Последствия моих ошибок

      После возгласа о новом доме Зоро и Санджи на мгновение воцарилась полная оторопевания тишина. Первым среагировал Луффи: — Ого! Вы будет строить дом на двоих! Как круто, я хотел бы так с Эйсом, но Марко сказал, что он не выдерживает нас обоих вместе больше двадцати минут! Он засекал, кстати. Усопп же с открытым ртом переводил взгляд с Зоро на Санджи и обратно, хлопая глазами. — Как… это? Что… это? В СМЫСЛЕ?! — крикнул наконец он, и все вздрогнули. Нами закатила глаза: — Не устраивай сцен, Усопп. Не то чтобы это новость. — Скорее старость! — Куина зубасто улыбнулась и шутливо толкнула кулаком Зоро в плечо. По сравнению с замкнутым и мрачным вчерашним, утренний Зоро с друзьями был разговорчив и даже рад. А значит, была рада и Куина. Все обошлось.       Усопп с обидой ткнул пальцем в сторону Санджи. — Чувак, я с тобой делился всей своей любовной жизнью! Я спрашивал у тебя совета, как сблизиться с Кайей! Я тебе все выкладывал! А ты!       Санджи стоял рядом с Зоро, бледный и слегка потерянный. Ожидавший холодного душа, который так и не случился. Он знал, что друзья не знают об их отношениях. Он сам просил Зоро скрывать ради их же безопасности от Винсмоуков, и ради… — Э… да не было что рассказывать… — наигранно и деревянно заскрипел Санджи. В школе он не мог делиться с Усоппом своей мерзкой гейской влюбленностью, тогда он считал это недостатком, который перевесит все плюсы в глазах Усоппа, и тот не будет с ним общаться. Годы спустя… не особо много что изменилось. Санджи все еще не стоило делиться ни с кем своей мерзкой гейской любовью к Зоро, это не приводило ни к чему хорошему. Только к гневу Зеффа, гневу Джаджа… Он ощущал, что падает и падает в холодный колодец, и не может остановить падение.       Но Луффи не злился, а хохотал с выражения лица Усоппа, аж задыхался, хлопая себя по животу. Чоппер неловко улыбался, только постепенно осознавая, что на самом деле имеется в виду под совместным домом. Его взгляд прояснялся пониманием. Если честно, Санджи хотел ретироваться еще до этого момента, дернулся — но в проеме гостиной, ведущем на кухню, прислонился к косяку широкий Зефф, преграждая путь. И бежать было некуда. — Вы… — пискнул Чоппер и благоговейно протянул: — О-о-о! — Да как так?! С каких пор?! — выстреливал вопросами Усопп, Куина вальяжно оперлась локтем на плечо брата, даром что тот был повыше ее. И взирала на переполох в комнате с материнской усмешкой: да, у нас тут счастливая семейная парочка, смотрите они у нас какие. Породистые! Зоро вся эта суета вокруг его личной жизни раздражала. — Тц! Да мы со школы вместе, просто у меня деньги на дом, как хотел Завитушка, только после турниров мировых появились.       Санджи посмотрел на Зоро загнанным взглядом, но тот глядел на Луффи. Санджи не стал ничего говорить. — Стоп, стоп, стоп! Тайм-аут! — выставил вперед ладонь Усопп. — Где мой телефон? Я должен срочно написать горячие новости Кайе. Можно я вас сфоткаю? — Ой, да не утруждайся ты, Усопп, — Нами красиво села на диван, откидывая длинные волосы через спинку, — Кайя же была на чаепитии у Ширахоши. Она все знает из первых рук. Девчонки споили Санджи, а Зоро его оттуда лично забирал. — Два дня назад?! — Усопп прекратил яростно печатать, поднимая взгляд на Нами. — Но… как же так. Кайя знала два дня, а мне не сказала ни слова. Ни она, ни ты не сказали мне! — он снова обиделся на Санджи. Тот криво улыбнулся, как бы извиняясь. Такая мелочь, прости, позабыл. — Два дня? Кайя же училась в одном классе с Зоро. Она знала лет шесть! Все девчонки из класса Зоро знали, он же читается, как открытая книга. Как букварь с вот такими буквами! — Нами показала руками размер буквы с воздушный шар. — И ничего мне не сказала, — Усопп запихал телефон в карман, он сидел нахохлившись, потеряв доверие к любимой супруге. — Я ей все новости говорю. — А у вас был свадебный торт? А вы мне оставили? — бесился вокруг парочки Луффи, но Куина лишь отмахивалась от него. — Это лишь значит, что Кайя лучше тебя умеет хранить чужие тайны, — указала ему Нами. — Ты же понял теперь, почему тут столько прессы. Все ищут, кто супруг Ророноа Зоро, а ты один из немногих людей, кто знает. Ты понимаешь, что если информация утечет, ТЫ будешь одним из подозреваемых?       