Том N Глава 9 — Драйв (часть первая)
27 марта 2025 г., 14:38
Вернёмся теперь к нашим баранам. Кажется, Нэндо закончил на моменте, где Айура осознала своё бедственное положение насчёт Торицуки. Да, крайне нелегко принимать такую судьбу, и я не могу здесь не отметить мужество, с которым бедняжка Айура это преодолела. Впрочем, забегая вперёд, ничего такого страшного ей не угрожало. В этой главе (я поделю её на две части) я расскажу, как шли дела у ребят, но сперва мне, снова, придётся рассказать о другом человеке, иначе ничего не будет понятно.
Два месяца я шатался по миру, ни для кого не видимый. Я начал понимать призраков, которые ради пары минут телесного воплощения выполняли самые мерзкие поручения Торицуки (сам я пока ещё к нему не обращался, до такой степени отчаяния я ещё к тому времени не дошёл). Тяжело, конечно, было не только мне.
Речь идёт о Мэре Чисато, девушке, которая постоянно ест. Как вы знаете, у неё трое младших братьев, которых она вынуждена кормить. Когда она благодаря Айуре соединилась с отцом, дела пошли на лад, но отцу вновь пришлось куда-то навсегда отлучиться, и Мэра опять была вынуждена работать на десяти работах. Здесь стоило бы, пожалуй, указать чуть больше подробностей, но читатель и так помнит её историю плохо (я, по крайней мере, на это надеюсь). С Хайро они расстались, и просить у него помощи, которую он будучи в отношениях оказывал, она теперь не могла. Впрочем, она справлялась, пока в один несчастный день не заболела. Ничего серьёзного, но работать она не могла. Короче, ей нужны были деньги, а на руках у неё было чуть меньше тысячи йен. Так она оказалась на рулетке.
— Делайте ставки! — прокричал крупье. Стоит сказать, что этим крупье был Наканиши Коута, бывший цирковой артист, который пытался у меня чему-то учиться. Ну, отчим Рики Нэндо. Ну, с зелёными волосами, приставучий неудачник. Надеюсь, помните. Хотя, если честно, о нём больше не будет ни слова. Это я так.
Мэра поставила двести йен на красное. Выпало красное. Затем ещё двести йен на красное. Выпало снова красное. Затем она, подражая неясно кому, решила делать ставки по сто йен на зеро. На пятый раз выпало зеро, она забрала три тысячи шестьсот йен.
К концу дня, в течение которого она больше выигрывала, чем проигрывала, у неё на руках оказалось чуть больше восьми тысяч йен. С этими деньгами она отправилась в супермаркет и накупила на неделю еды себе и своим трём братьям, а на оставшиеся деньги набрала себе лекарств.
К счастью, нормальная еда, покой и лечение поставили Мэру на ноги, и она вновь приступила к работе официанткой в кафе Мами. Менеджер был так рад её возвращению, что по её просьбе сразу выдал ей оклад за месяц, в количестве тридцати трёх тысяч йен. После своей первой смены Мэра вновь отправилась в супермаркет за продуктами, но по пути решила на минутку забежать в ту же рулетку.
Она рассудила, что с двух тысяч йен ничего не станется, и решила про ставить их на зеро по сто йен. Все двадцать раз выпали другие числа. Мэра пришла в негодование: неделю назад, когда она играла, зеро выпало раз пять. Она проставила ещё тысячу — результата нет. Затем она решила компенсировать свой проигрыш, поставила три тысячи на красное.
— Зеро! — объявил Наканиши.
Мэра начала злиться. Её уговаривали остановиться и уйти, но она не унималась. Она ставила на случайные интервалы, перебивалась снова на зеро, и опять проигрывала. К двенадцати часам, когда рулетка уже закрывалась, она имела на руках всего триста йен. Купив на эти деньги хлеб и какой-то паштет в круглосуточном магазине, она накормила этим своих братьев, а на следующий день поспешила в кафе, просить аванс за следующий месяц.
Менеджер сказал ей, что при всём желании не сможет ей заплатить, потому что просто не откуда брать деньги. Она стала ходить по разным подработкам, но везде отказывались ей сразу же давать аванс. Отчаявшись, она решила взять потребительский кредит в популярном в городе С-банке. Изучив её жизнь, сотрудница банка предложила ей потребительский кредит в размере 150 тысяч йен на полгода, с ежемесячными выплатами около 27 тысяч. Мэру такое предложение устроило, и она покинула банк с такой вот суммой на счёте. Направляясь домой, она решили раз и навсегда решить свои отношения с рулеткой. Рулетка, кстати говоря, находилась в том же помещении, что и С-банк.
