Мой парень – стример!

Феликс стоял перед зеркалом, задумчиво разглядывая парня напротив. Светлые, недавно обесцвеченные волосы были аккуратно уложены, по вновь обретшему румянец лицу рассыпались золотистые веснушки, а в карих глазах отражалось спокойствие. Последняя пара месяцев безусловно далась ему тяжело, однако постоянно сковывающая всё это время душу боль наконец отступила. Крис был прав: он не забыл о Хёнджине и отношениях с ним, но эти воспоминания практически перестали его тяготить. Лишь в редкие мгновения, когда он оставался наедине с собой, парень скучал по тому немногому хорошему, что между ними было. По тому, как они вместе ужинали, ходили в кино или занимались сексом… Об этом вспоминать было одновременно и приятно, и больно — ведь в тот момент их чувства друг к другу были абсолютно разными. Отбрасывая эти мысли, Феликс придирчиво осматривает себя со всех сторон. Сегодня они с Чаном собирались пойти вместе на концерт его любимой группы, и по этому случаю Ли даже специально купил новую одежду: узкие чёрные джинсы с цепью, спортивная свободная майка и кожанка. Для Феликса такой образ был крайне непривычным. Однако, глядя на то, как ему идёт эта куртка в сочетании с ботфортами, парень довольно улыбается. Уже собираясь выходить, он вытащил из кармана телефон, чтобы написать Крису, но тут внезапно раздался звонок в дверь. Ли поспешил открыть. Перед ним стояла молодая девушка в форме курьера. — Здравствуйте, Ли Феликс? — Да. — Это Вам, — девушка протянула ему конверт вместе с планшетом для подписи. — Пожалуйста, распишитесь здесь для подтверждения факта получения посылки. — Хорошо. Феликс торопливо поставил свои инициалы и забрал странный конверт. Как только курьер ушла, он внимательно оглядел плотную бумагу со всех сторон: ни имени отправителя, ни обратного адреса. — Странно… Аккуратно вскрыв ножом для бумаги один край, он достал свернутое в несколько раз письмо со знакомым почерком. Сердце сразу зашлось в бешеном ритме. Оно не могло быть написано никем другим, кроме него. «Хёнджин!» — мелькнула в голове беспокойная и тревожная мысль. «Моему милому Феликсу», — значилось в самом начале. От одной этой строчки душа Ли рассыпалась фейерверком тлеющих комет. Развернув письмо, он увидел вложенное внутрь красиво оформленное приглашение, напечатанное на дорогой бумаге. [Благотворительная выставка портретной фотографии. Вход по приглашению бесплатный. Часы работы: 10:00 — 22:00]. Пока не понимая к чему всё это, Феликс перевёл взгляд на бегущие по белому листу строки и принялся читать. «Здравствуй.       Надеюсь, сейчас у тебя всё хорошо. Прости, что я не скажу тебе это лично, но после всего, что между нами было, я больше не уверен в том, захочешь ли ты меня видеть. Мне следовало бы попросить у тебя прощения за всё. У меня так много сожалений, но, увы, прошлое уже не изменить. Знаешь, на самом деле я много думал обо всём этом. Мы с первой нашей встречи начали все неправильно, и это полностью моя вина. Тогда я был отстранённым, холодным и эгоистичным болваном (не могу утверждать, что сейчас это не так, но я очень хочу на это надеяться). Меня волновали только собственное благополучие и удовольствие. Я просто не замечал тебя, не видел твоих искренних чувств ко мне, считая, что ты всего лишь очередной чокнутый фанат.       Однако, если подумать, твоя любовь была самой искренней и настоящей в моей жизни. Твое сердце чувствовало во мне что-то хорошее и тянулось ко мне, несмотря на то, каким мудаком я был. Я поступил с тобой отвратительно и мерзко. Я не могу этого отрицать. То, что я использовал твоё тело, закрывая глаза на собственные зарождающиеся чувства и считая их слабостью, делает мой поступок непростительным и ужасным. Мне безумно жаль, что я позволил себе так говорить о тебе и ударить тебя. Умоляю, Феликс, прости. Я настолько сросся со своей болезненной травмой и укоренился в ней, что забыл, что такое эмоции. Забыл, что значит чувствовать.       Вспомнил об этом, лишь находясь на грани — когда испугался, что могу навсегда тебя потерять. Ты всколыхнул во мне что-то чистое, живое и давно забытое. Ты показал мне, что такое забота, любовь, нежность и поддержка. Научил, что проявление эмоций — это не слабость. Что быть влюблённым — это не плохо, и от этого не нужно бежать.       Раньше я как огня боялся вновь позволить своему сердцу биться ради кого-то. Мне кажется, что в какой-то мере этот страх живет во мне до сих пор. Однако благодаря тебе и моим сеансам с психологом я понял, что жизнь без чувств не имеет смысла. Да, это риск. В некоторой степени ты становишься уязвимым. Но разве имеет смысл писать на холсте лишь чёрной краской, когда в мире есть столько ярких цветов?       Прости, если чтение моего письма утомило тебя. Я не хотел отнимать у тебя много времени и надеюсь, что если ты не сможешь простить меня, то хотя бы обида больше не будет тяготить твоё светлое сердце. Пусть это письмо станет моей исповедью перед тобой. Я искренне прошу у тебя прощения за всю ту боль, что причинил. Я раскаиваюсь в своих ужасных поступках, и мне никогда не вымолить прощения за твоё разбитое сердце. Прошу, Феликс, прости меня.       Знаю, что я не имею права больше вмешиваться в твою жизнь. Возможно, у тебя уже другая любовь и другие счастливые отношения. В таком случае я очень рад за тебя. Но прошу, если ты ещё хоть что-то ко мне чувствуешь, если хочешь попробовать дать нашим отношениям последний шанс и начать всё сначала, приходи на выставку сегодня в любое время. Я буду тебя ждать.

