Ведение времени

Ночь.       Луна находится в самой редине звездного неба. Вокруг сосново-кленовый лес. Высокие деревья стоят будто титаны, а их верхушки скрываются где-то за кучей облаков. Тишина.       Слышно лишь редкие шаги и шебуршание листьев под подошвой ботинок.       Девушка доходит до небольшой опушки и оглядывается, словно почувствовав, что на нее кто-то неотрывно смотрит. Сзади стоит большой пёс. Его шерсть запутана и в этих клочках мелкие листья с веточками. Он смотрит прямо на нее своими темные, как уголь, глазами. Она боится пошевелиться, слишком знаком ей этот взгляд.       Животное осматривает девушку, нерешаясь подойти ближе. Где-то в чаще леса хрустнула ветка и послышался громкий вой. Пёс посмотрел в сторону звука, потом снова на девушку, развернулся и убежал.       Она так и осталась стоять, смотря ему в след. Пока её не окликнул знакомый голос...

***

— Чтобы не было недопониманий, предлагаю с этого момента говорить исключительно на английском, — произнес директор, осматривая всех присутствующих, — И так, Вера, мы хотели бы попросить тебя сначала объяснить нам то, что ты изобразила в своем блокноте, после ведений. Да бы подтвердить нашу теорию. К тому же, мы так предполагаем, что последовательность твоих рисунков может отличаться от того, как ты их видела.       Глинки и Романова сидели на темном кожаном диване, на них смотрели их директор и тот странный, по их мнению, иностранный гость.       Сбоку, скрестив руки на груди, стояла мама Нади. По всему ее виду было понятно, что она не хотела здесь находиться, а уж тем более не хотела ничего слушать. — Что б вы знали, — проговорила Вологодская, — То, что вы хотите им предложить – неприемлемо. И совершенно не правильно, Кирилл! И я, как мать, против! — Мы еще ничего им не предлагали, Ань, — на выдохе ответил мужчина, проведя рукой по переносице, — Для начала хотим услышать Веру и уже потом думать.       Все взгляды переместились на девушку. Она вжалась в диван, боясь лишний раз пошевелиться или сделать, что-то не так, как нужно. Глинки не любила такое внимание к своей персоне и уже сто раз пожалела, что они с Надей решили рассказать всё директору. — Это сложно объяснить, на самом деле, — начала светловолосая, опустив глаза вниз и теребя пальцами подол юбки, — И вы правы. Последовательность ведений немного отличается и на листах эскизы только самых основных моментов. — Мы тебя внимательно слушаем, — кивнул Кирилл. — В общем. Сначала это был замок, большой. Вокруг лес, а рядом озеро, не сказала бы, что оно маленькое. Я шла по темным коридорам, были слышны звуки шагов и не только моих. Потом все перемешивается и я вижу парня. Темные запутанные волосы, кажется зелёные глаза. На носу очки, круглые и на лбу шрам, зигзагом, не смейтесь если скажу, что он похож на молнию, — окончание предложения девушка сказала шёпотом и посмотрела на директора, тот снова кивнул, прося продолжить, — Далее все пошло совсем в перемешку. Видела драконов, девушек похожих на русалок, но они были страшнее тех, кто обучается у нас тут. Потом лабиринт. Он был огромным. Мне показалось, что там было еще пару человек. Тот мальчик со шрамом и парень в желтой форме взяли кубок, оказались на месте, где было много крестов и каменных плит. Там стояли люди, все в черном. Вспышки, метания. Затем... — Веру передернуло от воспоминаний, было видно, что ей неприятно это говорить, — Простите я не могу... — Пожалуйста, это очень важно, — Кирилл подошел к ней и сел рядом, — Мы должны знать все, что ты видела. — Ей плохо это вспоминать, зачем мучить, — вклинилась в диалог Надя, беря подругу за руку, — Она же может описать все в общих чертах. — Зачем вообще что-то описывать? Если на эскизах уже все есть! — вступилась завуч.       В кабинете начались споры. Сначала голоса были ровными, но с каждым предложением громкость увеличивалсь. Было невыносимо слышать этот балаган. — Он умер, — четко произнесла Глинки, смотря пустыми глазами прямо и прекращая гул, — Я видела его смерть.       