Вселенная Stray Kids 2

АйЕн начал искать Сынмина, но тот не был в зале. Вместо этого он видит других мемберов, занятых своими делами. Чан и Чанбин сидели неподалёку, тихо беседуя друг с другом. Хёнджин растянулся на диване и прикрыл лицо шапкой; трудно было сказать, дремлет он или просто отдыхает. Где-то в углу Феликс погрузился в свой Nintendo, полностью отдавшись игре. Хан и Лино не могли оставить его равнодушным своими шутками и весельем, поэтому АйЕн решил подойти к ним. — Как вы провели медовый месяц? — поинтересовался АйЕн с лёгкой улыбкой. — О, только сейчас спрашиваешь? — улыбнулся в ответ Лино, взгляд его светился юмором и добродушием. — Отлично, — добавил Хан, обнимая супруга за плечо. АйЕн нахмурился, вспомнив, что обнаружил нечто странное в их фотографиях. — У вас ничего странного не происходило? — В смысле странное? — Лино нервно рассмеялся, словно вспоминая что-то необычное. — Я писал вам, что в фотографиях обнаружил необычное, а вы игнорировали.— пояснил АйЕн. Минсоны обменялись взглядами: "Стоит поделится?" — Ну... ты не поверишь, если мы расскажем, — начал Лино. АйЕн и Минсоны находились в комнате звукозаписи, где царила полная тишина, нарушаемая только приглушёнными звуками из роликов, которые АйЕн просматривал на телефоне Хана. Видеозаписи, извлеченные из камеры. — И вы думаете, это связано с камерой? — спросил АйЕн, подняв глаза от экрана и посмотрев на Лино и Хана с нескрываемой заинтересованностью. Оба кивнули в ответ, выглядели они немного загадочно, как будто за этим кивком скрывалось больше, чем простая догадка. — Когда вы успели побывать в лесу Аокигахара? — Нет, не мы были. А Мина, — ответил Лино, взвешивая свои слова. — Почему она вам дала? — Я попросил одолжить у неё, — признался Хан.— Но мы не можем понять, что призрак нам хочет сказать. АйЕн на миг задумался, перебирая в голове всевозможные варианты и вспоминая места, где можно найти ответы на такие странные вопросы. — Лавка гадалки, — наконец произнёс он, словно осенила его какая-то мысль. — Что? — не расслышал Хан, его брови изогнулись в лёгком недоумении. — Есть лавка гадалки рядом с вами дома. — Лавка? — переспросил Хан, явно не зная о существовании этого местечка. Его голос выражал смесь удивления и недоверия. — Да. — кивнул АйЕн. Минсоны осторожно следовали за ним, который вел к гадалке. — Почему я раньше не видел эту лавку? — пробормотал Лино, прищуриваясь перед её входом. Маленькая и неприметная снаружи, лавка выглядела так, словно она здесь всегда была, просто спрятана от невнимательных глаз. АйЕн слегка нервничал, но чувство волнения подталкивало его, и он решительно потянулся к дверной ручке. Дверь слегка заскрипела, открывая им вид на полутёмное помещение, наполненное ароматом благовоний и мерцающим светом свечей. Внутри, за маленьким столиком, сидела гадалка. Казалось, она уже знала о их приходе. Пригласила их войти и занять места перед ней. Чан шел по улице с лёгким волнением и надеждой, сжимая в руках букет розовых роз. Он тщательно подбирал эти цветы, для Амели. Подойдя к двери её квартиры, Чан на мгновение замер, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Он нажал кнопку звонка и отступил на шаг, ожидая, когда она откроет дверь. Спустя несколько секунд Амели ответила, но не открыла дверь. — У меня аллергия на цветы, — соврала она. Чан, не ожидавший такого ответа, замер в растерянности. Ему сложно было уловить все оттенки её интонации, но прозвучавшие слова сбили его с толку. Его плечи поникли. Букет роз, который он держал с такой надеждой, теперь казался бесполезным. Чан тяжело вздохнул, ощущая, как на сердце ложится тяжёлый груз. Он