Все дороги ведут в Рим

Конец_всех_дорог: Ты расстроился? Хороший вопрос, учитывая, что Ник никогда себе такой не задавал. Расстроен ли он, если слово его отца всегда закон в их семье? Что если да? Волк: Всё норм Конец_всех_дорог: Точно? Конец_всех_дорог: Я в шоке, что наши отцы дружили… Эта новость могла бы стать новшеством и для Ника, если бы он не вырос здесь, где все друг друга знают. Кто-то с кем-то учился в школе, другой работал в одном месте, третий женился на дочери, сестре, маме, подруге, кузине четвёртого. Все тут так или иначе касались друг друга, поэтому оставалось лишь гадать о степени близости отношений между людьми. Волк: Очевидно Конец_всех_дорог: Какое очевидно???? Ты издеваешься???? Конец_всех_дорог: Твой батя какой-то неадекват, а мой социофоб Конец_всех_дорог: Это другое! Волк: Два сапога пара Рим гнул свою линию, что между их отцами вряд ли могли быть нормальные дружественные отношения. Ник не сильно настаивал, хотя мог явственно представить, как их отцы могли бы даже учиться в школе в месте. А что такого? Все друг друга знают. Только почему сейчас они друг другу враги? Ответ явно крылся в очевидном. Римус родился омегой. Вряд ли его родители скрывали это изначально… Хотя Нику сначала стоило бы прийти к выводу, что всё могло начаться чуть раньше, когда Чарли сочетался браком с Гилом. Вряд ли Гила можно было скрыть от местных. - Ты чего не спишь? – они созвонились практически сразу. Позади Рима Ник слышал шум, люди общались, слушали музыку, а у него тишина. - Так у меня гости, - Рим звучно зевнул, от чего у Ника свело челюсти. - Так чего не с гостями? - Хочу с тобой болтать. Ты можешь? Или лучше обратно в чат? Или ты спать? - Не части вопросами, солнце, - усмехнулся Ник, прислушиваясь к тишине дома за стенами. Никто его не потревожит теперь, когда он повиновался, но и ему лучше бы спать. – Я могу с тобой поговорить. Не хочу спать, пока ты на связи. Рима часто дёргали, напоминая, что он хозяин вечера и обязан присутствовать при гостях, если уж он их сам позвал, но омега легкомысленно отнекивался, оставаясь на связи с Ником. Сначала отлёживался на своей кровати, а когда его там нашли плавно перетёк на порог собственного дома, где явно стало тише, но и холоднее. - Иди, завтра увидимся, - теперь настала очередь Ника зевать. – Замёрзнешь. - Мне не холодно, - настаивал Рим, хоть и тело сводила участившаяся дрожь. Рим чуть выпил, не сумев отказать компании. Возможно, явись к нему Ник, Рим бы и не подумал о пиве, никто бы не сунулся уговаривать омегу пить, но Ника с ним не было. Ник встретил только на обеденном перерыве следующего дня. Рим зевал, снова ошиваясь в компании девчонок, но теперь альфа видел, что неподалёку от него собиралась и другая группа – за Римом потянулись музыканты, в числе которых слишком близко к омеге сидел долбанный Дейв. Ник сам себе признаться не хотел, что ревновал, пусть Рим повода никогда не давал и давать не собирался. - Попался, - шепнул Рим, прежде чем его губы коснулись губ Ника. Альфа не предполагал, что будет так бессовестно застигнут врасплох и утянут в угол между лестницей и шкафчиками. В коридорах уже никого не было, но Рим совсем головой тронулся, если решил так безрассудно себя вести. - На занятия опоздаем, - через слово целуя омегу, пытался оторваться Ник. Как же Рим пах! До безумия приятно притягательно. Ему нельзя так пахнуть, если омега собирался идти на урок. - М, да-а, - соглашался Рим, держась за рубашку Ника также крепко. – Давай прогуляем? - Нет, - и как на зло или же наоборот, будто спасение свыше, над ними по лестнице кто-то шёл. Ник вышел из их