Хван Хёнджин».

Прочитав длинное письмо взахлёб, Феликс шумно втянул носом воздух. Виски слегка сдавило. Он прослезился. Однако вместо того, чтобы ощутить боль и сожаление, Ли улыбнулся. Раз за разом перечитывая отдельные строчки, он чувствовал, как на сердце становилось все спокойнее и легче. Парень представил лицо Хвана, пишущего это письмо. Наверняка тот ужасно волновался. «Все-таки ты смог». Улыбка Феликса стала шире. Он был искренне рад за старшего. За то, что тому стало лучше, что он осознал свои ошибки и извинился перед ним за своё поведение. И, даже несмотря на свои желания и амбиции, написал о том, что будет рад за Феликса, если тот счастлив с другим. Мысли парня прервал тихий сигнал. Схватив смартфон, Феликс лихорадочно вгляделся в экран, почему-то ожидая увидеть там сообщение от Хёнджина. [Привет, ты готов? Я уже подхожу к твоему дому], — Крис [сердечко]. Выдохнув, Ли внезапно испытал облегчение. «Я же сам его везде заблокировал», — мелькнула в голове справедливая мысль. Так или иначе, он больше не должен беспокоиться по поводу Хёнджина. Да, тот осознал свои ошибки, и это замечательно. Однако то, что было между ними, уже в прошлом. Феликс отправится сегодня с Чаном на концерт и проведёт этот день просто чудесно. [Уже выхожу], — напечатал он, открывая дверь своей квартиры.

/Месяцем ранее/

На небе светило яркое, уже по-летнему тёплое солнце. Розовые, белые и персиковые лепестки сакуры, точно снежинки, кружили в воздухе, мягко опускаясь на землю. Период цветения вишни был самым любимым для Феликса. Любуясь волшебным и нежным явлением, он неторопливо шёл по улице. Вокруг гуляло множество студентов, туристов и влюблённых парочек. Совсем скоро в университете должна была начаться сессия, но молодых ребят это мало волновало. Всем хотелось насладиться этой сказочной красотой и чарующим ароматом. Вдохнув свежий сладковатый запах, Ли внезапно услышал где-то рядом щелчок камеры. — Сынмин? Младшекурсник с другого факультета и по совместительству друг Чонина держал в руках фотоаппарат, с восторгом глядя на его экран. — Привет, хён! — Ким подбежал к нему, виновато улыбаясь. — Извини, что сфотографировал тебя без спроса, но ты так потрясающе смотришься в кадре! Это просто фантастика! — Не думаю, что… — Я как раз ищу модель для своего фотопроекта, — затараторил Сынмин, боясь упустить старшего. — Не волнуйся, хён, это не займёт много времени! Всего лишь попозируешь мне пару раз. Пожалуйста! — он сложил руки в умоляющем жесте, жалобно глядя на Феликса. — С такой моделью, как ты, у меня точно будет высший балл! — Ну не знаю… — растерянно протянул Ли. — Я никогда раньше не был на фотоссесиях и не умею позировать. — Ничего страшного! Я тебе все объясню и подскажу! — заверил его Сынмин. — Так ты согласен, хён? А я взамен угощу тебя выпивкой и, конечно же, отдам копии всех получившихся снимков. — Что ж, наверное, можно попробовать. — Прекрасно! — Ким от радости даже подпрыгнул на месте. — Тогда давай сделаем несколько кадров, пока ещё светло. — Прямо сейчас? Здесь? — Феликс неловко оглянулся по сторонам. — А не слишком много людей? Разве это не будет мешать? — Я знаю практически безлюдное местечко тут неподалеку. Пойдём. Сынмин приобнял своего хёна за плечи и повёл его по вымощенной камнем дорожке на тихую улицу. Он всё болтал о фотографиях и своём проекте, пока в голове Ли крутились странные мысли. Неужели он правда кажется кому-то настолько красивым, что его даже хотят запечатлеть на камеру? Был ли он таким для Хёнджина? Если да, то почему тот никогда ему об этом не говорил? Феликс не думал, что выглядит плохо, но и слишком симпатичным себя тоже не считал. Ему всегда казалось, что он обычный. Однако даже сейчас он помнил, что Чан не раз называл его красивым, а вот Хван не был щедрым на комплименты. — Хён, ты слушаешь? — Сынмин помахал рукой перед его лицом. — Встань полубоком под тем деревом. Да, вот так. От общительности и дружелюбия младшего Феликсу сначала было не по себе, но спустя какое-то время он привык. Ким действительно объяснял ему, что делать, и показывал, как позировать. В какой-то момент Ли даже вошёл во вкус. Любуясь сакурой и подставляя ладони под розовые лепестки, он вовсе не подозревал, что за ним наблюдают. На приличном расстоянии от них на скамейке сидел парень в сером спортивном костюме, кепке и тёмных очках и делал вид, что читает книгу. Глядя на то, как