Кровь и Звёзды | Blood and Stars

Я так и не смогла уснуть. После кошмара всё казалось неестественным, будто именно сон был реальностью, а утро лишь тусклой иллюзией. Голос... Я всё ещё помню его. Кажется, это и станет для меня новым поводом копаться в себе. Усмехнувшись, я решила взять себя в руки: привести себя в порядок, поесть и отправиться в архив замка. В столовой никто даже не удивился. Все давно привыкли, что я пренебрегаю графиками и прихожу есть тогда, когда вздумается - будь то ранняя заря или полночь. На этот раз мне подали блинчики с земляничным вареньем и крепкий чёрный чай. Позавтракав, я направилась в старый архив. Несколько лестничных пролётов и вот я уже у массивных дверей, за которыми хранилась правда прошлого. У входа стояла охрана. Молча, без вопросов, они распахнули двери и впустили меня внутрь. Воздух в архиве был прохладным и чуть влажным: пах пылью, воском и ладаном. Сводчатый потолок терялся во тьме, а длинные ряды шкафов тянулись, как лабиринт. Здесь хранилось всё: от старых писем и законов, до забытых судеб. Я шагала между рядами, не совсем зная, чего ищу. Просто... шла, будто что-то тянуло меня за руку. Как тот голос в моем сне. В глубине зала, Я заметила новый шкаф с гербом нашей семьи. Я помнила шкаф потёртым, с трещиной сбоку, но видимо его недавно поменяли и оставили в старом архиве, вместо нового. Перепутали? Я открыла его, и сердце мгновенно забилось чаще. Старые бумаги. Конверты. Папки с фамилиями... О, и моя здесь. Тонкая, по сравнению с другими, с надписью: «Ийла Л.» Внутри были обрывки прошлого: каракули, заметки воспитателей, заметки родителей, и несколько рисунков, и среди них, который словно ударил меня в грудь. Рисунок - детская рука, но слишком чёткая для пяти лет. Я - маленькая, светловолосая девочка. И рядом - мужчина в тёмном плаще. Его глаза... Они были точно такими же, как мои. Не голубые, как у моего отца. Ярко-зеленые. Я провела пальцем по краскам. Что-то дрогнуло внутри - странное ощущение. «Кто ты такой?..» - прошептала я, сжимая лист в руках. На обороте - неразборчивый почерк. Дата, и едва заметные слова: «дарагому папе». Но у папы же голубые глаза...Я резко вспомнила как в тот день отец сказал мне, что цвет моих глаз как у НЕГО. Видимо на рисунке и есть ОН. Это он? Тот, кому я рисовала? Настоящий отец?...В порыве, я запихнула всё обратно в папку, плотно её закрыла и поспешила прочь. Покинув архив, я направилась в свои покои - мне нужно было хоть немного прийти в себя, перевести дыхание, успокоить этот хаос в голове. Но мысли не утихали. Они гудели, словно пчёлы в улье, заполонив всё сознание. Один вопрос мучал сильнее других, с каждой секундой звуча всё громче: Почему мне никто не рассказал? Я остановилась на полпути. Сердце колотилось, как будто знало - пора. Ответы - у неё. Я развернулась и твёрдым шагом направилась к тронному залу. Мама должна быть там. Тронный зал встретил меня тишиной. Сквозь витражные окна падал дневной свет, будто пытаясь меня отвлечь от того, ради чего я пришла. Мама сидела на своём месте - не как мать, а как королева. Прямая спина, руки на подлокотниках трона, холодный взгляд, которым она встречала послов, нарушителей и придворных. Но не дочь. - Ийла, - её голос был ровным, чуть удивлённым. - Ты не на утреннем совете. Что-то случилось? Я подошла ближе. Не кланяясь. Не играя в привычные роли. - Мне нужно поговорить с Вами... - Я сделала паузу. - С тобой. Она немного напряглась - совсем неуловимо, но я заметила. Ладонь на подлокотнике сжалась, ногти коснулись резьбы. - Конечно. Говори. - Я была в архиве, - сказала я прямо. - Нашла старые записи. Мою папку. - Покиньте тронный зал немедленно, - Илиана холодно обратилась ко всем присутствующим в зале, а затем когда зал опустел, посмотрела на меня. – Что ты искала? - её голос стал жёстче, - Там хранятся бумаги, не более. - Я нашла свой рисунок, - перебила я. – Я видимо рисовала его совсем маленькой. Где я и рядом мужчина. В тёмном плаще. С зелёными глазами. Как у меня. Она ничего не сказала. Только моргнула медленно. Это молчание было громче любой фразы. - На обороте было написано «дорогому папе». Мама всё ещё молчала. Я сделала шаг вперёд. - У моего отца янтарные глаза. Не зелёные. Не как у меня. - Я почти прошептала. - Скажи мне правду. Кто он? Её взгляд встретился с моим. Стеклянный, будто она построила внутри себя стену. - Ты - дочь Аалока Люмена, правителя Светлой Земли, - сказала она отточенно. - Всё остальное не имеет значения. - Как не имеет?!, - я не отступала. - Я чувствую, что ты что-то скрываешь. Всю жизнь я задавала вопросы, но теперь... теперь я хочу ответы. Она встала. Медленно, будто сбрасывая с себя маску, которую носила годами. Подошла ко мне. - Иногда правда не приносит облегчения, Ийла, - сказала она тихо. - Иногда она лишь разрушает. - Пусть разрушает, - прошептала я. - Я всё равно должна знать. Я готова! Мы стояли напротив друг друга. Мать и дочь. И она сказала: - Готова? Твой настоящий отец... не тот, кого ты всю жизнь звала