Это происходит так

***

      «Мне стало известно, о серьезном мошенничестве. Как будто Фезерингтонам и так не с чем было разбираться, мисс Марина Томпсон ждет ребенка. И была она таковой с самого первого дня своего прибытия в наш прекрасный город».       Энтони перелистал многочисленные экземпляры колонки леди Уислдаун за прошлый сезон. С тех пор как она начала печататься, его сестра Элоиза хранила у себя по экземпляру каждого номера. В данный момент он одолжил эти экземпляры. Элоиза просто не знала, что он это сделал. Он воспользовался тем, что его семья в полном составе покинула дом. Он отказался присоединиться к ним, сославшись на то, что у него много работы, но это было неправдой.       Виконт размышлял. Он думал об этом с тех пор, как произошла злополучная поспешная помолвка его младшего брата, Колина, с мисс Томпсон. Из-за всего происходящего, не только из-за откровений леди Уислдаун о состоянии мисс Томпсон, но и из-за собственной драмы с Сиенной и очевидного напряжения между Дафной и Саймоном, он забыл проследить за развитием событий. Но сейчас, в преддверии начала очередного лондонского сезона, который начнется всего через два дня, он хотел проверить свою догадку.       Он внимательно читал газеты, делая пометки каждый раз, когда натыкался на что-то, подтверждающее его теорию. Закончив разбирать каждый номер, он поспешно вернул их в комнату сестры, где и взял их. Он вернулся в свой кабинет, налил себе выпить и снова принялся за свои записи. По мере того как он начинал соединять точки, его догадка казалась все более вероятной. Откровение о мисс Томпсон стало последней подсказкой, которую он должен был найти. Никто не знал о состоянии мисс Томпсон. В прошлом сезоне она была фавориткой среди женихов, в том числе и его брата. Если бы Энтони знал, какую тайну скрывает молодая леди, он бы запретил брату продолжать ухаживать за ней, и уж точно не допустил бы помолвки. Но Порция Фезерингтон оказалась хитрее и умнее, чем он хотел думать о ней.       Поскольку Марина приехала в Лондон уже беременной, во всем светском обществе было всего пять человек, которые могли знать о происходящем, а все остальные пребывали в блаженном неведении. Этими людьми были леди Фезерингтон, мисс Томпсон и три дочери Фезерингтонов. Он был уверен, что покойный барон Фезерингтон ни о чем не догадывался. Поэтому вполне логично, что леди Уислдаун должна быть одной из этих пяти женщин. Он видел, с какой силой Порция подталкивала свою подопечную к светским холостякам, и она ни за что не выдала бы тайну и не разрушила бы свои планы. Очевидно, мисс Томпсон тоже не стала бы сдаваться, ведь ее репутация превратилась бы труху. Пруденс и Филлипа Фезерингтон, хотя и были вполне нормальными, если принять во внимание, кто их воспитал, но ни одна из них не была достаточно умна, чтобы провернуть такое предприятие, как леди Уислдаун, и скрыться от посторонних глаз. Оставалась только Пенелопа.       Пенелопа Фезерингтон уже много лет была неотъемлемой частью семьи Бриджертонов. Она поддерживала тесную дружбу с Элоизой, и Колин тоже считал ее близким другом. Энтони и сам питал к ней слабость. Она была способна осветить любую комнату, в которую входила, а счастье, которое она приносила его братьям и сестрам, вызывало у него уважение. Он подслушивал разговоры, которые она вела с Элоизой, когда рыжеволосая девушка приходила в гости. Она быстро соображает и хорошо начитана. Из всех дам светского общества она была одной из немногих, у кого действительно был мозг и кто умел им пользоваться. Но больше всего он сосредоточился на Пенелопе потому, что, выдав мисс Томпсон, она избавила его брата от унижения, с которым тот, без сомнения, столкнулся бы, когда правда стала известна. Кроме того, Колин не застрял в браке с женщиной, которая неоднократно лгала ему, — браке без любви, пропитанном недоверием и обидой.       Энтони знал, что Пенелопа глубоко привязана к Колину, и она не так хорошо это скрывала, как, по его мнению, она думала. Если бы его брат хоть раз по-настоящему взглянул на нее, он бы увидел ее чувства к нему. Однако Колин умел быть довольно тупым и невежественным. Он был молод, со временем он вырастет из этого, но пока он был слеп к тому, что находилось прямо перед ним. Однако, поскольку Энтони знал о чувствах Пенелопы к Колину, она была единственной из этих пяти женщин, которая готова была проклясть собственную семью, если бы это означало, что она может спасти Колина.       Виконт допил остатки своего напитка, затем быстро написал письмо с просьбой о присутствии мисс Пенелопы Фезерингтон в Бриджертон-Хаусе. Он должен был поговорить с молодой женщиной, и ее визит в Бриджертон-Хаус, что было довольно обычным делом, привлек бы гораздо меньше внимания, чем если бы он попытался пригласить ее. Не говоря уже о том, что он уверен в том, что у нее не было желания обсуждать свое альтер-эго на расстоянии слышимости от матери и сестер. Закончив с сообщением, он поручил своему лакею доставить его в дом Фезерингтонов. Теперь ему оставалось только ждать. Он не ожидал, что это займет слишком много времени.