укрытия, бросая последний взгляд на омегу. Рим беззвучно смеялся, поджимая зацелованные губы. Это стало чем-то вроде нормы, доводящей их обоих до крайней точки кипения, но вовремя сдерживаемой в остром томимом возбуждении, не дающем перейти последний рубеж перед окончательной близостью. Рим целовался всё лучше, найдя для себя особенное удовольствие в том, чтобы оставлять на Нике свои небольшие метки-засосы. Ник мстил, покусывая шею омеги в ответ. На их открытых участках кожи не оставалось нетронутых частей – везде расцветали поцелуи, касания. Но не больше. - Ты чего? – Рим смотрел на Ника обеспокоенно, совсем не ожидая, что от их очередного затяжного поцелуя, альфу так скрючит. Ника просто скрутило, тело схватил спазм, руками он закрывал лицо. Рим не знал, как помочь. - Челюсть болит, - глубоким, незнакомым Риму голосом произнёс Ник через силу. - Кусай, - Рим уверенно протянул свою руку. – Здесь, - указал омега. - Что? Нет! – Ника аж попустило от этого странного приступа. – Я ж не животное какое! - Ник, у тебя клыки вылезли, - указал на очевидное Рим. – Я не могу дать себя пометить, но можно попробовать уравновесить твоё состояние. Давай, господи, Ник! Меня трясёт от твоих феромонов! Оба резко перешли на водолазки с закрытым горлом и длинными рукавами. Зима приближалась, от того такая смена имиджа никем не была воспринята как-то подозрительно. Все, кто мог знать о их отношениях, прекрасно чувствовали запахи, звучащие особенно ярко, когда альфа и омега были рядом. На руках Рима не оставалось живого места к Рождеству. И Ника это пугало до безумия, как только приступ невозможного желания укусить Рима не проходил. Альфа чувствовал губами тепло кожи, каждый тонкий волосок, намокающий от слюны Ника, как под языком оставался след от его зубов, когда альфа переставал его кусать. Рим всегда наблюдал, будто самому ему так же нравилось всё, что с ним делал Ник. Хотя странно думать, что Рим позволил бы происходить чему-то, что ему бы не понравилось. - Однажды ты меня укусишь так, что мы никогда друг от друга не избавимся, - Ник мазал оставленные им укусы. - Это предсказание? Или констатация факта? – мазь чуть перебивала вечно благоухающий запах омеги. – Мне не нравится, как это выглядит в итоге… - Но тебе же перестало быть больно? – Рим оказался прав в своих размышлениях и купировании их реакций друг на друга. – Не многим альфам удаётся получить такую ачивку. Радуйся. - Я рад, безумно, - кисло парировал Ник. - Мне не больно. - Не правда. - Мне нравится, когда ты кусаешь больше, чем когда целуешь, - Рим побледнел, Ник задался вопросом. - Что? - Так видно, что меня не одного кроет… И зуд отпускает. Я же тоже ловлю от тебя «сигналы», - Рим показал пальцами кавычки. – Я много об этом читал. - О, ты умеешь? – альфа получил в бок ощутимый толчок острым локтем. - Скорее всего мы подходим друг другу генетически, поэтому таким образом получаем больше сигналов, пробуждающих нашу суть… - Или мы просто перевозбуждённые парни, у которых давно не было секса, - Ник указал на себя, - и вообще не было секса, - а затем указал на Рима. - Нет, ты не понимаешь! - Нет, у меня яйца скоро лопнут, Рим, - вздохнул Ник. - Хочешь сказать, что если бы просто переспал со мной, то никаких ачивок? - Да. - Я подумаю об этом, - и Рим действительно задумался над этим, пока Ник принимал душ перед сном, то есть пытался успокоить свой крепко стоящий член. Сколько в нём ещё терпения? Это был совершенно философский вопрос, ведь Ник до недавних пор думал, что никогда в жизни не вынудит себя ждать. Что есть ждать, когда у него всегда были варианты? Выбор давал