Нами нагнулась вперед, вперивая в Усоппа резкий, почти колющий взгляд. Тот вздрогнул и затрясся: — Я могила! Да я бы никогда! Ты же знаешь, Санджи мой чувак! И… это… Да, поздравляю! — Усопп показал Зоро и Санджи два пальца вверх, в глазах его читалась мольба спасти его от инквизиторского взгляда Нами. — Ой, да ладно тебе, они все равно рано или поздно узнают! Нам главное успеть выкупить участок до того, как это выбесит Винсмоуков. Они тогда точно что-нибудь выкинут, — замахала на него рукой Куина. — Точно! — воскликнул Луффи. — Когда Санджи пропал, его папка писец какой злой был! Он даже к деде моему ходил, он же у меня в Дозоре работал. Но деда ничего не знал. Санджи, ты просто король пряток, даже Винсмоуки не смогли тебя найти!       На бледном лице Санджи мелькнула еще одна неловкая, натянутая улыбка, он кивнул Луффи в благодарность за комплимент. — Идем, идем, Зоро. Нами сказала, что возьмет минимальную комиссию за сделку! — Куина утянула брата на диван, чтобы углубиться в стоимость и детали. А также вопрос, как скоро участок будет оформлен официально ввиду выходных в администрации города.       Привезли заказанную еду. Вместе с курьером на участок пыталась прорваться какая-то особо дерзкая журналистка и один из многочисленных Винсмоуков, нацепивший солнечные очки. Зефф узнал его по бровям. Молча показал им пальцем на калитку — прочь. Винсмоук шипел, но узмеился, боясь скандала под десятком камер.       На какое-то время Зефф отвлекся на кухонные дела. А когда разобрался с ними, Баклажан куда-то пропал.       Дом был полон шума и болтовни — яблоку негде упасть. Моховая голова искренне смеялся с черноволосым парнишкой и остальными друзьями, когда самый мелкий что-то увлеченно рассказывал. Но Баклажана с ними в гостиной не было. На втором этаже Рыжая девчонка умилялась Мейко, а та боялась яркую тетю и прятала лицо в маминой штанине. Украдкой Зефф заглянул в спальню Зеленой башки — никакого баклажана, только его нераспакованный чемодан, узкая, почти детская кровать, на двоих. На кухне Хиери готовила что-то, воровато оглядываясь. Она приложила палец к губам и попросила Зеффа не сдавать ее. — А то постоянно вы или Санджи готовите. Я хочу сама сделать новогодние печенья. Луффи все ест, он и мои слопает, даже если плохо получится.       Зефф спросил про рецепт. Готовила эта артистка по ролику из интернета секунд на тридцать, как вся современная молодежь. Но Зефф кивнул, подтверждая, что задумка неплохая. Он украл это у Коширо — давать этой мелкой подкрепления, что она не так уж плоха, а то еще дом разнесет в попытке добиться признания. Посоветовал лишь достать печенье чуть раньше, потому что плита тут горячая, пусть оно лучше само дойдет, чем пересушится. Если бы это был Баклажан, они бы громко полаялись, чего должно быть больше — имбиря или кардамона. Но это был не Баклажан, и сражаться до последней капли крови за рецепт печенья не было никакого смысла. Наверху, предположительно в спальне Коширо, что-то упало и затопало, Хиери бросилась то ли спасать Мейко, то ли ее дорогие платья от Мейко.       Зефф не пошел разбираться в этой ярмарке суеты. У него был другой вопрос, — куда делся в этом доме, где в каждой комнате маленькая толпа, Баклажан.       Зефф удачно припомнил, где скрывалась Куина, когда ей требовался отдых от многочисленной семейки, и тихонько заглянул в кладовку. Тут было светлее, чем ночью, угадывались силуэты бесконечного хлама. Но что было странно — тут было явно холоднее, чем даже ночью. Зефф вошел и потянул носом — пахнет морозом и сигаретами. Вряд ли Баклажан мог спрятаться в такой тесноте, но окно кладовки было плохо закрыто.       Поганец вылез через окно кладовой, чтобы не выходить на крыльцо и не попасть в объективы камер. Он что, чертов средневековый ниндзя? Еще и сигареты с собой прихватил, чтобы смолить под окошком. А куртку-то хоть с собой взял? Зефф развернулся и собрался было воспользоваться простой человеческой дверью и крыльцом, пусть снаружи хоть обфотографируются, но хотел глянуть, не забыла ли суетная девица выключить духовку с печеньями.       