прошло два года с тех пор, как произошла комплементация человечества в параллельном этому мире. Никита Борисович не забывал о тех временах, возвращаясь к ним в воспоминаниях всё снова и снова. Погряз в бытовухе, пережив и узнав достаточно много. Работал на мини-тракторе и был непременно счастлив. Согласно своей философии.       Разбитый от недосыпа Виталькон_69_228 приехал на работу в пять часов утра. Снег валил как поехавший, не давая передохнуть бедному работяге. Каждый день он садился в этот чёртов МТЗ-320.4 и чистил тротуары от снега. На тракторе до него было изображено четыре звезды — количество сбитых пешеходов. Он нарисовал пятую, и все понимали, что это значило.       Бедная «семёрка» не запустилась в тридцать пять градусов мороза, поэтому пришлось тащиться на автобусе. Это доставляло множество проблем, особенно сегодня, когда в Сысерть — город, всяческими способами распиаренный житием в этом месте Бажова, — приезжал его друг — писатель и будущий юрист Кирилл Викторович Цуканов, знакомый многим по псевдониму SILENT SINISTER SHADOW 155. Приехав прямиком из Москвы на подаренный Витальконом_69_228 миллион рублей, он желал погулять про зимнему городу и встретиться со своим напарником. Встреча была назначена на три часа на автовокзале. До вечера планировалась прогулка, но никто и не думал, что погода так резко испортится. Впрочем, это неудивительно для Урала. Время можно было скоротать за сидением в каком-нибудь из кафе, так что это не было проблемой. Затем они хотели отправиться в родное село Щелконога, чтобы переночевать в его доме. Чем они хотели заниматься дальше? Попросту отдыхать и веселиться. Настолько, насколько это возможно в такой дыре.       К трём часам Никита Борисович освободился от работы и был на месте. Точно так же как и Кирилл Викторович. Никогда не видевшие друг друга вживую, они были знакомы по лицам на фотографиях. Виталькон_69_228 широко улыбнулся своей фирменной улыбкой во все тридцать зубов (причём один из них имплантированный) и преподнёс свою руку. Цукан протянул свою, и это было самым крепким рукопожатием за всю историю человечества. — Здоровеньки були, — произнёс Виталькон_69_228. — Как дорога? — Приветствую! — ответил SILENT SINISTER SHADOW 155. — Просто отлично. Кроме этой холодрыги на улице. Думаю, надо бы отложить нашу прогулку. — Полностью с вами согласен. Зайдём-ка внутрь, выпьем чаю. Можете взять и кофе, но я, право, откажусь. Мне не положено.       Они зашли в помещение автостанции, взяли по стаканчику чая и сели за столик в ожидании автобуса. Говорили на разные темы, шутили шутки и не могли поверить, что встретились. Чудо, никак не иначе.       Автобус задерживался. Потом выяснилось, что он вообще не придёт. Видимо, из-за поехавшего снега. Или обезумевшего мороза.       Смеркалось в пять часов вечера. Друзья уже подумывали заказать такси, как это сделали те немногие, кто были на автостанции. Но вот подъехал какой-то странный bus. Такие не ездили по Сысерти. — Твою мать, да это же тот чёртов «Икарус»! — воскликнул Никита Борисович. — 410-й! Я ни за что не сяду в него!.. Кирилл Викторович, давайте закажем такси… Кирилл Викторович?..       Но Кирилл Викторович уже вышел из здания, направляясь к ожидающему их автобусу. С восторгом в глазах, который был виден даже через запотевшие очки. Виталькон_69_228 поспешил за ним. — Не лезьте, юродивый! — кричал он, когда тот был уже готов зайти внутрь. — Не лезьте, кому говорю! Оно вас сожрёт! — Да это же 410-й автобус!!! — повернулся SILENT SINISTER SHADOW 155 к Щелконогову. — Я всегда мечтал попасть в мир «Бесконечного лета» и устроить потрахушечки с милыми пионерками! Особенно с Леной! Ах, Лена, жди меня!.. Я устрою тебе такое пайзури, что ты никогда от меня не отлипнешь! — Она сумасшедшая! Это не вы, при всём уважении, сделаете ей пайзури, это она оторвёт вашу мясную кочергу своими буферами и будет использовать так, как ей