Боль. Резкая, навязчивая, пульсирующая. Она отдавала в виски и в грудь. Вот, что почувствовала Романова, произнеся эти слова. Ей было больно за себя, за того парня, за его родителей. Ей всегда было неприятно рассказывать о чьей-либо кончине. Даже если это смерть совершенно чужого и незнакомого ей человека. Она на своём опыте понимала то, как тяжело переживать утрату близкого человека. Как не приятен процесс принятия ситуации. И то, что после смерти, ты живешь дальше. Это умершему уже ничего не нужно. А ты должна жить, должна продолжать улыбаться, должна действовать. Ради него. Ради неё.       Вера часто думала о маме, но старалась помнить о ней только светлые моменты. Она почти никогда не вспоминала о ее смерти. Не хотела чувствовать опустошение.       Тетя Аня и Надя всегда избегали разговоры о смерти. В общих беседах старались сменить тему или же просто закончить диалог. Надя, сидящая рядом с подругой, понимала на сколько Вере тяжело. У того парня наверняка были семья и друзья, и им нужно продолжать жить дальше, но уже без него.       Романова с грустью посмотрела на подругу, касаясь своей ладонью ее руки. Глинки чуть вздрогнула от прикосновения, приходя в себя.       Нужно продолжать. — Затем, толпа людей и все снова смешалось. Низкорослая женщина, в розовой одежде и с неприятной улыбкой ходила по тому замку, будто что-то искала. Наверно комнату, где были зеркала. В ней стояли парни и девушки. Мы с Надей тоже там были. Ребята колдовали, кажется. С помощью палочек, волшебных. Мы получили похожие на курсах в том году, — девушка перевела взгляд на подругу, та кивнула и она продолжила, — Змея, большая. Она была рядом с человеком, мужчиной, но его лица я не видела. Потом опять вспышки, крики, суматоха. Последним, что я увидела, были черные силуэты людей... — Этого должно быть достаточно, Кирилл Константинович, — произнесла женщина, выпрямившись словно струна. — Вы правы, Анна Демьяновна, — ответил тем же тоном директор. — Не стоит больше мучить девушку, — подал голос профессор, что до этого тихо стоял в стороне, — Мисс Глинки, вам должно быть интересно, кто эти люди, замок. Я ведь прав? — Верно... — Это Хогвартс. Школа чародейств и волшебства, единственная в Великобритании. А я ее директор, уже как много лет, прошу прощения, что сразу не представился, — кивнул Дамблдор, — Вы видели мальчика с интересным шрамом. Его зовут Гарри Джеймс Поттер и.. — Гарри Поттер? — удивлённо переспросила Надя, округлив глаза, — Это тот, которого темный волшебник, кажется вол.. волан.. Волан-де-Морт, пытался убить, но не получилось и он исчез? — Вы правы, превосходные знания истории, мисс Романо́в, — улыбнулся Альбус, говоря фамилию темноволосый с акцентом, — Мистер Поттер обучается в моей школе и сейчас переходит на пятый курс. — Но как мои ведения, связаны с вашей школой и этим парнем? — Мы с вашим директором вчера долго думали над этим вопросом. Как я знаю, до этого вы получали ведения исключительно о событиях, происходящих с вами или же с вашими близкими? — девушка кивнула, — Мы точно не поняли, почему именно вы увидели данные события. Но скажу вам честно, я поражён и естественно я вам верю. Раньше я уже сталкивался с женщиной, что увидела будущее и она оказалась права. Именно она предсказала появление ребенка, что убьёт тёмного волшебника. — Погодите, но я ведь не предсказательница, — возмутилась Вера, — И если я правильно поняла свои ведения, то тот волшебник не умер. — Здесь правда частична. Ты всё-таки являешься той, кто может предсказывать события будущего, на равно с прошлым, — вклинился в диалог директор Колдовстворца, — А на счет Тома Марволо Реддла, известного всем как Волан-де-Морт, он действительно погиб в ночь, когда напал на семью Поттеров. Но его возрадили его приспешники. — Об этом мало кто знает, но те знающие – не верят. Министерство магии нашей страны, отказывается принимать этот факт и афишировать данное событие, — продолжил Альбус, — С твоих слов я понял, что ты в малых частях увидела прошлый год Хогвартса. В школе проходил Турнир, где