Последствия моих ошибок

      Санджи все же поймали и выволокли на свет к людям, как бы он ни прятался от всеобщего внимания по всяким углам и кладовкам, словно таракан. Зефф не полез в окно, лениво доковылял обратно в дом нормальным путем, чтобы снова увидеть чудеса изворотливости Баклажана. Тот смывался из гостиной под предлогом, что ему нужно переодеться к обеду, ведь он все еще — о, ужас — в футболке при гостях.       Шумная молодежь и не заметила этого толком, но Зефф знал, на кого нужно смотреть. Рыжая проводила затылок Баклажана пристальным взглядом. И цыкнула, когда Ророноа с вызовом посмотрел на нее и демонстративно вошел в свою спальню вслед за Санджи, крепко запирая дверь за собой. — Ой, а у нас места всем за столом не хватит! — всплеснула руками Хиери. Она воспользовалась отсутствием Санджи, чтобы поиграть в хозяйку дома. — Давайте будем все обедать в гостиной? — Ура! Обедать! — прослушал половину черноволосый балбес.       Меж тем Зоро настиг Санджи практически в тот же момент, как тот замер посреди спальни, опустив руки. Ему нужна была передышка, тот факт, что Луффи с ребятами, а особенно Нами, знали, что он партнер Зоро, почему-то пугал его. Они одобрили его, как партнера, но теперь нужно было держать лицо не только пред семейством Зоро, но и еще перед целой кучей людей.       Вдруг сильные руки практически крепко обняли за талию, Зоро прижался сзади всем телом. — Маримо, — Санджи зыркнул на дверь, тревожно накрыл его руки своими. — А если кто-то вломится? У нас дома Луффи! У Луффи второе имя — Вломиться. — Да ладно тебе, мы уже не подростки. Мы женаты, а женатые парочки трогают друг друга, — хохотнул Зоро и еще более собственнически притянул Санджи к себе, прижался губами к шее, не прикрытой привычным рубашечным воротом. Тут совершенно бесстыдно торчал засос, оставшийся еще с ночи в отеле. Но Завитушка с утра так замотался, что совсем про него позабыл. Зоро решил ему ничего не говорить, а то еще вспомнит, что сверкал им перед ребятами и этой своей Нами.       Санджи лишь беспомощно вздохнул. Он все еще ощущал себя немного преступником, совершающим недозволенное, как в школьные времена, когда они с Зоро запирались в его комнате, чтобы делать математику. То есть целоваться. И всегда была опасность, что в комнату влетит Куина-нее. И официальный брак не много изменил для Санджи теперь.       Он прикрыл глаза, прислушиваясь к звукам за дверью — не идет ли кто? И запрокинул назад руку, чтобы потрепать Зоро по загривку. — Ты мой, — пробубнил Зоро. — Конечно, Маримо, — Санджи даже не стал над ним подшучивать, думая, что все дело в страхе быть снова покинутым самыми близкими. Виной тому ужасные воспоминания, что всколыхнул в Зоро один взгляд на собственную мать.       Тот же жадно прижимался к коже Санджи губами, думая о Нами, о том, как смеет она говорить, что он не подходит Завитушке. Бровастый его, Зоро делает все, чтобы Завитушка был счастлив. Как обещал. Он стал лучшим мечником, и все, что у него есть, теперь у ног Санджи. Рыжая не смеет говорить… — Зоро, Зоро! — суетливо зашипел Санджи, когда Зоро, сам того не замечая, принялся целовать его в шею. — Этого точно нельзя! Дом полон гостей! И детей разного возраста. Там еще и Зефф. — Плевать, — Зоро рывком развернул к себе Санджи, тут же кладя ладонь вдоль скулы, чтобы не отводил лица от поцелуя. Тот только и ахнул, когда Зоро впился в него губами, а второй рукой крепко притягивал к себе. Завитушка недавно курил, Зоро чувствовал этот вкус во рту. Но это Завитушка всегда суетился больше нужного и не давал целоваться, пока не почистит зубы. Зоро было плевать, это был Завитушка и его запах. И никто не может украсть его у Зоро.       