медленно повернулся и начал уходить прочь. Его телефон завибрировал, извещая о новом сообщении. Это было от Лино, который попросил его прийти домой, так как хотел обсудить кое что. Подходя к зданию, Чан заметил у входа Сынмина, который как раз собирался зайти внутрь. Он позвал его: — Эй. Сынмин обернулся с лёгким удивлением. Чан, не говоря ни слова, протянул ему букет роз. Встревоженный и немного озадаченный, Сынмин посмотрел на цветы, пытаясь понять, откуда они и что это значит. Чан промчался мимо него, заходя внутрь и оставляя Сынмина с букетом на пороге, всё ещё пытаясь осознать, что произошло и зачем ему вручили эти цветы. Немного позже пришли Минсоны и АйЕн. Они только что вернулись из лавки гадалки. АйЕн сразу заметил Сынмина с букетом роз, выглядящего слегка смущённым. — Что ты... — начал было спрашивать АйЕн, указывая на цветы. — Это тебе, — быстро сказал Сынмин, вручая АйЕну букет. Хан и Лино, идущие позади АйЕна, заметили это и обмениваясь ухмылками, быстро зашли внутрь. АйЕн, хоть и удивленный, все же смог сохранить легкую улыбку, принимая изящный букет роз от Сынмина. Они продолжали двигаться по коридору к квартире. — Что за повод? — с любопытством спросил АйЕн, всё ещё слегка улыбаясь от неожиданного подарка. — Просто с улицы подобрал, — небрежно ответил Сынмин, пожав плечами. Ответ звучал шутливо. На мгновение АйЕн замер, осознав, что букет оказался куда более неожиданным подарком, чем он предполагал. Улыбка начала исчезать с его лица. Позади него приближался Феликс, напевая себе под нос какую-то мелодию и явно пребывая в хорошем настроении. АйЕн, решивший не оставаться с букетом, протянул цветы Феликсу: — На... Феликс, несколько растерянный, снял наушники и не сразу осознал, что перед ним стоит АйЕн с подарком в руках. — А? — произнёс он, подняв брови в удивлении, принимая букет, когда АйЕн прошёл мимо и ушёл следом за Сынминым. В этот момент появился Хёнджин из соседней квартиры. Взглянув на Феликса, держащего букет и выглядящего несколько озадаченно, он расплылся в теплой приветливой улыбке. — О, Енбок, это же прекрасно, — сказал Хёнджин, полагая, что букет предназначен ему. Он принял цветы с лёгкостью и благодарностью. Феликс открыл рот, собираясь объяснить Хёнджину, что в действительности произошло недоразумение. Как будто из ниоткуда, Чанбин подошёл к ним. Громадные плечи и сильное телосложение как бы заполнили собой пространство, не оставляя ни малейшего шанса для отступления или сомнений. — Давайте, заходим, — сказал он, слегка подталкивая Феликса и Хёнджина внутрь. Все удобно расположились в гостиной. Шумливое пространство наполнилось оживлёнными разговорами и смехом. Диван оказался центром притяжения, и почти все поселились на нём, кроме Минсоны. Они предпочли остаться стоять перед остальными, явно готовясь сообщить что-то. Хан, ощущая волнение от предстоящего объявления, бросил взгляд на Лино. Тот ответил ему почти невидимым, но обнадёживающим кивком. — У нас есть новость, — наконец произнёс Хан, ловя взглядами всех присутствующих. Чанбин скрестил руки на груди и, улыбнувшись, перебил: — Что развод? Феликс лёгким движением руки слегка задел Чанбина по плечу в знак неодобрения. — Ау! — вскрикнул Чанбин, потирая место удара, но одновременно и улыбаясь, показывая, что он не обижен. Его взгляд скользнул от Феликса к Лино, который в этот момент просто смотрел на него с лёгким укором. — Я же шучу, — добавил Чанбин. Хан едва успел открыть рот, чтобы начать своё объявление, как внимание собравшихся привлёк Хёнджин. Он, не обращая внимания на происходящее, увлечённо позировал с букетом, делая селфи под разными углами. Лино, чьё