Истина, сказанная в море лжи. Часть 1

Битва была яростной,

Победа одержана.

Новый рассвет уже близко.

***

      Трезубец и коса столкнулись, вызвав ударную волну, Рея и Кронос стояли на месте, пристально глядя друг на друга. Сальвадор нырнул в сторону и прыгнул на Аннабет. Они начали драться, Гровер играл на своей свирели. Звук наполнил Аннабет и Рею теплом и мужеством — мыслями о солнечном свете, голубом небе и тихом лугу, где-то вдали от войны.       Рея заблокировала косу Кроноса лезвием своего трезубца и закрепила захват, они оба начали бороться и толкаться, чтобы загнать друг друга в угол.       —Зачем сражаться с Джексоном? Боги не сделали тебе ничего хорошего, преклони колено!— Рея усмехнулась и толкнула его. —Я уверена, что ты ждешь героической речи, но ты будешь разочарован, я сражаюсь, потому что если я упаду здесь, кто-то будет насмехаться надо мной за то, что я проиграла тебе, и я буду проклята, если проиграю бесполезному узурпатору, недостойному королю!       Она пнула его в грудь, что не сильно его смутило, когда он снова напал на нее. Рея подпрыгнула и приземлилась на рукоятку косы Кроноса, прежде чем нанести удар трезубцем ему в голову, он увернулся, что сбросило ее со своего оружия высоко в воздух, она приземлилась на ноги на троне Гефеста.       Трон жужжал и гудел от секретных механизмов. Режим защиты , предупредил он. Режим защиты.       Рея ухмыльнулась, прежде чем прыгнуть прямо через голову Кроноса, когда трон выстрелил электрическими щупальцами во всех направлениях. Один ударил Кроноса в лицо, пройдя по его телу и вверх по его косе.       —Арг!— Он рухнул на колени и выронил косу.       Аннабет увидела свой шанс. Она оттолкнула Сальвадора с дороги и бросилась на Кроноса.       —Лука, послушай!       Рея хотела предупредить ее, но Кронос оказался быстрее, он взмахнул рукой. Аннабет отлетела назад, врезалась в трон матери и рухнула на пол.       —Аннабет! — закричала Рея.       Сальвадор поднялся на ноги. Теперь он стоял между Аннабет и Реей. Что было неправильно, так как она не остановилась и не прогнала его мысль своим трезубцем, подняв его в воздух, кровь упала ей на лицо.       Она быстро повернулась и отбросила тело Сальвадора в сторону с такой силой, что его отрубленное тело врезалось в стену.       Музыка Гроувера приобрела более настойчивый мотив. Он побежал к Аннабет, продолжая петь. На полу тронного зала росла трава. Крошечные корни пробирались сквозь трещины мраморных камней. Добравшись до Аннабет, он прекратил играть и начал кормить ее амброзией. Кронос поднялся на одно колено. Его волосы тлели. Его лицо было покрыто электрическими ожогами. Он потянулся за своей косой, но на этот раз она не полетела ему в руки, он встал и подошел к своей косе.       —Какая бесполезная вещь.— Кронос поднял свое оружие и презрительно усмехнулся, глядя на тело Сальвадора.       Везде, куда бы Кронос ни ступал, корни обвивали его ноги, но Гроувер остановил свою магию слишком рано. Корни не были достаточно толстыми или сильными, чтобы сделать что-то большее, чем просто раздражать титана.       —Я заберу твою голову, Джексон.— Он направил на нее косу.       Она не ответила. Их клинки столкнулись в потоке искр. Это было похоже на танец, Рея держалась на нем и парировала косу, затем оттолкнула его и ударила снова — полоснув трезубцем по его нагруднику с такой силой, что она чуть не рассекла Небесную бронзу пополам, если бы Кронос не увернулся.       Он снова топнул ногой, и время замедлилось. Рея остановилась и не стала тратить силы на попытки двигаться. Кронос неторопливо отступил, переводя дух. Он осмотрел длинную рану в доспехах.       —Слишком поздно, Рея Джексон, — сказал он. —Смотри. Он указал на очаг, и угли засветились. Из огня вырвался белый дым, образуя образы, похожие на послание Ириса. Они увидели Нико и ее родителей на Пятой авеню, сражающихся в безнадежной битве, окруженных врагами.       На заднем плане Аид сражался на своей черной колеснице, вызывая из-под земли волну за волной зомби, но силы армии Титана казались такими же бесконечными. Тем временем Манхэттен разрушался. Смертные, теперь уже полностью проснувшиеся, бежали в ужасе. Машины виляли и разбивались.       