Проиграв шесть с половиной тысяч, Мэра встала из-за стола и решила больше никогда за него не садиться. Но в том же здании, где находилась рулетка и С-банк, было ещё одно заведение — букмекерская контора.
— Заходите! — зазывал её человек, которого в аниме не показывали. — Приветственный фрибет — пять тысяч йен!
Мэру очень привлекло то, что ей необязательно тратить свои деньги, и она решила попробовать. В тот момент шло несколько матчей. Она поставила на французский футбольный клуб Монако, игравший против Сент-Этьена в рамках чемпионата Франции. Монако выиграл со счётом 2:0, Мэра выиграла восемь тысяч йен, которые ей сразу же перевели на счёт.
«Это уже лучше, — думала Мэра, заходя в магазин за продуктами, — это не случайность, как в рулетке. Тут можно предположить исход матча, изучив команды и их возможности. Нужно обратиться к какому-нибудь спортивному эксперту, и зарабатывать деньги».
Спортивных экспертов она первым делом решила искать среди своих друзей. Сперва она хотела обратиться к Хайро, но смекнула, что он хоть и занимается спортом, вряд ли его смотрит. Затем она обратила внимание на Кубоясу Арена, который бывший хулиган, в очках. Ну, с татуировками ещё. Так вот, решив начать с него, Мэра в один день предложила ему прогуляться после школы, чем сильно его обескуражила.
— Тебя, должно быть, очень удивило моё предложение, Арен, — объясняла она во время прогулки. — Понимаешь, я вот хочу узнать что-нибудь про спорт: кто как играет, да и вообще... А ты мне кажешься в этом знающим.
— Неожиданно, — заключил Арен. — А почему тебя вдруг это заинтересовало?
— А у меня младшие братья часто смотрят по телеку всякие матчи, игры, вот и я хочу не отставать, — выложила Мэра свою заготовленную заранее отговорку.
Арен сразу понял, что это ерунда и что никакая старшая сестра, тем более обременённая такой ответственностью как Мэра, не станет интересоваться что там смотрят её младшие братья. Впрочем, и о реальных мотивах Мэры он не догадался. Ему погрезилось, что девушка спрашивает его про спорт лишь бы просто с ним сойтись, потому что имеет к нему такой вот интерес. Он задумался о Мэре: «Хм, я о ней никогда в этом смысле не думал. В целом, я о ней знаю мало что, но меня восхищает её самоотверженность, она добрая, отзывчивая, приспособленная к жизни, ответственная, да и формы у неё ничего...». Короче, он начал испытывать что-то вроде взаимности на чувства Мэры, которых на самом деле не было.
— Знаешь, — говорил Арен, — я из спорта смотрю в основном гонки, в особенности мото-гран-при и наскар.
Решив, что гонки тоже, наверное, подойдут, Мэра стала регулярно общаться с Ареном в школе, после школы, на выходных. Арен должен был усомниться в симпатии Мэры, потому хотя бы, что она очень досконально расспрашивала его про гонки, порой переспрашивая и делая заметки в блокноте (обычно девушки, которые проявляют интерес к увлечением парней, чтобы им понравиться, так себя не ведут?), а от любых других разговоров уходила. Собственно, и друзья Арена, видя в школе это общение, говорили ему, что тут кроме искреннего интереса к гонкам нет ничего, но Арен был непреклонен: ему очень нравилась идея, что Мэра в него влюблена.
Сведения же, которые Мэра получала от Арена, были действительно очень ценными. В испанском заезде в рамках гран-при Мото2 она поставила на Алекса Маркеса. Он себя показал крайне плохо в предыдущих заездах гран-при, поэтому коэффициент был очень высоким. Маркез занял в этом заезде первое место, и Мэра выиграла двести тысяч йен. Она захотела досрочно закрыть кредит, но С-банк в досрочном закрытии ей отказал. Она решила играть дальше.
Следующая победа — первое место Марка Маркеса на МотоГП. Марк был многократным чемпионом гран-при, и коэффициент у него был намного ниже, чем у его брата, но Мэра поставила почти все свои деньги и умножила их на 1,22. Отложив из своих богатств часть на покрытие долга с процентами, она распорядилась остальными деньгами так, что перевезла свою семью в комфортную, просторную квартиру в хорошем районе, пересмотрела свою продуктовую корзину и уволилась со всех своих подработок. Благодаря наличию денег Мэра больше не нуждалась в еде постоянно, более того, полноценное питание вернуло ей естественный румянец, свежесть, она стала (по мнению окружающих, я сам не поручусь) намного красивее.