терпение истощилось, взглянул на Хёнджина с явным раздражением: — Хватит, и верни АйЕну букет, — сказал он с ноткой строгости в голосе. Хёнджин, слегка отвлеченный от своего занятия, посмотрел на Лино с вопросом: — АйЕну? — переспросил он, намекая на недопонимание. АйЕн в этот момент тоже присоединился к разговору: — Это не мой. Сынмин подобрал с улицы, — объяснил он, приводя всех в ещё большее замешательство. Когда Хёнджин услышал это, он быстро потерял к букету интерес и бросил его в сторону, словно ненужную вещь. — Хоть нас слушать будете или нет?! С этими словами, в жесте, полным раздражения, Лино поднял букет и бросил его в мусорную корзину у стены, пытаясь привлечь внимание всех к объявлению, которое они с Ханом хотели сделать. — Эй! Ты чего? — возмутился Чан, услышав звук падающего букета. Он вскочил и бросился к урне, недовольно воскликнув: — Деньги на ветер! Чан, до сих пор сжимая в руках букет, который теперь выглядел немного потрёпанным после того, как он несколько раз попадал в разные руки и оказался в урне, сидел на краю дивана. Его взгляд был отрешённым, будто он размышлял, как долго ещё придется носить этот ненужный подарок. Букет теперь выглядел слегка потертым: несколько лепестков были повреждены, а стебель, будто изначально не очень крепкий, слегка согнулся. В этот момент Хан, который всё это время ждал подходящего момента, чтобы продолжить разговор, наконец открыл рот. — Мы хотим полететь в Японию. — А что делать там? — спросил Сынмин, не скрывая интереса. Хан на секунду задумался, а затем ответил, стараясь придать разговору немного таинственности. — Ну... есть кое-что... дела, — сказал он, давая понять, что говорить больше он пока не готов. Этот ответ заставил всех насторожиться. Тем временем Хёнджин, чьи мысли часто блуждали в других направлениях, не мог не заметить несостыковки в плане поездки. — Какие дела? Вроде до нового года нет этой поездки, — произнёс он, поднимая бровь и слегка удивлённо глядя на Минсонов. Этот вопрос тоже был уместным: они не упомянули о поездке раньше, и такой внезапный анонс выглядел странно. Минсоны обменялись взглядами, и, словно решив, что теперь не время скрывать правду, начали рассказывать о том, что происходило в их медовый месяц. Их истории были странными, и все присутствующие почувствовали, что что-то действительно необычное произошло, что заставило их решиться на столь неожиданную поездку. Чанбин, который всегда был готов посмеяться над любым абсурдом, не удержался от смеха. — Смешно, призрак из камеры? — спросил он, кидая вопрос с улыбкой. Хан взглянул на настенные часы. — Скоро Мина приедет, — произнес он. Чан, услышав это имя, резко встал. Его лицо стало мрачным, и в глазах проскочила тень нежелательных воспоминаний. — Я лучше пойду, — сжатым голосом произнес он, избегая встречи взглядом. Он не желал снова сталкиваться с ней — с человеком, который когда-то значил для него слишком много. — Можно уйти? — спросил он, оборачиваясь к Лино, который сидел, глубоко погрузившись в раздумья. Лино на мгновение замер, затем кивнул. — Ладно, — сказал он, понимая, что не может удержать желание Чана. — Я тоже пойду, — добавил Чанбин. — Я тоже, — произнес Сынмин, вставая и быстро поправляя свой пиджак. — Мне не хочется долго носить этот костюм. С этими словами трое друзей стремительно покинули помещение. Чан выходит из лифта своего общежития. Он услышал крики ещё издалека, и его сердце екнуло — источник шума находился в квартире Амели. Не раздумывая ни секунды, он бросился к её двери, которая была широко распахнута. В центре комнаты, с лицом, искажённым гневом, стоял мужчина, который громко