Кошелёк

      В комнате стоял чужой запах. Он не принадлежал ни Бимсу, ни его соседу, и по совместительству парню, Спрауту. На самом деле, источник этого запаха был легко прогоняем парой грубых слов и выталкиванием за дверь, но это... не по-человечески. Да и проблемно потом будет слышать эти слёзные мольбы дать ей шанс.       Фейт даже не слушает то, что она ему говорит. Они начинал с уроков. Домашнего задания. Всё. Просто однокурсница, которая попросила у него помощи. Не более. ...Вернее, так думал черноволосый. Но сейчас он, прижимаемый девушкой к кровати, задумался: как он не додумался до этого раньше? Ведь к нему так просто не лезут.       Ну, исключение Уилл, но он всегда был странным чудилой.       Они пересеклись ещё в школе. Ещё в школе Спраут был крайне раздражающим – лез в дела Бимса, лез в его успеваемость, лез в его душу, сердце, интересы... и в конце концов залез в сердце. Нечаянное знакомство, которое спровоцировал рыжий дружок Фейта стало чуть ли не судьбаносным. Ведь затем они закончили школу, затем поступили вместе, стали жить, а теперь...       Девушка страстно целует его в шею и мягко гладит по груди. Это... не неприятно, он не станет лгать. Не в его вкусе такая настырность, верно, но, всё же, для него это не первый раз с девушкой. Да и секс в общем не первый. Просто из-за своего парня он как-то прекратил ходить на лево, а ведь иногда... иногда тянет, лгать не будет. Потому и сил оттолкнуть девушку было так мало. Ещё и твёрдый стояк давил на штаны, которые они вместе с Уиллом выбирали...       Она касается его рук, которые Уилл постоянно целует по утрам. Касается его щёк, которые Уилл обожает пачкать в муке, когда печёт что-то от отвратности приторное. Затем переходит к талии, которую Спраут постоянно обнимал, слегка смеясь и радуясь тому, что он таки выше Фейта. Фейта иногда бесили такие высказывания, но... он не будет лгать, крепкие от работы в саду руки его парня были соблазнительными. Затем она касается его ширинки, которую никогда Спраут не трогал.       Не трогал и не додумывался.       Он был слишком ванильным временами. Иногда отдавал клубникой и черешней – совершенно вкусный, совершенно не тронутый. Он обожал использовать их, готовя выпечку, которую потом с радостью отдавал Фейту на дегустацию. Сначала у Уилла выходила приторная жуть, которую даже такой страстный любитель сладкого Бимс не выдерживал. Но с каждым разом она становилась всё лучше и лучше, как и каждый их поцелуй. Каждое прикосновение, но...       Но до интима не доходило. Никогда. Никогда не доходило, как бы он ни намекал; как бы он ни действовал напрямую. Уилл явно был не готов. Это бесило Фейта.       Это единственное, что бесило Фейта в Уилле.       Это было жалко. Черноволосый осознавал это от начала до конца. Он понял это ещё больше, когда чужие губы коснулись его дружка, потому что вместо её лица всплывало лицо его парня. Уилла. Он смотрел на неё, наклонившуюся перед ним, и видел Уилла, что касался бы его своими губами. Что делал бы приятно. Что мог бы...       Он аккуратно касается чужих волос и гладит по ним. Короткие, так что ещё проще представить Уилла. Нет, конечно, она не заменит ему её... но разок так тоже можно. Да и Спраут сказал, что вернётся поздно, потому, он может довериться. И он говорил ему, что приведёт однокурсницу, у которой с цифрами проблема.       Например... “как отсосать один раз так, чтобы А стало приятно в десять раз сильнее”? Ха-ха, забавная задачка. Наверное, быть его парнем. Но потому он молчит и только мягко дышит, лишь бы не сказать чего лишнего, что отпугнёт девушку. Да и до облегчения ему далековато, ведь она не так хороша, как были некоторые до неё...       ...Уилл был бы тоже так плох? Этот вопрос заставил Фейта слегка посмеяться в кулак, а после представить, как он бы касался его своими зубами, как глупо бы морщился и как он... бы чаровал его. Беспросветно и безостановочно. Но девушка подумала, что ему приятно, вот он и смеётся, так приняла сосать даже усерднее, чем раньше... и, и вправду, стало лучше!Даже хорошо. Настолько, что он не услышал, как открывается дверь в квартиру, хотя Спраут постоянно неловко хлопает ею, боясь ненароком закрыть её. Не сразу заметил, как девушка оторвалась от своего занятия чуть ранее, а из-за повышенного внимания на однокурснице не заметил, как открывается дверь в их с Уиллом спальню.       