***
И вот, пролетели те самые два месяца, в самом разгаре июнь. Хироши Сато из предыдущей главы примерно в это же время словил свой брейкдаун и приступил к своей фазе «падения в пропасть». Мэра Чисато же к этому времени лишилась всех своих денег. Началось всё с того, что ставки на мотоспорт перестали быть прибыльными. Мэра стала чаще проигрывать, да и выигрыши были небольшими, — это неперспективное направление в букмекерстве. Поэтому она бросила гонки (и общение с Ареном) и стала изучать более прибыльные виды спорта: футбол, хоккей, бои. Мэра обращалась уже не к знакомым, а к профессиональным спортсменам и аналитикам. Выигрыши увеличивались, но увеличивались и проигрыши, Мэре не везло. Она давно уже залезла в свои неприкосновенные запасы, и всё проигрывала. Желая отыграться и уже не доверяя никаким аналитикам, она вернулась на рулетку, играла в автоматы, одним словом, её уже было невозможно остановить. И вот, теперь у неё на руках снова чуть меньше тысячи йен. Между тем её часто стали видеть с Сайко Метори, мажорчиком. Всех очень удивлял этот неожиданный союз, и трактовали это чудо обычно так, что Мэра, разбогатев (а о её финансовых делах многие узнали, она сразу всех позвала на новоселье, когда переехала в хорошую квартиру), утратила интерес к обычным людям и стала водиться исключительно с богачами. Арен, всё ещё думая, что он ей когда-то нравился, был сильно разочарован, решив, что она предпочла ему, хорошему парню, какого-то богатенького мальчика. Но отношения между этими двумя были совсем не такие, как все думали. Расскажу вкратце об отце Сайко: он умер. Всё его огромное состояние перешло к его единственному сыну, и когда тому исполнилось восемнадцать лет, Сайко вступил в права наследования. Такие богатства, предоставленные теперь ему и только ему, по-новому вскружили его пустую голову и растрясли в ней здание эмпатии к окружающим, которое он мало-помалу возводил. Теперь, несмотря на то что бизнесом руководят управляющие, нанятые ещё его отцом, Сайко ощущал себя истинным хозяином мира и всех его обитателях. Собственно, С-банк (в прошлом — Сайко-банк), в котором Мэра взяла кредит, принадлежал теперь ему. Ему также принадлежащие находящиеся в том же здании рулетка, букмекерская контора и игровые автоматы, — места, в которых Мэра выигрывала и проигрывалась. Подходил срок делать второй взнос по кредиту, а Мэра не сделала ещё первого, потому что денег у неё теперь не было, и Сайко решил взять эту ситуацию под свой контроль. — Долг платежом красен, Чисаточка, — сказал он, застигнув её в столовой, где она надеялась отыскать не доеденный кем-нибудь обед. — Я отдам, — отвечала она, ощущая невыносимый груз. — Ты уже неделю это говоришь... А меж тем я тебе сразу сделал предложение, которое в момент, а точнее в две недели решило бы все твои проблемы и с деньгами, и с кредитом, и с квартирой, — со всем разом. — Я уже сказала тебе, что ни за что не соглашусь! — крикнула она, покраснев. — А ведь я на тебя в суд подам. И что ты думаешь? Ты поедешь в тюрьму, а твои братишки бегом попадут в детдом. Вот и выбирай: тюрьма для тебя и детдом для детей, или хорошие условия для всех? — с этими словами он покинул столовую, ехидно усмехнувшись. Какое такое предложение делал Сайко Мэре, думаю, читатель угадал с первого раза. У Мэры, помимо всего прочего, были такие формы, которые являются привлекательными для многих мужчин, если опять же верить общественному мнению. Сайко мог отправить её... скажем так, в одну страну, устроить в один отель, где она за две недели самой непыльной (по мнению самого Сайко, конечно) работы получила бы столько денег, что смогла бы и оплатить кредит с просроченными процентами, и квартиру на несколько месяцев вперёд. Конечно, сам Сайко с этого всего получил бы намного больше. Всё это было невыносимо для нравственных ориентиров Мэры, и в то же время она не могла не думать о своих братьях. Неделю она мучилась от этой дилеммы. Конечно, нигде в короткие сроки не добыть таких денег, которые требовались. Наконец, во время