выкрикивал, обращаясь к Амели: — Где она прячется? — его голос дёргался от напряжения. — Где моя жена?! В уголке комнаты, у стены, Амели, казалось, вся была скована страхом, озираясь по сторонам в поисках поддержки. Чан, без колебаний переступив порог, громко произнёс: — Эй! Мужчина, будто только что заметив его присутствие, повернулся с агрессией во взгляде. — Ты кто такой? Убирайся! — прорычал он, не скрывая своего гнева и раздражения. Захваченный вихрем эмоций, Чан не успел ответить, как тот схватил его за куртку: — Где Миа?! Амели, видя, как ситуация накаляется, попыталась вмешаться, обращаясь к зятю со слезами на глазах, но он, не раздумывая, грубо оттолкнул её в сторону. Этот поступок стал последней каплей для Чана. Его лицо побагровело от злости, и в следующую секунду он ударил мужчину в лицо, заставив его пошатнуться и разжать хватку. В полицейском участке. Чан и мужчина находились по разные стороны стола, их состояние выдавалось лёгкими ссадинами и растрёпанными волосами. Каждый старался смотреть в противоположную сторону, избегая встречаться взглядом. Амели сидела рядом с Чаном. Полицейский, сидящий за столом напротив них, внимательно разглядывал присутствующих, его брови были слегка нахмурены. — Значит, он твой зять? — обратился он к Амели, указывая на мужчину. — Да, — ответила она, немного поникшим голосом, подтвердив его предположение. Полицейский слегка кивнул, записывая что-то в своём блокноте, затем перевёл взгляд на Чана: — А ты... — начал он, подбирая слова, пытаясь понять его роль в этой истории. — Я сосед, — быстро вмешался Чан, ответив коротко и уверенно, прежде чем полицейский успел закончить свой вопрос. — ...и ударил его. — Он угрожал и оттолкнул её, — настаивал он, его голос был полон решимости и праведного гнева. Амели, сидящая рядом, покачала головой, глядя в сторону: — Не стоило бы вмешиваться. Чан тут же повернулся к ней, его глаза полыхнули недоумением: — Что? — он не мог поверить тому, что слышал. — Что он бы сделал, если я не вмешался? Амели встретила его взгляд, её голос дрогнул, но она продолжала: — Это семейное дело. Чан крепче сжал кулаки. — Амели, ты не видела, насколько он разошёлся. Я сделал то, что был должен сделать, — его голос дрожал от внутреннего конфликта. Амели, немного смягчившееся, ответила: — Не надо мне помогать... или ты пытаешься произвести впечатление? — Произвести впечатление?! В этот момент полицейский, наблюдающий за их беседой решительно вмешался: — Всё, всё, потом разберитесь! — его голос прозвучал чётко и командным тоном, заставляя обоих замолчать. В дверном проёме одновременно появились менеджер и Миа. Неожиданно столкнувшись, они оба отступили назад, чтобы не толкаться. — Извините, — быстро произнес менеджер, посторонившись и пропуская Миа первой. Каждый из них направился к своей цели. Менеджер уверенно прошёл к Чану, его лицо было серьёзным и немного озабоченным. Миа же быстрыми шагами направилась к своему мужу, где её глаза полыхали негодованием. Она без колебаний ударила мужа в спину, чтобы привлечь его внимание. — Ты спятил? — добавила она с яростью в голосе. Её муж резко повернулся к ней, его лицо выражало смесь удивления и обиды: — Где ты была, чёрт возьми?! — воскликнул он, встав и начав ссориться с женой. Тем временем менеджер, подойдя к полицейскому, слегка поклонился. — Здравствуйте, — сказал он, прежде чем переключить внимание на Чана, его голос выразил смесь упрёка и беспокойства. — Что ты творишь? — спросил менеджер, глядя на Чана с озабоченным выражением лица. Чан поднял глаза на менеджера. Спустя некоторое время ситуация в участке окончательно прояснилась, и Чан вместе с