Мама-кошка

— Боюсь читать, что бабушка написала, — признался Невилл Дадли, когда они устроились в своей комнате. Гарри ещё не было — он беседовал с деканом. — Такая строгая бабушка? — спросил тот. — Она хотела, чтобы я поступил на Гриффиндор, как папа, — ответил Невилл. — А я… — А ты живёшь свою жизнь, а не бабушкину, — строго сказал Дадли. — Она говорит, что потратила свою жизнь на меня и моих родителей, так что теперь я должен её слушаться, — вздохнул Невилл. — Но ты прав, я её об этом не просил, и не должен… Всё равно страшно. — Ну не побьёт же она тебя через пергамент, — возмутился Дадли. — Она уже написала это письмо и ты уже его получил. Ничего нового не произойдёт от того, что ты его прочитаешь! Невилл вздохнул и неохотно полез в сумку. — Ты всё равно наш друг, — подбодрил его Дадли, — что бы там ни написала твоя бабушка. Как её зовут? — Августа, — пробормотал Невилл, взламывая печать на конверте. — Прямо как Цезаря, — блеснул знаниями Дадли. — Ну, то есть его наследника. И она тоже вся такая… благородная? — О да, — рассмеялся Невилл. — Я покажу колдографии, вам с Гарри понравится. О, смотри, бабушка пишет, что ей прислала письмо профессор Спраут! Интересно, зачем? — И даже не ругает тебя? — И даже не ругает, — растерянно кивнул Невилл. — Пишет, что я молодец, раз сумел сразу найти общий язык с Гарри. — Вот и хорошо, — кивнул Дадли. — Папа говорит, что страх убивает разум, понимаешь? Поэтому опасаться надо, а бояться опасно. — Я всё, — Гарри влетел в комнату и захлопнул за собой дверь. — Декан обещала спросить у МакКошки, куда она дела ключ. И, подозреваю, спрашивать она будет не наедине. Уж очень ехидно она при этом улыбалась. — Не любят остальные преподаватели бабку, — рассмеялся Дадли. — Удивительно, за что же это? — Понаблюдаем и выясним, — ответил Гарри. — А как мы будем писать эти эссе, если в комнате даже стола нет? — Ну… В библиотеке? — спросил Невилл. — Или можно книгу под пергамент подложить. Как вообще эти эссе пишут? — Перьями по пергаменту, — поморщился Дадли. — Вот почему нельзя разрешить нормальные тетрадки? А про столы надо было спросить у декана, но мы как-то не подумали. Пойдём к старостам? — Завтра спросим, — отмахнулся Гарри. — Задание по Трансфигурации ведь не на завтра задано, так что ещё успеем сделать. А сегодня я устал, эта школа такая огромная. Никаких уроков физкультуры не нужно, достаточно по лестницам побегать — и ты уже спортсмен. — Кормят тут не по-спортсменски, — вздохнул Дадли. — Сплошь мучное и жирное. Гарри, а про палочку Уизли ты спросил? — Из головы вылетело, — покачал головой тот. — У нас завтра Травология, завтра и спросим. — Или декан сама заметит этот ужас, — добавил Невилл. — Может, мне и про свою палочку спросить? Она ведь не моя, вдруг, если бы я сам выбирал, у меня такого ужаса не получилось бы, как с этой спичкой сегодня? Хотя даже если она и скажет, что я прав, то ничего же не изменится… — Почему? — удивился Гарри. — Ну а где я в Хогвартсе куплю новую палочку? — объяснил Невилл. — Даже если получится убедить бабушку, что она действительно нужна. Она ведь даже выбор факультета простила мне только потому, что и ты сюда пошёл. Вроде как рядом с героем учиться не зазорно. А отказ от отцовской палочки… Вряд ли. — Но палочка сама выбирает волшебника, — напомнил Гарри. — А ты точно не твой отец. — Ну да… — поник Невилл. — Он аврор. Герой. А я… — А ты ребёнок и ещё даже не выбрал, кем быть, — возмутился Дадли. — Может, ты станешь великим учёным, и тебя будут изучать в школе дети спустя лет триста. А кто изучает обычных авроров? — В Истории Магии ни один не упомянут, — закивал Гарри. — Я читал. — Ты сейчас прям как Гермиона, — рассмеялся Невилл. — Ты тоже заметил, что для неё книги — главный аргумент? — усмехнулся Дадли. — А про палочку обязательно скажи завтра. Пусть декан, если что, ещё одно письмо твоей бабушке напишет. *~*~* — Минерва, у меня есть к тебе несколько вопросов как к заместителю директора, — произнесла Помона Спраут, когда профессора собрались для традиционного вечернего чаепития — их законный час свободы от студентов и проверки их работ. Остальные профессора насторожились, прислушиваясь, а Снейп с Флитвиком даже о чём-то зашептались, и под столом послышался звон передаваемых из рук в руки монет. — Это