Не обещай

      Кульгавая глазами бегает по толпе, она думала, что их будет меньше. Девушка сидит на самодельной лавке около Сони и Жени, потягивая пиво из бутылки. Они были на одной из заброшек. Женя рассказала, что здесь собираются в тёплые дни. Тут даже было всё более менее обустроено. Стулья, лавки, даже пару столов.       Подростки приносили сюда гирлянды на батарейках и фонарики, чтобы когда солнце уходило в закат, у них был свет. Играла музыка для атмосферы, а значит, кто-то принёс колонку. На удивление, здесь было комфортно.       — Я рада, что ты согласилась, — произнесла Женя, приподнимая свою бутылку пива, чтобы чокнутся горлышками с девчонками.       — После красноречивой речи Сони, у меня не было шанса отказаться, — улыбнулась Софья и последовала жесту Жеки, стекло бутылок завякнуло и девушки выпили пару глотков алкоголя.       — Нечего дома просиживать свою жопу, — протянула хриплым голосом Софа и подмигнула, вытягивая из пачки сигарету, — сейчас быстренько вольёшься в наш коллектив.       — Не сомневаюсь, — алкоголь помогал девушке расслабиться и отпустить все проблемы. Кульгавая была рада, что согласилась. Так бы она правда сидела дома и думала о утреннем разговоре с матерью, портя себе настроение.       Софья отвела взгляд и заметила в толпе Сашу вместе с Оксаной, которые здоровались со всеми. Кульгавая понимала, что скорее всего девушки тоже будут здесь, хотя особым желанием не горела с ними сталкиваться.       Первая, кто заметила Соню, была Оксана. Нецветаева чуть улыбнулась, что-то говоря на ухо Саше. Было видно по Крючковой, что слова подруги не особо ей понравились и та толкнула Окси в плечо.       Кульгавая решила не обращать внимание на тех двоих и сосредоточиться на тех, кто сидел рядом с ней. Но краем глаза заметила на себе взгляд Саши. Девушке пришлось вложить не мало усилий, чтобы не посмотреть в ответ. Сердце забилось немного быстрей, а в горле резко пересохло.       — Ну, ты чего, блин, — наигранным от обиды голосом произнесла Оксана, потирая плечо, — я тут свахой пытаюсь быть так-то, — шепчет Нецветаева.       — Ты опять за своё? — Саша берёт бутылку пива и делает первые глотки, ощущая на языке приятную горечь.       — Она даже в нашу сторону не смотрит, — хмыкает Окси и следуя примеру подруги, отпивает из бутылки.       — А зачем ей смотреть? Мы ещё вчера решили, что просто забудем, — жмёт плечами Крючкова, но взгляд на Софью бросает, видит, как та смеётся с одноклассницами и радуется в глубине души, что младшая, наконец, не наигранно улыбается.       — Пойдем, поздороваемся хоть, — решает за них двоих Нецветаева и двигается дальше.       — Блять, Окси, остановись ты, — Саша губы поджимает и за руку подругу пытается схватить.       Оксана на руке металл прохладный от протеза ощущает и к подруге оборачивается, с улыбкой смотрит на неё. Она и сама видит, как Крючкова подойти хочет, но с силами собраться не может. Нецветаева редко видит, когда Саша к кому-то интерес проявляет, в себе закрылась, никого близко не подпускает и Окси прекрасно понимает, почему. Но ей хочется, чтобы подруга кругозор свой расширила, может так и ещё один друг появится.       — Там не только она. Сонька и Жека тоже так-то, — тянет Оксана и глазами сверкает, намекает, мол, некрасиво, что со всеми не поздоровались. Они с теми двумя в хороших отношениях, не раз тусили и гуляли вместе.       — Хорошо, — сдается Крючкова и кивает головой, подругу отпускает из своей хватки. Понимает, что та права. Мандраж ощущает, сама не понимая, почему Софья такие эмоции вызывает.       Оксана первая идет, а Саша на шаг позади. Руку с протезом в карман убирает, а бутылку чуть крепче сжимает. На Софью старается не смотреть и вздох тяжёлый испускает. До этого, подходя к девушке, она так сильно не волновалась. Но после той ночи напряжение будто повисло.       — Привет всем, — Окси рукой машет, музыку перекрикивает, подходя ближе.       — Привет, рада видеть, — Жека с места встаёт и обнимает девушку, с улыбкой на лице.       — Приветик ещё раз, — машет с места Григорьева.       — Тоже всем привет, — улыбается всем Саша теплой улыбкой и глазами сталкивается с Кульгавой, которая, наконец, обратила на неё внимание.       — И вам привет, — не так воодушевленно произносит Соня, взгляд больше положенного на Крючковой задерживает и щёку закусывает. Снова неловкость ощущает, она так надеялась, что они не будут находиться рядом.       — Хорошо, что решили собраться, — плюхается Оксана на место рядом с Женей, — скоро уже дожди начнутся и похолодает, а я так надеялась, что теплая погода ещё продержится, — чуть с грустью произносит Нецветаева, отпивая из бутылки.       — Октябрь всё же начинается, — отозвалась Григорьевна, — сентябрь и так нас порадовал, даже не помню, чтобы такое тепло было до самого октября.       Саша к Кульгавой подходит, мест где присесть больше не оставалось, кроме как с младшей. Оксана будто специально их вместе сталкивает. Крючкова точно это подруге ещё припомнит.       Софья чуть пододвигается, чтобы Саша могла сесть. Из бутылки отпивает и старается не обращать внимание на то, как их плечи сталкиваются, на тот уже знакомый запах духов, с примесью сигарет вишнёвых. Языком по губам проводит, рану ощущает, которая так и напоминала о вчерашнем.       А Саша будто через раз дышит, смотрит куда угодно, только не на девушку. Неловкость между ними можно было будто рукой ощутить. Крючкова плечом ощущает тепло исходящее от Софьи, но не отодвигается, места-то больше и нет. Хотя и самой девушке этого не хотелось. Наоборот, в голове мелькали мысли прижаться ближе, всё же под вечер прохладный ветерок забирался под шиворот ветровки. Но Крючкова гнала эти мысли подальше.       — Санек, а ты чего притихла? — голос Жени вывел девушку из паутины своих мыслей, — не хочешь что ли? И ты, Сонь, как думаешь?       — Что? — хрипит Крючкова и удивляется своему голосу, сразу же прочищая своё горло кашлем, — прости, я задумалась. О чём вы говорили? — Саша натягивает на лицо улыбку и смотрит на Оксану, будто пытаясь увидеть там ответ на вопрос.       — В чат написали, — отзывается Кульгавая и голову поворачивает на старшую. С глазами голубыми вновь сталкивается, а та смотрит на неё с немым вопросом, — кто хочет поиграть в "Я никогда не". Если что, собираемся на третьем этаже. Ну, как я поняла, — Софья пожала плечами и сразу же отвела взгляд от Саши.       — Да, вот мы подумали сходить поиграть, а то так сидеть и пить скучно, — подала голос Оксана и встала на ноги, — пойдем? — с этим вопросом девушка обращалась к подруге.       — А ты идёшь? — Саша решила поинтересоваться у младшей, ведь её тоже спрашивали.       — Ну да, почему бы и нет, — кивнула Кульгавая и встала с места, чувствуя, как тепло от Сашиного плеча отступает.       — Идем тогда, — Саша все ещё ощущала фантомное прикосновение к своему плечу, но когда источник тепла пропал, стало даже как-то непривычно прохладно.