остальными покидали помещение. Менеджер, помогающий уладить формальности, подошёл к фургону и открыл для Чана дверь. Чан на мгновение задержался, взглянув через плечо. Неподалёку, немного в стороне стояла Амели. Чан посмотрел на неё с тёплой улыбкой и, сделав шаг вперёд, обратился к ней: — Поехали со мной. Амели замерла от этой неожиданной. Она задумалась, быстро прокручивая в голове события последних часов, прежде чем улыбнулась, её глаза стали мягче. — Хорошо. Чан распахнул дверь фургона шире, жестом приглашая её сесть рядом с собой. Лино стоял на кухне, сосредоточенно помешивая чай в старом чайнике. Он внимательно следовал рецепту, полученному от гадалки. Его пальцы неторопливо добавляли в чайник таинственные травы и специи, обещавшие принести ему сны, которые могут пролить свет на нынешнюю ситуацию. Феликс, стоявший рядом, наблюдал за процессом с интересом. — Правда думаешь, что сон подскажет? — спросил Феликс, не отрывая взгляда от чайника. Лино слегка пожал плечами, не прекращая помешивать. — Не уверен, но стоит пробовать, — ответил он уверенно. — Никогда не знаешь, какая информация может оказаться полезной. Тем временем в соседней гостиной разворачивался напряжённый спор. Хан и Мина стояли лицом друг к другу, их разговор становился всё более накалённым. — Ты специально мне дала камеру, чтобы избавиться от неё? — голос Хана был полон недоумения и упрёка. Мина поспешно возразила, нахмурив брови: — Нет! Я правда не знала! — Ты уже успела в YouTube вложить? — недовольно уточнил Хан. — Да, — неохотно призналась Мина. — Удали! — потребовал он, его голос стал жестче. — Что? — воскликнула Мина, её глаза расширились от удивления и недоверия. — Ни за что! — Это ему не нравится, — пояснил Хан, стараясь быть терпеливым. — Кому не нравится? Призраку? — усмехнулась она, но в её голосе прозвучало больше беспокойства, чем она хотела показать. — Он всё равно мёртв. Внезапно произошло нечто странное: настольная лампа, стоявшая несколько секунд назад неподвижно, внезапно сорвалась с места и с грохотом влетела в стену возле Мины. Её вопль ужаса пронзил воздух. — Что за черт?! — закричала она, отступая назад. Хан стоял разводя руками в жесте тихого раздражения, словно обращаясь к невидимому собеседнику. — Да ладно, ещё и лампу разбил, — сказал он, обращаясь к предполагаемому духу, будто бы это было что-то повседневное и неизбежное. Мина, услышав слова Хана и увидев последствия внезапного происшествия, почувствовала, как её охватывает волнение и лёгкий страх. Она сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, но всё же разглядывая место, где только что стояла целая лампа. Из кухни раздался голос Лино. — Чай готов! В гостиной Хёнджин сидел на диване, погружённый в свои мысли. Феликс, вернувшись из кухни, подошёл к нему и протянул чашку с горячим чаем. — Вот, пей, — сказал он с заботой, осторожно передавая чашку. Хёнджин, немного отвлечённый от своих размышлений, принял чашку из рук Феликса. После того как Хёнджин допил чай, Феликс помог ему лечь на диван, заботливо поправляя подушку, чтобы ему было удобнее. — Ты должен поспать, хоть немного, — сказал Феликс мягким голосом, нежно теребя волосы Хёнджина, словно пытаясь убаюкать его. Хёнджин, чувствуя его заботу, улыбнулся: — Постараюсь, — ответил он, чуть прикрыв глаза и позволяя усталости взять верх. Тишину прервал внезапный шорох из-под дивана. Оттуда высунулась голова АйЕна, его глаза светились озорством. — Засыпай, — начал он петь какую-то простую, но мелодичную песню, пытаясь создать расслабляющую атмосферу, хотя его присутствие само по себе было довольно неожиданным. Хёнджин, смеясь, слегка подтолкнул