Феликс расслабленно и мило общается с другим человеком, Хван не мог не испытывать боль. Боль, злость на себя и зудящую внутри ревность. Да, он правда пытался убить в себе это отвратительное чувство, однако ничего не мог с собой поделать. Лёгкий силуэт младшего подчеркивал его абсолютно неповторимую уникальность, и Хёнджин мог лишь гадать, всегда ли тот был настолько по-неземному прекрасен. «Вот же как получается… Когда ты был рядом, я избегал тебя. Но теперь, когда ты не хочешь меня видеть, я стремлюсь быть рядом…» Хёнджин вздохнул. Вокруг продолжали ходить люди, ездить машины, щебетать птицы, а ему казалось, что весь его мир опустел в одночасье. Уничтожен. Он уже больше месяца не проводил стримы и не ходил на пары. Ему было просто физически тяжело видеть, как его любимый человек теперь с другим. Хван ни капли не сомневался в том, что Крис и Феликс встречаются. Они постоянно были вместе, иногда держались за руки, и то, как Ли поцеловал Чана тогда у него на глазах… Хёнджин мотнул головой, прогоняя эту картину прочь из головы. Если он его действительно любит, то должен быть рад его счастью. Даже если Ли больше никогда не посмотрит в его сторону. Внезапно в голову пришла неожиданная мысль. Что, если он сделает Феликсу сюрприз? Устроит выставку с его фотографиями и покажет тем самым, насколько тот важен для него. Тогда это станет его шансом для того, чтобы попросить прощения. Дождавшись, пока Сынмин попрощается с Ли и тот уйдёт по своим делам, Хван подошёл к Киму. — Что? Сонбэ, Вы хотите купить у меня все фото, которые я сделал для проекта? — выслушав его, удивлённо спросил младший. — Но зачем Вам это? — У меня для этого есть свои причины, — уклончиво ответил Хёнджин, доставая бумажник. — Часть денег я дам тебе сейчас, часть — после передачи фотографий. Договорились? — Да, конечно! — торопливо воскликнул Сынмин, принимая из его рук купюры. Вот это ему сегодня повезло! И модель потрясающую нашёл, и денег подзаработал. — Спасибо, сонбэ! — Да, и не говори никому об этом, — настойчиво проговорил старший. — Хорошо? — Окей!

/Настоящее/

На стадионе ужасно шумно. Фанаты толпятся у сцены. Кто-то кричит, свистит и улюлюкает, кто-то стремится пробиться поближе к ограждению, чтобы сделать селфи с любимыми артистами. Музыка разносится по всему огромному пространству вместе с голосом солиста. Разноцветные блики мечутся среди толпы, пока музыканты в ярком свете софитов перебирают струны гитары, отбивая ритм на барабанах. Мелодия льётся, растворяясь в воздухе, и отзывается в сердце немым восторгом. — Попробуем подойти поближе? — взглянув на младшего, спрашивает Бан Чан. Его волосы сегодня уложены назад, и, стоит отметить, ему это идёт. Яркий бомбер, рваные джинсы и крутые кроссовки — Крис подготовился к концерту не хуже Ли. Заметив растерянность парня, он протягивает ему руку. — Пойдём. Снова эта родная тёплая улыбка, и искорки в карих глазах. Феликс просто не может не улыбнуться в ответ. Он протягивает ладонь с мыслью, что всецело доверяет старшему и спокойно пойдёт за ним куда угодно. Он знает, что Крис его никогда не подведёт. Знает, что для него он действительно особенный. — Думаешь, у нас получится? — задаёт он с надеждой вопрос, который, очевидно, слишком двусмысленный. Однако Чан отвечает без малейшего сомнения: — Конечно. Крис берёт его за руку и увлекает за собой. Сливаясь с толпой, словно с бурным потоком, они подбираются ближе к сцене, и сердце Феликса трепещет от восхищения. Он и подумать не мог, что когда-нибудь попадёт на концерт своей любимой группы и услышит их музыку вживую. Но благодаря Чану его несбыточная мечта осуществилась. — О, мне нравится эта песня, — говорит Ли, качая головой в такт. — Надо же, мне тоже! — они останавливаются ровно напротив сцены. — Как насчёт того, чтобы сделать её «нашей песней»? Что-то внутри у младшего ёкает, откликаясь приятным волнением. В душе растекается тёплое трепещущее чувство. То, что происходит между ним и Крисом, настолько прекрасно и правильно, что он легко соглашается. — Я за! Старший мягко сжимает его пальцы в своих. Он и сам ощущает лёгкую нервозность рядом с Феликсом. Концерт продолжается, и зрители раскрепощаются всё больше. Все вокруг начинают танцевать. Ли тоже поддается этой танцевальной лихорадке, подпевая и демонстрируя своё мастерство. Чан смотрит на него с таким безоговорочным восторгом, что Феликс, пожалуй, впервые