Их взгляды пересеклись. Cначала в его глазах отразилось удивление. Такое искреннее и такое полное непонимания. Затем отразилась какая-то неописуемая эмоция – не то горе со страхом, не то ужас с ненавистью... Фейту не было дано её понять. Но он понял одно: он сейчас очень сильно... даже слова не может подобрать. Напортачил? Хуже. Испортил? Возможно, их отношения, но вдруг получится что-то умолвить? Ступил? Абсолютно, даже он понял, но... но ситуация сложная. Непонятная. Такая... далёкая и слишком бросающаяся в глаза.       И теперь, всё-таки, он заметил, как Уилл закрывает дверь с самым горьким взглядом на свете. Этот взгляд был не то разочарованным, не то ещё каким-то, но...       ...Почему-то, вдруг стало так пусто и холодно. *       Было пусто и холодно даже спустя день. Спустя два. Затем четыре. А после и спустя неделю.       Уилл не приходил обратно совсем. Вернее, приходил, до этого проигнорировав сорок три звонка от Бимса, двадцать два сообщения и семнадцать голосовых. Он даже не открывал их личку, решая на корню его игнорировать. И Фейт понимал, почему, но... неужели все те девчонки, которых он отшивал чувствовали то же самое? Эту горечь от того, что им не дают высказаться? Горечь того, что всё было...       ...Нет, он не может не сказать “не так, как он понял”. Как раз таки так, как Уилл и понял. Фейт чуть было не занялся сексом с не особо знакомой ему девушкой, когда он уже год обучения в универе делит с ним квартиру. Более того, он не заметил, как Уилл пришёл домой. Он не заметил искренне любимый сладкий запах.       Но заметил горечь запаха одиночества. Ведь Уилл, видимо, этой ночью пришёл к ним в квартиру и собрал свои вещи – от одежды, до даже любимой кружки, как он говорил. Но оставил их парные кружки с медведями. Оставил свою, с жёлтым медведем, которую так любил. Ведь Фейт подарил этот набор Спрауту на день рождения.       И теперь, Фейт понимает, как много воспоминаний осталось у него от Уилла. Даже слишком много. И если раньше они были сладкие, любимого вкуса его... да, выходит бывшего?.. То теперь они горчили сильнее горчицы, которая вызывала у обоих слёзы.       ...Слёзы? Ах. О чём это он.       На улице ведь просто летний дождь. Он не плачет.       Не плачет. * – ...Это всё? – ...Ну, попробовать надо было. – Ты серьёзно думаешь, что я поведусь на “несдержался”? Серьёзно думаешь, что я легко прощу тебе это? Ты не один раз строил глазки что девушкам, что парням, а теперь!.. Теперь, хочешь сказать, это я тут на пустом месте злюсь?! – Не на пустом, но... можно и по-спокойнее. Так бывает, Уилл. – Засунь себе это “бывает” куда подальше, Бимс. – Ха?.. – Я сказал: я ухожу. Я видеть тебя не могу. ...И не собираюсь. Просто уйди. – Подожди, но... – Нет значит нет. Это значит, что ты должен УЙТИ. Что тебе не ясно? Я не буду ждать! Вообще ничего не буду ждать! ...Знаешь что?! Я пошёл! И только посмей пойти за мной или опять названивать мне!       Это дождь. Поздний, августовский дождь. Он не плачет.              

Он не может, даже если хочет.

*       Октябрь выдался солнечным. Солнечный, размеренный и спокойный – давно таких месяцев не бывало, ведь эта весна была вся в слякоти, а лето сжигало на корню даже кактусы, хотя, казалось бы, выросли в пустынях! Их площадка перед кафе тоже цвела как следует – госпожа Лилия не чаяла и души в цветах, что растила. А ведь летом так и ругалась на то, что её милые лилии и розы завяли!       ...Ну, ладно. Фейт, на самом деле, слушал эту болтовню Билли уже битый час. Официант просто продолжал болтать о чём-то, пока бариста даже и не думал вникать. Да и не вникал. Ну, слушал, но не вникал. Бокалы, которые ему надо было протереть, всё равно казались задачкой поважнее. И что с того, что Вайз – его друг? Этот друг не знает слова “стоп”, когда болтает о чём-то, поэтому проще выключить его. Хотя бы в своей голове.       Да и ему не до этих ролий и лиз. В очередной раз его бросили, так что он опять... немного поддался в воспоминания. Совсем немного. Потому что этот карамельный сироп чуть-чуть, лишь слегка, напоминал его глаза.       Его глаза, которые надо было бы забыть, да всё никак... – Диджей Бимс~ Приём земле~ Ещё немного – уронишь бокал из рук, а там тебе вычтут сорок бачей за порчу имущества~       Бокал падает, но не слышно звука треска. Фейт резко оборачивается на носящего очки рыжего идиота, а затем выдыхает. Он поймал его. ...Ну, в чём-то Билли бывает полезен. – ...Ха-а. Спасибо. – Обращайся – Угу. – ...Что, опять бросили? – Угу. – Эх~ Совсем не учишься на ошибках?