Том N глава Х — Драйв (часть вторая)
4 апреля 2025 г., 15:13
Арен, Хайро, Нэндо и Кайдо, как и обозначились, встретились в одиннадцать часов вечера и отправились вместе в центр города, в здание административного назначения, где находился штаб банды байкеров-босодзоку. С тех пор, как Арен покинул их компанию, они поменяли способы воздействия, ушли в политику и в бизнес.
— Вот что я тебе скажу, Арен Кубояси, — говорил грузный мужчина в костюме, закурив сигарету. Даже сквозь деловой костюм были видны его агрессивные татуировки.
— То, на что вы, ребята, решились — благородно, базару нет. И ваше требование, чтобы всё прошло сухо, тоже понять можно. Вот только я не могу вам ничего гарантировать: будет ли сухо или мокро, это зависит от того, как грамотно и аккуратно вы выполните то, что я вам поручу.
— За это ручаюсь, Сэкинэ-сан. Я специально отобрал самых способных.
— А этот хлюпик? — Сэкинэ-сан указал пальцем на Кайдо.
— Он — гибкий, тихий и ловкий. На случай, если придётся действовать деликатно.
— Хорошо, — удовлетворённо выдохнул мужчина и достал из стола какую-то папку с бумагами.
— Вот здесь, — он бросил её на стол, — план отделения С-банка и вся информация о системе безопасности. В цифровом виде, конечно, не храним. Ваша девчонка как раз брала кредит здесь, как и сотни других лудоманов-неудачников. Хранилище там есть, вы проникнете в него и вынесете, сколько сможете. Это не очень большой куш, но в обмен на девчонку сойдёт. Одновременно с вашим ограблением будет совершена серия покушений на имущество бизнес-империи Сайко, всего в количестве десяти штук, каждая — завтра, в час пополуночи.
— Как? вы уже давно это всё спланировали? — удивился Арен. Впрочем, ему больше было интересно другое, и он не стал дожидаться ответа на свой предыдущий вопрос.
— Что будет с Мэрой, когда мы выполним свою часть?
— Мы ворвёмся в дом к царёнку и выкрадем её оттуда. После того, как вы ограбите банк, вы удалите все данные — в том числе и об этой вашей Мэре. Правда, поскольку она живёт в доме, который опять же принадлежит Сайко, ей с братьями всё-таки придётся переехать. Но мы не обидим вас насчёт денег и поделимся немногим из того, что вы украдёте.
— Мы из этих денег ни йены не возьмём, — решительно заявил Арен. — Только вот, как же вы ворвётесь к нему в дом? Он начинён охраной.
— Это уже моя забота, Арен. Ну что, вы всё поняли. У вас день на изучение материалов; завтра в час пополуночи вы уже должны быть в банке. Оружие, на всякий случай, вам выдадут.
План Сакинэ был завязан на том, что бизнес отца Сайко хоть формально и принадлежит ему, фактически им управляет команда, которую собрал ещё его отец. Сайко-младший не нравится управленцам, и они с удовольствием пойдут на сделку с бывшими босодзоку, чтобы устранить его. Череду сегодняшних ночных провокаций управленцы считают как призыв к сотрудничеству.
— Всё верно, Сэкинэ Масуро? — поинтересовался голос, возникший из неоткуда, как только ребята покинули кабинет.
— Да, — нерешительно подтвердил Сэкинэ, закурив вторую сигарету. — Здорово ты всё угадал. Да, они накосячат, их поймают и сделают главными подозреваемыми. Это правда, что ты уничтожил всю информацию о прошлых контактах Арена с нашей организацией? Блестяще. Арен никого не сдаст, я его хорошо помню. Они, эти ребята — одноклассники Сайко, на руках у них — грамотный план, план прямо из сейфа Сайко (до сих пор поражаюсь, как ты так его выкрал), а значит — Сайко был их соучастником. Блестяще! Я вот только сомневаюсь, не проколются ли остальные трое.
— Не переживайте, — ответил голос, — я сделаю так, что полицейские поймают только Арена.
— Как? Впрочем, верно. Тебе всё подвластно. Ты же — бог.