заблагорассудится! — Обожаю фемдом!.. — Ладно, не важно. Слушайте, комплементация в том мире произошла два года назад. Там нет никого живого, понимаете? Бессмысленно отправляться туда. Да и вообще, почему этот автобус оказался именно здесь и сейчас? Снова грёбаное «просто потому что». — Даже если там и правда ни единой живой души, лето самое лучшее время года. Оторвёмся там по полной! Ну давайте, чего вам стоит? Всяко лучше, чем мёрзнуть в такую погоду и вечно грести снег. Вам же и самому надоела эта бытовая жизнь, верно? Этот тот самый новый путь, о котором вы говорили, семпай! — Тот самый новый путь?.. — задумался Никита Борисович, глядя на ржавый автобус.       Верно. Новый путь. Периодически искал его, даже когда был счастлив там, где он находился. Зачем ему этот путь? Ключевой момент в жизни каждого человека. Действительно ли такой уж и ключевой? В прошлый раз эти поиски чуть не обрекли его на бессмысленное падение. И вот появилась новая возможность. Новая… Новая? Да какая к чёрту новая возможность?! Он уже там был тысячи раз, для него поездка в тот лагерь ничего не значила. Совершенно ничего. — Я знаю, где мне искать новый путь! — ответил Виталькон_69_228. — И уж точно не в этом лагере! Но так уж и быть, я поеду с вами, кохай, ведь для вас это всё в новинку! Посмотрим, как скоро вы попроситесь обратно сюда! — Спасибо, Никита Борисович! — обрадовался SILENT SINISTER SHADOW 155. — Пойдём же! Чем быстрее сядем и заснём, пока едем, тем быстрее окажемся там!       Щелконог глубоко вздохнул и пошёл вслед за Цуканом внутрь автобуса. За рулём никого не было, поэтому они из любопытства сели на передние сидения, Виталькон_69_228 прямо на место водителя. Двери закрылись сами, как и руль принялся крутиться самостоятельно, от чего друзья угорали на протяжении всей дороги. А дорога была долгая, потому что никто и не думал засыпать. — У меня вообще долбаная бессонница! — посетовал Цукан и стал бродить по автобусу. — Да когда я уже нормально посплю?! — Я бы вас вырубил одной правой, но я противник радикальных мер, — ответил Никита Борисович, уже сам управляющий автобусом, так как ему наскучило следить за дорогой. — Вырубите себя сами. — Хм, а это идея, — согласился Цукан и со всей силы ударил себя тяжёлым немецким ботинком.       Щелконогов оглянулся и увидел заснувшего на полу Кирилла Викторовича. — Вообще-то, я пошутил, — сказал он и снова повернулся к дороге. — Эх, ностальгия. Помню, как ехал среди ночи бухой и невесёлый. Антон, гондон! Где мои девять тысяч за разбитую машину, грёбаный ты мажор?!       Ругая бывшего одногруппника по делу, он начал ощущать, как его клонит в сон. Вернув управление автобусу, Щелконог встал с кресла, подошёл к сопящему Цукану. Возле него лежал тот самый тяжёлый немецкий ботинок. Чтобы тот потом не был обиженным, он тоже врезал себе этим ботинком и заснул крепким сном на холодном полу.

***

      Цукан проснулся от того, что кто-то снова ударил его тяжёлым немецким ботинком. С трудом открыв сонные глаза, он успокоился: это был всего лишь Никита Борисович. — Доброго раночку, — произнёс Виталькон_69_228. — Мы приехали.       Он был немногословен и вышел на улицу. Кирилл Викторович медленно поднялся, потирая ушибленный нос. Действительно, вокруг была до боли знакомая картина. Лето, бесконечная дорога, ворота лагеря, жара. Теперь он в полной мере ощутил себя на месте Семёна Персунова, когда тот попал сюда в зимней одежде. Носить её и дальше было невмоготу, и Цуканов снял с себя лишнее, чтобы избавиться от духоты. Прихватив всё с собой, вышел вслед за Щелконогом.       