чувствует себя настолько свободным и счастливым. — Ну же, Крис, потанцуй со мной! Бан Чан смущённо улыбается, однако не отказывает младшему. — Если только немного. — Не делай вид, что не умеешь танцевать! — Ли тянет его к себе, беря за руки. — Мы учимся на одном направлении! — Верно, но я не настолько хорош в этом, как ты, — приближаясь, вкрадчиво говорит Крис. — Брось! Феликс смеётся, заставляя его двигаться вместе с ним. Чан легко поддается на его уговоры. Он ловит ритм и сливается с музыкой. Мелодия постепенно меняется, становится более настойчивой и дерзкой, а вместе с ней словно меняется и сам младший. Феликс танцует около Криса всё более раскованно. Он демонстрирует свою гибкость и пластику в неожиданных поворотах, взмахах руками и движениях бёдрами. Старшего тянет к нему, будто магнитом. Сглатывая слюну, он незаметно приближается и кладёт ладони парню на талию. Ли, танцевавший спиной к нему, откидывает голову назад, встречаясь с тёмным взглядом, наполненным желанием. Понимая, что с каждой секундой они всё ближе друг к другу, Крис рвано выдыхает: — Феликс, ты само совершенство. Он абсолютно очарован и околдован им. Руки младшего опускаются на его собственные, и их губы встречаются в чувственном поцелуе. Чан заключает Ли в кольцо ладоней, по-собственнически прижимая к себе. В этом действии прослеживается страсть. Феликс оборачивается к нему, отстраняясь лишь на миг. — Ты правда так думаешь? — шёпотом спрашивает он. Его длинные ресницы подрагивают в разноцветном свете прожекторов. Шум вокруг стихает. Больше нет никакой толпы, громыхающей музыки и свиста фанатов. Только они вдвоём посреди огромного стадиона. Только их бьющиеся в сумасшедшем темпе сердца. — Я бы никогда тебе не солгал. Крис мягко проводит рукой по его щеке и вновь целует. На этот раз более горячо, жадно и глубоко. Феликс стонет, цепляясь пальцами за его плечи. Он готов целиком раствориться в этом мгновении и отдать всего себя. Чан чувствует этот настрой, притягивая парня ближе. Младший касается его с лёгкой неуверенностью, однако ощущение крепких мышц, перекатывающихся под его ладонями, постепенно сводит с ума. Феликс чувствует, как его тело наполняется возбуждением, а внизу живота затягивается тугой узел. — О боже, Крис… — с придыханием шепчет он, когда губы старшего мажут по его шее. — Здесь же люди… — Стесняешься? — отодвигаясь, Бан Чан смеется и успокаивающе гладит его по спине. — Тогда как ты смотришь на то, чтобы вместе сбежать отсюда прямо сейчас? Внутри зарождается сладостное предвкушение. Феликс смущённо кивает. — Давай! Они не без труда выбираются из толпы фанатов и стремительно покидают стадион. К этому времени на город уже опускаются сумерки. Воздух становится прохладным. Любуясь рассыпавшимися по небу первыми звёздами, Ли чувствует, как Чан осторожно берёт его за руку. — Может, поедем ко мне? Можем посмотреть фильм или заняться чем-нибудь ещё… И снова вопрос звучит неприкрыто двояко. Феликс нервно облизывает губы. Он понимает, на что намекает Кристофер, и от рисуемых воображением картин, как тот импульсивно прижимает его к стене, кусая губы, в штанах становится тесно. В эту секунду он уже не думает о Хёнджине. То, что было между ними, теперь в прошлом. Пора дать шанс настоящему. Они вызывают такси, и через пятнадцать минут машина останавливается у дома Чана. — Ликс, мы приехали, — говорит Крис, галантно открывая дверь перед слегка задумавшимся парнем. Феликс следует за ним, входя в уже совершенно знакомую квартиру. Небольшая, но очень уютная, она ассоциируется у него только с хорошими воспоминаниями. Здесь они часами смотрели кино, играли в настолки и просто болтали, поедая рамён. Здесь он заново научился улыбаться. Заново начал ценить свою жизнь. Сбрасывая бомбер, Чан помогает парню избавиться от косухи. — Что посмотрим? У меня есть новый диск с фильмом Рика Пулмана. Или можем найти что-нибудь в интернете, — он оглядывается на Феликса, вопросительно поднимая брови. — Надеюсь, ты не жалеешь, что мы ушли с концерта пораньше? Если честно, я чувствую себя из-за этого слегка неловко, потому что… Ли делает шаг к нему и, замирая на миг в сантиметре от лица, целует. — На самом деле я не могу долго находиться в таких шумных местах. Меня это утомляет. Крис поражённо выдыхает. Подобной прыти от младшего он явно не ожидал. — Тогда я рад, что мы сможем побыть наедине. Чувствуя, как горячие ладони пробираются