Ночёвка

Дилан не часто бывает в гостях у Эрика, чаще всего брюнет сам к нему ходит, ибо дом Клиболда всегда вызывал больший восторг. И старший каждый раз убеждался что иметь богатых родителей это клёво, пока младший возмущался что родители у него вовсе не богатые, просто… «выше среднего». Хотя в доме Эрика ему очень нравилось. Комнаты были небольшие, коридоры весьма узкие, от этого создавалось ощутимое чувство комфорта. Вот только интерьер не радовал. Пока у Клиболдов все стены были увешаны картинами, в комнатах стояла дорогая мебель, а в каждом углу то и дело красовались папоротники и бегонии в горшочках, у Харрисов всё было очень печально. Тем не менее, Клиболд любил комнату Эрика. Там всегда пахло его одеколоном. С такими мыслями Дилан уселся на диван из дешёвой кожи, что стоял где-то в углу пустой гостиной. Родителей Эрика не будет все выходные, они уехали в Лейквуд этим утром. Что только радовало парней, ибо возможность уединиться бывает крайне редкой, мать Эрика докучная домохозяйка, которая почти не переступает порог входной двери. Это одна из причин почему Эрик поселился в подвале, так у него было хотя бы ложное ощущение приватности. В этом так же были минусы. Небольшие, но всё же были. Кто будет готовить им вкуснейшие сендвичи с ветчиной? Придётся заказывать доставку или есть остатки в холодильнике. Эрик следом заходит в дом, плотно запирая дверь на ключ. Характерный щелчок вызвал у него на лице какую-то маниакальную улыбку, он просто был очень рад. И пока Дилан сосредоточено смотрел в тоскливую серую стену, Харрис бегал вокруг него и что-то лялякал о том, сколько времени сегодня можно потратить играя в приставку и изготавливая бомбы. У них было две коробки с пивом, cd проигрыватель и куча свободного времени. Эрик спрашивал у младшего, не голоден ли он, может чего-то хочет, что насторожило, потому-что не всякий раз брюнет проявляет такой интерес. Он так же предлагал Дилану переодеться во что-то домашнее, чтобы тот не запачкал порохом свою новую толстовку. Клиболд сначала отнекивался, но всё же согласился напялить на себя забавные пижамные штаны и футболку с логотипом KMFDM. И выглядил он уж очень потешно. Из-за большой разницы в росте, футболка что на Эрике была почти оверсайз, на теле Дилана расходилась по швам и была в облипочку, а вот штаны сидели странно, открывали щиколотки потому-что были короткие относительно его длиннющих ног. Или как Эрик ласково называл их, «ходули». Они провели весь день за созданием самодельной взрывчатки, незаметив как стрелка часов с одиннадцати утра переместилась на семь вечера. Парни хотели проверить бомбы на детонацию, чтобы убедиться в том, что их навыки по созданию СВУ значительно улучшились. Но за окном был ливень, буквально за считанные минуты затопивший улицы Литлтона, и не вызывал особого желания куда-то ехать. Дилан подумал что будет здорово сделать очередной WAD для Doom, который позже можно будет загрузить на их совместный сайт. Эрик согласился, но в этот раз карта создавалась под диктовкой Клиболда, так что можно сказать что этот проект пренадлежит ему. И вот очередные часы пролетели незаметно, пока Харрис увлечённо добавлял оставшихся монстров, Дилан оторвался от монитора и заметил что стукнула полночь. На столе с кучей пустых пивных бутылок, стояли бумажные тарелки с крошками еды и пластиковые стаканчики из-под сока. «Я в душ», Клиболд встаёт из-за стола и направляется в сторону лестницы, но вдруг ловит на себе недовольный взгляд Эрика, повернув голову назад, Дилан ухмыляется с физиономии брюнета. «Уборка на тебе», младший уходит из комнаты. «Сука», бурчит себе под нос Эрик, собирая звенящие бутылки. Выключив старенький воющий компьютер и закончив с уборкой на столе, Харрис решает поискать фильм который можно глянуть на ночь. Не засыпать же в тишине, верно? Он открывает маленький тугой шкафчик, корёжится от противного