Никита Борисович, в свою очередь, стоял по-прежнему в своей зимней спецодежде. По его лицу градом шёл пот. А на самом лице застыло неимоверное удивление. Из-за ворот вышла… Нет, не эта Славя с извечным баяном, а неко-тян Юля в пионерской одежде! Это не могло быть правдой. Она умерла в тот самый день! Что за чертовщина здесь происходит? — Доброе утро, новобранцы, — улыбнулась кошкодевочка и подошла к ним. — И добро пожаловать в пионерлагерь «Совёнок»! Мы очень ждали вас, но вы задержались. Смена уже давно началась. Но не переживайте, у нас ещё уйма времени познакомиться поближе. Ах, да, я не представилась. Меня зовут Юля, ня! А как зовут вас? Вы из далёкого севера? — Да, можно и так сказать, — ответил Виталькон_69_228 и принялся раздеваться. Удивлению его не было предела. — Зови меня по имени и отчеству — Никита Борисович. Именно так меня называли в техникуме и в дурдоме. И ты зови. А это Кирилл Викторович. Обращайся с ним так же, как и со мной. — Хорошо, Никита Борисович, как скажешь, — дружелюбно продолжала улыбаться Юля. — Вот у меня почему-то нет отчества. И даже фамилии. Странно, неправда ли? — Очень, очень странно… — согласился Щелконог, раздевшийся до комбинезона. Но и в нём было жарко, поэтому он разделся до боксеров, что взволновало неко-тян и заставило её посмотреть на них. По её глазам было видно, что ей нравится увиденное. Возбуждало и то, что этот мужчина не стал снимать белую оверсайз футболку. — У тебя к-классное нижнее бельё… — смущённо проговорила Юля, покраснев от стыда. — Это же «Кельвин Кляйн», мне эта фирма на слуху, хе-хе… — Хочешь потрогать? — Никита Борисович произнёс это так сексуально, что Юля попросту не могла отказаться. — К-конечно, хочу! — неко стала подходить ближе. — Я скажу даже больше! Я хочу понюхать и попробовать его на вкус! Пожалуйста, дай мне его! — Приступай, — ответил с ухмылкой Виталькон_69_228 и приподнял футболку, показывая кошкодевочке красные боксеры ещё лучше. — Что за непотребства вы тут устроили? — поражался с каждым мгновением Кирилл Викторович. — Мы только приехали, ни в чём толком не разобрались, а вы уже склоняете Юлю к… к чему вы её склоняете? К своему фетишу на бельё, или собираетесь зайти ещё дальше? — Во-первых, это произошло само собой, — ответил Щелконогов. — Во-вторых, я собираюсь зайти с ней дальше, вы правы. И в-третьих, одно другому не мешает. Я удивлён не меньше вашего. Но разобраться в этом можно и потом. Или же прямо сейчас, покуда происходит общение с этой красавицей. Просто стойте и наблюдайте. Или идите обследовать обстановку, если не хотите оставаться куколдом. — Лучше пойду. Надеюсь, что тоже подцеплю себе прыгожую дявчину. Потом расскажете, что узнали. Потому что здесь явно что-то не так. Бывайте. — Удачи! — помахал рукой вслед уходящему Цукану Никита Борисович.       Юля тем временем подошла совсем близко и села на колени напротив красных сексуальных боксеров. Сами по себе боксеры не могут быть сексуальны: во многом это зависит от их носителя. И Юля тоже это понимала, поглядывая на лицо Никитоса. — Я лишь потрогаю ткань… — уверяла девочка-кошка, протянув обе руки и поглаживая трусы в области пениса. — Она такая приятная… Стопроцентный хлопóк? — Нет, семь процентов спандекса, — уточнил Виталькон_69_228, в свою очередь гладя некомими по голове. — Слушай, Юля, дорогая моя… Почему ты в пионерской форме? — Хм?.. В смысле, почему? — искренне удивилась та. — Потому что я пионерка! Не переживай, ты и Кирилл Викторович тоже её получите! Для тебя я подберу её лично, милашка. — Спасибо за это. Но… ты хочешь сказать, никто не удивляется твоим ушам и хвосту? — Поначалу удивлялись, но потом все привыкли… Воа!!! Он становится больше! — Это потому что ты трогаешь его. — Хе-хе, тебе нравятся мои ласки, да? Интересно, какой от тебя запах, — сказав это, Юля стала обнюхивать нижнее бельё. Как самая настоящая кошка. — Ах, я уже обожаю его. Такой приятный, что я просто обязана испытать и на вкус.       