под его майку, Феликс улыбается. — Крис, мы уже давно не дети. У каждого есть свои желания и потребности. — Детка, ты понимаешь, что говоришь очень провокационные вещи? — наклоняясь к нему, хрипло шепчет Чан. — Я ведь могу понять тебя неправильно. — Я знаю, что ты не сделаешь ничего против моего желания, — уверенно отвечает младший. — И чего же ты хочешь? — Я хочу… — Феликс нервно сглатывает. — Хочу попробовать тебя на вкус. Почувствовать тебя. Полностью. Внутри. — Блять, Ликс! — Крис резко выдыхает, сжимая руками его талию. — Ты уверен? Потом мне будет сложно остановиться. — Да, уверен. Чан тотчас овладевает его губами, проникая языком в рот. Ли послушно размыкает зубы, позволяя ему это. Его маленькие руки цепляют край толстовки старшего, нетерпеливо стягивая её через голову. Крис в ответ резко прижимает его спиной к шкафу и рывком снимает майку. Их кожа соприкасается, отчего Феликс весь покрывается мурашками. Тело старшего настолько мощное, рельефное и горячее, что Ли не может оторвать от него взгляд. — Ммм… Ощущая, как на его затвердевший член сквозь одежду надавливает чужое бедро, младший сдавленно мычит. Бан Чан подхватывает его правую ногу под коленом, закидывая себе на пояс. Его зубы прикусывают чувствительную кожу на шее, выбивая из горла Феликса очередной стон. Неожиданно испугавшись, что его напор оттолкнет младшего, Кристофер отстранился, заставляя себя успокоиться. — Прости, — тяжело дыша, сказал он. — Кажется, я слишком увлёкся. Ли сглотнул, ощутив внезапную пустоту. — Всё в порядке, Крис, мне нравится чувствовать твоё желание. — Просто я хочу, чтобы ты знал, что в первую очередь ты нравишься мне как человек и как личность, — Чан аккуратно заправил его волосы за ухо. — Ты действительно мне очень дорог. Феликс широко улыбнулся, любуясь его взволнованным лицом. — Это признание? — Да, — старший вновь приблизился, шепча ему в губы. — Но ты ведь это и так знаешь, верно? — Ты прав, — невесомый поцелуй промелькнул между ними, как искра перед надвигающейся бурей. — И я вовсе не фарфоровый. Ты можешь прикасаться ко мне так, как захочешь. Я доверяю тебе. — Нет, ты правда сводишь меня с ума. Крис притянул парня к себе, чувствуя, как тот извивается в его руках. После слов старшего Феликс ощутил себя ещё более свободно и раскрепощённо. Теперь он больше не боялся демонстрировать свои желания. Водя языком по пухлым губам Чана, он дразнящими движениями потирался своей промежностью о его. Через джинсы Криса проступил четкий бугор, а его взгляд окончательно помутнел. — Ты же не против, если я, — младший сделал паузу, лизнув край его уха, — отсосу тебе? — Уверен, что справишься? — словно бросая ему вызов, лукаво поинтересовался Чан. — А ты сомневаешься? Кристофер усмехнулся. Проникнув рукой под пояс его штанов, он сжал пальцами напряжённый член. Феликс тут же охнул, царапнув его плечо. — Господи, мне уже сносит крышу от тебя. Что же будет, когда мы займёмся любовью? Сердце младшего вспыхнуло от страсти и радости. «Займёмся любовью» — именно та формулировка, которую он так хотел услышать. Не переспим, не потрахаемся или займёмся сексом, нет. Именно любовь будет руководить всем процессом. И парень в прямом смысле этого слова капитулировал перед этим фактом. — Крис! — Ли нетерпеливо всхлипнул, толкаясь бёдрами ему навстречу. — Тс-с, тише, детка, — Чан поймал его губы, уверенно углубляя поцелуй. Его рука скользила по чужой влажной головке. — Ты такой мокрый здесь. Мне это нравится. — Хочу тебя, — нетерпеливо произнёс Феликс, оттянув зубами его нижнюю губу. — Тогда давай избавимся от одежды. Старший был бы только рад подразнить Ли подольше, но он и сам уже терял всякое терпение. Раздевающийся перед ним парень был настолько красив и изящен, что он не мог хотя бы миг не смотреть на него. Желание становилось сильнее с каждой секундой. Сбросив с себя штаны и бельё, Феликс принялся за пряжку чужого ремня. Крис вновь поцеловал его, чувствуя, как собственные джинсы падают на пол. Младший провёл ладонями по его крепкой накаченной груди и, взяв Чана за руку, сказал: — Пойдём в спальню, — старший едва сумел оторваться от него, однако, как только они оказались в полутёмной комнате, Феликс уверенно толкнул Бан Чана назад. Тот вопросительно изогнул бровь. Ли хищно улыбнулся. — Хён, пожалуйста, сядь. Тот послушно опустился на край кровати. Накрыв его губы поцелуем, младший встал перед ним