скрипа и начинает подушечками пальцев перебирать свои vhs кассеты. Вдруг Эрик достаёт нечто под названием «Ангелы Совершенства», на кассете небольшая наклейка с обнажённой девушкой. Тогда парень вспоминает, что забрал это у отца в гараже с надеждой передёрнуть, но забыл, отложив кассету в дальний угол. То есть, забыл совсем. Он даже не думал что найдёт у себя такое. Из мыслей его вывел резкий звонок на домашний телефон, Эрик небрежно кидает кассету на стол, так и не убрав её обратно в шкафчик. Поднявшись на верхний этаж, парень подбегает к телефону и берёт трубку, отвечая на вопросы родителей о том, как у мальчиков дела и чем они сегодня занимались. Дилан выходит из ванной комнаты и направляется в подвал. «И вправду всё убрал», тихо произносит парень рассматривая ныне чистый стол. Комната Эрика была намного интереснее, чем все остальные комнаты в этом несчастном доме. На стенах постеры с любимыми группами, алюминиевые знаки «опасность» и «высокое напряжение, вход запрещён», коробки со всяким конструктором и кровать. Точнее не кровать, а большой матрас, с двумя красными подушками и толстым одеялом. Хрен его знает, Дилан даже не спрашивал почему у Эрика нет нормальной кровати. Напротив стояла небольшая тумба, на тумбе пузатенький телевизор со встроенным видеомагнитофоном. Собственно следом он замечает лежащую возле клавиатуры кассету, и покрутив её в руках задаётся вопросом: для чего Эрик это достал? Голос Харриса сверху замолкает, слышны громкие шаги и скрипящий пол, хлопок дверью. Брюнет быстро принимает душ, намазывает тело лосьоном и выходя из комнаты, выключает весь свет на первом этаже. Интересно, Дилан ведь обратил внимание на кассету. Может он согласиться? Глупая улыбка на лице его сдавала. Эрик спускается вниз и видит перед собой лежащего Дилана. Блондин просто смотрел в потолок и курил, сжимая тонкими губами свёрток с табаком, но услышав пришедшего парня, он тихо поворачивает голову и пялится своим привычным пустым взглядом. Честно, они сами не поняли как согласовали сон на одной кровати, в обычном случае Эрик бы заставил младшего спать сверху на старом диване. Но сегодня всё по другому. А ещё Эрик понял что только рядом с Диланом чувствует себя в безопасности. Только рядом с ним теряется временной континуум. Это клёво. Вопрос, который решил задать Харрис, громко повис в воздухе. «Хочешь посмотреть со мной порнуху?» Неловкий смех. «Почему бы и нет». Дрожащие (от волнения?) руки Эрика вставляют кассету в магнитофон, после проигрыша заставки и тихого шума, голос за кадром произносит название фильма. Ангелы… Совершенства. Что это вообще значит? Брюнет ложится на спину, по горло укрываясь одеялом. Честно говоря, это выглядело глупо. Дилан сидел рядом облокотившись на стену, он подставил подушку себе под голову. Иногда Эрик кидал взгляд на невозмутимый профиль рядом и видел как кадык Клиболда нервозно дёргается, а руки скрещены на животе так, будто они смотрят не фильм для взрослых, а «техасскую резню бензопилой». Хотя старший уверен что даже от «техасской резни» у Дилана была бы совсем иная реакция. У двоих на лице была напряжённая гримаса и явное смущение. Харрис чувствовал как горит тело Дилана. На экране обнажённая девушка с ангельскими крылышками за спиной, ну знаете, те самые из дешёвых искусственных перьев и обычно продаются в отделе детской одежды. Она подходит к мужчине напротив и между ними звучит диалог, что вызвал у парней истерическое хрюканье. Так стыдно им ещё никогда не было. «Я была о-о-очень плохой девочкой!», Эрик повторяет слово в слово за актрисой, нарочно выдавливая голос. Парни стали хихикать от абсурдности всей ситуации, так ещё и старший подливает масла в огонь. С такой стыдобы грех не посмеяться. Но когда кривая актёрская игра и пустые диалоги сменились на графичные кадры, и перед лицами мальчиков предстали огромные болтающиеся сиськи, стало