Кошкодевочка обхватила губами увеличивающийся ствол члена через ткань и стала водить ими по всей его длине, попутно жамкая яйца. Привлекала в дело свой язычок, облизывая каждый сантиметр трусов. И всё время посматривала на возбуждённое лицо одного из авторов этого абсурдного произведения. Кто бы мог подумать, что и у неё будет фетиш на нижнее бельё. — Твой пенис такой большой, я хочу его в ротик, — нежно произнесла Юля, потираясь щекой о член. — Вижу, ты напряжён, верно? Хочешь, чтобы я сняла с тебя «Кельвин Кляйн» и освободила его от оков? — Да, хочу, милая, поторопись с этим, — ответил Никита Борисович. — Не так быстро, милый, — ехидно ухмыльнулась некомими и в мгновение ока оказалась позади, всё так же сидя на коленках. — Погоди, что ты хочешь сделать?.. — Успокойся, тебе понравится, — девочка-кошка ловким движением схватилась за резинку трусов и сняла их, уткнувшись лицом в ягодицы автора, целуя и облизывая его анус. — Эй, это чересчур неожиданно! — запротестовал Никитос. — Да, мне нравится, но это слишком неловко!!!       Юля не слушала. Она не могла оторваться от заднего прохода парня, в которого влюбилась бесповоротно и безоговорочно. Вот она, любовь с первого взгляда! У неё возникло желание полностью овладеть телом любимого. И даже испробовать это деликатное место для неё было жизненно необходимо, несмотря на позор автора перед читателями. Про пенис она тоже не забывала, мастурбируя его правой рукой. Ощупывая перед тем, как увидеть. Виталькон_69_228 и не подозревал, что девушка к этому моменту уже вся промокла от возбуждения. — Если этот фик прочитают мои знакомые, они неправильно меня поймут, я уверен, — бормотал себе под нос Щелконог. — Хотя, конечно, они в любом случае меня неправильно поймут. Я бы сказал, совсем не поймут. Да что до них, если наш фанфик вообще никто не поймёт! — Когда дрочешь, что бормочешь? — спросила Юля, через силу оторвавшаяся от авторского ануса и вернувшаяся к его члену. — Да так, ничего, — с облегчением от того, что она закончила, ответил Виталькон_69_228. — Хотел сказать, что у тебя отлично получается. — Спасибо! Я готова ублажать тебя целую Вечность!.. — с улыбкой до ушей Юля взяла член в рот, приняв его полностью. — Вечность… Это прекрасное слово. Я был бы не против такого. Знаешь, у меня к тебе ещё много вопросов. Ты что-нибудь знаешь о комплементации человечества? — Впервые слышу, дорогой. Даже не подозреваю, что это может значить. — Понятно. Можешь рассказать о себе? Как ты попала в этот лагерь и прочее? — Особо рассказывать нечего, — во время того, как Юля отвечала, она вынимала пенис изо рта и продолжала наяривать его рукой. — Какое-то время я жила здесь в лесу, а потом решила выйти в Люди. Местная вожатая меня сначала испугалась, но потом решила помочь адаптироваться. Я одиночка, потому что моего отца-человека репрессировали советские власти, а мать-кошка умерла во время родов. Трагичная история, правда? Но я не жалуюсь. Надеюсь, мы с тобой сможем выйти на романтические отношения, в-ведь… Я влюбилась в тебя с первого взгляда!!! Пожалуйста, женись на мне, ня!!!!! — Ох… — для Виталькона_69_228 это была знакомая ситуация. — Я боюсь, ты можешь разочароваться во мне. Я не против отношений с тобой, но со мной очень сложно. Многие девушки не хотят идти на этот шаг. — Да что они понимают?! Ты прекрасен!!! — разгорячилась некомими. — Я приму тебя таким, какой ты есть! То, что я сделала тебе анилингус, прямое подтверждение этому! — Ты правда не бросишь меня?.. — на глазах Никиты Борисовича появились слёзы счастья. — Правда, любимый! Хлебом клянусь! — Юля говорила от чистого сердца.       Виталькон_69_228 от переизбытка чувств наклонился и поцеловал девочку-кошку прямо в её сладкие губы, от которых отдавало вкусом члена и кое-чего ещё. Сев на колени, он обнял её, а она обняла его. Член упирался ей в живот, но сейчас им было не до этого. Они увлеклись поцелуем, счастьем и вселенской большой любовью, переполняющей обоих. Он и она обрели то, о чём так давно мечтали. Никита Борисович постепенно расстёгивал по пуговице с рубашки Юли, снял галстук, бюстгальтер и потянулся к юбке. В этот момент пришлось оторваться от поцелуя. — Сейчас я о тебе позабочусь так же, как и ты обо мне, — произнёс мужчина и положил девушку на траву. — Ты же до этого была девственницей, верно? — Да, ты у меня первый и единственный на всю жизнь, — ответила Юля. — Я доверюсь тебе, дорогой.       