***
На следующий день в классе было безлюдно. Арен, Кайдо, Нэндо и Хайро не пришли, — готовились к ограблению. Торицука, Айура и Акечи тоже не пришли, — чем занимались они, расскажу дальше. Кайдо и Мэра, понятное дело, тоже не объявились. Таким образом в школу пришли только не я, Тэрухаши, Юмэхара, всеми любимый Такахаси и может быть ещё какие-то наши одноклассники, которые не были представлены в аниме. — Да уж, — заметил учитель Мацудзаки. — Остатки былого величия. Тэрухаши и Юмэхара то и дело переглядывались. — Тебе Кайдо что-нибудь сказал? — спросила Тэрухаши. — Нет, — обеспокоенно ответила Юмэхара, — он только сказал, что у них «очень важные дела» с Ареном. — И про «Тёмный союз» не добавил? — Нет! — Юмэхара особенно взволнованно ответила на это уточнение, очевидно, сама прокручивала его в голове. — Если бы он только что-нибудь сказал про это своё «Чёрное крыло», я бы хотя бы не беспокоилась, что там что-то серьёзное. — Учитель Мацудзаки, — сказал неожиданно появившийся в кабинете властный женский голос, — чем это вы тут занимаетесь? — Ш-шима-сенсей?.. — удивлённо пробормотал Мацудзаки, покраснев. — У нас тут урок... — Урок это когда на нём присутствуют ученики, — объявила Шима-сенсей и, подойдя, схватила Мацудзаки за ворот его красной куртки, — а вы тут занимаетесь ерундой. Пойдёмте займёмся чем-нибудь более идущим к делу. С этими словами она вывела Мацудзаки за шиворот из кабинета. — Они все точно что-то задумали! — провозгласила Тэрухаши. — И только нас троих по какой-то причине не посвятили в свои планы. — Сайки, может, ты что-нибудь знаешь? — обратилась Юмэхара не ко мне. — Ты ведь с ними дружишь. Что ты думаешь? — Я думаю, — отстранённо отвечал не я, — не сменить ли мне имидж. Например, поменять зелёные стёкла в очках на красные, в цвет волос. Красный цвет эффектнее, правда? Девушки ошарашенно переглянулись. — Кусуо! — возмущалась Тэрухаши. — Я тебя не узнаю! Ты последнее время сам не свой. Точно тебя подменили. Почему ты так безразличен к трагедии Чисато? — Я ведь уже говорил, — отвечал не я, как будто продолжая рассуждать о цвете очков, — я не вижу никакой трагедии. Мэра Чисато сама захотела так распорядиться своим телом, и нет нужды ей мешать. Разве нет? Тэрухаши недовольно фыркнула. — А если, Тэрухаши Кокоми, ты так о ней радеешь и желаешь помочь, то почему бездействуешь? Ты ведь можешь прийти к Сайко и предложить ему себя вместо неё. Уверен, он точно согласится на такой обмен. Тэрухаши обомлела и вспыхнула, не веря своим ушам. Юмэхара вскочила. — Что ты несёшь, Сайки?! Как смеешь ты быть таким циничным по отношению к своим друзьям, по отношению к своей девушке? Тебя правда словно бы подменили. Пожав плечами, не я продолжил залипать в точку и думать о чём-то своём. Возмущённо порычав, Юмэхара схватила свою подругу и вместе с ней покинула кабинет, оставив Купидона в полном одиночестве. — Вообще-то, здесь ещё я, — заметил любимец публики Такахаси. Ах, да. Точно. Ну, ты тоже где-нибудь погуляй. Оставшись один, Купидон вдруг заговорил, подняв глаза на мою астральную проекцию. — Привет. Давно не болтали, Сайки Кусуо. Как дела, приятель? Что ты, чёрт тебя неси, вытворяешь? — Как? Ты не догадался? Впрочем, так даже лучше. Скоро сам всё увидишь. Ты решил уничтожить не только мою жизнь. Ты решил уничтожить жизнь всех, кто мне... Ну. С кем я иногда общаюсь. — Ах, нет, Сайки Кусуо, опять не то, — ласково проговорил Купидон, как выговаривают молодые учителя, когда их ученик снова сделал типичную для себя ошибку, — не уничтожить их жизни я решил, а... Впрочем, скоро сам увидишь. Дождись сегодняшней ночи.***