как-то не до смеха. Вся комната залилась громкими женскими стонами и шлепками влажных тел друг о друга, взгляд Дилана и Эрика был буквально прикован к экрану, а щёки подростков залились румянцем. Никто из них просто не знал что сказать или сделать в такой ситуации. Около трёх минут они безмолвно смотрели как стройная шатенка принимает в рот по три члена сразу. Фантастика какая-то. Дилан зачем-то задаёт вопрос, который вызывает у Эрика звон в ушах. — Как думаешь, ты бы смог принять сразу три хуя себе в рот? — Что? — Ничего. Эрик вскакивает и пристально смотрит в лицо Дилану, тот жмурит глаза, поджимает губы и отворачивается, сдерживая смех. «Ты блять издеваешься надо мной?», хмурится Харрис. «Ни в коем случае, сэр», Клиболд визжит от смеха. Его в целом очень легко рассмешить, если в рожу пальцем ткнуть, он уже начнёт на полу валяться. Эрик усаживается на бёдра младшего, абсолютно забыв про фильм сзади. Только свет телевизора освещал тёмную комнату. Трясущиеся пальцы держат Дилана за воротник футболки, сжимая мягкую ткань. Эрик замечает что от блондина пахнет гелем для душа, чем то сладким и свежим, а ещё мужским дезодорантом. Волосы Клиболда были мокрые, заправлены за уши и слегка вились от воды. В то время как короткие волосы Харриса уже успели полностью высохнуть и забавно торчали. Дилан замечает как мило растопыриваются ноздри Эрика когда он напряжён, как поджимается нижняя губа, что значительно больше верхней, как брови сводятся к переносице. Злоба сменяется смущённой улыбкой и от выражения лица Дилана хочется смеяться. На самом деле злобы то никакой не было, он просто хотел прикоснуться к своему другу без шансов оказаться подозреваемым. Кожа Клиболда была бледная, молочная и мягкая. Под приглушённым светом на его руках виднелись светлые волоски. Шея Эрика была тоньше, чем у Дилана. И младший поймал себя на мысли, что хочет обвить свои руки вокруг этой чудесной шеи. Вернее, он уже как-то душил Эрика, но это было просто в шутку. А сейчас ему хочется надавить на кадык большими пальцами, ощупать взбухшие вены, сжимать так крепко как он может, слышать хриплые стоны и сиплые просьбы перестать, видеть как Харрис закатывает глаза и дёргает бёдрами в попытке отстраниться. Они просто молчали смотря друг на друга, несмотря на то, что Эрик чувствовал как у Дилана стоит. Он чувствовал как горячо становится сидеть на его бёдрах. Клиболд не хотел целовать своего друга, не хотел говорить ему комплименты и ласковые слова, не хотел его гладить. Он просто хотел чтобы Эрик кончил от его прикосновений. Это бы удовлетворило Дилана более чем. Дилан был сторонником, считающим что готов осуществить свои грязные фантазии с любым человеком любого пола. И ему не важно, девушка это или… Эрик Харрис. «У тебя стоит», как-то зажато произносит Эрик. Но вместо извинений, вместо ожидаемого «блятьблятьблятьсука», Дилан выглядит абсолютно спокойным. «Я знаю», руки Клиболда ложатся на бёдра Эрика, слегка сжимают их и тянутся вверх, заползая под футболку и ощупывая плоский живот. Харрис громко выдыхает, хлопая ресницами. Вопросов много. Хочется спросить: Зачем? Для чего? Почему? Я тебе нравлюсь? Оба парня то и дело шептали себе под нос ругательства, и с каждой фрикцией бёдер обстановка становилась всё горячее. Теперь и у Эрика стоит. Пальцы впиваются во влажные светлые волосы, он немного прогибается в спине, пока Клиболд задирает его футболку и оголяет тёплую грудь усыпанную родинками. У Эрика с рождения деформация грудной клетки, небольшая впадина в груди, и несмотря на операцию она всё ещё слегка видна. А на самом месте операции остался тоненький келоидный шрам. Это пиздец как заводит Дилана. Младший грубо проводит языком по соскам, вызывая ряд тихих мычаний, а затем прижимается губами к впадине на груди, облизывает шрам словно голодный кот, тогда Эрик окончательно теряет самообладание. Он шепчет проклятия