Виталькон_69_228 кивнул и снял с девочки-кошки юбку с белыми трусиками. Только увидев её прекрасное небритое лоно, он захотел проникнуть в него, но для начала были необходимы предварительные ласки. Гладя вагину одной рукой, он наклонился к большой груди Юли и начал сосать её, доставляя неимоверное удовольствие любимой. Она безудержно стонала, просила продолжать и выкрикивала имя и отчество автора. — Думаю, ты уже достаточно мокрая, — сказал Никита Борисович и аккуратно пристраивал член к киске. — Возможно, будет немного больно. — Ничего страшного, если это будешь ты, — обхватила лицо автора обоими руками кошкодевочка. — Я люблю тебя. Люблю, пускай и не прошло получаса с нашей встречи! К чёрту логику! — Да! Когда это я её использовал, чтобы писать фанфики? — с восторгом задал риторический вопрос Щелконог и проник в некомими. Из влагалища полилась кровь. — Действительно, целка. — Не надо больше слов, дорогой. Лучше поцелуй меня… — попросила Юля, прикрыв глаза и приоткрыв рот в ожидании встречи с губами любимого.       Виталькон_69_228 без колебаний поцеловал её. Продолжил проникать внутрь. Девушка скрестила ноги на его спине, не желая отпускать из своих объятий. И никто из них не смог бы сказать, сколько времени прошло за проявлением этой любви. Тяжёлое дыхание, женские стоны, палящее солнце, большая жара. Внезапная любовь, новые чувства, больше не одиночество, вкус пениса на губах. Когда пришло время для семяизвержения, Никита Борисович и не думал о том, чтобы выходить из неё. В ней было слишком хорошо, чтобы так легко взять и покинуть это прекрасное тело. Её губы были слишком хороши, чтобы просто перестать целовать их. Только когда молофья полилася, да вылилася, они смогли отстраниться друг от друга. Щелконог вышел из неё, посмотрел на вытекающую из вагины сперму и полностью выбившийся из сил лёг рядом с девочкой-кошкой. — Хах, это было просто нечто, — восхищалась Юля, повернувшись к автору. — Ты не побоялся кончить в меня. Я так рада… — Я никогда не думал, что сделаю это… — признался Виталькон_69_228. Хотя, если это фанфик, то какая разница?       Юля протянула руку, и автор протянул свою в ответ. Их пальцы скрестились. Такое простое, но приятное держание за руки. Сие знаменовало собой начало крепкой и вечной любви.       Полежав ещё несколько минут, Юля поднялась с земли. — Подожди меня здесь, Никита Борисович, я принесу для тебя одежду. Я быстро. — Спасибо, будь любезна, — ответил автор и остался на траве смотреть на чистое синее небо.       Некомими по-бырому оделась и удалилась за воротами лагеря. А Щелконог задумался о том, что же здесь происходит. Почему всё вернулось на круги своя после комплементации? Почему Юля ничего не знает об этом? Почему он и соавтор решились написать этот идиотизм? Ответы могли бы никогда не найтись, если бы не мысль о том, кто в этом может быть замешан. Икари Синдзи! Поднявшись на ноги, он подошёл ко своей куртке и достал из неё телефон. Позвонил Синдзи. — Ало, Икари? — Он самый. Виталькон_69_228? — Так точно. Это же твоих рук дело, да? Я снова приехал в «Совёнок», а здесь всё осталось таким же, как было. Даже кошкодевочка стала пионеркой! А ведь она умерла во время комплементации! — Если ты разговариваешь со мной, значит, ты всё уже понял. Да, это я воссоздал реальность. И скажу больше: я сделал её намного лучше. Ты только приехал в лагерь? — Да, я пока ещё не заходил за ворота, но скоро собираюсь. — Тогда ты будешь доволен увиденным. Единственным, кого я убрал оттуда, был Семён Персунов. Я сделал ему лучшую жизнь в его собственном мире. Мику Хатсуне там тоже есть, не переживай, они всё-таки будут вместе. Я вообще удивлён, каким тебя ветром снова занесло сюда? В этот безмятежный мир эскапии и творческой сублимации? — Я здесь случайно, сам удивлён. Спасибо, что всё разъяснил. И как у тебя это только получается, а? — Сознание определяет бытие после того, как бытие определяет сознание… — пофилософствовал Икари Синдзи и для пафоса сразу же сбросил трубку.       