Сцена перешла во что-то более ужасающее.       Столб шторма приближался к реке Гудзон, быстро двигаясь по берегу Джерси. Колесницы кружили вокруг него, сцепившись в бою с существом в облаке.       Боги атаковали. Сверкнула молния. Золотые и серебряные стрелы пронзили облако, словно трассирующие ракеты, и взорвались. Медленно облако разорвалось, впервые ясно показав Тифона. Голова Тифона постоянно двигалась. Каждое мгновение он был другим монстром, каждый ужаснее предыдущего. Смотреть на его лицо было ужасно, поэтому она переключила свое внимание на что-то другое — на богов.       —Олимпийцы делают последнее усилие.— Кронос рассмеялся. —Как жалко.       Зевс метнул молнию со своей колесницы. Взрыв осветил мир. Шок можно было почувствовать даже здесь, на Олимпе, но когда пыль рассеялась, Тифон все еще стоял. Он немного пошатнулся, с дымящимся кратером на макушке его деформированной головы, но он взревел от гнева и продолжал наступать.       Рука Реи дернулась, когда заклинание начало ослабевать. Кронос, казалось, не заметил этого. Его внимание было сосредоточено на битве и его окончательной победе.       Тифон вошел в реку Гудзон и погрузился едва ли до середины икры.       Из дымчатой ​​картины раздался звук рожка. Зов океана. Зов Посейдона.       Вокруг Тифона река Гудзон изверглась, вспенившись сорокафутовыми волнами. Из воды вырвалась новая колесница — на этот раз запряженная огромными гиппокампами, которые плавали в воздухе так же легко, как и в воде. Посейдон сиял синей аурой силы, ехал по дерзкому кругу вокруг ног гиганта. Он больше не был стариком. Он снова был похож на себя — загорелый и сильный с черной бородой. Когда он взмахнул своим трезубцем, река ответила, создав воронкообразное облако вокруг монстра.       —Нет! — заорал Кронос после минуты ошеломленного молчания. «НЕТ!»       —Сейчас, братья мои! — голос Посейдона был таким громким, что можно было подумать, будто он рядом с вами. — Ударим за Олимп!       Воины вырвались из реки, оседлав волны на мегалодонах, драконах и морских конях. Это был легион циклопов, и вел их в бой Тайсон.       Он магическим образом увеличился в размерах. Он должен был быть ростом в тридцать футов, таким же большим, как любой из его старших кузенов, и впервые он носил полный боевой доспех. За ним ехал Бриарей, Сторукий.       Все циклопы держали огромные куски черных железных цепей — достаточно больших, чтобы закрепить боевой корабль — с крюками на концах. Они размахивали ими, как лассо, и начали ловить Тифона, набрасывая веревки вокруг ног и рук существа, используя прилив, чтобы продолжать кружить, медленно опутывая его. Тифон трясся, ревел и дергал цепи, стаскивая некоторых циклопов с их скакунов; но цепей было слишком много. Огромный вес батальона циклопов начал давить на Тифона.       Посейдон метнул трезубец и пронзил чудовище в горло. Ихор хлынул из раны, создав водопад выше небоскреба. Трезубец полетел обратно в руку Посейдона.       Другие боги нанесли удар с новой силой. Арес подъехал и ударил Тифона в нос. Артемида выстрелила чудовищу в глаз дюжиной серебряных стрел. Аполлон выпустил пылающий залп стрел и поджег набедренную повязку чудовища. А Зевс продолжал бить гиганта молниями, пока, наконец, вода медленно не поднялась, окутав Тифона, словно кокон, и он не начал тонуть под тяжестью цепей. Тифон ревел в агонии, бился с такой силой, что волны хлынули на берег Джерси, замочив пятиэтажные здания и перекинувшись через мост Джорджа Вашингтона, — но он пошел вниз, поскольку Посейдон открыл для него специальный туннель на дне реки — бесконечную водную горку, которая приведет его прямиком в Тартар. Голова гиганта ушла под воду в бурлящем водовороте, и он исчез.       —Агх! — закричал Кронос. Он полоснул косой по дыму, разорвав изображение в клочья.       В глазах Реи не было никаких эмоций, а ее лицо было совершенно пустым. Кронос приблизился, но остановился, услышав ее свист.       Это была красивая мелодия, но такая холодная. Это был плохой знак. ~       Посейдонас ухмыльнулся. ~       Рея садистски ухмыльнулась ему.       —Сделай так, чтобы эта битва того стоила, старик.       Кронос стиснул зубы.       —Ты... надо мною издеваешься?       —Да.       Они оба двинулись вперед с ослепительной скоростью. Создав ударную волну, еще более мощную, чем их первое столкновение, которая прошла через всю комнату, заставив ее дрожать. Что отличало это напряженное противостояние, так это преднамеренная сдержанность Реи. Она никогда не выкладывалась на Луку, скрывая свою истинную силу и скорость. Кронос оказался вынужден полагаться на собственную силу вместо того, чтобы использовать знания Луки, чтобы уклоняться и отражать неумолимый обстрел трезубцами, направленный на него. Ущерб его некогда защитной броне был очевиден, сведенный к простому подобию прежнего. Комната сотрясалась от каждого удара, которым они обменивались. Ярость Реи проявлялась в каждой атаке, направленной на Кроноса, который изо всех сил пытался разоружить ее, поскольку Рея неустанно лишала его возможности эффективно отомстить.       —Стоп! — Аннабет появилась из ниоткуда.       Кронос повернулся к ней и нанес удар косой, но Рея вовремя успела отразить удар, оттолкнув лезвие вверх от шеи Аннабет. Теперь, когда лезвие косы застряло между лезвиями трезубца, Рея смогла утопить оружие и ударить Кроноса локтем в лицо, а затем пнуть его по ногам. Кронос рухнул лицом на пол, и Рея поставила ногу ему на спину, чтобы удержать его на месте.       —Лука, — позвала Аннабет. —Теперь я понимаю. Ты должен мне доверять!       Кронос взревел от ярости.       —Лука Кастеллан мертв! Его тело сгорит, когда я приму свою истинную форму!       Он боролся под руками Реи, но девушка не желала сдвинуться с места. Она быстро схватила его за руки за спиной и удержала на месте.       —Твоя мать, — продолжала Аннабет. — Она видела твою судьбу.       —Служба Кроносу! — взревел титан. —Это моя судьба.       —Нет! — настаивала Аннабет. Ее глаза наполнились слезами. —Это не конец, Лука. Пророчество: она видела, что ты сделаешь. Оно относится и к тебе!       —Заткнись! Я тебя раздавлю! — заорал Кронос.       —Ты не сделаешь этого, — сказала Аннабет. —Ты обещал. Ты даже сейчас сдерживаешь Кроноса.       —Ложь! — Кронос снова боролся, на этот раз он использовал свою силу, чтобы сбросить Рею с себя. Он снова встал и бросился на Аннабет.       Рея врезалась в него, оттащила его за волосы и схватила его за удушающий захват. Я не могу позволить ему добраться до нее или достать косу, одно прикосновение лезвия — и ей конец! Упомянутая коса все еще была прижата трезубцем и сопротивлялась каждый раз, когда Кронос пытался подозвать ее к себе.       Аннабет подошла снова.       —Семья, Лука. Ты обещал.       Рея осталась на месте, не давая Кроносу вырваться из ее хватки. Гровер был у трона Геры, Рея покачала головой, приказывая ему не приближаться.       Кронос уставился на нож в руке Аннабет, на кровь на ее боку от раны, нанесенной Сальвадором.       —Обещал.— Затем он задохнулся, словно не мог вдохнуть воздуха. —Аннабет…— Но это был не голос титана. Это был голос Луки. Он перестал бороться с рукой Реи, но остался напряженным, словно не мог контролировать собственное тело. —Ты истекаешь кровью…       —Мой нож.— Аннабет попыталась поднять кинжал.       Рея медленно отпустила Луку, она призвала свой трезубец обратно в руку, затем схватила косу и бросила ее в очаг. Лука едва ли обратил на Рею внимание. Он шагнул к Аннабет, но Рея встала между ними.       —Даже не двигайся, — Рея сердито посмотрела на него.       Гнев пробежал по его лицу. Голос Кроноса прорычал:       —Джексон…— Все его тело засияло, на долю секунды став золотым, прежде чем он снова ахнул. Голос Луки: —Он меняется. Помогите. Он… он почти готов. Ему больше не понадобится мое тело. Пожалуйста…       —Нет! — заорал Кронос. Он огляделся в поисках своей косы, но она была в очаге, пылая среди углей.       Он побрел к нему. Рея не двинулась с места и осталась рядом с Аннабет.       —Нож, Рея, — пробормотала Аннабет.       Рея посмотрела на нее сверху вниз.       —Я знаю.       