***

      — Я никогда не целовал парня, — хмыкнул молодой человек, смотря на девчонок, некоторые из них вскинули брови.       — Придумал ты, конечно, — протянула Арина, но выпила глоток из бутылки. И все девчонки за ней.       Саша не стала пить, она никогда не целовалась с парнями и отношений у неё тоже не было. Крючкова кинула незаметный взгляд на Софью и увидела, как та тоже делает глоток, хоть и немного хмурясь. Понятное дело, что целовалась и, наверное, у Кульгавой уже были отношения, Саша считала Соню достаточно привлекательной девушкой.       Оксана этим словам улыбнулась, но пить не стала. Она целовалась, но не с парнями, а с девушками. Так сложилось, что мужской пол её никогда не привлекал, а девушки наоборот, вызывали целый спектр эмоций.       — Ну, тогда, — протянула Жека, — я никогда не целовалась с девушками, — победоносно смотря на парней.       Все парни махнули рукой и выпили алкоголь. Но всё же некоторые девушки тоже опустошили содержимое своих напитков. И, в том числе была Оксана, она с некой грустью посмотрела на Женю. Крючкова и в этот раз не пила, она заметила, что Софья тоже не притронулась к своему напитку. Их взгляды на секунду переселились и девушки сразу же разорвали зрительный контакт.       Кульгавая соврала бы, если бы сказала, что не наблюдала украдкой за Сашей. Она была удивлена, что девушка не выпила ни в первый раз, ни во второй, на ум приходило только одно заключение — Крючкова была невинно чиста, в отличие от самой Софьи.       — Я никогда не была за границей, — пожала плечами Григорьевна, она уже и не знала, что говорить, пытаясь вспомнить, что она не делала.       Несколько человек выпило. Игра пошла дальше, были достаточно невинные вопросы. Так очередь дошла до Саши, в голове не было ни одной мысли, выпитый алкоголь уже мешал нормально соображать. Девушка прикрыла глаза на пару секунд.       — Я никогда не... — Крючкова хотела сказать, что никогда не знала, что такое настоящая любовь, но вовремя остановилась, выдать такое не хотелось. Она поджала губы и глянула на Соню, слова сами вырвались из её уст, — не влюблялась в девушку.       — Санёк, так их, — Жека закинула руку на плечо девушки и улыбнулась.       — Ну и подстава от тебя, — усмехнулась Окси и сделала глоток, — это месть? — тихо прошептала Нецветаева, но она совсем не злилась на подругу, лишь улыбалась, решив просто немного пошутить.       — Ага, она самая, — Саша приподняла уголки губ. А внутри чувствовала, как что-то сжимается. И почему это ей пришло в голову, когда она посмотрела на Соню?       — Злюка, — буркнула беззлобно Окси, проводя по волосам.       Игра продолжилась дальше. И вот дошла очередь до одной из девчонки. По глазам её было видно, что той достаточно. Девушка поджала губы, думая, какой же вопрос задать.       — Уже не знаю, что спрашивать, — призналась девушка, — ну, пусть будет: «Я никогда не целовалась со своим братом».       — Думаю, в этот раз никто и не выпьет, — посмеялся один из парней.       — Мерзко даже, — скривила губы их одноклассница, её звали Ксюша, — не представляю, чтобы я когда-то поцеловалась со своим братом.       — Согласна, — кивнула Григорьевна, хмуря брови.       А в этот момент Софья застыла, словно каменная статуя. Она слышала все слова о том, что это мерзко. И это была настоящая правда. Кульгавая почувствовала, как тошнота поднимается наружу, а тело бросает то в жар, то в холод. Она не будет делать глоток. Она никому не признается в этом. Соня хотела встать и уйти, но она словно приклеилась к стулу, на котором сидела.       Перед глазами всплывает фрагмент, где брат крадёт её первый поцелуй. Объясняя тем, что хочет научить её, как делать это правильно. Она помнит, как рука брата запуталась в её волосах, как мерзкий язык проходился по её губам, заставляя приоткрыть рот. Кульгавая опустила голову вниз, перед глазами темная дымка появилась.       Саша заметила, что что-то с Соней не так и не сводила глаз с девушки. Она видела как та побледнела и будто бы задрожала. Беспокойство поселилось в груди старшей, она не могла понять, что творится с Соней, но хотела хоть как-то помочь.       Кто-то начал задавать следующий вопрос, а Соня пыталась справиться с головокружением, не слыша ничего. Девушка резко вскочила на ноги и чуть пошатнулась.       — Сорян, мне нужно выйти, — бросила Кульгавая, не смотря на ребят. Она еле сдерживалась, чтобы её не стошнило прямо здесь. Она быстрым шагом направилась вниз. Музыка сдавливала голову, девушка одной рукой закрывала рот, а другой старалась опираться на стену.       — Я скоро вернусь, — теперь уже встала Крючкова и все переключили своё внимание на неё, — проверю, как она.       — С тобой пойти? — спросила Софа, она чувствовала ответственность. Всё же это она позвала Соню сюда.       — Не нужно, я сама, — уверенно произнесла Саша и отправилась вслед за Соней, ускоряя шаг.       — Не волнуйся, Санёк обо всем позаботится, — Оксана взглянула на Соню и подняла палец вверх, давая понять, что всё в порядке.       Саша увидела Соню на лестнице, которая еле как перебирала ногами, прижимаясь к стене. Крючкова сорвалась на бег, достигая младшую за пару секунд.       — Сонь, эй, слышишь? — Крючкова хотела протянуть руки к девушке, дабы помочь, боясь, что та кубарем покатится с этой лестницы.       — Не трогай меня, — вскрикнула Соня и пожалела об этом, сразу же прижимаясь всем телом к стене, тошнота давила на горло. Она глазами затуманенными забегала по лицу Саши, останавливаясь на глазах, которые снова смотрели на неё с неподдельным беспокойством. Сколько же можно так на неё смотреть? Неужели она настолько жалкая?       — Блять, не упрямься, Сонь, — Крючкова впервые повысила голос на девушку, но не со зла, а потому что видела, в каком та состоянии, — я выведу тебя на улицу.       Крючкова закинула одну руку Сони к себе на плечо, а рукой с протезом обхватила девушку за талию, и постаралась вести девушку как можно аккуратней. Она ощущала дрожь чужого тела, и поплотнее сжала губу от волнения.       — Саш... — прохрипела имя старшей Соня, — меня сейчас вывернет.       — Мы почти на улице, всё нормально, — заверила девушку Саша, прибавляя шаг.       Девушки вышли из заброшки и Софья оттолкнула Сашу от себя, сгибаясь пополам, стараясь найти опору. Рукой Кульгавая облокотилась на стену и из неё вышло всё, что она съела и выпила. Горло обжигало, а желудок сворачивался в трубочку.       Крючкова отвернулась от девушки, чтобы не смущать. Хорошо, что успели выйти. Она сняла со спины рюкзак и достала бутылку обычной воды. Когда Саша услышала, что всё закончилось, облегченно вздохнула и развернулась, делая шаг к Соне.       Софья услышала шаги позади себя и выставила руку, чтобы та остановилась.       — Стой на месте, — прохрипела Соня, вытирая выступившие слезы другой рукой. И снова Саша её увидела в ужасном состоянии, и снова помогла. Кажется, это уже входит в привычку. Софья поморщилась этим мыслям, ей это не нравилось.       Кульгавая выпрямилась, стараясь выровнять дыхание. Ей стало легче физически, но вот морально — хуже некуда. Она настолько травмирована, что вроде как обычные слова вывели её из строя. Софья устала чувствовать себя такой жалкой. В груди неприятно ныло, захотелось заплакать, нос неприятно начал щипать, говоря о слезах, которые хотели вырваться наружу.       Саша постояла пару минут на месте, давая младшей прийти в себя. Волна беспокойства всё ещё не отпускала. Она понимала, что это, скорее всего, связанно с тем, что Софья выпила много алкоголя. Но почему-то закрадывалось ощущение, что было ещё что-то. Крючкова пыталась понять, прочитать по лицу Сони, но та была, словно закрытая книга.       — Ты как? — Крючкова всё же подошла ближе и протянула бутылку с водой Софье.       — Всё хорошо, много выпила похоже, — Кульгавая сбросила всё на алкоголь и приняла бутылку.       Девушка прополоскала рот и следом сделала пару глотков. Неловкость вновь повисла между ними. Софья понимала, что нужно поблагодарить, но никак не могла проронить ни слова, до сих пор мысленно находясь в моменте, когда все говорили о том, как это мерзко. Будто бы эти слова были обращены к ней.       — Рада, что тебе лучше, — беспокойство начало отступать. Но голос в голове продолжал шептать, что не всё хорошо.       — Спасибо, — выдавила из себя Софья и облизнула губы. Девушка чувствовала шум в ушах и как мерзкие ощущения захватывали её. Кульгавая больше не хотела здесь находиться, почему-то было стыдно. И не потому, что её стошнило, а потому, что она ощущала себя грязной.       С ней рядом стоит светлый и невинный человек, глазами такими добрыми на неё смотрит, пытаясь поддержать. А она перепачкана грязью, словно, если Саша к ней прикоснётся — запачкается. А Софье этого не хочется. А самое главное, она боится привязаться к девушке. К теплу, доброте, которая исходит от Крючковой. Не хочет потом страдать и тянуть вниз за собой.       — Да ладно тебе, — отмахивается Саша, а на лице улыбка расцветает, — главное, что с тобой всё хорошо.       Соня засматривается на эту улыбку. Саша будто солнце настоящее. Улыбнуться хочется, на душе спокойней становится и слезы, которые хотели показаться, отступают. Но Софья улыбку сдерживает, кивает лишь.       — Я домой пойду лучше, — Софья понимает, что уходить так некрасиво, но находиться больше там не хочет.       — Хочешь, я тебя провожу? — вызывается Саша, младшую оставлять одну сейчас совсем не хочется.       — Не надо, — махает головой Софья, — я сама могу дойти. Ты и так много сделала.       — Ты уверена? — Крючкова губы поджимает, надеется, что Соня передумает.       — Да, уверена, — кивает младшая, вновь проводя черту между ними.       — Будь осторожней, тогда, — с грустью в глазах смотрит Саша на девушку. Видит, как та от неё отстраниться пытается и на душе неприятно становится.       — Ага, — бросает Софья, на старшую пытается не смотреть и проходит мимо неё, — пока, скажи остальным, что я ушла, — напоследок говорит Кульгавая и оставляет девушку одну.       — Пока, — произносит Саша уже в пустоту, плечи опускает и тяжело вздыхает. Понимает, что пора возвращаться, но настроения нет. Крючкова делает шаг навстречу Соне, а та, в свою очередь, делает два назад, отдаляя их друг от друга.