одной из перемен, она сама обратилась к Сайко. — Меня там могут убить, — сказала она. — Нуу... этого почти не случается. — Я хочу, чтобы... если я соглашусь, то чтобы к моим братьям сразу же был приставлен управляющий, который обустроит их жизнь. — Это не проблема. Так что это значит, Чисаточка, ты согласна? Мэра в отчаянии опустила голову, кивнув в знак согласия. Сайко приободрился. — Долго же ты ломалась. Ну, ничего, ощутишь вкус лёгких денег, попросишься ещё на постоянку, хе-хе... — Сайко встал из-за парты и направился в столовую, а у выхода из аудитории громко объявил: — Завтра в шесть часов вечера милости прошу ко мне домой, Чисаточка, — и с этими словами он вышел. Все резко обернулись на неё. От гнетущего осознания того, через что ей вскоре придётся пройти, ей даже было всё равно, о чём подумают её одноклассники. Одноклассники же, а точнее некоторые одноклассницы, мигом облепили её. — Чисато! — говорила Юмэхара. — Что это значит, вы встречаетесь? — И когда у вас это успело так далеко зайти? — интересовалась Айура. Мэра опустила глаза и улыбнулась. — Девочки, — заговорила она, — мне скоро придётся уехать, и мы с вами больше не увидимся. Простите меня, если последнее время я вас как-то обижала, да и вообще, всё время, вела себя как-то эгоистично. Знайте, что я вас очень люблю, — с этими словами она по очереди обняла застигнутых врасплох Юмэхару, Айуру и Тэрухаши. Затем она прошла к Арену. — Арен, я некоторое время назад тебя использовала для получения информации о гонках, которую использовала для заработка денег. Прости, что обходилась с тобой, пожалуй, не так, как ты того заслуживал, и не держи на меня зла. — Но... — Арен наверное что-то хотел ей сказать, но тоже обомлел. А Мэра тем временем вышла к доске и объявила сразу всем: — Дорогие мои одноклассники, друзья. Мне было приятно находиться с вами в одном коллективе, расти вместе с вами, открывать для себя новые эмоции, новые радости. К сожалению, я вынуждена покинуть вас. Всем за всё спасибо, и пока!.. — Чисато, ты куда! — закричали девочки, но Мэра уже выбежала из класса и побежала вниз. Все были в шоке. Когда первое потрясение сошло, началось бурное обсуждение. — Какой же я был идиот! — измывался над собой Арен. — Конечно, ей были нужны сведения о гонках чтобы ставить. И я бы догадался об этом, если бы не... — Не мучай себя, Арен, — успокаивал его Хайро. — Мы все упустили из вида лудоманию Мэры, все не обратили на это внимание. Мы также не обратили внимания на её бедственное положение в последнее время. — Так что у них с Сайто? — не понимала Юмэхара. — Если всё так, то Чисато от него нужны деньги, это понятно, но почему же она с нами со всеми прощается? — Да всё же ясно, — взволнованно отвечала Айура, — сделает этот барчонок из нашей Чисапойо проститутку и станет с неё деньги грести. — Как! — Не может быть! — Мерзкий мажор из Тёмного союза, Чёрное крыло не допустит этого, — драматично проговорил Кайдо. Юмэхара презрительно на него зыркнула. — А ты что скажешь, Сайки? — обратился Кайдо не ко мне. Не я, сидевший всё это время спокойно, с равнодушной ухмылкой, повернулся к обеспокоенным ребятам. — Знаете, — сказал не я, — мне кажется, что это их дело. Если Мэра захотела таким образом заработать на хорошую жизнь себе и своим братьям, мы не должны в это лезть. Все переглянулись. В этом обсуждении участвовало большое количество людей, но был кое-кто, который до сих пор только наблюдал со стороны. Я нарочно не упоминал в своих записках об этом человеке, можно даже сказать, избегал его, но в этой главе настало его время засиять. — Вот, к каким выводам я пришёл, проанализировав поведение Мэры Чисато в последние два месяца, — затараторил Акечи Тоума, тот самый, четвёртый из «псайкерс», появившийся в сериале ближе к концу. — Похоже, она действительно начала ставить на спорт, как только что призналась Арену. Вообще говоря, мне кажется, она уже была вовлечена в азартную среду. С таким жаром новички не действуют, значит, она уже что-нибудь к тому времени проиграла, и хотела отыграться, а не разбогатеть. Тем не менее, благодаря советам Арена, ей действительно удалось приумножить свои средства. Однако откуда, опять же, у неё были эти средства? А самое главное, с чего вдруг она ударилась в азартные игры? Причиной всему, скорее всего, стала её болезнь, два месяца назад, когда она не ходила ни на учёбу, ни на работу... Короче говоря, Акечи логически вывел своё предположение о текущих делах Мэры, которое практически полностью совпадало с реальностью. Полностью его реплику я приводить не буду, потому что предыдущие пять страниц, я думаю, вы уже прочитали. —...