Кронос схватил свою косу. Затем он взревел от боли и выронил ее. Его руки дымились и обгорели. Огонь в очаге раскалился докрасна, словно коса была несовместима с ним. Образ Гестии мерцал в пепле, неодобрительно глядя на Кроноса.       Лука повернулся и рухнул, сжимая свои изуродованные руки.       —Пожалуйста, Рея…       Рея двинулась к нему с ножом и холодно посмотрела на него.       Лука поднял на нее глаза. Он облизнул губы.       —Ты не можешь… не можешь сделать это сама. Он сломает мой контроль. Он будет защищаться. Только моя рука. Я знаю, где. Я могу… могу держать его под контролем.       Теперь он определенно светился, его кожа начала дымиться.       Аннабет и Гроувер стояли рядом друг с другом, он держал ее на руках, пытаясь оградить от того, что произойдет дальше.       Рея дала ему нож.       Сделай это быстро.       Гроувер взвизгнул.       —Рея? Ты… эм…       —Сумасшедшая. Безумная. Ненормальная. Вероятно.       —Идиотка.       Или это.       Но Рея проигнорировала все и наблюдала, как Лука схватился за рукоять. Он расстегнул боковые ремни того, что когда-то было его доспехами, это было чудом единственное место доспехов, которое не получило повреждений, и оно обнажило небольшой кусочек кожи прямо под левой рукой, место, в которое было бы очень трудно попасть. С трудом он ударил себя. Порез был неглубокий, но Лука взвыл. Его глаза светились, как лава. Тронный зал сотрясался, Рея стояла на месте и прищурилась.       Аура энергии окружала Луки, становясь все ярче и ярче. Она закрыла глаза и почувствовала, как сила, подобная ядерному взрыву, покрыла ее кожу волдырями и растрескала губы. Долгое время было тихо.       Когда Рея открыла глаза и увидела Луку, распростертого у очага. На полу вокруг него лежал почерневший круг пепла. Коса Кроноса превратилась в расплавленный металл и капала в угли очага, который теперь пылал, как кузнечная печь.       Левая сторона Луки была в крови. Глаза были открыты — голубые, как раньше. Дыхание было глубоким хрипом.       —Хороший… клинок, — прохрипел он.       Рея скрестила руки и посмотрела в сторону. Аннабет приблизилась, хромая, с Гроувером, поддерживающим ее. У обоих на глазах были слезы.       Лука посмотрел на Аннабет.       —Ты знала. Я почти убил тебя, но ты знала…       —Тсссс. —Ее голос дрожал. —В конце ты был героем, Лука. Ты отправишься в Элизиум.       Он слабо покачал головой.       —Подумай… перерождение. Попробуй три раза. Острова Блаженных.       Аннабет шмыгнула носом.       —Ты всегда слишком сильно себя заставляла.       Он поднял свою обугленную руку. Аннабет коснулась кончиков его пальцев.       —Ты…— Люк закашлялся, и его губы заблестели красным. —Ты любила меня?       —Он серьезно? — Посейдонас презрительно усмехнулся.       —Тссс, — вздохнула Рея.       Аннабет вытерла слезы.       —Было время, когда я думала... ну, я думала... Она уставилась в пол. —Ты был мне как брат, Лука, — тихо сказала она. —Но я тебя не любила.       Он кивнул, как будто ожидал этого. Он поморщился от боли.       —Мы можем получить амброзию, — сказал Гровер. —Мы можем...       —Гроувер, — сглотнул Лука. —Ты самый храбрый сатир, которого я когда-либо знал. Но нет. Нет исцеления…— Еще один кашель. Он схватил Рею за рукав, она посмотрела на него сверху вниз, и она почувствовала жар его кожи, как огонь. —Итан. Сальвадор. Я. Все невостребованные. Не позволяй этому… Не позволяй этому случиться снова.       Его глаза были злыми, но также и молящими.       Рея закрыла глаза и кивнула.       —Хорошо.       Лука кивнул, и его рука обмякла.       Боги прибыли несколько минут спустя в полном воинском облачении, ворвавшись в тронный зал и ожидая битвы.       Они обнаружили Аннабет, Гроувера и Рею, стоящими над телом сломленного полукровки в тусклом теплом свете очага.       —Рея.— Посейдон позвал с благоговением в голосе. —Что... что это?       Рея повернулась налево, затем направо, вся комната была в трещинах, и давайте проигнорируем другой труп, разрезанным пополам, застрявший на стене.       Она повернулась к олимпийцам, а затем посмотрела на них с глубоким усталым выражением.       —Я слишком трезва для этого дерьма, мне нужно немного вина.