право произвести замену. Рим лишил Ника права выбора, однако Ник и не смог бы вернуться к возможности выбирать, потому что хотелось именно Рима. Целовать его, касаться волос, гладить горячую спину под футболкой… Увидеть член. О чем речь?! Появившиеся клыки перестали болеть через пару приступов, пробудив в Нике мысль, что возможно и в их более серьёзных проявлениях есть то, чего они ещё не видели. Клыки говорили о крайнем возбуждении Ника. Он осознавал, что хотел бы загрызть Рима сначала, а затем под первым слоем агрессии, которую всегда несли все проявления альфы, открывалась невозможная волна возбуждения. Загрызть? Пф! Риму никогда не отделаться от Ника, если тот его как следует пометит. Зубы ныли, нуждаясь в концентрате феромонов Рима, и нутро отключало все низменные нужды, как только на руках Рима расцветала новая рана. Клыки не могли проткнуть кожу омеги. Хотя будь это шея, Ник так спокоен бы не был. Они явно рано или поздно доиграются такими темпами, но Рим не спешил что-то между ними менять, позволяя метить себя только таким образом. В скрытом от родителей Ника аккаунте первая совместная фотография появилась в канун Рождества. Сделали её они чуть раньше, Ник долго залипал на их расслабленные счастливые лица, будто впервые осознавая себя в таком состоянии. Рим держал в руках телефон, поднимая его над их головами. За спинами на плите горело мясо с овощами, пока Ник указывал лопаткой на Рима, дурачившегося с фильтрами камеры. У обоих на головах неестественно сидели кошачьи уши. Пост быстро набрал лайки и комментарии от команды и других близких знакомых, присутствующих на этой страницы. А ещё маленький смайлик кота от Мартина Фишера. Страница Рима заимела больше следов присутствия Ника: кусок машины, вытянутые по разные стороны от ноутбука ноги при просмотре треш пародии на популярный блокбастер, а ещё куртка с фирменной надписью Джейкоб, перекрываемая волосами Рима. В школе Рим себе такого не позволял, Ник тоже не настаивал, но стоило им оказаться на безопасной территории вечно в лёгкой одежде Рим грелся в спортивной куртке Ника. - Ты на каникулах опять поедешь к папе? – Ник уже не строил планов, но спросил о делах вечно забывчивого Рима сразу. - Не, они все сюда приедут. Отец в гости позвал. Мелких на лошадках покатает. Придёшь к нам, как время будет? – с какой-то надеждой спросил Рим. - Зовёшь знакомить с семьёй? – теперь напрягся Ник. - Ну типа того. Ник согласился, обнимая Рима за плечи. Может ему проще податься в монахи? Во сне Рим отвечал на его вопрос, что если уж Ник решиться на монашество, то ему уже никогда никого не потрогать, тем более Рим не запрещал ему дрочить. И Ник дрочил, пока омега смотрел на него внимательно, следя за процессом. Проснулся тогда альфа в холодном поту и мокрых трусах. Надо было что-то делать. Волк: О чём следующий сбор? Конец_всех_дорог: Электробезопасность. Рождество же скоро Волк: И о чём ты будешь петь? Конец_всех_дорог: Хз Конец_всех_дорог: jingle balls в стиле «не нарушайте пожарную безопасность пж» я хз Конец_всех_дорог: Я ещё не придумал Конец_всех_дорог: Приедешь? Волк: Нет. Ты и так весь в синяках Конец_всех_дорог: Ну и ладно. Приезжай если хочешь Конечно же, Ник хотел. Ещё как хотел, что видел Рима во снах постоянно и дрочил дважды в день. Не было бы у него тренировок дрочил бы чаще. Команда отмечала, что Ник стал более злым, агрессивным, опасаясь страшного. Это с Римом альфа затихал, ощущая что-то между спокойствием и неуёмным возбуждением. Дома опять не оказалось мистера Мартина, поэтому Ник набросился на Рима прямо с порога, закрывая за спиной дверь на ощупь. Рим