обязательно делать при всех? — недовольно поморщилась МакГонагалл. — Мы можем спокойно побеседовать после чая в моём кабинете, если тебе так срочно. — Да вопрос-то на пять минут, — улыбнулась Спраут, пробуя чай. — Отличный ассам, спасибо, Гораций. Почему ты не отдала Гарри Поттеру ключ от его сейфа? Ни тогда, ни теперь. Что, делу Света снова не хватает галеонов? — Откуда ты взяла эту чушь? — возмутилась Минерва. — Мальчишка решил наговорить про меня гадостей за то, что я требовала на своём уроке соблюдать тишину? — Ну что ты, — Помона сделала большие глаза. — Мальчик всего лишь спросил, передала ли ты мне его ключ, раз все ключи от сейфов положено хранить у администрации. Он подумал, что до этого ключ был у тебя из-за того, что все были уверены в его поступлении на Гриффиндор. — И правда, — ласково улыбнулся Гораций, — где ключ, Минерва? Нехорошо обирать сироту. — Никто вашего сироту не обирал, — фыркнула МакГонагалл. — Ключ хранился у Альбуса и сейчас тоже у него, как и положено. Уж не станете же вы утверждать, что директор Дамблдор грабит детей! — Исключительно в мороз под дверь подкидывает, — покивал Слагхорн. — Бедный мальчик… — Под какую дверь? — напрягся Снейп. — Какого ребёнка? — А вы разве не в курсе? — удивился Слагхорн. — Гарри Поттера. — Ну откуда мороз в начале ноября? — поморщилась Минерва. — Мальчик был тепло одет и ничуть не пострадал. — Ну да, всего-то воспаление лёгких, всего-то магловские лекарства вместо действующих зелий, — покивал Гораций. — Холодно было, — выдавил Снейп. — Иней на траве. — Минерва таких мелочей не помнит, — пожал плечами Слагхорн. — Не ей же пришлось всю ночь пролежать на крыльце, пока утром тётушка Гарри не вышла за молоком. Но, к счастью, всё обошлось, и мальчик вырос здоровым и хорошо воспитанным. — Ваших заслуг в этом тоже нет, — огрызнулась Минерва. — Взрослый, уже состоявшийся сын, выросший без вашего участия — не повод гордиться им или внуком. — Ну, вам виднее, — согласился Слагхорн. — Вы им точно не гордитесь — ни внуком, ни… — и он намекающе замолчал. — Вообще я уверен, что эта история несколько сложнее, — достаточно громко прошептал Флитвик Снейпу. — Но выглядит всё так, словно Минерва родила сына от Горация и спрятала его в магловском мире. И вот теперь всё открылось и они ссорятся, словно при разводе еле разделили целое совместно нажитое состояние. — А по-моему, вы перечитали магловских романов, — фыркнул Снейп. — К тому же Вернон, если подумать, копия Слагхорна, и на МакГонагалл ничем не похож. Скорее уж его… — и он потрясённо замолчал. — Ну, раз вы что-то знаете, то предлагать пари неспортивно, — вздохнул Флитвик. — Но история и впрямь захватывает лучше любого романа. Снейп же не сводил глаз с МакГонагалл и беззвучно шевелил губами. — Пожалуй, с меня хватит, — Манерва бросила злой взгляд в сторону сплетников и поднялась из-за стола. — Пойду готовиться к занятиям, что и вам всем рекомендую. Начало учебного года — совсем не повод расслабляться. — Выглядит как бегство, — заметила Аврора Синистра, беря имбирное печенье в виде звёздочки. — Отважная гриффиндорка растеряла всю отвагу, — согласилась Хуч и добавила в свой чай что-то из маленькой серебряной фляжки. — Гораций, спасите нас от неизвестности, — попросил Флитвик. — Неужели у вас с Минервой общий сын? Как же так вышло? — Если милая Минерва предпочитает пока хранить свои тайны, то разве я могу их выдавать? — заупрямился Слагхорн. — Ну что вы, право, — усмехнулась Спраут. — Что же это мы сразу записали профессора МакГонагалл в кукушки? Совсем не обязательно она родная бабушка Дадли, может, внук одной из её сестёр. А в этих шотландских кланах и более дальнюю родню называют как родных. И воспитывают дружными большими семьями, не делая различий. — Ну, это не случай юного Дурсля, — отмахнулся Слагхорн. — Что, конечно, весьма печально. — Тут я бы поспорила, — замотала головой Спраут. — Они же смогли принять Гарри, и воспитали его вполне достойно. А то, как мальчики поддерживают друг друга, послужило бы примером многим родным братьям. Так что семья там вполне дружная, и различий между детьми особых не делали, что весьма похвально. — Да, очень достойная семья, — согласился Гораций. — Мальчики не доставляют вам забот, дорогая Помона? И в учительской тут же заговорили об учениках.