Мое маленькое ничего

Кто-нибудь дайте мне краски , или я сейчас взорвуюсь.Какое отвратительное чувство. Как мне надоел этот шум и гам. Но мне и не хочется быть там , где стоит абсолютная тишина. Дайте мне краски , или я кого-нибудь ударю. Дайте выйти на улицу и заорать во все горло. Чтобы потом не посчитали сумасшедшим . Мне нужны краски , чтобы выплеснуть их и свои чувства. Мне кажется , меня распирает изнутри. Я не хочу никого слушать. Мне кажется , что я слишком устала , хотя , кажется , что пробежала бы пару километров. Не понимаю , почему все со всеми обнимаются. Может просто мне не хочется с ними общаться ? Но почему ? Разве я когда -то была необщительной? Да , была. Вроде как. Я же не могу сама себе измерить чувство дружелюбия. Мне комфортней одной , если честно. Или же я просто не хочу , чтобы меня окружали не те люди. Дайте мне краски, чтобы запечатлить их лица. Чтобы выразить свои чувства . Как кровь растекается по асфальту , так и краски по холсту. Людей не измерить одной краской. Это тысячи оттенков и полутонов. Но я все же стою и так хочу , чтобы этот мир вымер. Чтобы все заткнулись , потому что я не понимаю смысла орать. Не понимаю смысла не учиться. Я вообще много чего не понимаю. И также много не умею. Хотелось бы мне бесконечное время , чтобы все , что я знала , стерлось. Но , наверно , это слишком болючее желание. Я хочу жить вечно , чтобы научиться всему , чему только пожелаю. Много можно сделать за одну жизнь , но все же умереть. А так хочется не умирать! Тогда зачем жить? Если я буду знать , что меня ничего не сковывает , никакие временные рамки , что я буду делать? Посещу тысячи стран? Выучу десятки языков? Прочитаю сотни книг? Я даже не знаю. У нас время слишком ограничено , к тому же , повседневная жизнь диктует , что и когда  делать. Иногда рутина всех нас убивает. Убивает больше, нежели что-то особенное или опасное. Я не знаю , что делать , а , между тем , надо сделать еще кучу всего. Таков уж наш мир. Пожалуйста , дайте мне краски , чтобы обмазаться ими с ног до головы и не выглядеть тускло. Дайте мне время , чтобы выучить французский и поехать увидеть импрессионистов . Или же дайте мне еще одну жизнь. Хоть что-нибудь. Идеи , взращиваемые в искусстве , так или иначе смогут прорасти . В воображении  сотни , а то и тысячи людей. Но а я-то буду мертва. Радует , что хоть что-то останется , если не на вечно , то , хотя бы , чуть на подольше . Этот закат был поразителен . Не надо быть импрессионистом , чтобы почувствовать его , но надо быть художником , чтобы зарисовать , облечь , придать форму и изложить смысл. Вот бы в людских жизнях было столько смысла , какой есть в закатах. Закаты ведь для того и нужны , чтобы пройти и умереть. Как не прискорбно , но ни закат , ни восход нельзя задержать. Он может повторяться , но никогда не будет прежним. Меня прежней тоже никогда не будет. И не будет ничего. Мне кажется , что даже души не останется. Может быть , останется горячий чай. Мягкая земля. Карандаши. Краски. Птицы на проводах. Качели. Все и ничего. Меня не будет. Других тоже. Мы расстворимся в воздухе. И все. Вот так , просто. Ищи смысл там , где , кажется , его нет и не ищи в самых умных вещах. Любуйся закатом , пока они есть. Любуйся закатом , пока существуешь ты. Мне иногда хочется запечатлеть закат , но он от меня ускользает , как рыбка , что испугалась. Зарисовывая закаты , я пишу себя , а не его. Это не закат чувствует , а я . Это я сейчас расплачуюсь он нахлынувших воспоминаний , это я топчуюсь на месте , только чтобы подольше постоять и посмотреть. Другим пока нет дела , это хорошо. Не люблю на что-то смотреть и когда на меня смотрят. Я не хочу быть закатом , на которого все смотрят. Но хочу видеть его. И наслаждаться. Жить , пока могу , и , может быть , я накоплю достаточно воспоминаний , чтобы написать хоть что-нибудь. Свои воспоминания , мой детство . Оно только мое . Я готова с ним поделиться , но никому и ни за что его не отдам. Это буквально лучшее , что у меня есть. Просто оно где-то разграничивается той чертой , где мама зашвырнула мою любимую тарелку в отца. Та разбилась , и , не я , но кто-то другой собирал осколки. Детство кончается , когда умирает дедушка , но не отпускает до конца. Горечь проходит все стадии , и приходит горе. Не безутешно , но что-то , что просто так не пройдет. Это горе не все способны почувтсвовать. Детство растворяется в бурях и грозах. В летнем дожде и протекшей крыше. В вскриках и в слезах. Оно растворяется и уходит , будто закат. Мне иногда это сильно досаждает. Что же за глупость такая , закат? А нет. Это счастье , которого больше не вернешь. Да , сейчас оно есть , но так ли это. Это уходит тонкая грань , где я еще не могла нормально мыслить. Я даже себя не помню , что уж говорить о чем-то еще , но , ведь, я могу вспомнить чувство . Чувство радости и печали. Бесконечного одиночевства и холода. Чувства боли от разбитых губ и коленей. Боль , к сожалению , в закат не уходит.