лицо АйЕна рукой: — Вали. Лино, наблюдавший за происходящим из кухни, подошёл ближе, чтобы вмешаться в дружеское беспокойство: — Ликс, ты мешаешь ему засыпать, — заметил он с мягкой укоризненной улыбкой, понимая, что Феликсу сложно разорвать контакт с другом. Феликс, видя, что больше не нужен, надул губы в лёгком притворном недовольстве, но понимал, что Лино прав. — Ладно, — соглашается он с притворной обидой. Оставив Хёнджина одного, Феликс АйЕн и Лино тихо удалились, оставляя его в мягком, полумраке комнаты. Чай начал действовать почти сразу, избавляя Хёнджина от усталости и позволив ему глубоко погрузиться в сон. Он почувствовал, как его тело становится всё более лёгким, словно его уносит куда-то прочь по волнам бессознательного. В одной из таких волн он ощутил легкое потрясение и неожиданно пришёл в сознание, осознав, что лежит на чём-то холодном и твёрдом. Открыв глаза, Хёнджин увидел над собой не привычный потолок, а безграничное небо, расчерченное вершинами высоких деревьев, которые колыхались в такт лёгкому ветру. Ощущая под собой шершавую текстуру земли и крепкий запах листвы, Хёнджин медленно повернулся на бок и поднялся на ноги. Он огляделся вокруг, пытаясь разобраться в необычной обстановке. Хёнджин быстро повернулся, удивлённый услышать японскую речь за своей спиной. Перед ним стоял незнакомец. — Ты в лесу Аокигахара, — повторил незнакомец. — А... эм... — начал Хёнджин, пытаясь осознать сказанное, но его мыслительный процесс был резко прерван знакомым криком, доносившимся откуда-то из глубины леса. Это был Лино. Хёнджин сразу его узнал, и сердце его сжалось от беспокойства. Он инстинктивно сделал шаг в сторону звука, полностью сосредоточившись на мысли о друге. — Не обращай, — внезапно произнёс незнакомец, вновь привлекая его внимание. — Это Лино... — произнёс Хёнджин, обеспокоенно посмотрев в сторону, откуда раздавался крик. Он уже был готов броситься на помощь, но незнакомец неожиданно схватил его за руку, остановив. — Сначала меня найти, — твёрдо сказал незнакомец. — Что? — неуверенно откликнулся Хёнджин, не совсем понимая смысл сказанного. Но его беспокойство за Лино было сильнее любого страха или сомнения. Он отдёрнул руку, вырвав её из захвата незнакомца, и, не оглядываясь, побежал на крик. Бег по лесной тропе был быстрым и отчаянным, единственным ориентиром для него был крик друга. Под ногами шумели листья, и каждый шаг отдавался эхом между деревьями. Хёнджин продолжал мчаться, дорога которая казалась бесконечной и изматывающе темной. Крик Лино всё ещё доносился издалека, как недостижимый зов помощи, и это не оставляло Хёнджина в покое. Он чувствовал, как усталость начинает одолевать его, но на кону было слишком многое. Ноги начали подкашиваться, и в момент отчаяния он упал на колени, его дыхание стало тяжелым и прерывистым. Сделав несколько глубоких вдохов, он заставил себя поднять голову. Вокруг нависали зловещие силуэты деревьев, словно пытались задушить свет, и в этом полумраке его взгляду предстало жуткое зрелище. На ветвях деревьев висели несколько фигур — мёртвые тела, повешенные в неестественных позах. Объятый страхом и ужасом, Хёнджин громко закричал, отрезая себя от этого жуткого видения и отступая назад в панике. За его спиной что-то твёрдое преградило путь. Быстро обернувшись, он увидел труп с пакетом на голове, безжизненно стоящий прямо перед ним. Сдавленный крик снова вырвался из его горла, и адреналин в мгновение ока вернул силы, прогнав оцепенение страхом. Он бросился вперёд, не разбирая дороги, желая только одно — выбраться из этого кошмарного леса или найти Лино, который, возможно, ожидает его помощи. Крик