отвечал, обнимая его за плечи, тянул на себя, касался губ губами, дышал часто, обдавая горячим дыханием кожу альфы. Мурашки бежали по телу друг друга. Они уже достаточно наговорились, чтобы начинать встречи с поцелуев. Только бы не напортачить, Рим не хотел идти до конца, значит, Нику нельзя переступать черту. - Только не убивай меня, - между влажными касаниями их губ успел произнести Рим, когда его руки оказались на пряжке ремня джинсов Ника. Альфа замер, хотя внутри него бушевал ураган. – Блять, ты точно меня убьёшь! - Убью, если отступишь! – прорычал утробно альфа. За ним закрылась очередная дверь, Рим сидел на своем матрасе, Ник остался стоять рядом с ним. Рим расстегнул пряжку ремня, слишком медленно по мнению Ника выправил пуговицу из петельки, вжикнул молнией. Ник сам приспустил штаны, оставаясь в тонком белье, пропитавшемся эякулятом. Оба дышали шумно, сбивчиво, особенно слышно в тишине комнаты. Рим положил свою тонкую ладонь на пах Ника, чувствуя, каким горячим и напряжённым оказался член альфы. Ник коснулся руки Рима, настаивая на этом касании. Сам начал, Ник его не просил. И Рим это знал. - Пиздец, - всё, что вырвалось из Рима, когда он стянул с Ника трусы вниз, впервые обнажая член альфы. – Пиздец! Ник, это что такое? – глаза Рима расширились от шока. В этот момент альфа чувствовал себя, как на приёме у уролога: Рим рассматривал его член, задумчиво опираясь подбородком на сложенные пальцы, которыми он только что трогал член Ника! Альфа стоял перед ним со спущенными штанами. Никакой интимности момента! - Рим! Я что тебе говорил? – видимо отныне Ник больше не мог высказываться спокойным тоном, каждое слово выходило из него с рычанием. - Прости, просто я как представил, что ты хочешь… Да мой кулак меньше твоего узла! – Рим сжал кулак, смело приставляя его к основанию члена альфы. – Блять, Ник. Это пиздец! - Никто не жаловался! – терпение Ника было на пределе. – Хватит тут размышлять о важном. Давай уже рукой шевели, забыл, как дрочить? - На праздники мою задницу не жди! - Рим! И Рим коснулся его члена своими мокрыми от волнения руками, хорошо, что не холодными, иначе Ник совсем бы разозлился. Но это того стоило: заткнуть Рима тяжело, однако, дрочить он умел. Ещё бы, сам обладал похожим агрегатом, видно только меньшего размера. Хотя не видно, Рим то так и остался полностью одетым: и в своих домашних штанах, и в кофте тёплой, длинных носках и даже тапочках с кроличьими ушами. Это не справедливо. Однако рука Рима двигалась по стволу, пока вторая аккуратно сжала яички, омега наблюдал за Ником внимательно, поджал сухие губы, дышал шумно. С чего такая щедрость на ласки? Они даже пикантными фото не обменивались, проводили только разговоры в духе полового воспитания: на что дрочили и от чего теряли настрой. Не думать о потере настроя, когда от Рима так удушающе пахло нежной орхидеей. Ник ненавидел и обожал эти цветы. А Рим старался, пока член Ника креп, набухал узел. - Николас… - взмолился омега. - Ещё одно слово, и я кончу тебе на лицо, - пригрозил альфа, чувствуя, как ноги его перестают держать. Надо было прежде заняться Римом, а то он слишком расслабился, размяк, позволив омеге вести. С девушками себе такого не позволял, а тут поплыл от понимания, что Рим тоже парень! И Ник кончил, встретившись взглядом с усердным Римом. Он так на него посмотрел практически невинно снизу вверх, будто не дрочил, а сосал своими сладкими пересохшими губами. Рим не проронил не слова, но и Ник его не предупредил, запачкав лицо омеги своим семенем. Сам довёл! Нечего было! Ник сел рядом, не дал Риму отстраниться, тот вроде хотел