присутствовали испытания, драконы, русалки и лабиринт. Ты так же сказала, что Гарри и тот парень, его звали Седрик Диггори и он действительно погиб, перенеслись на кладбище. Именно там пожиратели смерти – приспешники Тома смогли его возродить. Гарри чудом спасся от туда. — А вы уверены, что его возродили? — спросила Надежда. — Я верю мальчику. К тому же, я видел его воспоминания и есть еще несколько факторов, подтверждающие, что Реддл снова жив, — вкратчиво объяснил профессор, — Но это не все, что мы хотели рассказать. — Девочки, мы с Альбусом, предполагаем, что Вера увидела будущее, — обратился к Глинки и Романовой Кирилл, смотря то на одну, то на другую, — И мы не можем упустить любые детали ее ведений. По этому хотим отправить вас на этот год в Хогвартс. По программе обменного-обучения. Это решение будет зависеть только от вас. — Не вздумайте соглашаться сразу! — взвизгнула Анна, — Вы не знаете, что вас может ждать там. Вдруг на школу нападут, а если начнётся бойня, а если.. — Миссис Вологодской, — снова с акцентом проговорил Альбус, — Школа полностью защищена, в ее стенах девочкам ничего не угрожает. — Вы этого не знаете наверняка! Если этого Реддла возродили и на турнире произошла такая оплошность, как подмена учителей, то напасть на школу не составит труда! — зло отвечала ему завуч, — Это я еще молчу о побегах волшебников из Азкабана. Из самой охраняем тюрьмы! А Деметры, что летали в районах магловского Лондона, вам ни о чем не говорят?       Девочки, что до этого сидели без какого-то испуга, сейчас округлили глаза, смотря то друг на друга, то на старших. Было непонятно откуда Анна знала о всех таких событиях, ведь в Россию зарубежная информация поступала довольно поздно. — Я безмерно рад вашим познанием о нашей текущей ситуации. И все же Хогвартс – самое безопасное место, в нашей стране, — принимая возражения женщины, продолжил Дамблдор, — К тому же, сейчас ведения мисс Глинки связаны на прямую с ним. Мы не можем потерять такой источник информации. По этому вынуждены предложить ей и вашей дочери, что лучше всех понимает ее и в случае чего сможет помочь, обучаться именно там. Пока что год, а затем посмотрим. — А что если это были разовые ведения и их больше не будет? — тихо спросила Вера, — Тогда смысла нет ехать в Хогвартс. Да и я думаю, можно послать письмо, если вдруг что... — Ты издеваешься? Какие письма? Сама же знаешь, что это слишком долго и муторно! — ответила Романова, — Я согласна на ваше предложение. — Надя, ты с ума сошла! — сжав кулаки, гневно залепетала Вологодская, — С вами там может случиться не пойми что. Я запрещаю! — Теть, Ань, в этой ситуации вы не можете запретить, — начала светловолосая, — Правила школы устанавливают, что соглашение по программе обменного обучения, могут давать ученики и студенты, не достигшие совершеннолетия, но получившие паспорта, имеющие хорошую успеваемость и на "отлично" владеющие магией. По этому я тоже согласна на ваше предложение. — Это возмутительно! Прост абсурд! — Однако, Анна Демьянова, обе девочки дали свое согласие и вы не можете этому противиться, — удовлетворенно проговорил директор, — Чтож, тогда мы подготовим заявления о переводе. Все атрибуты, необходимые при обучении в Хогвартсе, вы приобретёте на месте, оплачивают школы. Завтра вам нужно будет зайти, поставить подписи. Порт ключи будут готовы чуть позже, думаю через два-три дня, если я сегодня же отправлю письмо партии ведовского общества. Так что начните собирать вещи уже сегодня, послезавтра вечером мы отправим в Англию большую их часть.       После всех слов директора завуч ураганом вылетела из кабинета. Профессор слабо улыбнулся и последовал за женщиной, видимо желая чу-чуть ее успокоить. Глинки и Романова встали со своих мест, направляясь к выходу. — Вера, забеги ко мне послезавтра, — напоследок сказал Кирилл, — Мне нужно отдать тебе вещь, которую ты потеряла. Сегодня и завтра это сделать не получится. — Хорошо, я зайду. До свидания, — ответила Глинки и вышла за подругой из кабинета директора.