~ – Угу. – Ай-яй, а я ведь думал, что ты большой мальчик! – Угу. – Думаешь о Уиллсоне? – Уг... Ха? – Бинго! – Билли!       Рыжий тут же ойкает, чувствуя удар по своей несчастной головушке, а затем схватывается за голову в попытке защитить её от следующего возможного нападения. – За что?! – За то что опять дурью маешься. – Но я не маюсь?~ Я просто волнуюсь о своём бести!~ – Да-да, конечно, верю, растаял. – Ав-в, мило, что ты мне веришь~ ...Ну? Всегда после расставаний думать будешь о нём?       Этот вопрос встал костью в горле. Вроде, не такой грубый, каким бы мог быть, а вроде... заставляет задуматься. Заставляет понять, что уже двадцатая... или тридцатая? Это не важно. Важно то, что вместо того, чтобы грустить, что он потерял очередную “любимую”, коих правда было даже слишком много, он думает... о нём. О том самом сладком медовике, который всегда смеялся так тепло. Который всегда, почти всегда, удовлетяворял вкусы Фейта, но...       Признавать это было просто жалко. И вообще, они два года расстались. Что подумает этот любитель слухов, если узнает, что он серьёзно скучает по нему? – Ха? Я даже не о нём. Я о том, что так и не подарил этой глупышке её дорогие Chanel. – Ха?!~ Нечестно! – Билли вдруг вытягивает язык, показывая его Бимсу, а после напоказ поворачивается к нему спиной. – Я тоже хочу богатого Фейтика, что будет меня кормить и одаривать подарочками, тратя семейные денюжки на меня~ – Вайз сжал руки в замок и начал юлить туда-сюда, выглядя как червяк какой-то, а затем начал тереться о Фейта, словно собака. – Сейчас получишь. – Да-да, конечно. – ...Ха-ха. Умеешь же ты корчить рожи.       Билли улыбается, ведь смех со стороны Фейта явно и было его главной целью, потому он быстренько вылезает с барной стойки и встаёт уже перед, когда-то, диджеем. ...После расставания он как-то прекратил ходить в клубы, чем конкретно сильно удивил Билли, которого трудо чем удивить. – Всё к вашим услугам, о прелестный красавчик!– А вот сейчас точно получишь ♪ – ...Ни-ихи-и... А, точно! Не видел Рен-рена? – После того, как он сказал, что выкинет мусор... нет?       ...Ох.       Билли, как и Фейт, нервно начал оглядываться по сторонам. Не сказать, что Фейт сильно волновался по поводу Кисараги. Просто факт того, что он легко теряется, был не самым приятным по ряду причин: он официант, он следит за попрошайничеством Билли, он помогает Фейту тащить необходимые для бара ингредиенты и многое. Так что... его пропажа означала как минимум то, что бедная спина Бимса будет должна выдержать десятикилограммовый мешок кофейных зёрен, что его ну очень не устраивала. – ...Диджей, пойду-ка я его поищу, а. Солги миссис Лилие о причине, по которой я пропал, ладно?~– Угу.       Стоило ему только угукнуть, как Вайз пропал из его поле зрения... и на том ладно. Его сильно не волновало то, куда пропадает Вайз и по каким причинам. Он всё равно по итогу возвращался и цеплялся за него, как какой-то репейник.       Вообще, Бимс легко мог его оттолкнуть от себя и сказать, что он больше не желает видеть Вайза в своём окружении, но... он солжёт, если скажет, что в дружбе с Билли вообще нет выгоды. Он всегда давал списать домашку, помогал с отмазками по школе, познакомил с Уиллом, помогал делать презентации в универ, познакомил с Уиллом, дал хорошую рекомендацию для квартиры, которую Фейт потом купили...       ...Почему он опять думает о нём?       И пусть рыжий только минуты назад издевался над ним за это, и Фейт даже почти разозлился, это ведь... правда. Все эти три года, после их расставания, он думал об этих светлых волосах. Об этом янтарных и таких тёплых глазах. Об этом лёгком запахе мёда...       Он думал о том, как в ту ночь не дал Уиллу зонтик, объяснений и просто отпустил его. Просто отпустил, пока капли дождя падали на его лицо, вместо слёз. – Простите! Мне один латте...       Ах, да.       Работа. *       Конец октября решил “порадовать” своей дождливостью. Что, собственно, не неожиданно, однако Фейта дождливая погода мало привлекала. С ней приходилось таскать зонтики, ожидать, что твоя обувь вдруг станет сборщиком уличной грязи, а ещё нужно было одеваться по всякие куртки, дождевики и ещё какую дрянь, лишь бы не промокать. Фейт... не любил дожди. Особенно не любил потому, что когда сезон дождей наступает, растениям сложнее получать свет. Уилла это...       ...Почему он всегда приходит мыслями к Нему? Достало.

До горечи достало.