и вот, спустя неделю, она, по всей видимости, согласилась на его предложение, суть которого, я думаю, очевидна, и которую вы и сами мгновенно угадали. — Складно у тебя всё выходит, чудик, — сказал Нэндо (да, в обсуждении участвовали буквально все). — Да, и звучит всё убедительно, — подтвердила Айура. — С помощью своих сил я могу посмотреть прошлое Чисопойо и проверить, так ли всё это. — И если это так, — говорил всеми любимый Такахаси (да, вот настолько все участвовали в обсуждении), — нужно повесить Сайто на фонарном столбе, не иначе! Конечно, этот персонаж дальше не будет никак задействован в моих записках. Айура тем временем пробежалась по ближайшему прошлому Мэры, сколько могла, — всё было именно так, как вы прочитали выше. Ну не стал же бы я всё это выдумывать. — А может, заявим в полицию? — предложил Хайро. — Наверное, продавать девушек в сексуальное рабство незаконно... — Не будь так наивен, Хайро, — с высоты своего опыта произнёс Арен. — Этот человек мог запросто купить полицию, по крайней мере местную, и если даже мы на него заявим, и если даже кто-нибудь действительно отправится его задерживать, он уже к этому времени будет сидеть где-нибудь во Франции и любоваться Бискайским заливом. — Тогда... — Айура посмотрела не на меня. — Давайте, знаете... Ещё это обдумаем и завтра встретимся, поделимся мыслями. Торицука и Акечи поймали её взгляд и поняли, что это значит: нужно собрать заседание псайкерс, которое и состоялось через четыре часа в кафе Мами.***
Прежде, чем состоялось это «заседание», произошло ещё кое-что. Обременённый чувством вины Арен собрал сразу после занятий некоторых парней: Хайро, Нэндо и Кайдо. — Парни, — начал он, — дело вот в чём. Нам, школьникам, никак эту ситуацию не исправить; мы ведь не персонажи какого-то сериала или хотя бы фанфика. О, старое доброе ломание четвёртой стены, давно не виделись. Ты нашло самый подходящий момент, чтобы заглянуть. — У меня остались связи, — продолжал Арен, — ну, вы знаете... по крайней мере, знает Шун. Короче, я был раньше связан с одной бандой байкеров, и у них есть серьёзное влияние. Я считаю, что я должен обратиться за помощью к ним. — Но Кубоясу, — растерянно возразил Кайдо, — почему ты считаешь, что ситуация такая критическая? Мэра задолжала каких-то тысяч двести йен, мы ведь можем как-то собрать эту сумму и оплатить её кредит, зачем сразу связываться с бандитами? Стоит сказать, что у Кайдо было некое желание тут что-то выдать про Чёрное крыло и Тёмный союз, но его передавила серьёзность ситуации, и он воздержался от этого. — Нет, вы не понимаете, — спокойно отвечал Арен. — Я не стал этого всего рассказывать при девушках, чтобы не пугать их. Когда я состоял в банде, я многое слышал от главаря об отце Сайко, о том, как он ведёт дела с людьми. Сайко многое от него взял. Конечно, сумма ничтожная, и мы могли бы её собрать, но Сайко нужны не деньги, ему нужна Мэра. Даже если мы оплатим её кредит, он найдёт способ ей манипулировать, и скорее всего возьмётся за её младших братьев. За ним полиция, за ним судебная система, он может сделать, что захочет. — Но зачем ему так нужна Мэра? — спросил Хайро. — У неё ведь ничего нет. Да и сама она, при всём моём уважении к ней, ничем таким серьёзно не отличается от других девушек, так зачем Сайко так изощряется ради неё? — Этого я не знаю. В голову к этому мудаку я залезть не могу. Одно ясно: Мэру у него нужно отбить, нужно принудить его отвязаться