на колени. Сердце Криса дрогнуло. Разумеется, он иногда представлял себе секс с Феликсом, но уж точно не мог подумать, что парень будет таким. Ожидая увидеть смущение, неловкость и нежность, он просто сгорал сейчас от его жадного и похотливого взгляда. — Ликс, ты вовсе не обязан… — Я сам хочу этого, — младший провёл рукой по внутренней стороне его бедра. — У тебя есть смазка, хён? — Конечно, — Крис хотел подняться, но Ли ему не позволил. — На второй полке в шкафу. Быстро найдя нужную баночку, Феликс вернулся, разглядывая ценник на ней. — Купил совсем недавно, я прав? — хмыкнул он. Чан невольно покраснел. Внезапно перехватив парня, он усадил его на колени спиной к себе. — Крис, что ты делаешь? — младший рвано выдохнул, чувствуя, как ему в задницу упирается что-то твёрдое. — Пусти. — А если не отпущу? Одной рукой Бан Чан слегка сжал его вставший член, а второй скользнул вверх по животу, задев чувствительные соски. — А-а-ах! Феликс застонал в голос, запрокинув голову назад. Старший довольно усмехнулся. Держать вот так в своих руках парня, изнемогающего от желания, было абсолютным сумасшествием. — Вот, значит, какая у тебя эрогенная зона, — хрипло прошептал он, вновь скручивая набухшие соски. Младший рвано выдохнул. Сил вырваться из этого сладкого «плена» совершенно не было, но вдруг ему в голову пришла одна мысль. Он завёл свободную руку за спину и с силой сжал возбуждение Чана. Тот отвлёкся, ослабив хватку, и Феликс этим воспользовался. Встав на колени, он победоносно улыбнулся и потянул за резинку чужих боксеров. — Ну что, Крис, ты готов к лучшему отсосу в твоей жизни? Однако вместо того, чтобы сказать ему что-то грязное или пошлое (против чего он в общем-то сейчас и не возражал), старший с внезапной серьёзностью проговорил: — Пообещай мне, что, если тебе вдруг станет некомфортно, ты дашь мне знать, хорошо? От услышанного сердце парня растаяло. Мягко улыбнувшись, он кивнул. Чан провёл рукой по его скуле, зачарованно глядя на губы. Феликс видел, что тот тоже хочет его до безумия, но не посмеет настаивать. Тогда сняв с него боксеры, он освободил набухший член и благоговейно выдохнул. — Такой… толстый. Он закусил губу, поймав на себе обжигающий взгляд. Ли готов был поклясться, что в глазах старшего сейчас отражались все его желания: как он подхватывает парня на руки, кладёт на кровать и резко входит, как заставляет его упереться руками в стол и властно берёт сзади. Ощущая, что возбуждение внизу живота нарастает, Феликс коснулся губами головки. Крис резко выдохнул. Наблюдая за тем, как парень размазывает смазку рукой по его члену, не переставая ласкать его языком, он запустил пальцы в его длинные волосы. — Ликс, смотри мне в глаза. Низкий голос старшего будоражил. Вобрав в рот половину органа, Ли посмотрел на него. Его развратный, затуманенный влечением взор заставил и без того сильное желание Чана вспыхнуть ещё ярче. — Мхм, — простонал Феликс, чувствуя, как его волосы тянут назад. — Вот так, хороший мальчик. Крис положил руку ему на затылок, наблюдая за тем, как парень делает головой поступательные движения. Стимулируя основание его члена ладонью, Ли то водил кончиком языка по часовой стрелке, дразня головку с характерным причмокиванием, то облизывал со всех сторон, играя с выступающими венками. Он ласкал яички, пока Чан тяжело дышал, теряя последние крупицы самообладания. Втянув щёки, Феликс создал вакуум, насаживаясь на член как можно сильнее. — Блять, детка, ты слишком охуенно сосешь!.. Кристофер не сдержался и толкнулся бёдрами вперёд. Парень замычал. — Ммм! — Прости, — старший вышел и мягко повернул его лицо к себе. — Я не хотел. — Всё… в порядке, — напряжённо откликнулся Феликс. Чан настороженно вгляделся в него. Только сейчас он заметил, что его ноги непослушно дрожали, а из члена сочилась густая предсеменная жидкость. — Пожалуйста, сделай так ещё раз, — едва слышно попросил он. — Так тебя это возбуждает, — Крис хмыкнул и кивнул. — Иди сюда, Ликси. Тот вновь приблизился. С готовностью открыв рот, он посмотрел на Чана со смущением и отчётливо заметной жаждой. От одного этого взгляда член старшего дёрнулся. Погрузившись во влажный горячий рот, он начал медленно двигать голову парня, насаживая его на свой член всё глубже. По комнате разнеслись мокрые, хлюпающие звуки. — О да, детка, вот так! Феликс положил руки ему на колени, чувствуя, как головка раз за разом проникает