Почему в школе отсутствовали парни, вы знаете. Чем занимались «псайкерс»? Акечи отправился на свою особенную миссию, но об этом речь уже пойдёт в следующей главе. Теперь поподробнее о Торицуке и Айуре. Они не нашли ничего лучше, чем устроиться прислугой в дом Сайко. Находясь там, когда туда придёт Мэра, они рассчитывали с помощью своих способностей обеспечить её безопасность, а затем как-нибудь убедить Сайко её отпустить. План, конечно, блестяще проработанный. Справедливости ради, у ребят было очень немного времени. Кстати говоря, рассуждая об этом проекте, Айура подобрала свою агрессивную реакцию на вообще всё, что связано с Торицукой, ради блага общего дела. Я уверен, что их обсуждение было занимательным, но, к сожалению, я при нём не присутствовал. Сайко принял их с самодовольной усмешкой. Его приёмный зал был обустроен так, что он сидел на некотором возвышении, как на троне, а гости стояли перед ним на уровень выше. — Похоже, вся академия почувствовала запах лёгких денег и захотела работать на меня? — любовался своей персоной Сайко. — Что же, скоро весь город станет на меня работать и станет моей собственностью, это вопрос времени. Хм... Что же, служанок, разумеется, много не бывает, да и мужского персонала у меня почти нет. Ладно, дам вам возможность себя показать. И кстати о показать, — Сайко обратился прямо к Айуре, — эй, сисястая, распахни-ка передо мной свои природные богатства. Природные богатства тоже принадлежат мне, хе-хе. Да, вот такой внезапный социальный реализм. Айура, всё время настороженно слушавшая самовлюблённую речь Сайко, резко покраснела, когда услышала требование. Конечно, она понимала, что что-то подобное последует, но принять этого не успела, и потому всё равно надеялась, что этого как-то получится избежать. Теперь же она в нерешительности переминалась с ноги на ногу, глядя в пол. Торицука же был доволен: он знал, что Айура ради успеха дела покажет то, что хочет увидеть Сайко, и был рад, что и сам сможет это увидеть. Он её обошёл чуть спереди, чтобы иметь лучший угол обзора, и уставился на девушку в ожидании. — При всём уважении, Сайко, ты не можешь этого требовать с Айуры. Мы не чужие друг другу люди, и тебе следует проявить к ней уважение. Я прошу тебя рассмотреть наш запрос на трудоустройство в твой дом без чего-то такого, что Айуре было бы делать некомфортно. Айура, испытавшая самое сильное удивление в своей жизни, широкими глазами уставилась на Торицуку. Призраки, находившиеся в просторной зале и знавшие не понаслышке, что такое Торицука, тоже раскрыли рты. Даже Сайко чуть приподнял бровь. Но в самом большом шоке от услышанного находился как раз тот, кому принадлежали слова: Торицука всю жизнь был убеждён, что никогда-никогда не выдал бы чего-то подобного, даже если бы его трясли вниз головой. — Что ж, понятно, — усмехнулся Сайко. — Все вы приходите сюда такими правильными, принципиальными. Когда ты увидишь, какие возможности тебе откроются, если будешь меня обслуживать на более высоком уровне, сразу же выпрыгнешь из униформы. Ну, сейчас придёт мой дворецкий и проводит вас в комнаты для прислуги. Ты, Торицука, поспеши, как раз поставлю тебя обслуживать меня на обеде. Айуру проводили до крыла, в котором располагались горничные. Ей выдали униформу и сообщили, что прежде чем её надевать, она обязана принять душ. Зайдя в общую душевую, она разделась, сложила свои вещи в шкафчик и подошла к лейке и осмотрелась: самая обычная душевая, качеством не лучше тех, которые бывают в общественных бассейнах, но в мыльнице лежит... хозяйственное мыло. Она взяла обмылок в руку и с недоумением его осмотрела. — Это для нашей касты, — пояснила девушка, очевидно, работавшая там уже не первый месяц. — Горничные, которые только горничные, ну ты понимаешь. У тех, которые не только горничные, и мыло парфюмированное, и все средства ухода, какие хочешь, и просторные ванны, а не вот это вот, что у нас... Так он заманивает на ту сторону. — И... много там, на той стороне? — поинтересовалась Айура. — Да что ж, свято место пусто не бывает, — поиронизировала девушка, — они куда-то в один момент пропадают (когда им исполняется 20 лет, например), и на их место