от неё. И в этом помогут байкеры. Все призадумались. — Бандитизм — это плохо, — рассуждал Хайро, — но в свете того, что говоришь ты, Арен, я согласен с тем, что у нас нет другого выхода. Возможно, нам действительно придётся обратиться к ним за помощью, но тут сразу вопрос: они, наверное, не станут помогать нам просто так? — Конечно, не станут, — подтвердил Арен. — Они потребуют «услугу за услугу». — «Услугу за услугу»? — переспросил Кайдо, как постоянно переспрашивают в аниме. — То есть, чтобы они помогли нам, мы должны будем помочь им. — Помочь с чем? — не понял Хайро. — Помочь им с преступлением? — Да, — подтвердил Арен. Все переполошились. — Эта банда, — пояснял Арен, — не занимается убийствами. Она специализируется на грабеже. Возможно, мне придётся кого-то ограбить, и тогда... — Но Кубоясу, — возмущался Кайдо, — тебя ведь не отпустят после одного раза. Тебе придётся снова влиться в эту банду, и тогда... — Выбора нет, Шун. Я должен сделать всё, что могу, чтобы помочь Мэре. — Я вот что думаю, — подвёл итоговую мысль Нэндо, — всё это очень плохо, и нам придётся за это отвечать. Но мы должны это сделать, если хотим выручить нашего друга. Арен правильно сказал, и если есть хоть один шанс, что у нас всё получится — надо действовать. Все внимательно выслушали и покивали головами в знак согласия. — Тогда, — объявил Арен, — встречаемся сегодня в одиннадцать часов у дома Шуна. Оттуда я поведу вас туда, где они собираются.***
А теперь перенесёмся в кафе Мами на четыре часа вперёд. Я не случайно говорю «перенесёмся», потому что находился там сам, непосредственно, стараясь прятаться так, чтобы Торицука меня не увидел. За столом сидел не я, Айура и Торицука. — А где же Акечи? — спросил не я. — Акечи написал, что подойдёт чуть позже, но попросил начинать без него, — ответила Айура. — Понимаю, понимаю, — с какой-то иронической интонацией проговорил не я. — Ну так и по какому поводу мы тут собрались? — Как это по какому поводу! — воскликнул Торицука. — Конечно, по поводу Мэры. Понятно же, что кроме нас её некому спасти. — Спасти? — Ну да, от Сайко. — Спасти от Сайко? — Да что с тобой, Сайки? — возмущалась Айура. — Неужели ты опять, как и тогда, в случае с её отцом, станешь говорить, что это не наше дело, и мы должны пройти мимо? — А ты, Айура Микото, считаешь, что мы должны всем помогать, как какая-то команда супергероев? Тогда, видимо, нам нужно убить Сайко Метори? — Убить! Зачем убивать? Мы просто спасём Мэру. — Ну хорошо, мы спасём Мэру Чисато, — рассуждал не я, — а дальше? Вы думаете, Мэра — первая и последняя жертва Сайко Метори? Подумайте, сколько жизней разрушил уже его отец. Вот ты, Айура Микото, вспомнила про отца Мэры Чисато, который вынужден был покинуть своих детей, скрываясь от коллекторов. А как ты думаешь, на кого эти коллекторы работали? Сомневаюсь, что его сын чем-то отличается, хотя скорее всего, сын даже похуже отца. Так что же, Сайко Метори может жить припиваючи и делать мерзости, а простые люди, никого не обижающие, должны страдать? Торицука и Айура растерянно переглянулись. Не я же взглянул на часы и встал с места. — Вы извините, а у меня встреча. Когда разберётесь со своей моралью, зовите, — помахав на прощание, не я вышел из кафе, зашёл в безлюдный переулок и куда-то телепортировался. Торицука с Айурой бегло поделились впечатлениями от этого необычного взаимодействия, как вдруг Айура вспомнила, что вообще-то ненавидит Торицуку и испытывает к нему отвращение. — Ладно, я наверное пойду домой, а ты обязательно как можно скорее помойся, — сказала она и встала, но неожиданно получила сообщение от Акечи. «Никуда не уходите, я сейчас подойду». Она села обратно, и через пять минут действительно к ним присоединился Акечи. — Ты опоздал, — сообщил ему Торицука, — Сайки уже ушёл. — Нет, я как раз именно так и задумывал, — объяснял Акечи. — На таком расстоянии Сайки не сможет прочитать мои мысли, а у меня есть то, что я от него скрываю. Это я и хотел бы с вами теперь обсудить. — Сейчас у нас дела поважнее, — объявила