*       Перед началом ноября дожди стали даже хуже. И солнца не было видно вот совсем – уже неделю только серые, тяжёлые и любяще полить дождь, облакала. Такие дни были самыми запарными – люди вечно забегали в кафе, пытаясь спрятаться от дождя, и по итогу надумывали заказать что-то либо у официантов, садясь за столики, либо у баристы, садясь у стойки.       Последнее, кстати, чаще. И баристой, к слову, был Фейт.       Поэтому он только и делал, что стоял на ногах у этой тупой и доставшей его стойки. По сути, он хотел уже год назад уйти отсюда, но Билли вечно останавливал его, говоря, что лучше ему подумать. Что, конечно, тут ему приходится варить кофе по сто раз на дню... но тут девушки не липли на него.       Это был факт. Пассий он находил себе в клубах, в которых время от времени играл роль диджей и откуда и пошло это бесячее прозвище Вайза. В кафе же многим было не до того, чтобы флиртовать. А когда находились такие смелые малышки, вдруг появлялся Билли и просто... отвлекал их, лишая Фейта проблем, которые бы могли произойти.       В общем, оставаться в кафе было хорошим решением. Вернее, было бы.       Но сейчас он уронил ложки, поспешно наклонившись за ними, лишь бы не видеть того, кто только что зашёл в кафе. Не видеть того, что он промок до нитки под дождём, выглядя хмурее обычного. Вернее, в данном случае... лучше сказать привычного. Ведь они так долго не виделись. Не Бимсу говорить, как обычно выглядит владелец самых теплых глаз на этом свете и самого мягкого голоса этой вселенной.       ...Он начитался этих комиксов, которые ему суёт Вайз, точно начитался. Поэтому и думает такие глупости. Да и вообще, может ему показалось? И это не?.. – Уилл?       Всё-таки он! Фейт не может найти сил, чтобы подняться на ноги и стать видимым за барной стойкой. Вот вообще не может, хотя так давно и так долго хотел хотя бы глазком взглянуть на то, как выглядит Спраут сейчас... – Рен! Так ты тут работаешь?       ...Почему он сел так близко к барной стойке? У окна свободно аж пять столиков, так почему он решил сесть посреди проклятого кафе?! Глаза Фейта метались по всей стойке, пока вдруг он не почувствовал чужую руку на своём плече. Опять Вайз. Но в этот раз протягивающий чёрную худи, слегка подмигивая. – Иди прячься, а я пока тебя заменю ♪ – ...Так заметно, что я спрятался от него? – Неа. Просто прекрасный я сложил два плюс два~ А теперь шу-у, прячься! Ну или глазей, как ты там сам захочешь~ ♪       Фейт качает головой и, сняв с себя фартук, тут же накидывает худи, а после аккуратно ползёт за второй выход из-за стойки. Хорошо, что их тут несколько, иначе бы, выползи он спереди, его заметили и тут опознали. А так, он может сесть рядом и просто... послушать, о чём будет говорить Уилл с Реном. – ...Что только дождь смог тебя заставить зайти сюда. – Ха-ха, извини-извини, Рен. Я так занят универом, что даже в кафешки не хожу... – Знаю. Но всё равно, на каникулах бы хоть пришёл. – И-извини, планов правда было много.       Всё такой же. Всезанятый Уилл Спраут, староста класса, президент студсовета, староста группы... ...Вечно пропадавший где-то парень Фейта, а теперь и бывший. – Ну? Что закажешь? – Ах... э-эм... что-нибудь сладкое? – ...Понял. Подожди.       Официант отошёл от стола, чтобы подойти к стойке. И, конечно, он удивился, что Фейта не нашёл, но это не помешало ему обратиться к Билли за советом. Тот, видимо, долго не думал и сразу предложил хороший вариант. Ну... как никак, Билли знает Уилла ещё со школы. Как говорил Вайз, он всё ещё держит с ним связь, просто в таком виде, о котором Спраут не подозревает.       Рен подходит обратно уже с меню и показывает на какие-то названия, которые ему, очевидно, подсказал Билли. Блондин же внимательно погружается в раздумья, пытаясь советоваться с Реном, но того от любого сладкого бросает в дрожь, что выглядело забавно... но интересно, почему у него постоянно так со сладким? – ...Тогда, я решил. Медовик с клубничным кремом сверху и карамельный латте с шоколадной посыпкой и сырной пенкой, молоко овсяное! – У тебя зубы от этого не сведёт?.. – Н-нет? С чего ты решил, Рен? – ...Забудь. Я давно не ел с тобой. Вот и забыл, что ты тоннами мёд ешь. – Точно! Мёд! Попроси ещё положить мне баночку мёда к заказу! – ...Л-ладно.       Фейт готов был рассмеяться с такого, ведь он так... скучал. Он так скучал выслушивать дикие заказы Уилла, когда дело касалось сладостей. Ведь ему всегда было недостаточно сладко, хотя других это “недостаточно” ввергало в шок. И только Бимс легко относился к этому с пониманием, ведь Спраут не заставлял его это всё поедать. Не заставлял, но иногда предлагал... и это значило, что он искренне ценил Фейта.       ...Ценил...       Черноволосый слегка мотает головой. Это уже в прошлом.

Его надо оставить в прошлом.