приходят новые. — И что же, все... туда идут... по своей воле? — Есть и такие, — спокойно отвечала девушка. — Кто жить хорошо-то не хочет? Правда, туда попадают и иными способами. Не дай бог тебе тут что-нибудь разбить (тут всё специально очень хрупкое и очень дорогое). Впрочем, если ты ему очень уж понадобишься, он просто обвинит тебя в воровстве и поставит перед выбором: либо к нему под столик, либо в тюрьму. «Так что же, Сайко Метори может жить припиваючи и делать мерзости, а простые люди, никого не обижающие, должны страдать?» — вспомнились Айуре не мои слова из предыдущей главы. Обед тем временем уже накрывали. Торицука наскоро переоделся в униформу (повязку с головы его, к слову, снять не заставили) и уже стоял среди прочей прислуги по периметру обеденного зала. Внезапно Сайко, уже принявшийся за своё первое блюдо, кого-то к себе подозвал. — Эй, Хаясака, подойди-ка сюда. Светловолосая горничная робко подошла к Сайко. — Ты помнишь, о чём я тебе говорил? — спросил он. — Сегодня за обедом ты окажешь мне особую услугу. — Сайко-сан... — осторожно отвечала она, виновато улыбаясь. — Вы же знаете, у меня жених, и я не могу... Сайко схватил её за волосы и подтянул вниз. Ей было больно, но она скрыла это в выражении невинной улыбки. — Мне наплевать, что там у тебя в твоей личной жизни. Венецианскую вазу ты разбила? Разбила. Ну так и отрабатывай. Затем он просто переместил её под обеденный стол, и весь обед теперь имел звуковое сопровождение можете себе представить какое. Торицуке было невыносимо наблюдать всё это. С каждой минутой в этом особняке он всё глубже погружался в рефлексию по поводу своего собственного поведения в отношении девушек, которое отзеркаливалось ему в том, что делал Сайко. Дверь внезапно отворилась и послышались робкие, медленные шаги. — Чисаточка, — сказал Сайко как ни в чём не бывало, — вот и ты. Решила прийти пораньше — молодец, зачем душу травить ожиданием? Ну, присаживайся, пообедай вместе со мной. — Я... не голодна... — сказала Мэра. — Но как же так? Посмотри на этот богатый стол: мясное ассорти, закуски, вино, горячее, подадут десерт. Давно у меня не было так богато накрытого стола. Присядь, пообедай. По Мэре было видно, что она не ела дня два. — Нет... Я не голодна... — Ну, как знаешь, — пожал плечами Сайко и щёлкнул пальцами. — Мой дворецкий проводит тебя в комнату, специально прибранную для тебя. Уходя, Мэра мельком заметила Торицуку, стоящего среди прислуги. Торицука кивнул ей, стараясь выразить этим кивком твёрдость своего намерения помочь.***
Наступила ночь, и пришло время ограбления. Я не буду его описывать в деталях, чтобы окончательно не превращать свою историю в криминальную драму. Слово за слово, ребята беспрепятственно проникли внутрь здания, вскрыли хранилище, сделали то, что от них требовалось, и как только засобирались уходить, услышали звуки полицейских сирен. Это Сэкинэ-сан, знавший об ограблении, устроил на ребят облаву. — Чё делать?! — заорал Кайдо. Все четверо не на шутку запаниковали. Арен взялся за кобуру, которую ему, как и всем четверым, повесили на пояс люди Сэкинэ. — Бегите, — сказал он. — Бегите, пока не заблокирован чёрный ход. — Арен! — Я сказал, бегите! Я вас в это втянул, я... — Арен, — Хайро положил ему руку на плечо. — Неужели ты собираешься стрелять в полицейских? — Нет, — спокойно ответил Арен и отпустил кобуру. — Но вас тут быть не должно. Вы не должны пострадать вместе со мной. — Какая трогательная сцена, — проиронизировал голос. Все четверо вскрикнули и огляделись. В углу помещения стоял не я, облокотившийся спиной о стену. И кстати, у него к тому времени уже были красные стёкла. — Сайки! — закричали все четверо. — Ограбление — и без меня? Знаете, а я ведь могу и обидеться... — Сайки, ты продемонстрировал полное безразличие к ситуации Мэры, — объяснил ему наскоро Арен. — Что ты тут делаешь? Как ты тут оказался, и вообще