Айура. — О, нет, поверьте, то, с чем я к вам сегодня пришёл, куда существеннее и первостепеннее. Если бы я так не считал, то есть если бы это была неправда, я бы конечно не стал переводить тему и подключился бы к всеобщему обсуждению бедственного положения Мэры Чисато. Но, как видите, я об этом с вами даже словом не обмолвился, войдя, а значит, то, что я вам собираюсь теперь открыть, гораздо важнее, чем благополучие Мэры, и уже даже хотя бы потому, что это самое благополучие Мэры, пожалуй, напрямую зависит от того, что я вам собираюсь теперь открыть. Боже мой, как же утомительно записывать его реплики. — В чём дело? — спросил Торицука. — Дело в том, Торицука, Айура, что Сайки Кусуо, с которым вы только что говорили — по моему мнению, самозванец. Торицука и Айура вновь растерянно переглянулись. — О чём ты говоришь, Акечи? — Я считаю, что Сайки ненастоящий. То есть это действительно он, его облик, но внутри находится другой человек. Последнее время, а именно последние два месяца, он вёл себя не так, как обычно. А также, он начал встречаться с Тэрухаши. Айура раздражённо вдхохнула. — Эх, я-то думала, у тебя реально что-то интересное! Конечно, я тоже заметила изменения в поведении Сайки, но они как раз и объясняются тем, что он влюбился и на некоторые вещи смотрит иначе. Если тебя удивляет то, что он ответил взаимностью на чувства Кокоми, то ты просто невнимательно смотрел сериал. — Понимаю, Айура, — подтвердил Акечи, — я тоже пришёл к таким объяснениям, и потому о своих догадках никому не сообщал. Но сегодняшняя сцена в классном кабинете совершенно убедила меня в том, что я был прав. Видите ли, мы же с вами знает, что Сайки умеет читать мысли, так? Нам достоверно известно, что свои силы он не утратил, а значит, все эти два месяца читал мысли окружающих. Значит, ему в том числе с самого начала было известно, зачем Мэра Чисато интересуется гонками, он самый первый узнал, что она взяла кредит, и он самый первый узнал, что Сайко нужно от Мэры. Выходит так, что он за километр видел, к чему всё идёт, но абсолютно ничего не предпринял по этому поводу и никому ничего не сказал. Я где-нибудь ошибаюсь? — Нет, но... что это меняет? — задумчиво возразила Айура. — Вот он только что сам сказал что-то о том, что если вмешиваться, то вмешиваться с концами, не ограничиваясь полумерами... Да и раньше было такое, что он игнорировал чужие несчастья. — Это ты про отца Мэры, Айура? Это чуть ли не единственный пример, и то в этом случае Сайки не знал, в каком положении находится отец Мэры. Он не хотел ей помогать его найти не потому, что был против такой помощи, а как раз потому, что опасался, что правда может Мэре не понравиться, и тогда лучше её вообще не узнавать. Когда же выяснилось, что мужчина просто задолжал крупную сумму, и за ним охотятся коллекторы, Сайки сразу же каким-то образом отменил его долги. И во всех остальных случаях, когда кому-то из его друзей угрожала даже самая мелкая опасность, Сайки приходил на помощь. Неужели ты хочешь сказать, что такой человек стал бы молча наблюдать за тем, как на его глазах ломается жизнь хорошей девушки? Или ты скажешь, что это он так из-за отношений с Тэрухаши стал смотреть на жизнь? Айура загрузилась. — Но если бы это был не Сайки, я бы это заметила... Когда я смотрю на Сайки, я не вижу его ауру, потому что она слишком сильная, и вблизи её не рассмотреть. — Да, точно! — включился в диалог Торицука. — И я теперь, как и раньше, наблюдаю вокруг Сайки множество призраков. — Конечно, мне было известно, что с вашей, экстрасенсорной, точки зрения ничего не поменялось, иначе бы вы уже давно обо всём догадались. По одному из моих предположений, ваши способности работают именно на тела, и вы видите то же, что видели раньше, потому что тело действительно принадлежит Сайки. По другому предположению, к которому я лично склоняюсь больше, телом Сайки завладел тот, кто не меньше чем сам Сайки является чем-то необычным, поэтому у него такая же сильная аура и он так же окружён призраками. Сайки может почти всё, и