Волчье логово

Следующие несколько дней пролетели для Сережи незаметно, потому что походили друг на друга как две капли воды. Большую часть времени он спал — то ли от пережитых волнений, то ли из-за раны, а может быть, от того горького настоя, что трижды в день давал ему Олег, Сережа не знал. Он просыпался, Олег менял ему повязку, после чего они завтракали. Обязательный настой, «чтобы не было воспаления», говорил Олег, после которого у Сережи снова слипались глаза. Он недолго дышал свежим воздухом, а потом заваливался спать до обеда. Первые день-два это казалось Сереже нормальным, но потом начало не на шутку тревожить. Во-первых, он так ничего и не узнал об Олеге. Как ему удавалось все это время жить в лесу в одиночку и ни разу не попасться волку? Сам Олег ничего о себе не рассказывал, ограничивался коротким «да» или «нет». Когда Сережа просыпался, Олег непременно разделывал дичь или кролика, вероятно, охотился во время его сна. Так продолжаться не могло. На четвертый день после того, как Олег привел его к себе, Сережа отказался пить настой. Он отодвинул кружку.        — Мне уже намного лучше, — сказал он, — спасибо за помощь, Олег, но больше я пить его не буду. Я хочу вернуться к людям. — Куда — в деревню? — в голосе Олега звучала насмешка, — к тем трусам, что принесли тебя в жертву? — Я найду другой дом, — возразил Сережа, — тебе, наверно, привычно жить так, одному, но я хочу назад. Пожалуйста, проводи меня. Или покажи дорогу. Олег посмотрел на него, но ничего не сказал. Сережа напрасно ждал до полудня, Олег больше не сказал ему ни слова. Зато к обеду ему вдруг сделалось плохо — голова закружилась, начало ломить кости. Обливаясь потом, Сережа буквально вывалился на крыльцо, хватаясь за горло и тщетно пытаясь позвать на помощь. Олег подхватил его, как котенка, и внес обратно в дом. Сунул в руки кружку с настоем, проследил, чтобы Сережа выпил до капли, потом принес ведро воды и чистую тряпку и принялся обтирать его лицо и руки. Через несколько часов Сереже наконец-то полегчало. — Что со мной? — спросил он слегка охрипшим голосом, — Я ведь чувствовал себя хорошо. — Так будет всегда, если не будешь пить настой, — холодно сказал Олег. — Я что, должен пить его постоянно? — ужаснулся Сережа. — Да, — последовал короткий ответ. Сережу охватила дрожь. Всё происходящее было неправильным, ненормальным. А может быть, Олег вовсе не спас его, а наоборот, таким образом удерживает у себя? Что он заваривает в своем настое? Может быть, эта лихорадка возникала не из-за того, что он пил настой, а наоборот, от чрезмерного его употребления? Понимая, что Олег не расскажет ему правду, Сережа подгадал момент, выскользнул из дома и бросился в чащу леса. Темнело быстро. Сначала Сережа просто шел прямо, но когда над головой зажглись звезды, а сам Сережа успел продрогнуть, он понял, что заблудился. Кто-то наблюдал за ним сквозь плотно переплетенные ветви. Сереже стало страшно. Куда ни глянь, везде ему не рады. Если он каким-то чудом вернется в деревню, его убьют или снова принесут в жертву. В лесу бродят волки, а человек, который вроде как спас ему жизнь, теперь возможно травит его. «Так может быть, это моя судьба?» — мелькнуло в голове. Может, ему действительно суждено умереть молодым? Сережа оглянулся по сторонам, обхватил себя, пытаясь согреться, и присел на сухую листву под деревом. Он чудовищно устал, снова заныло плечо, а еще он заблудился. Где-то вдалеке послышался вой. Интересно, как далеко могут чуять добычу волки? Нужно было искать укрытие, хотя бы залезть на дерево, но вокруг, как назло, не было ни одного подходящего, ветки которого были бы в досягаемости Сережи. Вой повторился уже ближе, стая наверняка вышла на его след. Сережа поднялся и быстрым шагом двинулся вперед. Ветви больно хлестали его по лицу, рвали одежду. Он то и дело спотыкался, но продолжал упрямо идти куда глаза глядят. Казалось, по пятам за ним шла Смерть. Сколько нужно времени, чтобы волки догнали его? Насколько они близко? Сережа оглянулся и похолодел. Между ветвями отчётливо виднелись желтые огоньки. Глаза волков. Он остановился и прижался спиной к дереву. Глаза окружали его со всех сторон, волки знали, что ему некуда деваться. Сережа пожалел, что ушёл из дома Олега. Нужно было развести огонь, попытаться отогнать стаю, выиграть время. Но он не смог бы отбиться от всей стаи без оружия, в одиночку. Всё было бессмысленно. Если его не загрыз один волк, то сейчас это всё-таки сделает стая. Вперед выступил вожак, за ним подходили остальные. Вожак оскалил острые клыки, жёлтые глаза ярко светились в полумраке. Он уже был буквально в десяти шагах, один прыжок — и Сережа даже на помощь позвать не успеет. Волки разорвут его. Где-то рядом хрустнули ветки, перед глазами мелькнула большая тень, а Сережино плечо пронзила острая боль. Между ним и вожаком стоял еще один волк — тот самый, огромный хищник, которому едва не принесли в жертву Сережу. Пришелец прижал уши к голове и зарычал. Заскулили по бокам волки-омеги, вожак рыкнул. А большой волк припал на передние лапы и прыгнул. Всё смешалось в один меховой клубок. Стая напала следом, защищая своего вожака. Во все стороны летела шерсть и брызги крови. Воспользовавшись заминкой, Сережа проскользнул мимо стаи и бросился бегом в чащу, не разбирая дороги. Боль в раненной руке не давала ему покоя. Казалось, что острые клыки продолжают рвать плоть, и от боли у Сережи перед глазами уже стояло красное марево. Он бежал, а потом и шел уже на ощупь. Волчьи визги остались далеко позади, и Сережа позволил себе короткую паузу, чтобы перевести дух. Он ощупал плечо и едва не застонал — его словно прижгли каленым железом. Сдерживаясь, чтобы не застонать от боли, Сережа обхватил больную руку здоровой и прислушался. Где-то заухала сова. «Кажется, оторвался» — с облегчением подумал Сережа, и в следующий миг его сбила с ног огромная фигура. Сережа больно ударился головой о выступающий корень дерева и потерял сознание.