в его горло. От заполняющего его глотку члена дышать было тяжело, но одна мысль о том, что сейчас благодаря ему испытывает Крис, лишала разума. Желая доставить старшему ещё большее удовольствие, он ускорился. Теперь Чан уже не сдерживался: толкаясь бёдрами вперёд, он неистово трахал его рот. — Мхмфм! Ли закатил глаза, ощущая накатывающее на него какое-то новое, показавшееся бы раньше извращённым, но сейчас такое правильное наслаждение от того, как хорошо он делал своему партнеру. — Блять! — прерывисто простонал старший. Сделав несколько особо амплитудных движений, он сжал затылок Феликса и, выйдя, через секунду кончил ему на грудь. Парень лизнул его член ещё несколько раз, поглощая остатки спермы. Крис мягко коснулся его подбородка, вынуждая посмотреть себе в глаза. — Тебе понравилось, хён? — с волнением спросил младший. Чан покачал головой и улыбнулся. — Знаешь, ты сумасшедший. — Это плохо? — Нет. Это слишком прекрасно, — Крис усадил его к себе на колени, глядя на стекающие по смуглой коже капли собственной спермы. — Извини, не думал, что испачкаю тебя. — Ничего страшного. Феликс неловко закусил губу. — Что такое? — заметив его смущение, Чан улыбнулся. — Ты… уже кончил, — нервно ёрзая на его коленях, сказал младший. — Наверное, мне лучше разобраться со своим возбуждением самостоятельно. — А кто сказал, что я тебя отпущу? — Ли удивлённо взглянул на Чана, увидев в глазах напротив собственнический огонь. Крис всё ещё относился к нему бережно и нежно, но после признания младшему словно открылась его новая сторона. Жаркая, страстная и категоричная. — Как я могу оставить своего мальчика в таком состоянии? — Твоего? — с трепетом повторил Феликс. — Да, Ликс. Теперь ты мой, — он уверенно поцеловал Ли, ощущая на его губах сладкий привкус ежевичной смазки. — Когда ты так уверенно говоришь об этом, это заводит, — младший улыбнулся и потянулся, чтобы обнять Чана, но тот его остановил. — Подожди, я вытру тебя. Достав упаковку влажных салфеток, Чан заботливо очистил его кожу. — Так что, у тебя есть какие-то пожелания? — сжав пальцами стройное бедро, спросил он. — Всё, чего я желаю, — чтобы ты взял меня так, как захочешь. — Оу, ты уверен? — Мне интересно, что подсказывает тебе твоё, — он выразительно взглянул на вновь твердеющий член старшего, — сердце. — Если я буду руководствоваться только «сердцем», это может быть слишком для тебя, — чувствуя маленькие пальцы около своего паха, Крис предупреждающе прищурился. — Не волнуйся, я хорошо себя подготовлю. — Позволишь помочь? — поигрывая бровями, спросил Чан. — Нет, — Феликс взял в руки тюбик, выдавив на ладонь щедрое количество смазки. В ответ на удивлённый взгляд старшего он пояснил: — Я хочу, чтобы ты смотрел. Это был очередной выстрел по самоконтролю Кристофера. Точно в десятку. Послушно сев в кресло напротив кровати, он думал о том, как такой светлый и скромный в повседневной жизни парень в спальне превратился в настоящего инкуба. И, пусть это была лишь первая их близость, оба чувствовали друг друга на подсознательном уровне. Они будто заранее знали, что понравится партнеру и что сведёт его с ума. Расположившись на кровати, Феликс тем временем повернулся спиной к Чану и встал на четвереньки. От одного вида его округлой задницы в паху все стянуло. Парень прогнулся в пояснице и завёл руку назад. Медленно вводя в себя пальцы, он постепенно растягивал анус, надсадно дыша. Его пальцы то погружались внутрь, то вынимались, издавая хлюпающие звуки. Крис на миг прикрыл глаза. Мышцы живота напряглись. Держать себя в руках становилось всё сложнее. — Что, трудно сдерживаться? — Ли обернулся к нему, насмешливо улыбнувшись. Однако его пальцы внезапно коснулись тугого комочка нервов глубоко внутри, и он несдержанно застонал. — Ох! — Так вот, что ты затеял, — до старшего наконец дошло. — Хорошо, я сыграю по твоим правилам. Медленно поднявшись, он приблизился к заинтересованно смотрящему на него Феликсу, который продолжал растягивать себя. Обойдя парня вокруг, он вдруг остановил его. Кристофер поставил одно колено на кровать и плавным движением вогнал в него три длинных узловатых пальца на всю длину. — КРИС!!! Младшего подбросило на постели. Дыхание сбилось, а пальцы скомкали простынь. — Нравится? — Чан заставил его выпрямиться и прижаться грудью к его спине. — А как насчёт того, чтобы заменить мои пальцы на член? — Я… ах! Я не знаю… Подвиливая