Евангелион. Любовь и Ненависть

      Он - мой отец. Самый ужасный человек, которого я когда-либо видел в своей не очень долгой жизни. Я долго следил за ним, с момента моего прибытия в NERV. Не знаю, что со мной случилось, но тогда, когда я встретил его впервые за долгое время разлуки, во мне что-то перемкнуло. При встрече я не стал его винить во всём в чём я только мог его упрекнуть, нет, я захотел узнать его поближе. Ребёнком у меня не было шансов понять поступков отца, но уже в моём возрасте я начал понимать как устроены поступки людей, мой собственный опыт был мне учителем. Я думал он такой же поломанный человек, как и я, но нет... Лучше бы его никогда не существовало.       Пока я общался с ещё той Рей, которую я знал, я начал считать, что Отец весьма добрый человек, ведь как иначе объяснить его поступок, когда он первый помчался открыть раскалённую капсулу Рей, после неудачного тренировочного инцидента.       Я не противился приказу отца уничтожить вражескую Еву, захваченную ангелом, нет, я сделал всё быстро и аккуратно.       Я думал я могу получиться его признание если буду чётко исполнять его приказы. Это была ложь. Я был нужен ему лишь как инструмент. И это было правдой.       В захваченном Евангелионе находился мой школьный друг. Не знаю жалею ли я тому какие увечья я ему по итогу нанёс в той битве, потому как не знаю, что было бы, если бы мой отец использовал технологию псевдо-пилота.       Это был первый удар по моей вере в отца. До этого я ни разу не дал отцу в себе усомниться, тогда для чего ему нужен был псевдо-пилот? Он и я прекрасно знали, что я в разы лучше синхронизируюсь с роботом, но он всё равно решил подготовить запасной план, на случай если я выйду из подчинения.       Я долго думал о том, что возможно, он лишь хотел, чтобы мне не приходилось каждый раз рисковать своей жизнью в битве или псевдо-пилот был создан на случай, если бы я был ранен. Но всё это тоже было неправдой.       Я многое узнал от Рицуко. Узнал даже больше, чем я хотел.       После разговора с ней, я узнал много откровенной правды. О истинных причинах создания псевдо-пилота и его интегрирования именно в мой Евангелион. И самое ужасное – о клонах Рей.       После того дня, когда у ворвался в дом Аянами, я пытался разузнать информацию и о других, предшествующих той Рей, что я знал, клонах. На удивление он был всего один, но его история, меня сильно поразила.       Дальнейшую правду я узнал уже лично со слов Рицуко. Мне было противно.       Наоко была любовницей моего отца. Рей 1, название что ей было дано, была задушена её матерью. Рей 1 была своей маленькой версией, проще говоря, она была ребёнком. В один день, она подошла к Наоко, матери Рицуко, и сказала ей всю правду о том, что моей отец считал о ней. Наоко этой правды не смогла вынести, из-за чего задушила Рей 1, после чего покончила жизнь самоубийством. Что ещё более отвратительно, так это то, что после смерти Наоко, мой отец начал встречаться с Рицуко. Точной правды не узнать, была ли Рей 1 отправлена специально к Наоко, чтобы заставить её самоубиться, или то была детская правда, которую маленькая девочка не могла держать в себе как свойственно некоторым детям.       И когда казалось, что я научился понимать людей, для меня стало потрясением, что Рицуко знала обо всём этом уже очень давно. Почему же она встречалась с тем, кто встречался с её матерью, понять это для меня было невозможно.       В особенности для меня было невозможно понять, что творил отец. Он всегда любил мать, сколько я себя знаю, он всегда посещал могилу матери. Ведь именно её смерть так его поменяла, и казалось, словно его работа, которой он занимался, могла её оживить, с таким сильным и скрытным ото всех желанием он ею занимался, что словно сомнений быть не должно. Но, тогда как он посмел осквернять любовь к маме с другими женщинами?       Всё что я смог узнать было сделано не без помощи моей доброй сожительницы - майора NERV - Мисато Кацураги. Её должность развязала нам руки на многие документы и материалы, но всей правды нам конечно узнать не позволили вполне вероятно, что за правду своей жизнью могла поплатиться Мисато, а не я, поэтому, я попросил её больше не рисковать, я и так знал достаточно. К тому же, один знакомый мне человек уже поплатился жизнью за правду...