Глава 61: Собрание
27 марта 2025 г., 15:53
—Итак, вопрос, — начал Локи, откидываясь на спинку стула и глядя на Рею. —Если ты знала, что эта глупая девчонка умрет... почему ты не остановила ее? И почему ты спасла Охотницу?
Рея вздохнула и встретилась взглядом с Локи.
—Потому что это... каноническое событие.
Локи приподнял бровь, заинтригованный.
—А?
—Позвольте мне объяснить, — продолжила Рея. —Это правда, что как аномалия я могу заставить Судьбы плясать под мою дудку примерно в пятидесяти процентах случаев. Однако есть определенные события, когда мне нужно плясать под их дудку. Смерть Бьянки — одно из таких событий. Это происходит в каждой вселенной и остается неизменным. Во вселенных, где она выживает, это всегда приводит к катастрофе.
Локи наклонился вперед, с любопытством.
—Как так?
—Ну, смерть Бьянки необходима Нико, чтобы развить силу, необходимую для выживания, — объяснила Рея. —Ее смерть позволяет Хейзелу вернуться к жизни. Если бы Бьянка не умерла, Нико не обрел бы силу, необходимую для выживания. Он бы погиб в течение шести месяцев, Хейзел не воскресла бы, пророчество о семи было бы нарушено, и Гея захватила бы контроль.
Задумчивое выражение промелькнуло на лице Локи, когда он усваивал информацию. Улыбка Реи осталась на ее губах.
—Я думаю, теперь вы понимаете значение. С другой стороны, смерть Зои, хотя и впечатляющая, не имеет такого же веса, как каноническое событие. Она запустила цепочку событий, да, но они были временными по своей природе. Это как когда вы вспоминаете кого-то, кто умер, и его смерть вдохновляет вас. Ну, они также могут вдохновлять вас, пока они живы, — заметила Риа.
—Да... Я понял, — ответил Локи, и в его голосе послышалась нотка отвращения. —Я не хочу в ближайшее время столкнуться с Геей.
Улыбка Реи стала шире.
—Вот почему я сделаю все, что в моих силах, чтобы все происходило так, как должно.
Внезапно выражение лица Локи изменилось, когда всплыло воспоминание.
—Погодите-ка... Разве Рагнарёк не... каноническое событие, как ты его назвала?
Рея кивнула.
—Верно, но в отличие от других событий, Рагнарёк изменчив. Он принимает различные формы в разных вселенных. В некоторых это конец света; в других это колоссальная война, в которой те, кому суждено умереть, все еще живут. А в еще одном Рагнарёк состоит из тринадцати людей, сражающихся с тринадцатью богами, чтобы определить, заслуживает ли человечество еще тысячи лет существования. В некоторых вселенных Рагнарёк вообще не происходит. Это гибкая концепция.
***
Обычно небо в мире Равноденствия всегда чистое, голубое, но сегодня все было по-другому: оно было серым, даже море там не было спокойным. —У нас осталось всего два года до войны, — заметила Рея, и в ее голосе слышались смесь предвкушения и беспокойства. —Но боги молчат. —На ее губах играла тонкая, понимающая улыбка, словно она скрывала свои собственные секреты. —А пока предоставим Зевсу принимать самые неразумные решения. —Два года? Неужели этого действительно достаточно, чтобы собрать силы и сразиться с Кроносом? — спросил Аидоней. Глаза Реи светились непоколебимой решимостью. —Хотя многие погибнут, победа будет за нами, — улыбнулась она. —Да, я в этом уверена... —Тебе следовало избавиться от шпиона, — вмешался Посейдонас, и его голос сочился ледяным презрением. Взгляд Реи встретился с холодным взглядом Посейдонаса, невозмутимого его пронзительными словами. —Она все еще служит своей цели, — ответила она. —Знание Кроносом наших планов станет палкой о двух концах, поскольку это позволит мне эффективно противостоять ему. Его знание наших движений будет нашим преимуществом, а не его. Посейдонас усмехнулся с ощутимой насмешкой, его ледяное поведение было непреклонным. —Два года... и этот лагерь считает, что их слабые приготовления равносильны войне? Как это жалко, — пробормотал он. Аидоней переместился, чтобы посмотреть на Рею. —А что насчет мальчика, который сейчас помогает Кроносу? — спросил он, его голос был полон любопытства. Улыбка Реи стала холодной, в глазах засиял проблеск расчетливой хитрости. —После того, как ему не удастся убедить Аннабет бежать с ним, Кронос подтолкнет мальчика к следующему шагу, — объяснила она, и в ее голосе послышались нотки жуткого предвкушения. — Это будет означать истинное начало войны. —И сколькими ты готова пожертвовать ради своих целей? — спросил Аидоней, не отрывая глаз от шахматной доски и ловко передвигая слона. Рея обдумывала свой ход, ее взгляд был сосредоточен, пока она просчитывала свою следующую стратегию. —Столько, сколько нужно, — твердо ответила она, перемещая свою башню на новую позицию. Аидоней передвинул свою королеву. —Я понимаю твою решимость, но не думаешь ли ты, что твоя мать будет возражать против того, чтобы ты пошела на такие меры только ради нее? —То, чего она не знает, ей не повредит, — ответила Рея, сделав свой ход, переместив свою королеву через доску. Аидоней проверил ее, его взгляд был непоколебим. —А если этого недостаточно, что ты будешь делать тогда? Выражение лица Реи оставалось решительным, когда она встретила его взгляд. —Этого должно быть достаточно... а если нет, то я пожертвую собой без колебаний, — заявила она, задержавшись взглядом на последней оставшейся фигуре на доске — короле. Посейдонас прервал их с насмешкой, в его голосе слышался оттенок презрения. —Идея самопожертвования оскорбляет саму суть бытия богом... но я не могу отрицать твою непоколебимую решимость. Рея ответила легким смешком. Уже достаточно скоро.