***

      Тем же вечером девушки собрали вещи, отложив самую необходимую одежду и средства личной гигиены в отдельные сумки.       Как они знали, профессор уехал в этот же день.       Анна Демьянова с ними не разговаривала, проходила мимо них в коридоре, не появилась у директора и на следующий день, когда девочки подписывали заявления о переводе. Обиделась? Нет. Женщина была зла и подавлена. Ее детей отправляют в другую страну, где сейчас находиться совершенно не безопасно, а она никак не может на это повлиять.       Между собой девочки тоже мало общались. После разговора в кабинете главы они перекинулись парой фраз, обменялись мнением и на этом все.       За гранью понимания было то, что Вере больше не поступали ведения. Ни в этот, ни в следующие дни. Это было странно, ведь обычно она получала хоть одно за сутки. С чем это было связано – не известно и это пугало еще больше.       Надя в эти дни ходила сама не своя. Услышав о возражении темного волшебника, она старалась напрячь все свои воспоминания и знания истории. Сидела в библиотеке часами, перебирая множество книг. Знатно подсела на уши бедному учителю истории. Романова старалась узнать больше информации о магической войне. Запоминала даты и имена известных в то время лиц.       Вера в основном была в комнате, либо проваливаясь в воспоминания, либо рисуя. Чаще всего портреты неизвестного ей парня. Кто это был? Почему она его видела? Зачем? Она не знала и узнать даже не надеялась.       В назначенный день она направилась к директору, не понимая какую-то именно вещь тот хотел ей отдать. Вчера им передали, что они отправятся раньше. Поэтому сегодня Романова с самого утра засела в библиотеке и Глинки после завтрака пришлось идти одной. — Кирилл Константинович, — постучала в дверь девушка и открыв ее, заглянула внутрь, — Можно? — Вера? — мужчина, сидевший за своим столом и перебирая какие-то бумаги, отвлекся всегда на секунду и вновь уткнулся в листы, — Заходи конечно, присаживайся рядом.       Глинки прошла и села на стул, перед директором. Она смотрела в окно, позади мужчины, изучая природу за ним и углубляясь в свои мысли. Кирилл молчал и Вера не решилась его отвлекать. В такой тишине они просидели минут десять, пока стопка бумаг не закончилась. — Не догадалась еще, что именно я хотела тебе отдать? — вывел из раздумий девушку, но та лишь покачала головой, — Мне кажется это было довольно очевидно. — Я долго думала, что именно. Но я слишком много потеряла вещей, за время нахождения в школе. — Могу предположить, что эта – самая значимая, — директор открыл ящик под столом, доставая оттуда небольшую шкатулку и ставя ее перед девушкой, — Открой.       Вера аккуратно потянулась к деревянному предмету. Никакую шкатулку она точно не теряла, но что может быть внутри? Неловко открыв, Глинки чуть не выронила ее, удивлённо ахнув.       Мамин моховик. Элиза отдала его Вере, в тайне от Николая, когда дочери было всего пять. Случилось это за пару месяцев до ее кончины. И он стал самым ценным подарком. Тогда девочка не понимала, что это такое и зачем оно нужно. Мама лишь объяснила, что эта вещь поможет ей в будущем. Глинки использовала его как обычные часы. Но потеряла их через два года. Только в пятом классе им рассказали о таких артефактах, как моховики времени. Объяснили их предназначение и использование. Тогда девушка и поняла, какую драгоценность она профукала.       А сейчас этот моховик лежит в шкатулке на ее коленях, целый и работающий, судя по всему. — С ума сойти! — она быстро поставила шкатулку на место, достав из нее небольшие серебряные часы на цепочке, — Я думала, что уже не найду... Я же утопила их на Байкале, еще во втором классе... Они работаю! Как такое возможно? — Все верно, твоя неаккуратность обошлась мне достаточно дорого, — усмехнулся мужчина, но увидев сожаление девушки, быстро осёкся, — Не переживай, я не виню тебя. Это была моя личная прихоть их восстановить. — Если нужно, я верну всю потраченную стоимость! Но как вы их нашли... — Ничего возвращать не нужно, я знаю как они тебе дороги и не возьму с тебя никакой оплаты. А нашел их не я. Одна русалка плавала на побережье и отнесла их водяному. Он мой знакомый, еще со времен студенческой жизни. Увидев гравировку