Парадокс Мультивселенной

      Беловолосая девушка оглянулась еще раз, но сразу же поняла, что этого можно было и не делать — разумеется, Дикая Охота следовала за ней по пятам. Нужно было прыгнуть дальше, нужно было бежать быстрее, нужно было увести Эредина отсюда. Сколько ему понадобится времени, чтобы вновь найти ее, продолжая небесный гон?       — Ты не сможешь бежать вечно, Цирилла! — догнал ее искаженный голос повелителя кошмаров. — Старшая кровь всегда оставляет за собой след из погубленных душ!       — Пошел ты, придурок! — сквозь зубы процедила девушка, чувствуя, как твердая земля под ногами постепенно превращается в кисель. Еще мгновение — и она исчезла в белой вспышке, сверкнув напоследок зелеными глазами.

***

      Анна-Генриетта знала о том, что происходит в Туссенте. Всегда знала. И даже появление непонятного недо-чародея с Севера, каким-то образом связанного с Лютиком, мало что изменило: княгина переборола разгоревшееся в какой-то момент желание допросить его, предварительно заковав в двимеритовые кандалы, и отпустила на свободу. Разумеется, свобода была весьма условной, ведь за ним была установлена слежка из числа дворцовых ищеек, отчеты которых княгиня поначалу запрашивала ежедневно, потом в два раза реже, а теперь и вовсе мельком касалась их на еженедельных собраниях. Так называемый Гарри Поттер оказался человеком… не сказать, что заурядным, но едва ли хоть сколько-нибудь интересным.       Наверное, в глубине души она просто надеялась, что все происходящее — невероятная интрига, связанная с Лютиком, сгоревшим зданием в Новиграде, магией и Культом Вечного огня, но… нет. Реальность оказалась всего лишь реальностью, ведь Гарри следовал тому пути, который описал, когда был принят в дворце — он и впрямь пытался стать травником. Судя по всему, весьма успешно: княгиня знала о том, что он устроился кем-то вроде помощника или подмастерья в лавку Реми, который и сейчас продолжал поставлять в дворец как целебные травы и снадобья, так и обычные специи, коих в Туссенте произрастало немало. Реми занимался этим уже десятилетиями, поэтому появление в его лавке этого странного чародея вызывало некоторые подозрения, но они не оправдались.       С окончанием сезона Гарри пропал — понадобилось время для того, чтобы отследить его и собрать необходимую информацию, но странный чародей обнаружился на отшибе — он поселился в лесу, выкупив у Лисьих Ям старую хижину в весьма живописном месте, а потом принялся восстанавливать ее. Под прикрытием ночи княгиня выбралась туда верхом в сопровождении охраны только для того, чтобы увидеть, наверное, самый симпатичный домик за пределами Боклера — этот Гарри неплохо постарался. И с тех пор ее сердце было спокойно, ведь никаких проблем и впрямь не случилось: он продолжал сотрудничать с Реми, исправно платил налоги через банк Чианфанелли, а также иногда задерживался и в самом городе, закупаясь продуктами и участвуя в карнавалах.       Отложив в сторону стопку пергаментных листов, Анна-Генриетта скучающе посмотрела на министра финансов Барнти Бартоломью дель Эффруа, который продолжал перечислять бесконечные и одинаковые тезисы, касающиеся функционирования экономики Туссента. И без того побитый войнами и несчастьями Север вновь купался в крови — Нильфгаард начал ползучее наступление на силы Радовида, стараясь, и в этом Анна-Генриетта была уверена до самых кончиков своих пальцев, щадить мирных людей, которым не повезло угодить между молотом и наковальней.       Несмотря на то, что Туссент входил в состав Империи, война пока что едва ли повлияла на их состояние — автономность гарантировала отсутствие прямого вмешательства, да и у Вызимы пока хватало своих сил и средств на решение вопросов, связанных с захватом новых территорий, поэтому от нее, как от княгини, требовалось подписать всего несколько документов: разрешение на прием раненых нильфгаардских воинов, которым нужно пройти восстановление, а также ускорение поставок некоторых типов продовольствия и снабжения, включая вино, которые требовались не завтра и не послезавтра, а уже вчера.