*       Он начал приходить часто. Даже слишком. После пар, после работы репетитором, после прогулок, после чего угодно. С момента, как он нечаянно пришёл в тот дождливый день, Уилл стал так часто захаживать.       И при этом он, кажется, полностью игнорировал существование Бимса. Оно и к лучшему, как ему казалось. Так надо, ведь он заслужил. Но при этом...       В груди что-то ныло. *       Билли только мог качать головой, смотря на Фейта и его стенания по Уиллу. Он солжёт, если скажет, что наблюдать за этим весело. Скорее горько и грустно. Особенно если учитывать, что Фейт никогда не выглядел таким разбитым. Ладно когда Спраута не было рядом, он не выглядел так плохо. Но теперь, когда бывший совсем рядом, совсем близко, вот прям под боком... конечно Бимс будет выглядеть так, словно его обокрали на миллионы, если не миллиарды, долларов! И Вайзу, как другу, тоже было больно на это смотреть.       Он знал, что Фейт был влюблен в того больше, чем сам подозревал. Ведь это он проводил с ним вечера в клубах, когда тот пытался заморочиться, лишь бы забыть Уилла. Это Билли тащил на своей спине Фейта, пока тот нехарактерно для себя ныл о том, как скучает по бывшему. И это Билли, так то, начал отношения Спраута и Фейта... – Он не устал? – Билли резко оборачивается на голос под боком, замечая Кисараги. – Всё смотрит и смотрит на Уилла, тот даже готов жалобу подавать. – Хэ? Серьёзно?! – Угу. – Жестоко! – Наверное. ...Чего они вообще так? – М? Ты имеешь ввиду почему они так враждебны друг к другу?~ – Да. Я побаиваюсь спрашивать Уилла. Фейт меня пошлёт. ...А ты что-то, но знаешь. – М-м-м... миленький я всё знаю. – ...Всё?– Ага!       Билли вдруг хватает Рена за руку, подмигивая ему и затягивая его в подсобку. Им нужно тихое место для уединения, раз уж он будет рассказывать Рену о том, как и что у Уилла и Фейта произошло... – ...А на задний двор нельзя? – Неа, ноу-ноу! Там слишком много ушей! – Ха-а... ладно. Ну? Так зачем мы тут? *       ...Последний звонок отчётливо раздаётся по коридорам. Ну, вернее, последний для Фейта, который по совету Билли решил зайти в старое здание школы, где они когда-то учились. Но теперь этот корпус был выделен под клубы, так что учеников тут вообще не было. Их выпускная программа уже была закончена, речи директоров, учителей и президента студсовета сказаны, а значит и само шоу было окончено. Теперь все уходили или по домам, или по ресторанам, где праздновали выпуск.       Класс Фейта пошёл по пути раздельного празднования. Вообще, он мог поучаствовать в мелком празднестве, но от Вайза он узнал, что три девчонки, что участвуют, по голову влюблены в него. Так что это было полное нет.       Но и домой не хотелось. Совсем не хотелось. Ведь дома пусть и ждут родители, что обрадуются в честь такого знаменательного события, начнут сводить его с ума своими расспросами. Куда он поступит, кем будет, как хочет жить, когда найдёт пассию... пока его старший брат опять задержится на работе, говоря, что она намного дороже, чем выпуск родного младшего брата. Да-да, конечно...       Так что Фейт решил просто гулять по пустым коридорам, пока не стемнеет. Всё равно Билли скажет, если случится какая-то запара, так что бояться причин нет. Он может спокойно походить по коридорам и послушать музыку, попутно раздумывая о том, как он... даже благодарен школе. Конечно, тут его постоянно сравнивали с Брэдом, но даже так он смог запомниться отдельно от него. Уже радует.       Как вдруг он начал слышать чужие спешащие шаги сквозь наушники. – Фейт!..       Бимс оборачивается назад, чтобы увидеть запыхавшегося президента студсовета, что учился в соседнем от него классе. Высокий, красивый, также влиятельный – эти три черты заставляли девчонок сходить с ума по Уиллу Спрауту не меньше, чем по Фейту. Конечно, понятие “красивый” у каждого своё, но черноволосый мог согласиться, что блондин цеплял глаз. Более того...       ...Чем-то и душу цеплял. Ведь если бы не он, Фейта бы или исключили, или оставили на второй год. – Ух ты, какие люди. Чего забыл тут, Уилл? – Я... ну...       Он нервно заправляет прядь волос на ухо, а затем выдыхает. – Не хочешь прогуляться со мной? – Зачем? – ...Поговорить. – О чём? – Э-э... ну... – Уилл, я не люблю, когда ходят вокруг да около. Что тебе нужно?       Телефон Уилла резко вибрирует и, подпрыгнув, кареглазый спрашивает: – Не хочешь... встречаться со мной?..       ...Билли же, за дверью кабинета, только качал головой. Он солжёт, если скажет, что не следил за Фейтом. И солжёт, если скажет, что не помогал Уиллу с признанием. Он будет лгать до конца и сделает вид, что это случайность. Ведь сейчас он слышит удивлённые реплики Диджея, который не поверил своим ушам. Затем уверения Спраута в том, что он серьёзен в своих чувствах.       А Билли только смотрит на закат, который постепенно оборачивается вечером... * – ...Как-то так?~ – ...Ты... свёл их? – М... Мгм, думаю, так это будет корректнее обозвать. – Никогда бы не подумал. – А вот так! Мы вчетвером кре~епко перевязаны ♪ – Лучше бы никогда не были. – Эй-эй! Ну не надо так грубо! – Ха-а... а что дальше? Они расстались? – Угу. Измена. – ...