найти салфетки. Ник поцеловал его, слизывая свою же сперму с его подбородка, мешая вкус альфы на их языках. Ника ещё никогда так не крыло, и ему было на это плевать. Пусть кроет! Он и не такое сможет себе позволить, лишь бы и Риму было с ним хорошо. В штанах Рима творилась подобная картина, поэтому не смотря на некоторый протест из рук омеги, Ник сумел забраться под них. Альфе ничего не стоило завестись ещё раз, но в первую очередь следовало довести Рима. Нечего ему брать всё на себя, чтобы рассматривать Ника так внимательно. У него аж мурашки по коже от воспоминаний о испуганном взгляде Рима. А если и вовсе никогда до тела не пустит? Не время таких мыслей, когда Ник стянул с Рима штаны. Омега говорил, что не краснел от смущения вообще, что помогало ему в выступлениях на сцене и вообще всегда, когда он мог бы смутиться, но сейчас Ник мог поклясться, что видел, как кожа Рима покрывалась красными пятнами, делая его таким трогательным. Ник поцеловал его в скулу, снова возвращаясь к губам, пока его рука полностью покрыла член Рима. Сказать или не сказать? - Это твой комплекс, что ли? – Рим дёрнулся, пока Ник не сжал ладонь на его члене, заставляя остаться на месте. – Куда? Я теперь тебя буду убива-ать, - утробно промурчал Ник, снова медленно двигая рукой по члену вверх и вниз. – Блять, ты бы себя видел… Сними кофту! – Ник надеялся, что это не звучало, как приказ. Рим повиновался, стягивая с себя домашнюю водолазку. - А-а, Ник-колас! – Рим вцепился в его волосы, когда альфа коснулся напряжённых сосков омеги. У альфы таких реакций не было, соски не обладали такой чувствительностью, но Рим таял под его губами. – Блять! Блять!!! Ник! – Рим пытался уйти и подставиться под его касания, такую сладкую пытку он ещё никогда не испытывал, поэтому не сдерживался в ругательствах. Цепкие руки лежали напряжённо на спине, комкая свитер Ника. Альфа чувствовал жар внутри себя, разгораясь новым желанием. Разрядки ему было мало, хотя отдача Рима уже являла собой то, от чего Ник остался бы довольным. Руки у омеги представляли собой месиво из синяков в виду жестокости Ника, но сейчас альфа явно делал лучше для них обоих. Никакой боли. - Николас, - Рим всхлипнул, а Ник очнулся, обеспокоенно глядя в глаза омеги. Нет, всё в порядке, ему просто хорошо, но почему-то он не стонет. - Да чего ты, Рим? Солнце, не сдерживайся, я хочу всё видеть, - Рим жмурился, в уголках глаз его скопились слезинки. Ник сцеловал их нежно по очереди у каждого глаза. – Ну, всё нормально, - убеждал альфа. От Рима невообразимо пахло орхидеей, будто Ник оказался в плену чарующего сада, откуда ни выхода не найти, да и уходить совсем не хочется. Альфе оставалось только гадать, чем в этот момент пах он, ему бы в голову не пришло, что Рим тонул на долбанной шоколадной фабрике. Не то, чтобы омега против, он вообще-то любил именно такое сладкое, которое скорее горькое. Рим сдался быстрее Ника, кончил не так бурно, выявив ещё одно различие между альфой и омегой. Ник улыбался, пытаясь не усмехнуться от того, каким милым в этот момент было лицо омеги. - Фу-у, я весь склизкий! – едва дыша произнёс Рим. Он медленно сел, опираясь на дрожащие руки, отполз в сторону. Место, где только что была его задница, хранило теперь мокрый след. – Ну пиздец, - выдохнул Рим. Стоило ему встать, посветив при этом голой филейной частью перед лицом Ника, как альфа схватился за член. - Рим! – Ник такого ещё не видел в своей жизни, однако тонкая нить смазки, тянущуюся от задницы до сырой кровати повергла альфу в новую волну жара по телу. - Чё, всё так плохо? – омега упал обратно мгновенно. - Да