***

      Пенелопа сидела в гостиной вместе с матерью и сестрами, делая вид, что читает, а на самом деле мысленно готовила первый номер к предстоящему сезону. Она уже решила, что раздача номера состоится во время представления королеве новых дебютанток. Это будет прекрасным всплеском внимания и напоминанием о том, что леди Уислдаун не подчиняется чужим расписаниям, даже расписаниям королевы.       Она сдержала довольную ухмылку, которая хотела расплыться по ее лицу. Ей не хотелось отбиваться от снисходительных замечаний матери. Если бы она улыбнулась и, возможно, даже выглядела счастливой, мать, несомненно, сделала бы замечание о том, что она не должна читать, или о том, что мятно-зеленое платье, которое она купила для себя, придало ей помятый вид. В этот момент в комнату вошел Брайерли.       — Сообщение для мисс Пенелопы.       Такое объявление было не редкостью. Элоиза часто посылала Пенелопе сообщения, приглашая ее в гости. Однако Пен было известно, что Элоиза уехала с семьей в начале дня и до сих пор не вернулась. Она отложила книгу и подошла к Брайерли, чтобы забрать послание. Почерк на записке явно не принадлежал ее лучшей подруге.

«Мисс Пенелопа,

Я хочу обсудить с вами один довольно личный вопрос. Прошу прощения, что не пригласил вас лично, но я считаю, что и для вас, и для меня будет лучше, если мы поговорим наедине в Бриджертон-Хаусе. Я знаю, кто вы. И думаю, мы сможем помочь друг другу. Пожалуйста, приходите при первой же возможности.

Энтони»

      Глаза Пенелопы расширились, и она почувствовала, как замерло ее сердце. Энтони написал ей сообщение с просьбой о встречи, и этого было достаточно, чтобы пульс участился, но слова «я знаю, кто вы» заставили ее чуть ли не задыхаться. Как он мог узнать? В прошлом сезоне она была слишком осторожна, чтобы сохранить свою личность в тайне. Ей хотелось убежать в свою комнату, захлопнуть и запереть дверь, чтобы никогда больше не появляться. Но другая часть, большая часть, призывала ее немедленно выполнить просьбу виконта.       — Мама, Элоиза пригласила меня на чай. Можно мне пойти?       Порция пренебрежительно махнула рукой, даже не удосужившись взглянуть на свою младшую дочь. Невнимание к ней со стороны матери сыграло немалую роль в том, что Пенелопе удавалось легко выбираться из дома и отправляться в типографию под видом служанки леди Уислдаун. Леди Фезерингтон не считала свою третью дочь достойной особых усилий, поэтому Пенелопа решила использовать эту жестокость в своих интересах. Она знала, что мать не изменить. Но это не означало, что она не найдет лучшей возможности использовать недостатки матери в своих интересах.       Пенелопа выскочила из комнаты и сразу же направилась к двери. Поход к Бриджертонам занимал всего одну минуту, поэтому она не должна была беспокоиться о том, чтобы взять что-нибудь из своей комнаты, прежде чем уйти. Она также не нуждалась в сопровождении горничной. Когда с крыльца дома Бриджертонов она могла видеть свою парадную дверь, в этом не было необходимости. Она быстро пересекла улицу; записка Энтони все еще была зажата в ее руке. Она мысленно перебирала в уме все возможные ошибки, которые могла совершить, но, честно говоря, не могла придумать ни одной. Добравшись до дома, она постучала в дверь, и та почти сразу же открылась. Швейцар улыбнулся и отступил назад, чтобы пропустить ее. Услышав стук, он прислонился к дверной раме своего кабинета.       — Здравствуйте, мисс Фезерингтон.       — Лорд Бриджертон. — Его губы скривились в ухмылке, он наклонил голову в сторону своего кабинета, затем оттолкнулся от дверной коробки и вошел в комнату. Пенелопа нервно последовала за ним, но изо всех сил старалась не подавать виду. Она подумала о том, чтобы прикинуться дурочкой, если он обвинит ее в том, что она Уислдаун, но решила, что это, скорее всего, не сработает. Энтони не был глупцом, он не поверит ее притворству. Он подошел к одному из стульев за своим столом и выдвинул его для нее. Она слабо улыбнулась, прежде чем предложить ему сесть. Энтони сел на стул напротив нее со своей стороны стола и ободряюще улыбнулся ей.       — Ты можешь дышать, Пен, здесь только я.       О, он никогда раньше не использовал мое прозвище. Она выпустила воздух, о котором не подозревала. Она знала Энтони всю свою жизнь, он был одним из немногих мужчин, которым она полностью доверяла. Но она не проводила с ним много времени один на один. Будучи виконтом и главой семьи, он имел множество обязанностей, которые заставляли его быть занятым. К тому же, когда она бывала здесь, ее не раз брали в заложники или Колин, или Элоиза, так что у нее не оставалось времени на общение вне их компании.       — Я знаю, простите. Просто ваша записка застала меня немного врасплох. — Она изучала его лицо, пытаясь понять, не выдал ли он чего-нибудь, но он лишь улыбнулся своей легкой улыбкой на красивом лице. Он прислонился к столу и сложил руки вместе, опершись предплечьями о стол.       — Я прошу прощения, это не входило в мои планы. — Его улыбка приобрела озорной блеск.       Она закусила губу и на мгновение отвела от него взгляд. Эти чертовы братья Бриджертоны и их обаяние.       — Должна сказать, что лорд Бриджертон…       Он прервал ее.       — Энтони.       Она на мгновение замешкалась, прежде чем начать снова.       — Должна сказать, Энтони, я думаю, что это сделано намерено. — Она увидела, как удивленно поднялись его брови. Если он хотел поиграть в игру, это было прекрасно. За последний сезон она в совершенстве овладела искусством игры.       Энтони начал замечать связь между Пенелопой и леди Уислдаун. Пенелопа была неизменно милой, понимающей и стремилась видеть хорошее в каждом. Но он также знал, что жизнь преподнесла ей довольно болезненные уроки, и лучше, чем кто-либо другой, понимал, как это может ожесточить тебя. Она просто лучше скрывала свои шрамы. Он носил свои шрамы как броню, она же использовала свои, чтобы орудовать словами как оружием. В ней есть задор, который проявлялся только тогда, когда она писала как леди Уислдаун. И, видимо, когда кто-то узнавал об этом. Откинувшись в кресле, он негромко захихикал.       — Справедливо. Итак, Пенелопа, есть ли у тебя что-нибудь, что ты хотела бы мне рассказать?       Она могла сказать, что он был немного шокирован ее поведением. Ей всегда было интересно, как она отреагирует, если кто-то узнает ее секрет. Она думала, что будет горячо отрицать обвинения и постарается свалить все подозрения на кого-нибудь другого. Но, как оказалось, она была немного рада, что кто-то знает правду. Все были очарованы «Леди Уислдаун», готовы были платить, лишь бы заполучить следующий выпуск. Она сделала это, создала феномен с нуля. И теперь кто-то знал об этом.       — Судя по твоему письму, похоже, ты тот, кто хочет мне что-то сказать.       Энтони должен был отдать должное молодой женщине. Она не отступала. Она не извинялась и не пыталась опровергнуть его намеки.       — Мне нравится, что ты не пытаешься убедить меня в том, что я ошибаюсь.       — С чего бы мне не гордиться тем, что я делаю? — вздохнула Пенелопа, прислонившись к спинке кресла. — Ты прав, Энтони, я — леди Уислдаун. И я не сожалею об этом.       Должен сказать, что в этот момент он почувствовал гордость за нее. Как женщина, она не могла позволить себе многого в этом мире. Но она создала нечто необычное и не собиралась расстраиваться из-за того, что обманула их всех.       — Хорошо, ты не должна сожалеть.       Это застало ее врасплох.       — Что?       Энтони рассмеялся над ее переменой в поведении.       — Удивлена?       Пенелопа не могла сдержать озадаченного выражение, которое появилось на ее лице.              — Ну, вообще-то да.       — Я подумал, что ты расстроилась из-за фразы «Я знаю, кто ты». Я написал это для того, чтобы ты пришла, и это сработало. — Она бросила на него игривый взгляд, отчего его улыбка стала больше. — Но если ты помнишь, я написал, что мы можем помочь друг другу. Но прежде чем мы перейдем к этому, я должен узнать. Как тебе пришла в голову идея создания Уислдаун?       