Я не удивлён. Фейт кажется тем, кто будет изменять. – Эй, всё не так плохо! Он, конечно, своенравный, просто тогда что-то в голову забрело~... Он потом так убивался по Уиллсону! До сих пор убивается! – Например? – Ну... *       Билли аккуратно обнимает Фейта, который не то смеётся, не то плачет. Прошёл месяц с их расставания с Уиллом, а тот... так и не отошёл. Более того, пригубился к алкоголю, который обещал не употреблять, пока ему не будет хотя бы двадцати двух. А теперь он, второкусрник, которому только в следующем году должно исполниться двадцать, попал в вечный круг алкоголя.       Что странно, конечно... но поэтому Вайз сидит рядом и следит, чтобы тот не начал лезть к очередной бутылке вина. И, слава богу, через полчаса он накрепко вырубается. Билли может спокойно выдохнуть.       “Давай будем встречаться? Ты всегда рядом со мной! Не то что этот Уилл, который бросил меня, хотя постоянно не уделял мне внимания! Ха-ха, и это я ещё виноват! Я виноват! ...Я... виноват, ха-ха... Так что? Будешь встречаться со мной?”.       ...Какие глупости. Ему нужен хоть один друг в это жизни, а не любимый. Так что Билли лучше остаться таковым, а не лезть на ту территорию, которая ему далека и на которую у него нет права ступать.       Ему хватает и того, что он может смахнуть слёзы с щёк Фейта. * – ...Серьёзно? – Угу! Он чуть алкоголиком не сделался! Слава богу, что умненький я рядом был ♪ – Наверное, ты прав... Но тогда я понимаю, почему Уилл такой злой. – Он имеет все права злиться. Но, всё-таки...       Билли отталкивается от стены и вдруг берёт руки Рена в свои. – Поможешь мне? *       Очередной дождливый день. Для Фейта уже стало привычной мысль желания снега. Потому что постоянно мокрые улицы, полные слякоти, да страшные и голые деревья, его бесили. Бесили до чёртиков. Ему всегда по душе была больше весна или лето, ведь тогда не надо было одевать кучу лишней одежды, да и много чего. А теперь он даже не думает выходить без зонтика, ведь дождь постоянно...       ...Ха-ха. Фейт слегка усмехнулся, обратив внимания на вошедшего блондина, которые напоминал мокрую собачонку. И злой, и грустный на вид, но держащий свою любимую сумку рядом с собой. Вообще, он постоянно таскался именно с сумкой, а не портфелем или рюкзаком, что напрягало...       Но это не дело Фейта, да? Как минимум, если эту сумку ему подарил кто-то ещё, это так или иначе не дело Фейта. Не его дело и то, как он аккуратно вытирается сухим платком своё мокрое лицо, как зовёт Рена чтобы сделать заказ. Да и вообще, он не смотрит. Он не смотрит...              Но на самом деле, он прожигает Уилла. Он скучает по этому лёгкому смеху, по этой его характерной доброте. Он скучает по Спрауту, который бы для Фейта обязательно принёс зонт. Ведь тогда бы он не промок в первую очередь. Хотя, в том, что кареглазый промок, были свои плюсы...              Но Бимс только качает головой, делая по заказу его бывшего чересчур сладкий кофе, попутно вздыхая по давно прошедшим дням.              *              В этот день, почему-то, светило яркое солнце. Была середина ноября. Так почему в ноябре, перед началом декабря, светило такое обманывающее тёплое солнце? Бармен неизменного кафе никак не мог ответить. Более того, он не мог сказать, что работа с его дипломной шла на ура. Нет, он пошла коту под хвост, Билли под руки и Уиллу в глаза.              В эти ох-какие-чарующие глаза, которыми он всё чаще начал смотреть на него. Они оба редко отворачивались друг от друга, когда замечали, что ловят взгляды... но Спраут никогда не подходил и не требовал прекратить смотреть на него.              “Наверное, это что-то значит!” сделал умозаключение Билли. Но Фейт только сухо смеялся.              “Значит, что я придурок”. На это Вайз только цокал, качая головой. Но не ему, вообще-то, осуждать его. Цокал тот, кто не гнушался продавать информацию о нём каким-то посторонним девкам! ...Хотя, обычно они потом и не приходили, а у рыжего попрошайки появлялись деньги.              И чего так?..              Нет, он думает не о том. Ему фиолетово до того, что умеет Билли. Хоть пусть медведей умеет тренировать, бывшего диджея это не касалось! Сейчас его касался Уилл, который сидел и писал на ноутбуке что-то. Наверное, дипломку, да? Они ведь оба выпускаются в этом году. ...Всё такой же правильный отличник. С такой же нежной аурой вокруг него и лёгким запахом мёда. Это заставляло чувствовать какое-то ощущение жалкости – то, то он пытается узнать о Спрауте всё, пока тот давным давно сжёг все мосты.              А то, что он изредка смотрит на Фейта, значит только то, что он не хочет признавать его существования, наверное.              – Извините пожалуйста! Можно оплатить?              Ему так нравится этот голос. Мёд, сахар, ваниль и корица никогда не сравнятся с такой нежностью и сладостью в этом незабываемом голосе. Они меркнут и по запаху, и по вкусу, с Уиллом. С Уиллом, поцелуи которого чувствовались как порой тирамису, а порой как нежный клубничный шорткейк...              – А!.. С-стой!              ...Хм? Фейт открывает глаза, и видит дикую картину: кошка выбегает из кафе, держа что-то во рту. ...