иди ты, я сейчас ещё раз кончу! От тебя так пахнет, как будто афродизиаки реально существуют! - Предлагаешь, ещё один раунд? – Рим из едва красного сделался белым. Неужели Ник перегнул? - Судя по твоей мокрой заднице, ты и сам не против. - Я чутка устал, но этому чудовищу всё равно, потому что ты тоже пахнешь так, будто я в цистерне с шоколадом. Ник рассмеялся, без стеснения поглаживая себя, его член снова крепко стоял, готовый к новой разрядке. Рим устало лёг рядом, смотрел прямо в глаза альфы, молчал, слушая дыхание альфы напротив. До глубокой ночи они ласкали друг друга. Рим только делал вид, что ему достаточно, но возбуждался мгновенно, стоило Нику коснуться, поцеловать или даже что-то сказать. Альфа не дал ему одеться, сам стянул с себя свитер. Оба нагие лежали слишком близко, рядом, снова и снова касаясь друг друга. Ник не отпустил Рима так просто, пока омега не придремал на его плече. Альфа довольно натянул на их голые тела одеяло, устраиваясь спать. Он вообще-то тоже устал. Ник проснулся первым, довольно отмечая этот факт как свою самую ожидаемую победу. Рим, сложив обе руки под подбородок, пригрелся рядом, уткнулся Нику в плечо, хотя обычно спал отвёрнутый к стене. Какой он всё-таки хороший. Нику слов не хватало, чтобы выразить все чувства внутри. Торкало его от существования Рима, надышаться не мог. Рим прерывисто вздохнул, причмокнув губами, а Ник усмехнулся. Сказал бы ему кто-нибудь пару месяцев назад, что Ник не захочет выбираться с неудобного матраса в чужом доме, что будет убирать длинный локон волос с лица какого-то парня, даже не девчонки, Ник бы не поверил. Он принимал как данность, что он альфа. Ну альфа и альфа, что тут такого? Он просто парень. Подумаешь, есть у него узел. Он всё ещё просто парень. А теперь он чувствовал себя альфой, когда рядом с ним был его омега. Рим точно его, не просто чужой человек, который нужен как пара, партнёр, нет, Рим его. Рим его. А Ник Рима. Потому что как омега принадлежит альфе, так и альфа принадлежит омеге. И от этой определённости в груди разрасталось умиротворение. Никуда не хотелось бежать, метаться от одного дела к другому. Ник желал просто быть тут, дышать феромонами Рима. - Чё пялишь? – хрипло спросил Рим, переворачиваясь на другой бок и утыкаясь в стену носом. - Не-ет, вернись, - затребовал Ник, касаясь голой кожи омеги на животе. Рим так вздрогнул, что аж подпрыгнул на кровати, чем ещё и Ника напугал. – Что? – альфа сразу руки убрал, мало ли задел какое-то неприятное место. - Ну… Мы же голые, - тише с каждым словом произносил свою мысль Рим. – Типа… Пиздец… - Почему? – Ник расслабился, ему даже стало смешно. – Мы вчера переспали, - со знанием дела говорил. Не всякий секс нуждался в проникновениях, уж как хорошо Рим умел в мозг залезть, так им бы уже давно следовало отметить момент потери девственности. - Нет. - Да. - Нет! Проникновения же не было! - А обмен жидкостями? - Я в тебя не плевал! – удивился Рим. - А я, что ли, плевал? Рим, твою мать, точнее, отца! В конце концов что в этом такого? Ну потрогали друг друга за члены, кончили. Что мы там не видели? - Что мы там не видели!? Да ты видел свой член? Орудие массовой пытки! - Я понял, понял, - вздохнул Ник. – Не кипятись. Такой высокий мальчик, а переживает, что член у него маленький, эх! - Да ну тебя! – Рим бы загрузился, успел отвернуться к стене. Столько событий и переживаний на его лохматую голову с самого утра! Но Ник уже положил свою ладонь на пах омеги, точно зная теперь, что его так напрягло в их нагом пробуждении. Свой стояк он как обычно игнорировал, но теперь это явно было бессмысленно.