сзади на часах с твоим именем и фамилией, решил что лучше будет отправить их мне, — объяснил директор, — Они действительно не работали. Я отдал их мастеру, тот починил и, можно сказать, улучшил механизмы. — Как это? — Ты можешь увидеть на циферблате дату, сейчас стоит сегодняшняя и время, кроме основного. Обычные моховики, хоть их и осталось мало, работают по принципу, на пример: перенестись на день назад, а вернуться в тот же час ты сможешь, только по истечению этого дня. В этих же ты устанавливаешь дату, в которую нужно перенестись и время прибывания там, то есть сколько ты будет находиться в прошлом. Да, перемещаться нужно только в прошлое и обязательно устанавливать, сколько ты там пробудешь, — Вера недоверчиво подняла бровь, — Если же этого не сделать есть два варианта событий. Первый, ты перемещаешься в недавнее прошлое и как в обычных моховиках проживаешь все заново, ни в коем случае не сталкиваясь с той тобой. Второй, ты перемещаешься далеко, ну допустим на двадцать лет назад, и находишься там, до того момента, пока сама ты не появишься на свет. — Интересно.. — Вера задумалась, смотря точно на часы.       На уроках им объясняли и показывали разные модели моховиков, но принцип действия у всех был один: Устанавливаешь время, тебя переносит в прошлое и ты живешь это время заново. — Я надеюсь, ты понимаешь, что прошлое менять в корне не нужно, — добавил мужчина, — Если все же это произойдёт, то опять же есть два решения. Первый из них, ты просто не поймёшь свое настоящее, будет прибывать в постоянных вопросах и непонимание, — начал он, — Худший. Ты просто не вернешься обратно. — То есть, я станусь в прошлом? — Если бы... Нет, ты просто исчезнешь. Проще говоря, измененные тобой события будут продолжать идти, но тебя уже не будет существовать. — Какой ужас... — В голове Веры стали перемешиваться разные мысли.       Как только она увидела моховик, она сразу подумала, что сможет исправить многие вещи прошлого, но исправляя их, будущее в корень поменяется и велика вероятность, что она этого даже не увидит. Следовательно вообще не будет смысла менять их. Но зачем тогда директор отдал ей его. — Но есть еще парочка моментов, — видя состояние своей ученицы, директор вспомнил еще одну вещь, — Первый, объясню на примере. Допустим, ты прямо сейчас перемещаешься на день назад и разговариваешь со мной.. Я вспомню этот разговор, только когда ты вернешься в наше время и я увижу тебя. Так работает и с перемещением на бо́льшее время. Разум, когда ты уйдешь из того прошлого, затуманиться. Люди могут быть знакомы с тобой из их прошлого, но разговоры и моменты с тобой из будущего, они вспомнят только когда ты вернешься в свое настоящее. — Звучит очень сложно, но думаю на практике будет легче, — проговорила Вера, — А я могу с помощью одного моховика переместить куда-то не только себя? — Ты сможешь путешествовать во времени только одна, — начал директор, — И самое основное. Время проведенное тобой в прошлом, будет либо медленнее, либо быстрее твоего настоящего. Ты можешь быть в прошлом два часа, но в настоящем тебя не будет час. И это неконтролируемо. — Как вы вообще об этом узнали? И могу ли я оказаться не только в прошлом, но и в будущем? — Мастер, что чинил твой моховик, испытал его на практике и дал мне наставления, то как делать не нужно, — ответил Кирилл, — А на счет будущего.. Никто не пробовал туда соваться. Так что и тебе не советую. Мы не знаем, что произойдет, если ты увидишь будущее. К тому же, оно не переменно. Если событию суждено произойти, оно произойдёт. — Слишком много информации за двадцать минут, — Глинки положила одну руку на голову, — Почему вы именно сейчас отдали мне моховик? — Сказать честно, я не хотел тебе его отдавать, но Дамблдор настоял, — признался мужчина, — Мы нашли в твоем блокноте портреты одного парня и Альбус узнал этого человека. Он сказал, что в настоящее время, он выглядит совершенно не так. — Вы хотите сказать, что этот человек из другого времени? — Он не уточнил. Но сказал, что моховик тебе пригодится, чтобы ты сама в этом разобралась, — директор серьёзно посмотрел на девушку, — Не используй его часто, только если при необходимости. Моховик – опасная вещь. — Я вас поняла, — кивнула девушка, — Могу идти? — Конечно. Завтра утром вы отправляетесь в Москву, предупреди Надежду. Перед отъездом я вам все объясню. С вами поедет Анна Демьяновна, провожать. Она уже знает куда вас везти. В Лондоне вас встретит водитель Романовых. Будьте аккуратнее в Хогвартсе и не нарывайтесь на неприятности, как вы умеете, — пока Кирилл это говорил, Вера уже подошла к двери, — Как выйдешь, ничего ему не говори. Я сам с этим разберусь.       