Потрогать траву

      Медицинский никого не жалеет. Только самые отверженные доходят до конца. Удивительно то, как в медицинский государственный университет попадают такие лодыри, что через раз ходят на пары и делают домашнее задание.       Один из них — фармацевт второго курса. Низенький парень с разноцветными волосами. Его уши увешаны серьгами да изуродованы разнообразными проколами. На руках виднеются свисающие дешманские браслеты. Вязанные и с круглыми камешками. Сзади всегда завязан хвост все тех же цветных волос. улыбка с лица этого парня, кажется, не сходит никогда.       Второй из них — лечебник второго курса. Он выше первого с более мужественным телосложением. Широкие плечи и узкий таз. Рыжие волосы спрятаны под шапкой и не ясно, какой они длины. По плечи, по лопатки, или вообще ближе к нулю. Из-под шапки торчат лишь четыре рыжих волосины точно антенны.       Эти ребята ранее жили вместе в частном доме, но в связи с…заселились в университетскую общагу. Теперь они живут вместе в одной комнате с еще двумя несчастными, которым приходится их терпеть. Эти несчастные — два педиатра.       Этот день был тяжелым. Единственное, что спасало грешную душу фармацевта — электронная сигарета, которую парень прикладывал каждый раз, когда что-то шло не гладко. Но это была мелочь. Цветной уже давно успокаивает себя иначе. Электронные уже не торкают. Не успокаивают.       Он потягивает сладкий пар каждый раз когда преподаватель отворачивается или выходит из кабинета. Раньше так не было. Как же дурно. Он лишь думает о том, как бы поскорее пережить пары и вернуться в общагу к другу.       Бонг плетется домой. За спиной полупустой рюкзак с халатом и тетрадями внутри. Халат мятый, заляпанный и пожелтевший. Не полностью, но в большинстве своем. Он заходит внутрь, используя пропуск, поднимается на нужный этаж по лестнице и более ускоренный шагом спешит скрыться в своем, любезно предоставленным общежитием, пространстве.       Дверь открыта, а значит, что кто-то там есть, но это точно не педиатры, ведь те батрачат с 8ми до 17ми на парах, также как и лечебники, но он исключение.       — Бонг…       — Я заебался.       Он кидает заношенный портфель на пол рядом с койкой и обессиленно уваливается. Мертвым грузом лежит на мягком покрывале. Несколько минут. Потом встает, упирает подушку в стену и упирается сам.       Рыжий смотрит на него с толикой беспокойства. С каждым днем цветастый все более блеклый и ему требуется все больше…чтобы улыбаться.       — Покурим сегодня.       — Хорошая идея, думаешь?       Фармацевт молчит. Лишь обессиленно смотрит на стенку напротив. Там койка соседа-педиатра. Он потирает нос. Взгляд падает на ноги, а далее и под кровать, где лежит большая часть всякого хлама. Рука тянется и достает небольшой зип-пакет. Это самодельные сигары. Они дают соответствующий опьяняющий эффект, прекрасное чувство эйфории. БПУ до сих пор не может выяснить, где этот придурок откопал марихуану для них. Секреты производства.       Он аккуратно достает одну, зажигает. В миг настигает чувство тревоги. Вдруг сработает пожарная тревога? Но потом сразу отпускает. Его начинает потихоньку накрывать.       — Ты уверен, что это не слишком? — Лечебник уже стоит рядом, наблюдая за изменениями в состоянии друга.       — Расслабься и возьми уже.       — Я не говорил, что буду.       — Я что, зря делал?       БПУ раздраженно выдохнул. Весь его вид показывал, что он не может согласиться.       — У меня через неделю забор крови…       — Да мы же чуть-чуть. БПУша.       Ласковое прозвище стало спусковым крючком и рыжий все-таки выхватил из рук лучшего друга самодельную сигарету.       — Если анализ крови что-то покажет — отвечать будешь ты!       Он заимствует зажигалку и подпаливает дальний конец сигареты огнем. Залпом затягивает и трясется.       — Хэй, малыш, не нужно так резко. Тебя же унесет.       — Разве не этого ты хотел?       Цветастый непонимающе изогнул бровь.       — Я хотел, чтобы мы расслабились вместе. Почему ты ругаешься?       — Прости, но я тоже сегодня устал. Хочу поспать.       Лечебник тушит сигару о влажную салфетку и укладывается в постель, отворачивается к стенке. Эффект от этой параши посильнее, чем от предыдущих и действует без промедлений. БПУ с силой закрывает глаза и пытается заснуть.       Челюсти болезненно сжимаются. Бонг высасывает из сигареты по-максимому, на глазах почти наворачиваются слезы. Это побочный эффект? Стоит записать, это может быть полезно. Он чувствует как становится легче, но эта легкость заглушается горечью дружбы. В груди становится больно и он пытается вдохнуть больше воздуха, но вместо воздуха в легкие попадает все больше и больше наркотика. Ноги отплясывают нервный такт, а руки места не находят. Он еле сдерживается чтобы не зареветь.       — БПУша-а. — тяжело взвывает он. — ну прости меня-я. Прости, что я такой. Ты же знаешь как мне тяжело. Ты же понимаешь.       БПУша закрывает уши ладонями, чтобы не слышать скулеж обдолбанного соседа. У него самого самообладание уже подводит. А ведь он вдохнул только раз. Страшно представить, что будет если вдохнуть более одного.       Заметив движение на чужой койке, Бонг немного оживился. Кажись успокоился. Он встал с постели и двинул в сторону шевеления.       — БПУ?       — Да?       — Ох, боже. Ты здесь.       — Пиздец.       Рыжему пришлось сесть, чтобы цветастый наконец залез к нему на постель. Таким счастливым он его уже давно не видел. Неужели ЭТО единственное, что может сделать его счастливым?       — Я испугался, что ты пропал, когда я не услышал ответа. Но ты здесь!       — А где ж еще.       — Мг.хх.       Фармацевт внаглую утыкается носом в шею соседа, не медлит, принимается касаться губами горячей кожи. Немного нетерпеливо.       Подопытный сосед берет его за шкирку. Толика разума в нем еще осталась.       — Ты че вытворяешь?       — Ты так вкусно пахнешь.       — И? Раньше ты не позволял себе такого.       — Я всегда считал твой запах вкусным…       Рука Бонга медленно ложится на грудь друга, пытаясь нащупать возбужденные соски через футболку. Он делает все максимально медленно и аккуратно, точно боится спугнуть.       — Хочешь потрахаться? — напрямую спрашивает рыжий, запуская горячие руки под чужую протертую майку.       — Потрогаться.       Он подставляет свои изгибы под его жаркие ладони. От одних только касаний пальцами фармацевт сходит с ума. Его тело желает упасть на кровать, принять любимого друга полностью, но чужие крепкие руки его не отпускают.       — Не теряйся. Не хочу трахать овощ.       В ответ на касания Бонг тоже действует: тело падает на него, прижимается всеми его составляющими. Руки обвивают мужественную крепкую грудную клетку, нежно и тепло.       Пах протяжно ноет, когда ощущает чужое напряжение. Цветастый лишь неровно толкается, тем самым создавая трение между ними. Резкое чувство оргазма заставляет бледного блаженно прикрыть глаза.       Из-за дозы движения первого были неловкими, но это не делало их хуже. Это делало их более особенными и чувственными, отчего рыжий заводился только сильнее. В ход пошли поцелуи. Какие-то непонятные, странные. В них участвовали лишь языки и только в перерывах парни касались губами, желанно облизывая их.       Он из разу в раз тянется за поцелуем, гуляет пальцами по смуглой коже. Перед глазами все скачет. Цвета становятся слишком яркими и контрастными, сливаются в одну непонятную кашу. Начинают болеть глаза.       — Все окей?       Бонг сидит неподвижно, пытаясь дождаться момента, когда эти галюны пройдут, но те становятся лишь сильнее. Плюнув на это все, тело рефлекторно прижимается к телу друга.       — Да, все норм. Просто я немного не втыкаю.       Рыжий целует цветастого в лоб. Мелочь, а приятно. Несмотря на их резкие высказывания в сторону друг друга, оба всегда переживали. И на данный момент БПУ предпочел, чтобы его обкуренный друг оставался с ним. Хоть его это и подбешивало, ведь с овощем нормально не поговоришь       Он прижимает низкого к себе словно младшего брата, пока не понимает, что все это время его член болезненно пульсировал. Одного касания хватило, чтобы наконец это осознать. Странно, что до этого он это не заметил.       — Твою ж.       — Вау, БПУ, могу я потрогать его?       — Ты думаешь, раз мы зашли куда-то дальше грязных разговоров, то я позволю тебе потрогать меня там?       — Разве мой малыш не хочет этого?       Рука увешанная различными браслетиками, опускается ниже и, не жалея хозяина достоинства, сжимает ствол. Лечебник шипит и хватает радужного за волосы. Он еще не снял штаны с трусами, а ему уже до чертиков болезненны касания к промежности.       — Конченный, аккуратнее.       — Прости-прости. Я больше так не буду.       Он нагло хихикает и облизывается. Как он и обещал, больше не делал резких движений, не сжимал, а чуть касался. Комик.       Ладонь двигается вверх и вниз, выдаивая из ствола хотя бы каплю биологического материала. Всегда хотелось взглянуть на сперматозоидов в микроскоп. Особенно на сперматозоидов своего лучшего друга. То, насколько они активные и как быстро от него может залететь девушка, заводило фармацевта до чертиков. К сожалению об одной только мысли о девушке Бонгу становилось печально, ведь тогда БПУ будет больше проводить времени с ней. Будет дарить ей цветы и подарки, целовать, обнимать и трахать. Как же хотелось быть на ее месте. Но на данный момент они находились в статусе «лучшие друзья».       БПУ продолжает сжимать чужие волосы. Для него это что-то вроде пульта, которым можно снизить или увеличить нагрузку. Если Бонг делал все правильно — хватка ослаблялась, но если доходило до боли — хватка тут же усиливалась. Хотя было ощущение, что Бонгу все-таки нравится, когда с ним обращаются грубо.       — Тебе нравится, когда я груб?       — С ума схожу. — смуглая рука тут же с силой сжала радужные патлы. Цветастый возбужденно взвыл.       Слыша непривычные звуки от друга, рыжий ощущает себя странно. Что-то внизу живота подвывает. Это то самое, что ощущают девушки во время возбуждения? Необычно, ведь матки в брюшной полости у БПУ не приходится. Он сжимает его волосы, тянет за хвост. Не отпускает даже если Бонг успешно справился с заданием, но последний не жалуется, наоборот, поощряет лечебника более уверенными движениями.       Касания ладонями неожиданно переходят в минет. Бонг жадно посасывает член через ткань боксеров, БПУ свободной рукой сжимает хлопковое одеяло. Он наматывает цветные волосы себе на кисть.       — Придурок, совсем терпеть не можешь или тебе это нравится? — недовольно спрашивает он, заливаясь краской.       — Извини, не могу говорить. Рот занят.       Бонг стягивает мокрые от слюны трусы и целует оголенный орган. Нагло играется, не стесняясь сохранять глазной контакт. Его рожа размывается перед глазами и рыжий не может разглядеть хитрого полностью. Дурацкая трава.       Член дергается от касания языком и тело тоже. БПУ сдержанно вздыхает, чтобы не слишком радовать укурыша успешной работой. Он теряется, когда Бонг заглатывает полностью. Ощущение узкой глотки смущает, а одно осознание того, что его дрючит собственный лучший друг и сосед по комнате просто убивает.       БПУ ласково касается белоснежного лица ладонью. Все что делал Бонг было до безумия приятным и вынуждало отдалиться от реальности все дальше и принять тот факт, что ему сосет близкий друг. Зато приятно.       В глазах мутно. Четкость картинки понизилась вдвое. Несмотря на то, что рыжий слепым не был и очки не носил — сейчас они ему понадобились. Жаль только, что никто кроме Клеви в этой комнате не носит очки. Он раздраженно скрещивает руки на груди, сокращая расстояние между ногами.       — Что за песня?       — Иди нахуй.       — Обидно. Хотя знаешь…       Он принимается вставать.       — Так, чувак, это уже слишком.       Руки его ложатся на огромные плечи друга.       — Если играть, то по-крупному… — это звучало как те самые воодушевляющие видео из ютуба. Те самые накаченные мужики достигшие успеха.       — ОТОЙДИ.       — Потерпи немного, малыш.       Бонг наконец отпускает несчастного и плетется к своей койке. Неужели помиловал? БПУ уже успел выдохнуть, как увидел, что радужный делает еще одну более грандиозную затяжку. Его взгляд падает на друга.       Рыжий напряг все свои ручные мышцы как бы они там не назывались и вжался в прикроватную стенку. Бонг напрягающе молчит и подходит к испуганному дружку. Волосы его растрепаны, а майка неприлично задралась. Парень даже чуть-чуть заценил его недопресс, которого не было. В принципе, зная Бонга, оно ему и не нужно.       — Я передумал. Я вообще подумал, что все это огромный рофл!       Голову пронзила сильная боль и лечебник склонился. Этот придурошный запустил руку под шапку и с силой сжал клок волос. Оказывается он не такой слабый, как казалось. Обдолбанная фарма припадает губами к губам друга. Вроде обычный поцелуй, а вроде БПУ сейчас точно торкнет. Да так, что мало не покажется.       Он кашляет. Во рту горечь и вкус едкого дыма. Так вот оно что.       — Расслабься.       Глаза закатываются и остальные события произошедшие в этот день накрывает пелена из животного удовольствия и множественной мимолетной эйфории. Под конец всего этого пиздеца что-то да припоминается.       — БПУша…ты кончаешь уже 5 раз. Как ты еще не умер от обезвоживания.       БПУ задыхается, всеми силами хватает летающих вокруг кислород, но выходит с трудом. Красные глаза разлипаются и тот недовольно рычит.       — А как ты еще не умер от отсутствия мозгов в твоей черепушке? В своем уме?       Тело не слушается: руки трясутся от минимальной приложенной к движению силы, головушка раскалывается, член болит так, словно на него не раз присели, а этот цветастый все хихикает.       — Че ржешь.       — Ты всегда такой милый когда злишься. Люблю тебя.       — И я тебя, дурень.

***

      — Посмотри, как я выгляжу? — шепчет Бонг, разглядывая неважный вид лучшего друга.       — Заебанно.       — База. Хотя до курения этой параши так не было.       — Правда? А я то думал, что ты просто не выспался.       — Иди к черту. Тогда я действительно не выспался. А от этой чепухи я мало того, что не высыпаюсь, так еще и хочу трахаться.       — Я заметил. До сих пор чувствую осадочек в виде импотенции.       — Значит качественная реакция получилась, а?       — Обожаю твои химические шутки несмотря на то, что совсем их не понимаю.       Бонг смущенно смеется и целует рыжего в щеку.       — Я в туалет, бай бай       …       — А когда мы успели стать больше чем лучшими друзьями?..