и одновременно умоляет. Повторяет имя Дилана, причитает как мантру. Его рука тянется к резинке пижамных штанов Клиболда, слегка оттягивает и сжимает набухший член сквозь ткань нижнего белья. Руки Дилана повторяют тоже самое, они опускаются ниже, под домашними шортами сжимают ягодицы Эрика. Всё же Харрису удаётся высвободить член Дилана, взгляд падает вниз, и от вида своего друга в такой позиции, начинает сносить крышу. Дилан убирает одну руку и отвлекается на пульт от телевизора, нажав на кнопку «без звука». Теперь в комнате слышно лишь тяжёлое дыхание и изредко тихие стоны. Эрик неловко тянется к лицу Клиболда, его трясёт, и для особой уверенности в своих движениях он хватает Дилана за уши впиваясь в его губы. Ни у того, ни у другого, не было особого опыта в поцелуях, поэтому Эрик просто вылизывал зубы Дилана и пихал ему язык в глотку. Но это было так блядски горячо и мокро, так громко и пошло, что никто даже не задумывался о том, каким плохим был этот поцелуй с практической точки зрения. Они трогали друг друга, сжимали и тёрлись. Клиболд даже не думал как это хорошо, когда тебе передёргивает чужая рука. Вдруг Дилан отвлекается, опускает голову вниз, держа в ладони истекающий смазкой член Эрика. «У тебя родинка вот тут», он тыкает пальцем рядом с основанием, ближе к яичкам, «Мило». Харрис пытается отдышаться, его рука тоже останавливается, а уголки губ невольно поднимаются вверх. «Да, типо того», отвечает он. Вернувшись к взаимной мастурбации, Эрик решает сделать первый шаг, и прижимается губами к шее Дилана. Он обхватывает кусочек кожи, затем впивается зубами и как можно сильнее втягивает щёки, оставляя на светлой шее ярко-красный след. Клиболд сдержанно стонет, кусает губы и прячется от Эрика, прильнув щекой к его левому плечу. Харрис садится чуть ближе, оставляя жалкие сантиметры между телами, он пробует обхватить одной рукой, но у него не получается из-за небольшой ладони и коротких пальцев. «Давай я попробую», Дилан убирает его руку и сжимает своей ладонью оба члена. Эрик отвечает еле слышным всхлипом. «Вот так», шепчет Клиболд и начинает поступательно двигать рукой. Мокрые головки тёрлись друг о друга, что в какой то степени вызывало у него перевозбуждение. Чем быстрее двигалась ладонь Дилана, тем громче и интенсивнее были звуки что они издавали. «Мы ведь не педики», сквозь стоны произносит Эрик, «Так ведь? Да?». Он прогибается в пояснице, сжимает плечи Дилана и зачем-то облизывает его щёки. «Завали ебало», отвечает Дилан и закидывает голову назад, кусая губы в экстазе. Это выглядело так по животному, развратно и противно. Но они никогда прежде не испытывали чего то подобного, это было богически. Ни одна девушка не сможет доставить хотя бы что-то приближенное к этим эмоциям и чувствам. Харрис берёт Дилана за запястье и проводит языком по шрамам на его руке, по свежим порезам тоже. Слизывает запёкшую кровь, пытается просунуть язык между новыми ранами что ещё не успели затянутся. И тогда Дилан кончает с громким стоном, прямо на футболку Эрика. Следом кончает и Эрик, от души выругиваясь прямо в лицо Клиболду. Какое то время он просто так же сидит на Дилане, опустив голову в низ. Он прижимается к плоской груди своего друга и тяжко выдыхает. Дилан же утыкается носом в волосы Эрика. Они молчат, пытаются перевести дыхание. Харрис берёт салфетки с пола, вытирает чужую сперму вперемешку со своей с футболки, кидает эту салфетку куда то в угол и падает обратно на матрас, укрываясь одеялом. Он выключает телевизор, оставляя кассету внутри. Ноги до невозможности сильно трясутся, вставать не хочется. Дилан всё ещё молчит, в его взгляде читается сожаление, но Эрик не хочет с этим разбираться. Он просто отворачивается и засыпает. Оставляя Дилана наедине со своими мыслями.

Теперь каждый раз когда их будут называть педиками в школе, на это будет небольшая, но очень стоящая причина.