Похороненные глубоко тревоги, которые всколыхнула эта женщина, теперь сконцентрировались на Санджи. Все Нами и ее мерзкие намеки, что Зоро «на общих основаниях». Теперь вся тревожность, как когда-то страх, что Куина покинет семью, сконцентрировалась вокруг Завитушки. Зоро не желал даже физически отпускать его. Завитушка чувствовал его тревогу, успокаивающе гладил его по спине, значит — был не против.       Завитушка его. Его. Его! Это было детское, незрелое возмущение на все вокруг. — Зоро, Зоро, Зоро! — зашептал Санджи, когда Зоро стал целовать шею и забрался руками под футболку. — Там гости, мы не можем оставить их надолго… — Я ничего и не делаю. Просто трогаю тебя, Завитушка. Просто… — он снова судорожно сжал его в объятиях, как на качелях падая из страсти в нежную жадность и обратно.       Санджи глубоко вздохнул и повернул голову, чтобы коснуться губами его виска. — Все хорошо, Зоро. Я уж точно никуда не денусь. Куда мне деваться? — Санджи понадеялся, что встреча с друзьями подлечит душу Зоро. Но сейчас тот льнул к нему еще горячечнее, чем когда они заперлись здесь после отеля, и Санджи убаюкивал Зоро, держа его голову на коленях, а тот утыкался ему носом в живот, совсем как ребенок. Но почему-то тревога не прошла, только усилилась. Это Маримо, ему нужно больше времени, чтобы разобраться со своими чувствами. — И мы женаты, — почему-то сказал Зоро, словно привел довод в споре. — Конечно, Маримо, — прошептал Санджи в зеленый висок.       Санджи и правда было некуда деваться. У него не было никого, кроме Зоро. Это же очевидно, Зоро совершенно не о чем беспокоиться.       И тем не менее шорохи за дверью спальни казалось, что окружают Санджи. А объятия Зоро стискивают в удушающие тиски. Он ощущал, что ему некуда бежать.       Обедали в гостиной — шумно и весело, в основном благодаря Луффи. Испортили ковер (тоже благодаря ему). Луффи шепнул Усоппу, что потом притащит Зоро домой ковер из одного из путешествий Эйса, мохнатый-мохнатый, что там даже как-то потерялся хомяк, да его так и не нашли.       И после обеда Коширо вызвался мыть посуду с Педро, с мягкой настойчивостью вытолкав Санджи с кухни посидеть с друзьями и Зоро. Куина отправилась укладывать заклевавшую носом Мейко. И вот молодежь сидела в гостиной, болтала и вспоминала старые школьные истории. Хиери все же принесла свое печенье, и Санджи засыпал ее комплиментами, даром что она еще недавно планировала отбить у него мужа. Зефф хмыкал из своего кресла, глядя на все это безобразие. — А теперь я кого показываю? — длинноносый парень раскинул руки и наклонился вперед: — Почему ты не ценишь свою жи-и-изнь?!       Все прыснули, Санджи подал голос: — Это даже я знаю, это Хенкок. Мне Ширахоши рассказывала. — В яблочко! Мы с тобой мега-команда! — Усопп показал два пальца вверх. Но Зефф не особо следил за детскими играми, он следил за рыжей красоткой, которая играла в какой-то чемпионат по гляделкам с Ророноа.       И если тот просто буровил ее взглядом, надеясь прожечь в черепе дыру, та стреляла глазками, мельком улыбалась и по касательной бросала убийственные кокетливые взгляды. Было странно, что Рыжая так ни разу не посмотрела напрямую на Баклажана. А тот на нее. Это довольно сильно нервировало Зеффа, почему Баклажан на нее не смотрит? Чувство вины, неужто изменял своей доверчивой ходячей кочерыжке? Зефф мрачно вздыхал про себя. — А мы можем пойти на пруд, как раньше? Ну, где еще качели липкие были? — спросил вдруг Луффи. — Они были не липкие. Ты просто зачем-то лизнул их на морозе, — мрачно ответил Зоро. — Ты видел толпу за забором? Мы не можем выйти, пока они там не перестанут устраивать клуглосуточные стояния. — Я тоже не могу пойти, пока там Йонджи, — Рыжая выглянула украдкой за занавеску и скривила нос. Неприятный ей парень явно был там, не особо скрываясь. — Бу, как скучно, — надулся Луффи. И тут же просиял: — Значит, мы у Зоро с ночевкой?! Спим на полу! — Тебе-то зачем! — гаркнул Усопп. — Нет, ребята, меня