Последнюю фразу девушка не поняла, но кивнула в знак согласия и вышла за дверь. Она только и успела убрать моховик в карман юбки, как рука больно была сжата, а саму девушку резко дёрнули в сторону. — Что ты уже успела натворить, дура. Не успела уехать, как принесла проблемы на мою голову! — ей в ухо зло зашептал низкий голос.       Девушка вздрогнула от знакомого баритона. Отец. Он почти никогда не выходил из дома, последние лет десять, разве что по делам министерства и партии. А сейчас он стоит тут. Ну конечно, директор был обязан оповестить родителей о годовом переводе их детей в другую школу. Надина мама уже была в курсе, а вот отец Веры еще нет. Но она очень надеялась не пересечься с ним. Надежды не оправдались. Никто не виноват. — Отвечай, дрянь, когда тебя спрашивают, — он снова дернул дочь на себя, — Неужели ты меня обманывала? «Отличница я папа, на золотую медаль иду». Ну конечно! Тогда на какой хрен тебя переводят в другую школу? Говори! — П..пап, дир..ректор с..сам тебе все о..об..объяснит, — еле выговорила девушка, пока слезы накатывались на глаза. — Смотри у меня! Маленькая тварь, — пробурчал себе под нос Николай, отдернул руку дочери и скрылся за деревянной дверью, в то время как Вера скатилась по каменной стене, прижав лицо к коленям, тихо всхлипнув.       

***

      Утро у девушек началось довольно рано. Петухи только начали кукарекать, а Вера и Надя уже стояли на пороге школы вместе с мамой старшей, слушая нотации директора о их хорошем поведении и получая свои документы с характеристиками.       Кирилл Константинович объяснял девочкам, что в Великобритании привыкли использовать палочки, в качестве усиления и контроля магии волшебников. Так же сказал, что по приезду в Лондон их сопроводят в место, где они купят все необходимое для учебы, одежу, книги, перья с чернилами.       В комнату вчера вечером Вера вернулась поздно. Не хотела пересекаться с соседками, да и вообще с кем-либо. После разговора с директором, а затем и с отцом, она сначала окончательно успокоилась, потом вышла из школы, направляясь в лес. Холста с карандашами у нее с собой не было, так что оставалось только бродить по лесу, ни на кого не наткнувшись. А чтобы уж точно это не произошло или чтобы её просто не узнали, она обратилась в лису. Благо устав школы не запрещает ученикам старших классов выходить за ее пределы на небольшое расстояние и использовать другие формы.       По возвращению, Надя устроила младшей допрос, где та была, что сказал директор и еще куча всего. Вера оставила этот разговор на потом, сейчас у нее не было сил на это отвечать. К тому же ей самой хотелось узнать от подруги информацию, которую та нарыла из учебников. А на все это нужно время.       Используя дупло-портал Романовы и Глинки переместились на окраину Москвы. Добрались до Кремля без происшествий. Хорошо, что семья Нади могла позволить себе водителя и машину, хоть и были проблемы с людским правительством на этот счет. Все таки СССР – страшная штука.       Было все так, как запланировал директор.       Добравшись до места перемещения, милая девушка-ведунья вынесла им коробку, внутри которой лежало два билетика – портключи. Она объяснила подругам то, как именно нужно использовать данные предметы и что с ними делать после использования.       Анна Демьяновна бросилась в слезы, обнимая и уговаривая девочек отказаться. Но уже было поздно. Заявление подписаны, вещи собраны, а люди уже ждут.       Не с самой счастливой улыбкой девочки посмотрели друг на друга. Потом на завуча. После чего потянулись к наполнению коробки. — И все таки этот год будет незабываемый, — тихо сказала Романова. — Это уж точно, — ответила ей Глинки.       Раздался относительный щелчок и девушки испарились, переносясь на тысячи километров от дома. В другую страну. К новым людям.