задницей в такт движениям его пальцев, которые упорно растягивали его проход, Ли хмурился и стонал. В теле бушевало слишком много эмоций и ощущений, которые он не мог обуздать. Попытка совращения старшего оказалась удачной. Теперь тот действовал исходя из собственных инстинктов, не проявляя излишней мягкости. Однако, несмотря на это, Феликсу хотелось лишь больше. — Ты знаешь, чего хочешь, детка, — прикусив мочку уха, произнес Крис. — Иначе ты бы сейчас не был в моей спальне. Эти слова стали неожиданным толчком к действию. Младший обернулся, повиснув на мощной шее и кусая покрасневшие губы. Под его весом Чан сделал шаг назад, подхватывая парня на руки, чтобы тот не упал с кровати. Целуясь, будто обезумевшие, они сшибли стул, столкнулись со шкафом и наконец врезались в стол. Всё со столешницы тут же полетело на пол. Завалив Феликса на холодную деревянную поверхность, старший на мгновение отстранился, потянувшись за лубрикантом. — Не напрягайся, — пробормотал он, смазывая свой член. — И будь умницей, разведи ноги пошире. Ли выполнил просьбу, с замиранием глядя на набухший толстый член. Он был готов принять его в себя и думал, что определённо испытает дискомфорт. Однако, когда Крис склонился к нему, лаская губами соски и тем самым отвлекая от тревожных мыслей, у него не возникло ни одного неприятного ощущения. — Боже… — чувствуя, как в него скользнула головка, Феликс громко выдохнул. — Ты в порядке? — спросил Чан, плавно двигаясь в нём, чтобы парень адаптировался к его размеру. — Пиздец, это так охуенно! — Ли запрокинул голову. Никогда прежде во время секса он не ощущал такого всепоглощающего желания и наполненности. — Крис, прошу, не сдерживайся. Мне тоже нравится, когда ты даёшь волю своим эмоциям, а не только беспокоишься обо мне. Чан наклонился, оставив засос на тонкой шее. Его голос стал ниже на несколько тонов. — Тогда я буду наслаждаться твоими криками. — Я… Но закончить фразу Феликс не успел. Крис вышел и толкнулся с новой силой, входя по самое основание. Ли выгнулся под ним, не сдерживая рвущихся наружу стонов. Схватив его за талию, старший притянул парня к себе, насаживая на свой член. — Блять, как же ты прекрасен! — Бан Чан укусил его за плечо, тут же зализывая свою отметину. — Я хочу иметь тебя каждую ночь до тех пор, пока ты весь не покроешься собственной спермой. — А-а-ах! Нечто грязное от обыкновенно сдержанного и спокойного мужчины довело возбуждение Феликса до предела. Хныча и извиваясь под вдалбливающимся в него Кристофером, он принялся царапать его спину, впиваясь ногтями в кожу. — Крис!.. ха-а… Я близко…. — Знаю, детка. Старший изменил ритм, двигая бёдрами рвано, резко и глубоко. Чувствуя, как каждый толчок попадает по пульсирующему комку нервов, Ли сорвался на крик. Его ноги непослушно дрожали, на лбу выступили капли пота, пальцы на ногах поджимались, а по комнате разносились звуки громких шлепков. Проведя рукой вдоль изнывающего члена, Крис сжал его, надавив на головку. Феликс сдавленно вскрикнул. Импульс тока прошиб тело, рассыпавшись лёгким покалыванием под кожей. Сперма забрызгала его живот. Голова кружилась. Соски приятно ныли. Старший на мгновение замер, втянув воздух сквозь зубы, а после продолжил медленно двигаться внутри, продлевая общий оргазм. Когда оба немного пришли в себя, Феликс смущённо закусил губу. — Ты обнимешь меня? Чан рассмеялся. — Только что ты был таким дерзким и самоуверенным, а теперь просишь о ласке? Вот как тебя можно не любить? Он подхватил обессилевшего парня на руки и, устранив с помощью салфеток последствия сумасшедшего секса, опустился вместе с ним на кровать. — Так ты правда… — младший взволнованно поднял на него взгляд. — Да, Ликс. Я люблю тебя.

***

Часы пробили двадцать два ноль-ноль. Оглянувшись вокруг, Хёнджин вздохнул и поднялся. Пора было идти. Слабая надежда на то, что Феликс всё же придёт в галерею, сплошь увешанную его портретами, ещё теплилась где-то глубоко внутри, но он слишком хорошо понимал, что она напрасна. Ли выбрал не его. Он решил быть с Крисом, решил быть счастливым. Как бы больно Хвану ни было об этом думать — это лишь право Феликса. Значит всё, что между ними было, все сильные чувства: влюблённость, обида, ненависть и страсть — останутся лишь в его памяти. Младший научил его заново чувствовать, научил любить по-настоящему. Но такой нужной, необходимой, словно воздух, своей любви его лишил. Навечно.