папой. - Светлые силы... - голос мой дрогнул, но я не отступила. – Кто? Илиана посмотрела на меня долго и хмуро, словно решала - стоит ли. Затем, медленно, она подошла ближе и остановилась в шаге. - А зачем тебе знать? Чтобы лишиться всего, что у тебя есть? - её голос был холоден, как лёд. - Престол не примет дитя Тьмы. Я замерла. Она продолжала, ровно, безжалостно: - Не обманывай себя. Если ты - то, что я скрываю, ты не можешь править Светлой Землёй. Я держу тебя рядом лишь потому, что могу помочь сохранить жизнь. - Скрываешь? - прошептала я. - Ты всё это время... просто использовала меня? Она отвернулась, как будто мой упрёк был скучным. - Я защищаю трон. Трон, за который я платила годами жизни и кровью. Я не собираюсь отдавать его дочери, которая не знает, на чьей она стороне. - А если я выберу Свет? - Тогда докажи это, - Она резко обернулась. - Действиями. Преданностью. Забудь о своих вопросах. Забудь, кто ты могла бы быть. И, возможно, однажды я рассмотрю твою кандидатуру всерьёз. Я почувствовала, как горит лицо. Гнев, боль, растерянность - всё смешалось. - А если нет? Она посмотрела на меня с лёгкой усмешкой. - Тогда ты исчезнешь так же, как и Он. - Ты его убила? - прошептала я. Илиана медленно подняла на меня глаза. В них не было ни ужаса, ни раскаяния. Только усталость. - Думаешь, я на такое способна? - её голос был почти ласковым. Почти. Я не ответила. - Ты права, - сказала она тихо. - Способна. На миг она замолчала, будто вспоминала что-то далёкое, горькое. - Его звали Элигор Мортимерус. Имя, что когда-то означало «весы». Он родился на границе Тьмы, но умел управлять и Светом. Затем, когда стал моим королем, смел мечтал о большем. Не о равновесии - о подчинении. Он хотел взять всё: Свет и Тьму, слить их в себе. Стать богом. Голос её стал резче. - Он создавал чудовищ - полутеней, полусветил, сущностей без души. Они жгли леса, города, не разбирая, кто перед ними. Тогда Свет и Тьма забыли о вражде - и объединились. Началась Великая война. Семь лет небо было чёрным, как сажа, и солнце освещало пепел. - Тия рассказывала мне, - прошептала я. - Разлом... Мама кивнула. - Разлома тогда не было. Там было озеро. Чистое, прозрачное, как стекло. Он позвал меня туда, будто хотел поговорить после очередной ссоры. Но я знала. Он пришёл не за примирением. Он пришёл за тобой. - За мной?.. - Ты уже была во мне, Ийла. Он узнал. И понял: ты - слияние Света и Тьмы. То, чего он так хотел. Он хотел забрать тебя.  Я не дышала. - И ты... - я сжала кулаки. - Не дала договорить. Он не успел. Я уничтожила его, прежде чем он коснулся живота. Моя магия сильна, Ийла. На его месте осталась пустота. Разлом. Где всё распадается. Илиана смотрела на меня спокойно, будто говорила о погоде. - Так появился Разлом. И так исчез Элигор. - Элигор, - прошептала я. - Я спасла тебя, - жёстко сказала она. - И наш мир. Молчание. Я смотрела на неё - и не знала, что чувствовать. Гнев. Благодарность. Страх? - Я хочу знать больше, - выдохнула я. – Всю историю. Илиана склонила голову, и в её взгляде промелькнула искра - то ли уважения, то ли сожаления. - Посмотрим. О престоле пока можешь забыть. - Ты сама связалась с тёмным магом, а я должна забыть о престоле?! - прошипела я. Илиана подняла одну бровь, её губы дрогнули, но она промолчала. - Па...В смысле Аалок знает? - сдерживая гнев, я решилась спросить. - Знает. - Превосходно. - Я резко разворачиваюсь и иду к выходу из тронного зала. - Завтра ритуал Света. Который ты провалила. - Я в курсе, - бросаю через плечо не оборачиваясь и выхожу. Увидев встревоженные лица придворных, я только усмехнулась и направилась к кабинету отца. И пусть зовётся он как угодно - для меня он всегда будет отцом. Я распахнула двери кабинета и почти сразу почувствовала знакомый запах старых книг и свежести. Аалок, не вставая из-за тяжёлого дубового стола, поднял голову и мягко улыбнулся: - Ийла, моя дорогая. Что-то случилочь? Я медленно подошла, держа в руках папку с записями из архива. - Пап, - я положила папку перед ним, - Мама мне рассказала. Аалок опустил перо, удивлённо сдвинув брови. Он указал мне на резное кресло у окна. - О чем? - голос его дрогнул, еле сдерживая волнение. Я села и пересказала всю беседу: о рисунке, о словах мамы, об угрозах и отговорках мамы, и о том, как она призналась в убийстве Элигора и появлении Разлома. Во время моего рассказа лицо Аалока менялось: сначала тень тревоги, затем - жестокое спокойствие, и наконец - печаль. Когда я закончила, он молчал, опустив взгляд на выцветший герб на столе. - Я знал, что давние тайны могут рано или поздно выплыть наружу, - прошептал он, глядя на дочь. - Но я не думал, что цена будет такой высокой. Он подошёл и обнял меня за плечи. - Ты - всё равно моя дочь и наследница Света, - сказал он тихо. - Я обещаю защитить тебя и помочь найти ответы. Вместе мы разберёмся, что делать дальше. Я почувствовала, как впервые за долгое время в моем сердце потеплело. Даже если впереди ждала буря, теперь я знала: рядом с отцом у меня есть опора.