всё же тот, кто занял его тело, могущественнее Сайки, поэтому и смог его заполучить. У меня есть лишь одна догадка, кто может быть могущественнее. Это — бог. Торицука и Айура были в шоке от рассуждений этого чудаковатого парня. — Но зачем богу тело Сайки? — не понимала Айура. — Если он могущественнее, чем Сайки, как ты предполагаешь, то зачем ему это? — Затем, что в Сайки влюблена Тэрухаши. Не стоит удивляться: в многобожных мифологиях боги частенько являлись на землю в человеческом обличии, чтобы соблазнить понравившихся им женщин. Похоже, красота Тэрухаши настолько уникальна, что не устоял даже бог. Ну, вот и всё. Они теперь и сами всё знают, осталось только показаться на глаза Торицуке и подтвердить теорию Акечи. Тогда псайкерс в полном составе, и мы вернём мне моё тело, а заодно и спасём Мэру. Я подлетел прямо на стол, прямо перед лицом Торицуки. — Не может быть, — говорил он, не обращая на меня внимание. — Разве это возможно? Эй, Торицука. — Вообще, если вспомнить... — серьёзно задумалась Айура. То-ри-цу-ка. — Мы можем это как-то проверить? — спросил Торицука. Торицука, ты что, не видишь и не слышишь меня? Неужели я так долго был астральной проекцией, что медиум меня теперь не видит? Довыпендривался... — Думаю, можем, — ответил Акечи. — Кажется, Сайки куда-то торопился, когда уходил? — Да, он сказал, что у него встреча, — ответила Айура. — Вам не показалось это странным? С кем у него может быть встреча этим вечером? — Ну, как это с кем? Свидание с Кокоми. — Думаю, Айура, Тэрухаши сейчас совсем не до свиданий, — говорил Акечи. — Она сейчас, скорее всего, с Юмэхарой, и они обсуждают, как помочь Мэре Чисато. Сайки мог, конечно, отправиться туда, но ему, судя по всему, судьба Мэры безразлично, и навряд ли он стал бы им глаза мозолить. Так куда же он отправился? Айура? Как насчёт проверить это с помощью шара? Айура немного поколебалась и всё же достала свой шар, на который вывела не моё изображение. Вот, что она увидела в шаре. Просторный богатый зал, высокие потолки, приглушённое освещение. Стол обильно накрыт самыми изысканными блюдами, по периметру стоит прислуга. Не я сидит за столом и аккуратно отрезает кусок говядины. Напротив не меня сидит Сайко и занимается тем же. — Сегодня, специально для тебя, — заговорил он, — на десерт кофейное желе. Готовят настоящие английские мастера по классическим рецептам, такого качества ни в кафе Мами, ни в сетевых магазинах никогда не было и не будет. — Благодарю, — с улыбкой сказал не я. — Мне, впрочем, не особенно по вкусу кофейное желе, но, вероятно, всё дело в мастерстве изготовителя, так что попробую твой десерт с большим интересом. — И всё-таки мне очень интересно, зачем тебе это всё нужно, — говорил Сайко, как бы возвращаясь к предыдущей теме. — Я понимаю, таинство, но хоть немного приоткрыл бы мне, в чём тут дело. Мне как-то некомфортно не видеть выгоды моего оппонента. — Выгода есть, в этом не сомневайся, Сайко Метори. Моя выгода намного больше твоей. — У тебя всё готово? — спросил не я после некоторого молчания. — Да, я ведь сегодня её ждал, — ответил Сайко. — Сегодня? Разве я говорил тебе, что она придёт сегодня? Сайко с вызовом посмотрел не на меня. — Говорил, что она прибежит. Я ожидал её сегодня, тем более учитывая, что твои прошлые прогнозы, насчёт лудомании Мэры Чисато и всего сопутствующего, сбылись в точности. Далее, ты говорил, когда Тэрухаши Кокоми узнает, в какую беду попала её подруга, она немедленно ко мне прибежит и позволит сделать с собой всё, что я захочу. — Ну, дай ей время на осознание, — с улыбкой успокаивал его не я. — Ей это для начала должно прийти в голову. Я очень хорошо её знаю, я знаю, что она пойдёт на всё, буквально на всё, лишь бы вытащить близкого человека из беды. И вот тогда ты её заполучишь, и сможешь её употребить так, как собираешься. — А ты при этом не получаешь ничего, — усмехнулся Сайко. — Говорю же, моя выгода тут самая существенная. Или ты мне не веришь? Сайко вновь усмехнулся. — Как я могу тебе не верить, Сайки Кусуо? Ведь ты — бог.