вечером Кайя ждет, она устанет… — Да никто вас ночевать тут не оставляет, — закатила глаза Нами. — Но если потребуется, и этот упырь будет еще торчать там, Куина ведь мне постелит? — Домой иди, Рыжая! Уй! — Зоро рявкнул на Нами, за что тут же получил пинок в лодыжку. Луффи тут же расхохотался, а мелкий пацан, тот что учился на доктора, нервно оглядывал то Зоро, то Санджи, собираясь что-то спросить. Но тут со второго этажа быстро затопала Куина, едва не спотыкаясь на ступеньках. — Не прыгай через ступени, — лениво напомнил ей Зоро. Была у Куины такая плохая привычка, когда она торопилась. Как-то она допрыгалась и сломала ногу. А теперь и вовсе беременная, а вон опять скачет. — Да, да, — отмахнулась Куина, в руках у нее светился телефон. — Тут Педро звонят! Срочное!       Педро наскоро вытер руки и принял телефон, его лицо вмиг стало серьезным, когда он выслушивал чью-то частую речь по ту сторону линии. Он мрачнел и качал головой. — Нет. Нет, я… Это было бы некрасиво, это же моя семья. Да, они не могут! Плевать, какое место они занимают в городе. Я вообще в отпуске.       Зефф отметил, как навострил уши Баклажан, когда Педро заговорил про место в городе. Глянул с тревогой на Зеленую башку, но тому хоть кол на голове теши.       Педро нажал отбой, но еще некоторое время озадаченно стоял, глядя перед собой в пустоту. — Что там? — дернула Куина его за засученный рукав теплого свитера. — Звонил мой босс из архитектурной компании, — проговорил заторможено Педро. — Помните ту утку в прессе, что якобы у Ророноа Зоро какая-то связь с мужем его сестры? — Чего? — выпучил глаза Усопп. — Зоро, как ты мог! — осудил его Луффи. — Ага. И до него дошли Винсмоуки, вызвонили куда-то на острова, куда он улетел на праздники. Сказали велеть мне, чтобы я подыграл этой лжи, чтобы они могли вернуть Санджи в семью без репутационных потерь. Что у него никогда не было связи с Ророноа Зоро. — Вот подонки! — ахнула Куина. — Для тех, кто так печется о репутации, что-то они не слишком берегут твою! Ты ведь отказался? Он тебя не уволит?!       Санджи замер на диване, забывая, как дышать и выглядеть нормальным. Под угрозой не только додзе Коширо, но и работа Педро, а ведь Куина сейчас не работает и уже беременна вторым ребенком. Если из-за него уволят отца семейства… — Хах, пока он такого не говорил. Надеюсь, я все же очень талантливый архитектор, и меня боятся потерять, — неловко пошутил Педро. Куина ласково приобняла его за плечи, показывая, что будет рядом в любые времена. — Не переживай, мало ли в стране работы для инженера, тебе не обязательно работать здесь.       У Санджи внутри все похолодело: теперь Куине и Педро придется бросить родной город, оставить Коширо без свиданий с вкучкой только по одной причине — он. — Я… мне стоит как-то с ними договориться… — слова из горла шли со странной сдавленной хрипотцой. — Мы не будем с ними договариваться! — сурово заявила Куина. — И мой муж никогда не будет любовником моего брата! Я постою за своего деверя! — Деверя? — аккуратно уточнил Усопп, наверное, она подразумевала Санджи. Куина смутилась: — А что? Не так? Шурина? — неуверенно уточнила она. Все молчали, не зная ответа. — Свата? — Это по гороскопу? — уточнил Луффи. — По гороскопу ты был бы Утконос, — мрачно прокомментировала Нами       Следующие пять минут потратили на то, чтобы выяснить верный семейный статус Санджи и почему-то его гороскоп, а также, существуют ли утконосы в принципе, или это розыгрыш и большой взрослый заговор ученых, чтобы издеваться над детьми в детских книжках.       