В тепло нагретой кухне уже сменились действующие лица. Зефф видел из темноты маленькой прихожей, которая переходила сразу в кухню, что Рыжая из утренних гостей прямо-таки щемит Ророноа к холодильнику. Он явно не желал продолжать разговор, так что рыжая резко хлопнула ладонью о холодильник, преграждая ему рукой путь.       Здоровый детина повиновался, он остался слушать Рыжую, и Зефф прислушался тоже. — Зоро, всё! Теперь ты официально на общих основаниях. Ты растерял всю фору. — Какую такую фору? Я ничего не просил, — ерепенился и пыжился Зеленая башка. Рыжая же прямо шипела от злости. — Ты получил ее, когда я помогла тебе с побегом Санджи так, чтобы Винсмоуки его не выследили. Я это сделала не потому, что ты лучше всех ему подходишь. А потому что только у тебя была чертова стипендия и квартира подальше отсюда, подальше от Винсмоуков! Я ничем не могла его спасти тогда, кроме билетов. Я делала это, чтобы Санджи спасся, а не из-за вселенской любви к тебе, Зоро! — Знаю я, Рыжая. И чего ты хочешь, чтобы я погасил счет за те билеты? Мне не жалко. — Идиот! — рявкнула Рыжая почти в лицо верзиле без всякого страха. — У тебя была фора, шесть лет, чтобы сделать Санджи счастливым. Чтобы изменить что-то для него! Потому что несчастным он мог быть и здесь.       Зеленая башка еще больше насупился и враждебно процедил: — О чем ты, Ведьма? У нас с Бровастым все отлично. Он открыл собственное кафе, как давно хотел. — Отлично?! Отлично твою бабушку! Да он выглядит так, что сейчас пойдет в проруби утопится! Как будто его загнали в угол и навели ружье. Скажи мне, Зоро, так должен выглядеть человек, который проводит праздники с родней? А? — Да он злится из-за прессы… — У тебя было шесть лет! Я купила билеты и выдала тебе Санджи на блюдечке с голубой каемочкой, пользуйся! И что я вижу через шесть лет, Зоро-кун? Он стоит у тебя в гостиной и выглядит как олень, которого сейчас собьет грузовик. А тебе плевать, ты даже не замечаешь! Именно поэтому, Зоро, все, хватит! — будучи ниже и субтильнее спортсмена, Рыжая давила аурой и агрессией так, что даже Зеффу было не по себе. Он хотел пойти искать ниндзю-Баклажана, но задержался, чтобы помочь Ророноа, если девчонка внезапно его ножом пырнет или еще что. — Что хватит? Мы женаты, и все у Завитушки в порядке, — упрямился Зоро. — О, правда? — вдруг легко оттолкнулась от холодильника и выпрямилась Нами. — Ну и отлично. Хорошо. Тогда мои действия не должны тебя побеспокоить.       Зоро заметно сильно испугался. — Какие такие твои действия? — Я же сказала тебе, Зоро. Я дала тебе работу — сделать Санджи счастливее. И что я вижу? Я вижу, что ты не справился. И чем тогда ты лучше всех остальных? Тем, что у тебя было больше возможностей в школе? Но мы уже не в школе, Зоро. И теперь во всем, что касается Санджи — ты на общих основаниях. А я уже не та запуганная нищенка, за дружбу с которой братья избивали Санджи. Быть может, я сделаю порученную тебе работу куда лучше и быстрее, и мне не потребуется шесть лет, — она высокомерно перекинула волосы через плечо и развернулась, чтобы промаршировать мимо, как Зоро схватил ее за предплечье, резко разворачивая к себе. — Ты… ты не смеешь трогать Завитушку! Мы женаты! Он… он мой!       Нами, хотя ее и дернули, как веточку, смотрела снизу вверх совсем не впечатленным взглядом. А скорее ленивым. Даже немного скучала. — Да? И что же ты сделаешь, Зоро? Сделаешь его несчастнее? Запретишь общаться с друзьями и запрешь в комнате? У тебя на руках были все карты, Зоро. И результат, который ты получил, мне не понравился, — она ткнула в него пальцем с маникюром мандаринового цвета. — Так что не ной, что взрослая тетя за тобой переделывает! — Ты не посмеешь!       Ророноа смотрел и яростно дышал, не в силах найти другого ответа, кроме ярости и злобы от бессилия. Тут разгорались нешуточные страсти, и Зефф думал уже зашуметь, чтобы молодежь не передралась.       