Пенелопа вздохнула, вспоминая, когда она впервые решила опубликовать колонку.              — Это было после первого бала. Теперь, будучи представленной, я увидела общество по-другому. Наш мир наполнен напыщенными и самовлюбленными мужчинами и коварными женщинами, терзающими других женщин, потому что нам внушили, что мы друг другу конкуренты, когда дело доходит до выгодных партий. — Энтони почти почувствовал, что он должен защищаться, но он знал, что она говорит в общих чертах. — Мужчины говорят о женщинах так, будто они — призы, которые нужно выиграть, или еще более тяжкое бремя, которого нужно избежать. Женщины оценивают мужчин по тому, насколько они ценны или какими титулами обладают. Каждый играет свою роль, скрывая свое истинное «я» и все скелеты, которые могут быть в его шкафу. Наше общество придает больше значения внешнему облику, чем тому, что скрывается внутри. — Пенелопа слегка ухмыльнулась. — Я подумала, что пришло время это изменить.       То, как она описала свое видение общества, стало для него поразительным откровением. Услышать, как выглядит светское общество глазами молодой женщины, звучало довольно мрачно.       — Ты, безусловно, преуспела в своем начинании. Как ты узнала всю информацию? Ведь ты знала все.       Она слегка рассмеялась.       — Я просто тихоня, Энтони. Разве ты не заметил? — Она усмехнулась, наблюдая за тем, как он ломает голову над тем, что ответить. Если он скажет «да», это будет плохо, потому что он признает отсутствие у нее ухажеров, приглашающих ее на танец. Если же он скажет «нет», это будет еще хуже, потому что покажется, что он вообще ее не заметил. Пенелопа хихикнула. — Нет правильного ответа на этот вопрос, не так ли?       Он покачал головой от того, насколько забавной показалась ей его попытка ответить, как подобает джентльмену.       — Нет, не существует. — Он бросил на нее взгляд. — Тебе не стоит быть такой строгой к себе.       Она отмахнулась от его заботы.       — Я смирилась с этим. Как бы то ни было, у людей развязываются губы, когда речь заходит о маленьких секретах. Они, честно говоря, даже не замечают, что я их слушаю. Леди и джентльмены просто выбалтывают свои секреты без предисловий. А в сочетании с пристальным наблюдением… привет, леди Уислдаун. — Она встала и подошла к корешкам книг на его полке. — Найти типографию и договориться о наилучшем способе доставки оригинальных черновиков оказалось довольно просто. Я притворяюсь служанкой Уислдауна, использую фальшивый акцент, чтобы еще больше защитить свою личность, нанимаю извозчиков только тогда, когда…       — Что ты делаешь? — Она повернулась и увидела, что Энтони стоит с встревоженным выражением лица. — Пенелопа, ты же молодая леди!       — Я знаю об этом.       Виконт обогнул свой стол и встал перед ней.       — Это опасно.       Пенелопа слабо улыбнулась ему.              — Все в порядке. — Она поняла, что он не согласен, и вернула разговор к первоначальной причине, по которой она здесь и раскрыла ему все свои секреты. — Ты сказал, что мы можем помочь друг другу. Чем же?       Энтони хотел еще поспорить с ней о наемных каретах, но из-за ее вопроса он подумал о другом способе отблагодарить ее за помощь. Если она, конечно, согласится.              — Одну секунду. — Он подошел к двери и высунул голову, чтобы попросить принести чай в кабинет. Хотя он чувствовал, что не отказался бы выпить еще, он не считал это уместным, учитывая его нынешнюю компанию. Сделав это, он предложил Пенелопе руку, чтобы проводить ее к дивану, стоящему у задней стены комнаты. Вскоре после того, как они уселись, вошел один из сотрудников с полным чайным сервизом для них двоих. Энтони на мгновение уставился на чай, а затем бросил на нее виноватый взгляд. — Прошу прощения, я не знаю, как ты пьешь чай. Когда я принимаю гостей, от меня обычно требуется только налить стакан виски. Я не очень хорошо разбираюсь в том, как принимать молодых леди.       