узнал... — А разве у нас есть время это выяснять, Арен Кубоясу? — прервал его не я. — Я предлагаю вам вот что. Сейчас вы все молча выйдете через главный вход и пойдёте прочь. Только мешки с деньгами бросьте здесь. Полиция вас не заметит. — Через главный вход?! — Но ведь они вон уже, вон! — Чёрный ход уже заблокирован, — спокойно сказал не я. — Выходите через главный. Они вас не увидят. Ну же. — А ты, братан? — поинтересовался Нэндо. — А что я? — усмехнулся не я. — Меня тут никогда не было. Ребята действительно ушли незамеченными — не я использовал гипноз на полицейских. Затем он с помощью пирокинеза вызвал пожар в отделении банка, уничтожив все следы пребывания в нём ребят, а также и все деньги из хранилища. Сразу из огня он телепортировался в офис Сэкинэ-сана. — Что это ещё за херня! — орал он. — Бог! Почему они ушли? Это было не по плану! — Успокойтесь, Сэкинэ-сан, — размеренно отвечал ему не я, пристально глядя на него сквозь свои красные очки. — Всё это было как раз по плану. Вы просто об этом не знали. Налёты на другие объекты недвижимости Сайко-груп уже в процессе? — Да, но... — Ну, вот и прекрасно. Я уже слышу, как начальник охраны Сайко отдаёт приказ переправить все силы на налётчиков. Осталось только ворваться в особняк Сайко и убить его, ведь так? Ведь вы этого хотели? — Да, — приободряясь, отвечал Сэкинэ. — Да, именно этого. — Ну, тогда готовьтесь. Готовьтесь и осуществляйте удар, времени в обрез. Арен, Нэндо, Кайдо и Хайро тем временем безали к особняку Сайко. Они не были уверены, станет ли Сэкинэ выполнять свою часть сделки, если они сами свою часть не выполнили в соответствии с планом. Поэтому они решили подождать у ворот: если до трёх часов никто не приедет, они пойдут сами, своими силами, похищать Мэру: пистолеты всё ещё при них. — А если они всё-таки приедут, — интересовался Кайдо, — не убьют ли они нас? За то, что мы их чуть не подставили? — Нет, — твёрдо ответил Арен, — Сэкинэ-сан так никогда не поступит, я знаю. Мой отец работал с ним, я ему... почти как сын. Этот короткий диалог кое-кто подслушал, и этот кое-кто отправился в комнату, где спали дворецкие. Торицуку замучила бессонница. Сегодня у него особенный день — день глобальной переоценки. И между тем, он так и не придумал, как спасти Мэру, а она уже здесь, в лапах Сайко. Случайный свидетель диалога у ворот предстал перед Торицукой, прервав его рваные размышления. — Ты видишь меня? — спросил он. — Ты ведь меня видишь? — Да, вижу, — отвечал Торицука. — Только вот... Вдруг его осенило. Он подскочил на кровати. — Вы... Сайко-сан? Погибший отец Сайко? — Я сейчас кое-что узнал, — говорил призрак Сайко-сана. — На особняк готовится нападение. Я услышал имя: Сэкинэ. Это очень влиятельный и очень страшный человек. Он может весь дом утопить в крови. Торицука завороженно слушал призрака, ловя каждое его слово. — Предупреди прислугу. Пусть все покинут здание. Моего сына уже не спасти. Даже если он сегодня избежит пули, даже если он сможет сохранить своё имущество, он превратится в чудовище, каким был я сам. — Сайко-сан... — Выведи невинных, — сказал напоследок призрак и скрылся в стене. Торицука вышел из транса и стал будить всех, кто спал с ним по соседству, пытаясь судорожно объяснить ситуацию. Призраки, с этого дня благосклонные по отношению к Торицуке, рассказали, как можно незаметно покинуть здание, и он передал этот план всем, кому только мог. Разбудив прислугу в своём крыле, он побежал в другое крыло, где жили горничные. — Дамы, — провозгласил он, ворвавшись в их спальню, прикрыв глаза рукой, — особняк в опасности. Срочно покиньте помещение. Отсюда есть коридор... — Достаточно, — прервала его девушка, которая беседовала с Айурой в душевой, — я знаю, куда идти. Она мастерски успокоила остальных девушек, которые мало-помалу начинали паниковать, и быстро повела их за собой. Торицука стал бегать по комнатам, разыскивая