Откуда тут кошка? ...Почему следом побежал Уилл? ...Он оставил вещи в кафе?! Бариста, даже не поняв, что сам сделал, бросился следом.              Следом за Уиллом в этот яркий и солнечный день догонять кошку, которая взялась бог или чёрт знает откуда, потому что его сердце сказало, что ему надо это сделать. Ему надо помочь Уиллу.              Ему необходимо помочь Уиллу.              *              – ...Ты правда смог её натренировать на... кражу кошельков?       – Я же говорил, что превосходненький я обладаю самыми ра-а-азными навыками~       – ...Ты не делал ей больно?       – Знаешь, сделай миленький я ей больно, то не был бы так спокоен перед тобой.       – Как тогда ты... провернул... эм... это?       – ...Сила чужой любви... может?~ ♪              *              Он не заметил, как выбежал первее Спраута. Но услышал его удивлённое “Фейт?!” и даже успел ему подмигнуть. Но это было наименее важным для него, ведь его ноги продолжали бежать за кошкой, которая, кажется, растерянно пыталась понять куда бежать... ...Или очень намеренно решила забежать в переулок, в котором есть тупик? Она даже бросила этот кошелёк и начала прыгать куда-то так, словно ей уже и не нужна была добыча. Хотя, казалось бы, она так усердно убегала с этим кошельком...              Но теперь кожаный кошелёк, который Фейт так усердно пытался добыть для Уилла, был в его руках. Он не знает, как далеко убежал от Уилла, но... просто будет идти назад по дороге и рано или поздно его встретит.              Он решил немного осмотреть кошелёк, и... да, точно. Это тот кошелёк, который Фейт ему подарил на проведённое вместе Рождество, верно? Разве что потёртый сильно. Но всё равно выглядящий как надо... ха-ха, как часто, интересно, Спраут им пользуется? Наверное постоянно, раз даже от бумажника шёл лёгкий запах не столько купюр, сколько мёда. Теперь, пора выдвигаться и...              – Фейт!              Бимс оборачивается и нечаянно роняет кошелёк, который так усердно пытался достать. Тот падаёт с лёгким шумом, вдруг раскрываясь на обозрение Фейту и Уиллу, который только-только подбежал, а затем поспешно подобрал кошелёк.              Но розовоглазый только мог застыть на месте. Ведь то, что он увидел там... это обман? Обман зрения, да? Скорее всего, ведь... Эта фотография... она с их поездки в Японию весной, которую им спонсировал его старший брат (что было мило с его стороны, но Фейта до сих пор корёжит с этого факта). И тогда Фейт впервые сам признался, что чувствует к Уиллу, чтобы потом испортит их отношения пару месяцев спустя...              ...Но тогда они были так счастливы. Оба улыбались. Оба целовали друг друга в щёку, смотря на расцветающую сакуру, которая заставила их сердца трепетать. И эти воспоминания... Уилл хранил в кошельке? Который ему подарил никто иной, как Фейт?              – ...С-спасибо за помощь. Я пойду, я вещи...              Но он никуда не пойдёт. Фейт вдруг хватает его за руку, смотря на него с такой жизнью в глазах, такой надеждой, которых не было три года.              Которые расцвели в увядающей осени.              – ...Я хочу поговорить.       – ...Ф-Фейт... Т-то есть Бимс, нам не о чем разговаривать!              Но черноволосый только улыбается, грустно-грустно, а затем аккуратно берёт Уилла уже не за запястье, а ладонь. Он аккуратно переплетает их пальцы, как когда-то, и Спраут не сбрасывает свою руку. Только смущённо отводит голову в сторону.              – ...У нас как раз будет время, пока будем возвращаться. Я столько всего должен тебе... сказать.              

Этот яркий день, наверное, стал его лучшим за последнее время.

             *              Дорога была длинной. Они оба не спешили начать диалог, но и не спешили убегать. Верно, блондин, скорее всего, ждал, когда Фейт начнёт говорить. Фейт же ждал, когда сможет собрать воедино все те мелкие чувства, что он ощущал по отношению к Уиллу. Вернее, почему мелкие? Они настолько огромные, что он не мог воедино так легко собрать их. Не мог, а потому...              – ...Я хотел извиниться.       – Ты уже. Я не простил тебя.       – Ха-ха, знаю-знаю. Но мне надо... начать хоть с чего-то, ладно? Дай мне время.       – Ты флиртуешь как дышишь, Бимс, но тебе вдруг понадобилось время?       – Конечно.              Он вдруг останавливается, а следом останавливается Уилл.              – Ведь сейчас я не флиртую. Сейчас я искренен с тобой и искренне пытаюсь поговорить с тобой спустя... точно, три года, представляешь? ...Ну? Позволишь?              Уилл открыл рот в желании что-то сказать, но вместо этого покачал головой и повернулся спиной, ожидая, когда Бимс начнёт шагать.              – ...Спасибо.       – Не за что...              Иногда, смущённый Уилл был слишком силён для него. Он не мог перестать улыбаться, глядя на эти щёки, гладя на эту улыбку, глядя на эту неловкость. Неужели у него никого не было после Фейта, раз он так смущается? ...Неужели Фейт так и остался первым и единственным для него?              ...Это будет греть душу, если так.              – Уилл... В первый день, когда ты пришёл в кафешку, я, честно... хотел исчезнуть.       – Жалко, что не.       – И кто-то тут у нас всё ещё обиженный плюшевый мишка?~       – Бимс, к делу.       – Но я о чувствах. Тут нет дела.       – ...Умф. Но... н-на самом деле..              Теперь останавливается Уилл.              – ...Когда я увидел тебя в этом кафе, я обрадовался.              Фейт удивлённо хлопает глазами, а затем вновь усмехается.              – С чего бы это?       – ...Я рад был знать, что ты здоров. Что ты занимаешься чем-то. Что ты... есть. Что ты рядом, даже если и не со мной.       – А...              Такие слова заставили Бимса пуститься в глубокие размышления. Такие мысли... разве... разве Уилл не должен ненавидеть его до глубины души? Разве он не должен был искренне желать того, чтобы Фейт исчез из его жизни?              – ...То есть, ты был рад? Обычно хотят, чтобы бывшие пропадом провалились.       – Э-это тоже было, я не буду лгать, но... Время проходило и... и...              Уилл кусает язык, прижимая бумажник поближе к груди. Сейчас в этих сладких глазах так много перца и соли, что даже Фейт нахмурился. Потому, он подошёл к тому и аккуратно положил свою руку на его плечо, а после головой прижался к той.              – Ф-Фейт?       – Просто подумал, что... нам надо поговорить даже подольше. Придёшь сегодня в кафе к восьми?       – ...Я могу подождать тебя в кафе.       – Ха-ха, по рукам.              *              Они сидели вдвоём за одним столиком, долго смотря друг на друга. Это должен быть большой разговор, оттого оба нервничают, но именно потому...              – ...Прости, что... не выслушал тогда тебя. И что ушёл так резко. Я...       – Я понимаю. Ты был слишком зол. ...Но, в твоё оправдание, моё объяснение не было тем, которое можно простить.       – ...Верно.       – Измены... сложно прощать.       – Испытал на себе?       – Что? ...А, нет, я просто... много думал. Думал о том, что ты тогда значил для меня... И пришёл к простому выводу.       – Ну?       – Ты был прав. Я идиот.              Фейт пожимает плечами, а Уилл слегка приподнимает уголки губ.              – ...Да, большой. Самый огромный.              И затем беседа сникла. Они оба пытались понять, что им надо сказать, но оба боялись. Оба боялись спугнуть друг друга или сказать что-то не то, и потому молчали. Молчали, ведь им так... так хотелось сохранить этот момент редкого общения.              Но Фейт вдруг протянул руку Уиллу. Уилл долго смотрел на протянутую руку, а затем покачал головой и вдруг дал Фейту щелбан.              – Серьёзно думаешь, что я возьмусь за неё?       – Попытаться надо было.       – ...Ты не меняешься. Ты и раньше пытался меня так успокоить в ссорах.       – И сейчас пытаюсь.       – ...”Сейчас”?       – Мы... в ссоре сейчас, по логике, правильно?       – Бимс, мы расстались. Три года назад. Если для тебя расставание – ссора, то хорошо, мы в ссоре.       – Понял, понял, только не складывай руки на груди. Выглядишь как злая мамочка.       – Э? ...Ф-Фейт!       – Ты уже определись, Бимс я или Фейт~       – Придурок ты.              Они рассмеялись звонко-звонко, а затем Фейт предложил Уиллу выпить по чашечке кофе. Спраут не смог отказать.              *              Они ещё не согласились возвращаться в отношения, ведь Уилл так подозрительно относился к Фейту. И тот понимал. Понимал полностью, а потому пытался завоевать доверие Уилла тем, что... просто был рядом. Просто общался. Просто начал писать тому во время пар, работы, да всегда.              И он всегда видел ответы Уилла, который держал его в ЧС несколько лет подряд.              Но, наверное, после такого поцелуя им уже необходимо вернуться к начальной точке, верно?              Такого, что произошёл ещё при поступлении. Они целовались у этого дуба летом, когда вокруг было зелено и тепло. А теперь держались друг за друга в этой холодрыге, в этой проклятой зиме, которая заставляла их держаться ближе друг к другу и ловить каждый вздох – будь то томный или нежный.              – ...Уилл.       – ...Да?       – ...Ничего. Просто подумал, что... “люблю тебя” слабовато.       – Тогда скажи “я куплю тебе самый дорогой тирамису с сакурой”.       – ...Ха-ха. Я куплю тебе самый дорогой тирамису с сакурой и самый подслащённый латте, от сладости которого свернёт язык ♪       – ...Правда?              Ответ последовал после нежного поцелуя Фейта в эти уже покрасневшие от холода губы.              

“Правда”.

             *              – И всё-таки... поверить не могу, что ты опять их свёл.       – “Ты”? Вообще-то, Рен-рен, мы! Ты тоже соучастник ☆       – ...Тогда, я рад.       – Да?       – Угу. Я давно не видел Уилла... таким счастлив.       – ...Как думаешь, они отпразднуют Рождество вместе?       – Должны. ...Всё-таки, они три года не праздновали его. Это будет только их второе.       – Хм-м... ты прав. О! Давай исподтишка сфоткаем их?!       – ...Зачем?       – Им же потребуется чем-нибудь заполнить свадебный альбом!       – ...Иногда я тебя не понимаю, Билли. Но...              Рен, смотря на Уилла, что делился прошедшим днём с Фейтом, вдруг слабо улыбнулся.              – ...Почему бы и нет.