становился всё ближе, и Хёнджин, ведомый звуком, в какой-то момент оказался перед внезапным обрывом. Он резко остановился на краю, едва не сорвавшись вниз. Под ногами открывался вид на бездну, из которой поднимался лёгкий ветер. Ожидая увидеть что-либо, кроме безнадежного тупика, он оглянулся назад, но дорога, по которой он пришёл, неожиданно казалась ещё более пугающей. И вдруг его внимание привлёк тихий, но настойчивый голос: — Помоги! — где-то снизу позвал незнакомец. Хёнджин взглянул вниз и увидел его — того самого человека, который стоял перед ним раньше. Незнакомец безвольно висел на ветви дерева, крепко вцепившись руками. Вид живого человека в таком положении показался Хёнджину жутким. — Э... ладно, — выдохнул Хёнджин, борясь с внутренними страхами и неуверенностью. Он осторожно начал спускаться по откосу, стараясь не сорваться вниз, и, достигнув уровня незнакомца, протянул ему руку. Незнакомец протянул в ответ свою руку, и, когда их пальцы соприкоснулись, Хёнджин почувствовал уверенность и силу, которые позволили ему тянуть его вверх. С огромным усилием, чуть ли не теряя равновесие, он наконец поднял незнакомца наверх. Они оба упали на землю, тяжело дыша от перенапряжения и облегчения. В тот момент, когда их тела соприкоснулись с землёй, Хёнджин вдруг осознал, что незнакомец, который только что был рядом, исчез. — Какого черта? — воскликнул он, быстро сев на колени, озадаченно озираясь вокруг в поисках следов своего спутника. Хёнджин стоял, пытаясь прийти в себя после исчезновения незнакомца, когда сбоку донеслись знакомые голоса. Он обернулся и увидел Хана, который крепко держал Лино, пытаясь его успокоить. Лино выглядел встревоженным, и в его глазах читалось беспокойство. Рядом были АйЕн и Феликс, и даже сам Хёнджин, который стоял неподалёку, наблюдая за происходящим. — Ребята? — осторожно позвал Хёнджин, надеясь получить хоть какое-то объяснение. Все повернулись к нему, но их лица оставались безэмоциональными, словно они смотрели сквозь него. Только Лино реагировал иначе. Он медленно убрал руки и, казалось, его лицо исказилось агрессией, когда он бросился вперёд, словно собираясь на него напасть. — Просыпайся! — закричал он. Этот крик заставил Хёнджина вздрогнуть, как будто его вырвали из сна. Он резко проснулся, очутившись в знакомой обстановке комнаты. Сердце всё ещё билось учащённо, и он ощутил, как покрывается холодным потом. Перед ним сидел Лино. — Время истекло, получилось найти ответ? — спросил он, с любопытством ожидая ответа. Остальные ребята подошли ближе, заинтересованные разговором. Хёнджин пытался собраться с мыслями, вспоминая детали сна — незнакомца, дорогу и обрыв. — Я думаю... он хочет, чтобы его тело нашли, — наконец произнёс Хёнджин, пережив внутреннее озарение. — Тело? — переспросил Лино, немного наклонившись вперёд от неожиданности. — Он просил найти его. Он висит в обрыве. Никто не мог его найти, — объяснил Хёнджин, стараясь связать воедино все фрагменты из сна. Хан, услышав это, повернулся к Мине, интересуясь, была ли она там. — Ты была у обрыва? — спросил он Мину. — Нет, но гид упоминал об этом месте и не допускал нас близко, соблюдая безопасность, — ответила она. — Вот почему он поселился в твоей камере, — отметил Хан, с лёгким щелчком пальцев, словно открывая новый кусочек головоломки. Решив, что нужно проверить записи, они побежали пересмотреть видеоролики. Лино посмотрел на Хёнджина. — Ты с нами полетишь. Вдруг ты уже знаешь дорогу, — сказал он. Хёнджин вспомнил крик во сне и странное поведение Лино, но решил не делиться этими деталями. — Хорошо, — просто ответил он, соглашаясь на предложение Лино.