прислугу, которой угрожает опасность. Так, пробегая по одной из проходных комнат, он столкнулся с бегущей в противоположную сторону Айурой. — Ты чего! — закричал на неё Торицука. — Мне передал призрак отца Сайки, что готовится вооружённое нападение, срочно убегай! — Ты за кого меня принимаешь, и-идиот!.. — возмущённо отвечала Айура. — Никуда я не убегу. — Но нас убьют... — Не убьют, — отвечала Айура, — я на тебе «чёрной метки» не вижу... к сожалению... — А я, — отвечал Торицука, — к сожалению... не вижу на твоём лице своей метки... Патологический извращенец и нарочито сексуальная гяру — два самых ассоциированных с сексом персонажа — два самых девственных девственника. И вот они на одной кровати. Здесь нет того спокойствия, как в третьей (вроде) главе, с Тэрухаши — там были чары, а здесь чар нет. Торицука лежит и дрожит, весь лежит и дрожит, трясущимися руками обхватив торс нависшей над ним Айуры. Они смотрят друг другу в глаза растерянно, как будто боязливо. Волосы Айуры случайно спадают на лицо Торицуки. Торицука вдруг залился смехом, забыв свою дрожь. — У тебя волосы пахнут хозяйственным мылом, — обстоятельно сообщил он, отсмеявшись. Застигнутая врасплох Айура повернула лицо вбок, уткнувшись лицом в свои волосы, — действительно, характерный запах хозяйственного мыла. Она слезла с Торицуки, расхохотавшись, и упала на кровать рядом с ним. — Ты идиот, Рейта, — сказала она, отсмеявшись вместе с ним, и ударила его в грудь ладонью. С этого дня они стали называть друг друга по имени, что, как вы понимаете, у нас, в Японии, ну и ну какая близость. Правда, близость у них дружеская, платоническая, а не та, которую я им предлагал. Так, по-моему, если честно, даже намного лучше. — Мэра, — внезапно вскочил Торицука. — Мы ведь за ней и пришли. Надо найти Мэру! — Чисапойо! — вскочила и Айура. Сайко в это время сидел в главном помещении своего особняка, в просторном кабинете, и о суете в соседнем крыле не подозревал. Он сидел и ждал Тэрухаши. — Она точно сегодня придёт? — спросил он. — Да, точно, — ответил не я, стоявший у стола Сайко как его визирь. — Только вот до Тэрухаши Кокоми у тебя сегодня будет ещё несколько гостей. — Гостей? Каких гостей? — Бывший глава босодзоку Сэкинэ мчится сюда со своими наёмниками, чтобы убить тебя. Сайко вскрикнул от неожиданности. — Бог! — Не паникуй. Твоя смерть в мои планы не входит, ты не умрёшь. — Но... — Но, пожалуй, лишишься всего, что имеешь, это да. Сайко вскочил с места и подбежал к сейфу, в котором у него лежал пистолет. — Я же говорил. Ещё два месяца назад, когда заключал с тобой сделку. Моя выгода будет намного больше твоей. — Ты соврал мне... — Сайко судорожно вводил пароль, но он каждый раз оказывался неверен. — Соврал? Ну, это уж нет. Я тебе говорил, что Тэрухаши придёт к тебе и предложит себя. Это всё, что я тебе обещал. И я не соврал: она действительно придёт, и как раз она тебя и спасёт. Кстати, ты сейчас не личным оружием должен озаботиться, а охраной. Она у тебя... в основном не здесь. — Что?! — вскричал Сайко и быстро набрал начальника охраны. — Где весь состав? Что?! Какие налёты? Какой банк? Сюда всех, сюда, сюда, сюда!.. Сайко был в отчаянии, он задыхался. — Ты... — гневно проговорил он, указывая пальцем не на меня. — Чего ты хочешь? Говори! Говори, в чём твой план! Во двор стали заезжать машины, в нижних этажах слышна стрельба. Не я подошёл вплотную к Сайко. — У меня нет плана. Меня не существует, — сказал он и отошёл в сторону. Спустя минуту в комнату ворвался Сэкинэ-сан с пистолетом наперевес, за ним несколько вооружённых людей, среди которых Хайро, Нэндо, Кайдо, Арен. — А, вот и ты, барчонок, — объявил Сэкинэ, наведя пушку на Сайко. — Насладился вседозволенностью и безнаказанностью, пора и честь знать. А, и ты здесь, бог? Решил лично посмотреть, как я его убью? — Братан?.. — Сайки?.. — Ты меня... не убьёшь, — отвечал Сайко Сэкинэ-сану, пытаясь