На фоне безумного гвалта Баклажан сохранял тишину и бледность, прямо как у статуи. Зефф бы ему даже премию какую выдал, как лучшая статуя для фонтана. Так и тянет монетку швырнуть и прямо в лобешник ей залепить. И все потому что сам же не хочет оглашать свои отношения с зеленой башкой. А что тому сделается? Не уволят же его с титула Чемпиона, титул у того попробуй отбери даже с катаной, другие вон пробовали. Ророноа Зоро незаменим в статусе лучшего мечника страны. Такого не увольняют, так с чего Баклажан… — Хах, — Зефф хмыкнул в усы. Так вот с чего Баклажан решил, что все провалится в бездну. Зефф ведь его прогнал, как крысу с кухни, за пидорство. Хотя тот и правда был на своем месте на кухне в Барати, с ним ресторан дышал его страстью. Чувствовал ли это Баклажан, понимал ли? И если понимал, но все равно Зефф его выставил, то это еще хуже.       То, как переживает Баклажан уже не за себя, а за пустую башку, было теперь понятно. И даже как-то трогательно. Но что со всем этим делать прикажете? Зефф решительно не знал, его с таким разбираться не учили. Все квадратные, угловатые слова, что он с горем пополам думал сказать Баклажану еще когда ехал в его это Олл Блю, теперь казались неуместными, устаревшими на десяток лет после такого интенсивного погружения в реалии жизни глупого Баклажана. А Зефф ведь и так их битые три месяца сочинял, где ему так быстро новые выдумать, стар он для этого. — А как они забудут, что ты женат, если решат, что у тебя интрижка с Педро? — задала вдруг резонный вопрос Рыжая, и все на нее посмотрели. Зефф крякнул, точно, он ведь и сам позабыл об этом. Кольцо Ророноа таскает с собой с такой нежностью, что тут не съедешь с темы, что это обручальное кольцо мужа собственной сестры. — Точно, Нами. Ты такая продуманная! — восхитился Чоппер. — Надо же, почему Винсмоуки об этом не подумали? — Надеются создать шумиху, а потом, когда я соглашусь с их условиями, подчистят все задним числом. Наймут, может, кого-нибудь на роль бывшего мужа Зоро, фиктивного, — пробормотал Санджи отстраненно. — Фиктивного? — в глазах Нами вдруг загорелся огонек. — Слушайте, если вам нужно, чтобы Винсмоуки прекратили истерику и звонить всем подряд во время выходных, может, сами фиктивного мужа Зоро и выберем и скормим эту утку прессе? — Утконоса! — В смысле? — заинтересовалась Куина. — Ну, я могу выйти к прессе и заявить, что я жена Зоро. Скажем, что он всех разыграл. В конце концов, я тоже раньше училась с Зоро, даже некоторое время в одном классе. — Я лучше вскроюсь, чем буду твоим выдуманным мужем! — задергался Зоро, но Санджи поймал его руку и с мольбой заглянул в глаза. — Погоди, Маримо, разве это не выход? — он с такой болью ловил взгляд Зоро, что тому пришлось умерить возмущение и прислушаться. — Ты только подумай, Винсмоуки перестанут угрожать додзе Коширо. Их репутации ничего не угрожает. Люди будут думать, что у тебя такая яркая и красивая жена, да еще у вас любовь со школы. Это же замечательная история преданной школьной любви! Они точно поверят в такую сказку. — И вам это дешево обойдется! Я просто повышу мой процент от комиссии за участок до пятнадцати! — Нами элегантно закинула ногу на ногу. — Семи, — автоматически поправила ее Куина. — Двенадцати. — Десяти. — По рукам! — тряхнула копной волос Нами. — Мне это не нравится! От одной мысли, что Нами даже подставная моя жена, у меня мурашки по коже! — Прошу, Маримо. Зато мы будем свободны. Зато они перестанут осаждать дом твоего отца, — с мольбой всматривался в его лицо Санджи. Нами — идеальная девушка для лучшего мечника, даже ревнивые поклонницы должны будут признать, что у нее яркая и притягательная индивидуальность, и что они с Зоро смотрятся. — Да и мне это на руку. Джадж Винсмоук наконец велит этому буйволу Йонджи отвалить от меня, чтобы он не портил легенду. А то мне пришлось купить перцовый спрей и электрошокер из-за него, — с этими словами Нами достала из сумки электрошокер. Вид у того был такой старый и потрепанный, что ни у кого даже мысли не возникло, что он куплен недавно. Наверняка, Нами украла его еще в школьные