После разговора с Синдзи всё стало ясно. Через пару минут подбежала Юля с комплектом пионерской одежды. — Та-да! — радостно воскликнула пионерка, протягивая новый шмот. — Носи с удовольствием! И не забудь надеть свои боксеры, нечего ходить полуголым. — Аригато, — улыбнулся автор и взял в руки форму.       Когда он оделся и прихватил с собой рабочий костюм, они в обнимку направились в лагерь. Юля показывала ему окрестности, поселила к себе в домик, познакомила с вожатой и остальными. Конечно, Никита обо всём знал, но рассказывать Юле о себе не торопился. Как он заметил, многие из маскотов получили иные характеры, чем в «Бесконечном PWP». Синдзи подметил верно: они стали лучше. Поскорее хотелось увидеть Лену с её новым характером, но она куда-то запропастилась. В точности так же, как и Цукан. — Где его там носит? — спрашивал Никита Борисович, когда они прошли половину лагеря, но не встретились с ним. — Скорее всего, в библиотеке, — ответила Юля. — Ты же сказал, вы с ним кореша-писатели? Тогда он точно должен зависать там. Уверена, если он зашёл туда, то и не выходил из неё совсем. Не выйдет, пока не прочитает бестселлер Никиты Борисовича Щелконогова «Апофеоз провальной победы»!!! Спешите прочесть этот бестселлер уже сегодня!!!!! — Если так, то это всё объясняет. По времени сейчас будет обед. Зайдём в библиотеку, и если он там, заберём его и пойдём в столовую вместе.       Через пять минут они добрались до пункта назначения. Виталькон_69_228 открыл дверь, и они вошли внутрь, не сразу заметив ужас, творящийся там. Их лица вмиг приобрели огорошенные гримасы, а челюсти были готовы отвалиться напрочь. На столе, за которым обычно сидела Женя, сейчас лежал голый Цуканов. На его пенисе скакала обнажённая Лена. Её лицо выражало полную свирепость и безумие. Ну почему она осталась точно такой же, какой и была?! Она вдребезги уничтожала член соавтора и орала, что ей нужно больше жёсткого секса. А на лице у Кирилла Викторовича сидела голая Женя, заставляя делать ей кунилингус и всячески унижая его. Не знал бы Никита Борисович о его пристрастиях, принялся бы тут же выручать из этого безобразия. Но он знал, поэтому просто подошёл к групповухе и произнёс: — Очень я рад за вас, Кирилл Викторович. Пока меня не было рядом, вы уже двоих заграбастали. Если не больше, кто же вас знает. — Что ты несёшь, придурок?! — заорала Уныл-тян на автора. — Не мешай нам, или я тебя зарежу к чёртовой матери! — Дорогой, она долбанутая, держись от неё подальше! — забеспокоилась Юля, держа дистанцию и стоя возле выхода. — Что же это за вкусы у вас такие специфические? — удивлялся Виталькон_69_228, делая вид, что не заметил угрозы со стороны маскота. — Одна поехавшая, другая просто с мерзким характером… — Я не поняла, ты кто такой, чтобы вмешиваться?! — возмутилась Женя, но не сдвинулась с места: очень уж ей нравилось сидеть на лице SILENT SINISTER SHADOW 155. — Я автор этого фанфика, вообще-то, — надул щёки автор. — Тупые маскоты… В общем, Кирилл Викторович, вот ваша эстафетная палочка, — он положил в его левую руку эстафетную палочку. — Благословляю вас на написание второй главы, любезнейший. Как же я рад, что пишу не один это де… этот воистину легендарный шедевр! Первая глава как ничем непримечательный ромком, но как он красиво написан… Я верю в вас, друг мой. Не забудьте про обед. Покеда!       Кирилл Викторович, зажатый между двумя тянками-наковальнями, смог лишь показать большой палец на правой руке. Никита Борисович и Юля удалились из библиотеки. Как раз прозвучал горн, созывающий всех пионеров в столовую. Но Цукан понимал, что его просто так отсюда не выпустят.       Впрочем, он был и не против.