Но рыжая девчонка лишь хмыкнула и мотнула волосами, удаляясь в гостиную. Раскачаный болван так и остался около холодильника — пускать из ноздрей пар, как бык на корриде, и сжимать и разжимать кулаки. — Блядь! — вдруг выругался он и стукнул кулаком по столу. — Блядь!       Зефф не собирался входить на кухню и успокаивать и уговаривать Ророноа. Здесь полный дом набит его родней, друзьями, влюбленными девицами, еще одного засунь — и наружу полезет вся эта кодла его почитателей.       Зефф же без раздумий отвернулся от тяжело дышащего и ругающегося одними губами Ророноа и накинул на себя куртку, а в руки взял не тонкое пижонское пальто Баклажана, а большой пуховик с капюшоном. Тот, в котором Куина чистила снег и гоняла лопатой Винсмоука. Так его лицо не сфотографирует пресса, даже если он вернется домой как долбаный нормальный человек.       За калиткой и забором журналисты пили кофе и курили, переговариваясь друг с другом. Кто-то повернул голову и сделал пару ленивых фотографий Зеффа, никого не волновал пожилой родственник семейства, тем более какой-то дальний.       Зефф проковылял по плохо протоптанной дорожке вокруг дома. Сегодня сад никто не выходил чистить, и теперь протез то и дело проваливался в мягкий снег. Он остановился за углом, чувствуя запах вонючих сигарет, которые он велел Баклажану бросить еще года три назад, если бы у того были мозги и уши его слушать.       Санджи и правда был здесь. За углом дома, в невидимом для прессы уголке, была свалена куча снега, что столкнул пару дней назад Ророноа с крыши. Санджи примял в ней небольшую выемку и сел, откидываясь назад, как на снежном троне с высокими подлокотниками и спинкой. Он сидел на снежном кресле, смотрел на незакрытое окно кладовки, и задумчиво курил. И все это в той же самой футболке для сна, в которой утром его выковыряли одноклассники из спальни. Даже без рукавов.       Зеффу захотелось его стукнуть. Он чертыхнулся про себя, поминая, что забыл где-то костыль, будь он неладен. Каким-то натренированным чутьем Баклажан услышал беззвучные ругательства и перевел взгляд на выступившего из-за угла Зеффа. Он открыл рот от изумления и испуга, как пойманный за курением за углом школьник. Зефф хмыкнул в усы.       Конечно, в этот дом набилось столько друзей и обожателей Ророноа, что первым выдавило Баклажана, хотя тот вчера кружился и ворковал вокруг травмированного эмоционально Ророноа. И он же первый решил, что с чего-то там лишний. — Яйца морозишь? — начал светскую беседу Зефф. Санджи тупо сморгнул, все никак не признавая, что был найден, разоблачен и прижат к стене. Зачем тут Зефф? Ему нет смысла быть здесь. — Собираюсь открыть лоток с мороженым. Вот тренируюсь, — пробормотал он наконец, позабыв о сигарете в руках. — Ты же девицам его бесплатно раздавать будешь и прогоришь, — хмыкнул Зефф в усы. — С остальных будут брать тройную цену. Ладно, с детей просто двойную.       Зефф хмыкнул еще раз. И чего он пришел? Он пришел с курткой, но почему-то все еще держал ее в руках, не находя момента запустить ей в тупого Баклажана. Он пожевал ус: — Хватит мнить, что твоя старая семейка нагадит тут. Ты ее талант переоцениваешь. Вот эта семейка сама по себе и без твоих бедовая, такой бедлам в доме круглые сутки. А как Рыжая эта вошла, так вообще бедовость на пять умножай. — Нами-сан? — расплылся в улыбке Санджи. — Она стала такая взрослая и уверенная. Я рад, что ее жизнь наладилась. — А если так рад, чего не с одноклассниками там? Подкоп вышел прокопать? — так и не найдя верных слов, Зефф просто яростно запустил в Санджи курткой. Тому пришлось суетливо поднять руку, чтобы та не приземлилась случайно на сигарету. Куртка накрыла Санджи на его ледовом троне для отмораживания задницы. Зефф хотел сказать ему, чтобы либо курил, либо пытался подхватить воспаление всего, что только можно. Хотел запретить ему заниматься двумя видами саморазрушения за раз. Потому сказал это четко и лаконично: — Тупой идиот.       