***

      — Хорошее… утро, — произнес на нильфгаардском диалекте Гарри, когда обнаженная Сианна выбралась из-под одеяла, небрежно вытирая рот тыльной стороной ладони.       — Полностью согласна, — кивнула она, наблюдая за тем, как в комнату проникают первые лучики утреннего солнца.       — Мы так не туда, — кое-как добавил юноша, забыв часть необходимых слов.       Хихикнув, она легла рядом и с огоньком в глазах посмотрела на Поттера:       — Ты на уровне маленького ребенка, поздравляю, — пропела она.       — Я уже не только есть закончил, — попытался пропыхтеть Поттер, но сдался и добавил на привычном ему всеобщем языке, — я только начал учить, пожалей мои хрупкие чувства.       — И так жалею, иначе бы придумала эпитет неприятнее, — фыркнула Сианна, языком слизывая оставшуюся на губах каплю. — Кстати, Реми передавал, что теперь поставки могут идти без предварительной договоренности и в любых доступных объемах. Надо было вчера упомянуть да?       Гарри покачал головой.       — А почему это? Решил открыть еще одну лавчонку?       — Потому что три дня назад Император Эмгыр объявил о возобновлении боевых действий против Радовида и Нильфгаард начал новое наступление, — пожала плечами Сианна, но на этом моменте сердце Поттера пропустило удар. — Сам понимаешь, на сей раз все вряд ли закончится за пару месяцев, так что Туссент будет активно снабжать Империю всем, чем может, включая травы, коренья и все остальное, что может быть использовано для лечения раненых.       — А это наступление, там…       — Там пока ничего, — хмыкнула Сианна, — или ты забыл, как выглядели прошлые стычки с северянами?       — Не забыл, — осторожно ответил Поттер и девушка слегка потупила взгляд.       — Э-э-э, да, извини, — помотала она головой, — но если ты хочешь знать все детали, то это не ко мне, я знаю лишь краткую… справку, не более. Только то, что рассказал Реми.       — И что за справка?       — Бои за каждый дюйм, — со вздохом произнесла Сианна, повернувшись набок так, что ее голова оказалась на груди у Гарри. Перекинув ногу через него, она добавила, — и пока нет никаких признаков того, что в ближайшее время оборона будет прорвана. Есть проблемы не только с самими северянами, которые успели вооружиться благодаря выигранному времени, которым Радовид воспользовался по полной, а также активном участии Новиграда в подготовке к боевым действиям, но и с бесчисленным количеством лазутчиков.       — А Оксенфурт… — проглотив появившийся в горле комок, попытался спросить Гарри.       — До него еще далеко, но вряд ли кто-то будет брать штурмом город, если тебя волнует именно это, — Сианна посмотрела вверх и потерлась ухом о грудь юноши, — не расстраивайся, Гарри, мы все равно не можем на это повлиять.       — Мы могли бы попытаться убить Радовида, — хмыкнул Поттер, поглаживая Сианну по спине.       — Могли бы, — подтвердила она, — а после очевидной неудачи нас сожгли бы заживо на одном из костров, которые ты наверняка помнишь очень хорошо.       — Да, помню, — вздохнул Гарри, — как же это все надоело уже, боги, ну почему люди не могут жить иначе?       — Люди могут жить иначе, — прищурилась Сианна, — но нам это чудо увидеть точно не суждено.       — У тебя столько шрамов, — проведя по одному из рубцов на женской спине, прошептал Поттер.       — В банде не всегда было легко, — просто ответила Сианна, — они уже часть меня, как ни крути.       — Не хотела бы свести? У меня есть подходящее снадобье.       Сианна задумалась на пару секунд, но все же покачала головой:       — Пусть пока все будет так, как есть. Кстати, насчет завтрака…