времена, причем именно украла, возможно — у настоящего полицейского. — Маримо, твой долг — защитить девушку! — Санджи с мольбой сжал руку Зоро. — Не помню, как успел таких долгов понабрать. Может, я лучше просто наваляю Йонджи по старой памяти? — Хочешь, чтобы Винсмоуки вообще осатанели? — увещевал его Санджи. — Я не хочу так. Я не на Нами женат, а на тебе, — Зоро сложил руки на груди и надулся, как упрямый ребенок. — Правильно! — поддержал его Луффи. Санджи зыркнул на него раздраженно. Нами предлагала настоящее спасение, жертвовала своим именем. Ну, или хотела получить бесплатную рекламу своему риэлторскому агентству. Но все равно очень благородно! — Послушай, Маримо, мы с тобой все равно уедем на Курайгану. А Педро останется, нельзя допустить, чтобы Винсмоуки добились его увольнения. Нельзя, чтобы они отравляли всем жизнь здесь, пока мы с тобой будем там, — молил Санджи, заглядывая в глаза как щенок. И заметил, что что-то в лице Зоро дрогнуло, поколебало его упертость. — Да, мы же с тобой уедем. Только вдвоем. — На Курайгану?! Зачем? Насколько?! — удивилась Нами. Зоро с превосходством смерил ее взглядом. — На два года минимум, буду упражняться с Михоуком, к нему в школу лучшие мечники на практики ездят. Как раз со всеми смогу потренироваться. — А я может наконец смогу получить хотя бы экспресс образование! — закивал радостно Санджи, поддерживая в Зоро мысль о том, что на Курайгане все схвачено. Нужно только уехать так, чтобы не пришлось волноваться за родню. — Тц, я думала, ты уже лучший дважды. Зачем тебе еще новые приемы, — цыкнула Нами, принимаясь нервно грызть ноготь. Из всего потока новостей сегодня это сообщение выбило ее из колеи сильнее всего, она даже маникюр начала портить зубами. Даже появлению Баклажана, как подметил Зефф, Рыжая удивилась не так сильно, как вся компашка. А вот новости об отъезде заставили ее быстро что-то переосмысливать. Зефф понял одно: с девицы нельзя спускать взгляда. — Вообще-то я могла бы сыграть жену Зоро, — вдруг робко подала голос Хиери. И захлопала длинными ресницами: — Я же все-таки актриса. У меня получится. — Ты же его сестра, — резонно отметил Усопп. — Ну и что, он же усыновленный! — топнула ногой Хиери. Опять они со своими аргументами. И совсем забыла, что сейчас это Зоро лучше не напоминать, не после встречи в отеле. — Зоро усыновленный?! — ахнула компашка и уставилась на Зоро. — Ага. Но вы просто игнорируйте ее, ладно? — спокойно кивнул Зоро. Факт, что он был не родной Ророноа, ни капли его не ранил. Его ранила женщина, которая его бросила. — Чувак, сегодня больше новостей узнал, чем за целый год. Я должен написать… — выдохнул Усопп, поднимая телефон, но тут же столкнулся с предупреждающим взглядом Санджи. И вернул его на место. — А ладно, потом с Кайей поговорю. — Хиери, ты бы прекрасно исполнила роль супруги Зоро, я уверен, — с кухни пришел наконец Коширо, все это время оставленный домывать посуду в одиночестве. — Но ведь и правда, ты его сестра. А если мы объявим о вашем союзе, нам придется обнародовать, что Зоро усыновленный. Такое внимание нам сейчас совсем ни к чему.       Он многозначительно посмотрел на семью. Не сейчас, когда объявилась мама Зоро, и она точно заявит о себе в прессе.       Хиери обиженно надулась, посмотрела на всех исподлобья очень выразительно, словно они все вместе и каждый по отдельности жизнь ей поломали, но все же кивнула: — Поняла.       В душе она и правда любила Зоро как человека, который был для нее стеной между пугающим, угрожающим миром в самый ее уязвимый момент. И никогда не попрекнул ее за ломкость и пугливость. Она любила Зоро не как мужчину, а просто за то, какой он был человек.       Нами звонко хлопнула в ладоши и поднялась, красиво откидывая роскошные рыжие волосы. — Ну что, договорились? Тогда устроим уже этим репортерам небольшое шоу.