Баклажан лишь еще больше вжался в снежный трон, используя куртку как укрытие, чтобы слиться с природой полностью и стать никому не видимым. Он прятался даже не от прессы, и Зефф это знал. У него было такое тупое паникующее лицо там в гостиной. Он сам вообще такой тупой, этот мелкий Баклажан. — Пусть Зоро с ними поболтает. Он давно их не видел, Луффи хорошо на него влияет. Помогает забыть о том, что случилось в отеле, — пробормотал Баклажан из-под куртки. — Да ты перегибаешь. Не так его травмировала пьяная улитка, как ты думаешь, — хмыкнул Зефф. Санджи тут же дернулся в своей снежной дыре, забарахтался под курткой и высунулся, в ужасе уставившись на Зеффа выпученными глазами.       Тот злорадно ухмыльнулся ему в лицо: о да, он знает про улитку.       Не желая терять очки неожиданности, Зефф и дальше атаковал. — Вместо того, чтобы собрать уже яйца в кулак и сказать им все, решил просто себе их отморозить? Все, лишь бы не перестать быть тряпкой?       Санджи разозлился и сжал челюсть. Он не злился так ни на кого из семейства в домике. — Это не твое дело, старикан! Ты просто похищенный Куиной заложник. Веди себя тихо, и она тебя отпустит. А они стараются заботиться обо мне, такое следует принимать с благодарностью! — Ха! С благодарностью половой тряпки! — Тебе-то откуда знать, как надо, у тебя тоже нет семьи! — отбрил Санджи обратно и осекся. То ли потому что был слишком жесток к одинокому старику, то ли потому что странно было это «тоже». У него было много семей — старая Винсмоуков, новая Ророноа. А он что ляпнул, как неблагодарный ублюдок? Санджи часто-часто заморгал, пытаясь подавить приступ ненависти к себе. Ему столько всего тут дают, окружают заботой, Куина добрее с ним, чем с собственным братом. А он… скрывается по сугробам. — И у меня ее не будет, — наконец поправился он. — Если буду всем в лоб херню говорить, как ты, то у меня тоже не будет. А у меня будет, — он словно старался сам себя убедить. — И собственный дом будет, как Зоро обещал. — Ага. Построенный так, как его сестрице захочется, — кивнул Зефф. Он не обиделся на хлесткие слова. Чего ему этот большеротый пацан сказал того, что он и так не знал. Он правда груб, резок и не имеет семьи поэтому. Как этот факт мешает надрать Баклажану задницу за тупость? — Куина сделает все под наши потребности! Она знает, что я хочу солнечную кухню! — А она знает, что ты не хочешь жить в одном городе со старой семейкой? Да еще по соседству с новой?       Санджи попытался прожечь Зеффа взглядом, как тлеющей сигаретой. Он озвучил запретные, кощунственные мысли. А если их кто-то мог услышать?! — Понятия не имею, о чем ты говоришь, безумный старикан, — фыркнул он, поджимая губы. Не так уж и плохо иметь большую шумную семью. Это полезно для Зоро, в семье никто не одинок и все такое. — Даже кочерыжке своей капустной это не сказал, — покачал головой Зефф. Баклажан покраснел, он не мог обсуждать с Зеффом Зоро. Не после долгих лет, что Зефф презирал всяческих педиков, а Санджи подленько кивал на его рассуждения, сам боясь разоблачения. Не после всей той лжи, что возвел Санджи. — Мне нечего сказать Зоро. — Я учил тебя готовить стейки, а не быть тупым, — фыркнул Зефф. — Дети обретают новые навыки, повторяя за старшими. Вот как я научился тупости, — огрызнулся Санджи. Прикусил язык, осознав что-то, явно намереваясь взорваться еще раз…       Но тут из окна кладовки высунулась Куина, по самую талию, так что чуть не вываливалась вниз в тронную кучу снега. — Санджи! Вот ты где! Еле тебя нашла, если бы не звуки! Думаю, куда куртка подевалась? Давай попьем чай и поговорим о проекте дома! Все равно особо с документами не поработать, пока выходные и не оформишь ничего.       Санджи быстро посадил на свое лицо радостную улыбку: — Конечно, Куина-чан, уже лезу! — Ха! Давай я тебя втащу в окно, чтобы через крыльцо не ходить! Будет весело! — Я сам, Куина-чан! Беременным такое делать нельзя! — он легко вскочил и с разбегу запрыгнул на окно, цепляясь обеими руками, мастерски сбегая теперь уже от Зеффа. Осталась только куртка на протаявшем под ним ледяном кресле.       Внутри кладовки слышился смех Куины, когда Санджи втягивал себя внутрь. — Ой, точно, а я и сама забыла!       Она смеялась, а идиот смеялся ей в ответ.