перевести дыхание. — Меня спасёт... Тэрухаши. У ребят округлились глаза. — Тэрухаши? — не понял Сэкинэ. — Что ещё за Тэрухаши? — Тэрухаши, — приободрялся Сайко, — это богиня. Она придёт ко мне, с минуты на минуту. Во двор снова стали въезжать машины, на первых этажах обострилась стрельба. Сайко расхохотался. — А-а... ну, вот и мои ребята подъехали. Вооружённые люди Сэкинэ перебежали в противоположную часть кабинета и направили ружья на дверь; так же сделали и наши ребята. Сэкинэ же схватил Сайко и приставил к его виску пистолет. В кабинет ворвалась охрана Сайко. — Отпустите босса, и никто не пострадает, — сказал один из них, наведя пистолет на Сэкинэ. — Босса? Это вот этот-то шкет твой босс? Хе-хе, и как оно тебе? Атмосфера была накалена. После нескольких попыток начать переговоры стало ясно, что живым из этой комнаты не выйдет никто. Все, включая наших ребят, приготовились стрелять, понимая, что на этом их дни сочтены. И вот... В комнату вошла она. Как она пробралась сквозь беспорядок в нижних этажах, можно только предположить, но в кабинет она вошла свободно, никто не стал её задерживать, никто не навёл на неё пистолет. Я не могу в точности описать, как она выглядела (я в точности и не знаю), но я помню ощущение. Это ощущение тяжелейшего духовного превосходство, величайшей жертвы ради дружбы, ради добра, ради всего того, во что она сама верила и ради чего была готова пойти на всё. Она не сильно удивилась, когда увидела знакомые лица. Когда она посмотрела не на меня, на не мои красные очки, я, кажется, уловил что-то вроде отчаянной усмешки. Сэкинэ опустил пистолет. Он понял: вошла Тэрухаши. Богиня Тэрухаши. — Сайко, — сказала она, и её голос был как обоюдоострый меч. — Возьми меня и употреби так, как ты хочешь, а Мэру отпусти и избавь её от страданий, которые ты ей принёс. На её глазах выступили слёзы, но она держалась. Затем мы услышали быстрый бег. В комнату ворвалась Юмэхара и упала Тэрухаши в ноги, обхватив их руками. Она долго бежала за подругой. — Кокоми! — говорила она, рыдая, — не надо, не делай этого! — Ты! — вскрикнула Юмэхара, увидев Кайдо с пистолетом в руке, на прицеле у нескольких вооружённых мужчин. Она вскочила с пола и набросилась на Кайдо, как бы закрывая его от пуль. — Чиё, нет! Кайдо перекрутился, оказавшись сверху Юмэхары. Та с усилием вернула его в прежнее положение, под защитой своего тела. — Нет, Шун! — закричала Юмэхара. — Пожалуйста, сопротивляйся «Тёмному союзу», хорошо? Играй, ладно? Ты ещё можешь играть, правда пожалуйста, не надо больше вот так... вот этого... В этот момент в кабинет, на звуки знакомых голосов и ведомые призраками дома, ворвались запыхавшиеся Торицука, Айура и Мэра. Сэкинэ сощурил глаз. — Это и есть та самая Мэра Чисато, из-за которой весь сыр-бор? Мэра виновато, нерешительно и испуганно кивнула. В глазах Сэкинэ-сана как будто что-то прояснилось. — Теперь я всё понял, — заявил он. — Пятьдесят лет я скитался по этому миру, отравляя и ломая жизни в поисках ответа, и нашёл его здесь. Они все (он обвёл всех ребят, находящихся в комнате) любят её (он указал на Мэру). Она (Мэра) любит своих братьев. Она (он указал на Юмэхару) любит её (Тэрухаши) и его (Кайдо). А он (Кайдо) любит её (Юмэхару). А я? Ради чего я могу пойти на риск? И чем я могу рискнуть. Он вопросительно посмотрел не на меня. Тот утвердительно кивнул на его немой вопрос. — Прощай, Сэкинэ Масуро. Не я молча покинул кабинет. Я наконец понял, чего добивался все эти два месяца Купидон, в чём состоял его план. Теперь его миссия выполнена, и решающее слово за мной. Послышались лопасти вертолётов. Вскоре здание оказалось оцеплено Полицией безопасности Японии. Решением суда всё имущество, принадлежащее Сайко-групп, было национализировано. Судебное разбирательство по делу Сэкинэ-сана вскрыло кризис коррумпированности местной администрации в городе Хидари Вакибара, ведётся расследование.