***

      Спустя четыре дня после этого разговора Гарри сам отправился в город, намереваясь не только отвезти Реми очередную партию растений, но и разжиться новостями, которые можно было узнать только в Боклере. Если третья война действительно началась, то ему нужно было знать, что все в порядке. Ему нужно было как-то связаться с Шани и оставить возможность для обратной связи, вот только… как?       На улицах города не изменилось ровным счетом ничего. Удаленность Туссента и его изолированность, обеспеченная рельефом, делала это место невероятно похожим на Шир. Местные жители и впрямь практически не отличались от хоббитов из книг Толкина — привыкнув к миру, они просто пропускали мимо ушей все плохие вести о «внешнем мире», создавая и оберегая уютный миниатюрный мирок, в котором всегда можно было спрятаться от непогоды.       — И как тебе тут? — усмехнувшись, спросил Гарри у мальчика, стоявшего за прилавком. Он с трудом дотягивался даже до средних полок, но бегал по лавке со скоростью ракеты, раскладывая привезенные Поттером банки по нужным отделам.       — Отлично, мастер Гарри! — воскликнул Ганс. — Еще бы поменьше приходилось работать с горчицей, было бы просто замечательно…       — А что с ней не так?       — Все не так с ее количеством, — вздохнув, покачал головой Ганс, — в Дворце нынче как с цепи сорвались, требуют всего да побольше, а я знай да бегай, собирай им их сборы.       — Вот как? — Гарри осмотрелся. — А куда им столько…       — Там тоже хотят есть, — выйдя из кладовой спиной вперед, пропыхтел Реми. — Гарри, привет!       — Здравствуй, Реми, — кивнул Поттер. — Решил вернуться к физической активности? Дело хорошее, конечно.       — Дворец решил добить мою поясницу, — фыркнул мужчина, — свалили всю ответственность на троих поставщиков, а могли бы… ну, хоть немного поддержать и мелких торговцев из деревень, вот вроде тебя.       — А ты свободен сейчас? — поинтересовался Поттер, отходя в сторону, чтобы Ганс пронес очередной груз.       — Нет, но поболтать могу, — Реми выдохнул, вытирая вспотевший лоб. — Ну и жара, прости меня, великий Лебеда, но это какой-то кошмар, а не погода.       — Ты бы мог установить по углам помещения рунные камни, — пожал плечами Гарри, — тут было бы прохладно в жару.       — Ага, полторы сотни за штуку, а их надо минимум шесть, — свистнул торговец, — потерпим. Верно, Ганс?       — Честно говоря, я… — жалобно протянул было мальчонка, но Реми перебил его.       — Потерпим-потерпим, терпели же раньше! — прокряхтев что-то под нос, Реми прошел в свой кабинет, а Поттер зашел следом. — Ну, о чем поболтать хотел?       — Что там вообще с этой войной? — сразу же спросил Гарри.       — А, ты ж с Севера, — почесал лысеющий затылок Реми, — да все паршиво там, настоящая бойня, как рассказывают. Сам понимаешь, иначе и быть не могло, учитывая все уже произошедшее. Ненависть бьет через край с обеих сторон, вот и… ну, вот так вот. Если ты каких подробностей ждешь, то у меня нет ничего, я ж все узнаю на ярмарке.       — Слушай, а вот если мне нужно написать кому-то, — закинул удочку Гарри, — но этот кто-то остался там, то как я могу это сделать?       — А там — это где, если поконкретнее?       — В Оксенфурте, — поморщился Поттер, — но и Новиград, наверное, подойдет.       — Так Новиград или Оксенфурт? — уточнил Реми. — С первым контакты у Туссента есть до сих пор, а вот насчет второго очень сомневаюсь. Тебе бы надо заглянуть в почтовое отделение.       — Они уже четыре года не поддерживают почтовое сообщение с Северными королевствами, — покачал головой Поттер, который навестил это место еще в первый месяц своего пребывания в Туссенте.       — Да, отстал я от жизни, получается… — пробормотал Реми. — Слушай, но вообще-то есть у меня один знакомый, я вас сведу, хочешь?       — Это безопасный знакомый?       — Это… почти безопасный знакомый, который даже почти надежный, если подумать, — хмыкнул торговец, — но едва ли у тебя много вариантов отправить письмо на другую сторону, сам понимаешь. А кому хоть пишешь-то?       — Подруге, — помедлив пару секунд, ответил Гарри, — но она лечит бойцов реданской армии, так что конфликт интересов тут случился просто… охрененный.       — Да уж, — покачав головой, Реми вздохнул и оперся плечом о стену, — ситуация сложная. Ты можешь в следующий раз приехать сюда сам?       — Могу, конечно, — кивнул Гарри, — а когда лучше?       — Через… три дня. Я все разгребу и узнаю, тогда и видно будет, как тебе подсобить. Кстати, Гарри, календулы нужно больше, ее теперь шлют в Империю, я вычистил все полки и закрома.       — У меня есть немного, я привезу.

***

      Через три дня, Боклерский Дворец

      Тихий стук разнесся по огромным королевским покоям, но никто не ответил. Через несколько секунд стук повторился еще раз. И еще, но чуть настойчивее.       Два часа дня. Княгиня Анна-Генриетта уже пропустила как завтрак, так и обед, что было ей несвойственно, но охране не было разрешено беспокоить княгиню, поэтому первой в тревогу забила Вивиенна де Табрис.       — Ваше Высочество? — поинтересовалась фрейлина, не дождавшись ответа и приоткрыв массивную дверь, покрытую золотыми узорами. — Княгиня?       Никто не ответил. Половина комнаты, доступная взору юной фрейлины, выглядела как обычно, поэтому Вивиенна тихо переступила через порожек и прошла внутрь, только для того, чтобы увидеть, как покрытая струпьями и язвами княгиня Анна-Генриетта лежит посреди огромной постели, судорожно сжимая в руках край одеяла.       Замерев от паники и страха, фрейлина все же не растерялась и сразу же повернулась в сторону дверей:       — СТРАЖА!