Пенелопа прикусила губу: он был слишком милым.       — Не волнуйся, на этот раз я тебя прощу. — Он внимательно следил за тем, как она готовит чай, откладывая это в памяти. Если она согласится на его предложение, он будет принимать ее у себя регулярно.       Отказавшись на время от спиртного, он глубоко вздохнул.       — Итак, поможем друг другу. У меня есть к тебе предложение. — Она кивнула ему, чтобы он продолжал. — Как тебе известно, мой долг как виконта и старшего сына — продолжить род Бриджертонов. Я должен жениться на молодой женщине, с которой смогу провести остаток жизни и произвести на свет как минимум наследника и запасного. — Пенелопа слегка нахмурила брови от его слов, но он, казалось, этого не заметил. — Как леди Уислдаун ты знаешь все обо всех, включая юных леди светского общества. Ты также знаешь меня. В этом сезоне я буду искать себе жену. И ты должна помочь мне ее найти.       Пенелопа в шоке отпрянула от него.       — Что? Ты хочешь, чтобы я помогла тебе найти жену? Энтони, я веду газету сплетен, а не работаю свахой!       Энтони напустил на себя фальшивое удивление.       — Нет, я не знал. — В его словах прозвучал сарказм. — Я знаю, что это сплетни, но статьи пишешь ты, зная все, что можно знать о каждом в светском обществе. — Он встал и подошел к своему столу. Порывшись в небольшой стопке бумаг, он нашел то, что искал, и принес это обратно. — Я составил список молодых женщин, которые могут стать потенциальными кандидатками. Однако я составил этот список на основе собственных знаний и наблюдений. Я надеялся, что ты взглянешь на него.       Пенелопа взяла предложенный лист бумаги, но едва взглянула на него, прежде чем снова уставиться на стоящего перед ней мужчину широко раскрытыми глазами.       — Почему ты хочешь знать мое мнение?       Энтони устремил на нее решительный взгляд.       — Потому что ты умная и, как я уже сказал, знаешь меня. Ты знала меня всегда. Ты поймешь, какие качества мне нужны в жене. Ты, несомненно, знаешь об этих женщинах больше, чем я, и сможешь сообщить мне, есть ли среди моих кандидаток подходящие варианты или нет. Так я не буду терять время.       Пенелопа изо всех сил старалась протиснуться сквозь нахлынувшее на нее смятение.              — Энтони, зачем так торопиться? Почему бы просто не использовать сезон, чтобы познакомиться с юными леди по старинке? Не всегда можно изложить на бумаге все, что есть в человеке. — Тут ее осенило другое. — А как же твоя мать?       Виконт бросил на нее недоверчивый взгляд.       — Какое отношение к этому имеет моя мать?       Рыжая слегка насмешливо улыбнулась.              — Всем известно, что твоя мать желает, чтобы все ее дети нашли свою половинку, как она. Как нашла Дафна. Разве ты не хочешь этого?       Энтони отвернулся от нее и побарабанил пальцами по подлокотнику дивана.       — Есть вещи, с которыми мне пришлось смириться, когда я стал виконтом в 19 лет. В то время как большинство мужчин в двадцать лет отправляются смотреть мир или балуются различными увлечениями, я учился управлять поместьем. В то время как молодой человек, возможно, решил бы попробовать свои силы в любви и ухаживаниях, я помогал матери воспитывать братьев и сестер. Пока другие джентльмены в прошлом сезоне могли сосредоточиться на том, чего они хотят для себя, я готовил сестру к дебюту и общался с потенциальными женихами. Мои обязанности никогда не прекратятся, мои обязательства перед семьей никогда не будут окончены. У меня нет времени на то, чтобы попытаться влюбиться.       Пенелопа почувствовала, как ее сердце сжалось от его судьбы.       — Энтони, ты еще молод. Ты не обязан жениться в этом сезоне, если не хочешь.       — Может, я еще и не за старый, но я также не становлюсь моложе Пен. — Она улыбнулась, когда он снова использовал ее прозвище. Даже если он узнал ее, было приятно поговорить с кем-то, кроме Колина. Она до смерти любила Колина, но при этом знала, что ее друг незрел и немного самовлюблен. Да, она была привязана к нему, но начинала сомневаться, что это действительно та великая любовь, о которой она когда-то мечтала. Энтони был гораздо взрослее и опытнее в жизни. Это делало беседы гораздо более интересными. — Уверен, ты находишь мои рассуждения слишком аналитическими.       — Немного.       Энтони повернулся к ней всем телом и взял ее руки в свои.       — Вот почему ты должна помочь мне. Если мы смешаем мой логический подход с твоим, то сможем найти золотую середину. Ты поможешь мне смягчить подход к любым возможным кандидаткам.       Пенелопа рассмеялась.       — Хорошо, первый способ смягчить подход? Перестать называть их кандидатами!       Виконт наклонил голову в знак согласия.       — Обязательно. И я тоже могу помочь тебе. Прежде всего, не надо больше ездить в город на наемных каретах. Я попрошу лакея из моих апартаментов доставлять твои черновики в типографию.       — Отчасти я делаю это самостоятельно, чтобы меньше людей было задействовано.       — Я понимаю, но то, что лакей ходит в город, не считается странным. Как и то, что человек отправляет что-то в типографию. Это поможет твою вашу личность в тайне, ведь ты не будете исчезать в неположенное время.       Пенелопа была вынуждена признать, что идея не лишена смысла. Она всегда боялась, что кто-нибудь увидит, как она ускользает. Это вызвало бы подозрения, почему светская молодая леди пользуется наемным экипажем, а не каретой своей семьи.       — Мне придется написать письмо для печатника, объясняющее изменения. Иначе он не примет твоего лакея. У нас с печатником сложились взаимовыгодные рабочие отношения. Он не станет обсуждать дела Уислдауна с кем попало.       Энтони усмехнулся.       — Пиши свое письмо. Приложи его к черновику следующего номера, и лакей доставит их вместе. Ты можешь отдать свои черновики мне, а я передам их ему.       Молодая писательница согласилась. Было приятно осознавать, что на ее стороне будет Энтони. Если в этом будет разбираться авторитетный джентльмен, который сможет помочь ей, все станет намного проще и безопаснее.       — Хорошо, звучит как план.       — Я также могу помочь получить больше информации для колонки. Ты можешь собирать информацию на балах и чаепитиях, но я могу найти ее в клубах. Там происходит множество скандальных вещей.       Пенелопа бросила на него растерянный взгляд.       — Разве смысл джентльменского клуба не в том, что скандал может и будет происходить там без последствий?       Энтони дьявольски улыбнулся ей.       — Ты так думаешь? — Она пожала плечами. — Не то чтобы там поощрялось распутство, хотя оно может иметь место. Но ты думаешь, что люди распускают языки в окружении тихонь? — Его глаза сверкнули озорством. — Они еще более раскованны и гораздо менее разборчивы, когда рядом только мужчины.       Рыжая задохнулась от его откровенности.       — Ты удивляешь меня, Энтони Бриджертон.       Он наклонил к ней голову.       — И ты меня, Пенелопа Фезерингтон.       Пара разразилась смехом. Пенелопа глубоко вздохнула.       — Значит, дело в том, что я помогаю найти тебе жену, используя мою колонку, а ты взамен помогаешь мне поддерживать ее в рабочем состоянии, сохраняя при этом мою личность?       — Верно.       Она обдумала все еще пару минут, затем протянула ему руку.       — Договорились. — Энтони победно улыбнулся, взял ее руку и крепко пожал. — Я верю, что это начало прекрасной дружбы.       Он приподнял ее руку и провел губами по костяшкам пальцев.       — Не могу не согласиться.       Пенелопа потянулась за листом бумаги, который она ранее отложила в сторону.              — Хорошо, давай посмотрим на твой список. — Энтони придвинулся к ней поближе, чтобы он мог читать список через ее плечо. — Ну, первое — это определенно «нет».       — Почему?       — Скажем так, она очень щедро платит конюху чаевые.       Энтони понимающе кивнул, взял со стола перед собой перо и вычеркнул имя.              — Действительно, нет.