***

      Дома Соню мать недовольная встречает. Девушка даже была удивлена, что та её вроде как даже ждала. Кульгавая в комнату хотела свою пройти, желания общаться с матерью не было никакого. Но та ей путь преграждает, смеряя укоризненным взглядом.       — Почему не сказала, что будешь где-то шататься? — наконец мать тишину эту прерывает.       — А должна была? — Кульгавая бровь выгибает, удивляясь вопросу матери.       — А почему ты решила, что нет? Я твоя мать и должна знать, где ты находишься, — Мария руки на груди складывает, — от тебя алкоголем пасёт. Я ничего тебе не говорю насчёт сигарет. Но ты ещё и в алкоголики записалась?       — Мать? Как-то поздно ты вспомнила об этом, — хмыкает Софья. Ей смешно слышать эти слова, — если выпить с друзьями для тебя значит, что я — алкоголик, то пусть будет так.       — Молоко на губах не обсохло, чтобы так говорить со мной, — женщина замахивается, воздух рукой разрезает и бьёт дочку по щеке, звук шлепка эхом пронеся по квартире, — в следующий раз будешь говорить, куда пошла, — мать руку отряхивает и уходит.       Кульгавая в след ей смотрит, чувствует, как щека горит и губы лишь сводит. Ей обидно и неприятно, но не настолько, чтобы сбежать в слезах. Софья вздыхает устало, мало ей на сегодня говна, вот ещё на блюдце принесли.       Кульгавая в ванную комнату идет. Лучше она сейчас душ примет, может хоть как-то легче станет, а потом уже спать ляжет. Софья одежду снимает, ногами становится в прохладную ванну и ёжится слегка, горячую воду включает, которая начинает стекать по лицу, а затем по телу. По щекам слёзы течь начинают, смешиваясь с каплями воды, а в комнате тихие всхлипы раздаются.

***

      — Утро, ты как? Саша вчера сказала, что ты домой пошла, — с волнением в глазах произносит Григорьевна, когда Соню видит.       — Доброе, всё хорошо. Перебрала я слегка с этой игрой, — натянуто улыбается Соня и на место садится.       — Рада, что всё хорошо. Это же я тебя позвала, — Софа неловко волосы с лица убирает, чувствуя себя немного виноватой.       — Да ты чего, — Кульгавая рукой жестикулирует, — я сама за себя отвечаю, так что не парься, — заверяет соседку Софья. Она никого в этом не винила, только себя.       — Ты, кстати, бледная какая-то, — подмечает девушка, наклоняясь ближе и на лоб Софьи руку кладет, от чего та немного дергается, — температуры, вроде бы, нет.       — Наверное, после вчерашнего, — чужую руку со лба убирает и плечами жмет, — я чувствую себя нормально, — врет Софья и отворачивается от девушки, закусывая щёку.       На самом деле, с утра была какая-то слабость. Вечером она так и не поела, а утром на кухне мать была, рядом находится желания не было. Голова периодически кружилась, даже по дороге в школу докурить сигарету не смогла. Но Кульгавая всё списывала на усталость и выпитый алкоголь.       — Ну хорошо, — произнесла Григорьевна и прозвенел звонок, оповещая всех о начале урока.       К шестому уроку Соне стало хуже, руки стали мелко дрожать. До начала урока оставалось минут пять-семь, но Софья решила выйти в туалет. Девушка шла по коридору и всё начало резко плыть, Кульгавая прислонилась к прохладной стене. Ноги начали слабнуть, а дышать стало тяжелей.       — Что за хуйня? — прошептала чуть испуганно девушка.       — Соня? — Саша позвала младшую, кладя руку на плечо, — с тобой всё хорошо?       Кульгавая посмотрела на Сашу, с ней как обычно была Оксана, которая стояла рядом. И почему они встречаются только в такие моменты.       — Со мной всё хорошо, — Софья хотела, чтобы от неё отстали и она спокойно дошла до туалета.       — Да кому ты тут пиздишь? — влезла Оксана, вскидывая брови, — ты чуть ли не зелёная, — девушка пальцем обвела своё лицо, — и это ты называешь "нормально"?       — Дайте просто пройти, — вздохнула Софья. Девушка делает шаг и чувствует, как земля уходит из-под ног.       Кульгавая ощущает на своей талии руки, а лицом упирается Саше в грудь, перед глазами звездочки, она хотела было отстранится, но ноги совсем перестали слышаться, она начинает мелко дрожать и если бы не руки Крючковой, та просто бы свалилась. Софья повисает всем телом на Саше и дышит через раз, ей казалось, что вот-вот она потеряет сознание.       — Соня? Эй? Ты слышишь меня? — Крючкова ближе к себе Соню прижимает, смотрит обеспокоенно на Оксану, не зная, что делать.       — Блять, пиздец, — Нецветаева сама перепугалась, — и медсестры нет, я хуй знает что делать.       — Саш, мне кажется, я сейчас упаду, — шепчет Соня приглушенно, всё ещё лицом упираясь в грудь девушки. Тело будто ватным стало. Софья старательно глаза пытается не закрыть.       — Я на улицу с ней, возьми вещи её и мои. В школе лучше не оставлять её, — Саша видит кивок подруги. Чуть от Сони отстраняется, чтобы поудобней перехватить и на улицу ведет.       Свежий воздух в лицо дует и Софья жадно глотает его, за Сашу старается держаться. А в голове лишь: «Только бы не упасть». Желудок ноет ужасно, голова кружится, а во рту засуха. Кульгавая всё также дрожит, глаза пытается сфокусировать. Чувствует, как Саша хватку ослабляет и пугается.       — Не отпускай, — резко выдает Софья, сама не понимая, что говорит. Неловко ей будет потом, точно не сейчас. Кульгавая чувствует, как Саша застыла и пытается посмотреть той в лицо.       — Всё хорошо, я просто посадить тебя хочу, я не собираюсь отпускать, — тихо говорит Крючкова, в глазах страх, она с таким состоянием ни разу не сталкивалась. Видит, как Соня кивает и сажает её.       Саша видит, как подруга из здания школы идет, неся три рюкзака и их куртки. Машет той рукой, чтобы подошла быстрей и Соню крепче перехватывает. Та голову ей на плечо кладет и Саша слышит, как младшая рвано дышит. У Крючковой страх к горлу подбирается, думает, нужно ли в скорую звонить.       — Как она? — спрашивает Окси, кидая взгляд сначала на одну, потом на другую.       — Плохо, я хер знает, что делать. Может в больницу нужно? — с волнением произносит Крючкова.       — Нет, не надо туда, — еле волочит губами Софья. В больницу она не хочет, ещё и перед матерью объясняться.       — Достань воды из рюкзака, — просит Саша, протягивая руку к подруге.       — Ага, хорошо, — кивает Нецветаева и быстро находит воду, передавая её девушке.       — Сонь, давай ты воды попьешь, — Саша старается приподнять голову девушки, — тебя не тошнит?       — Тошнит, но не выворачивает. Просто тошнит, — старается объяснить Кульгавая, бутылку с водой принимает и делает пару глотков.       — Точно в больницу не нужно? — уточняет Нецветаева, самой не по себе видеть Соню в таком состоянии.       — Точно, сейчас я посижу немного и легче станет.       Просидев так пару минут, Софья всё же выровнялась, но продолжала облокачиваться на Крючкову. Голова кружится, но хотя бы видеть она стала лучше.       — Домой нужно идти, — выдавила из себя Соня, понимала, что лучше со своей проблемой дома остаться, а не сваливать на девочек.       — У тебя дома кто-то есть? — Саша посмотрела на Софью, но та продолжала выглядеть болезненно.       — Нет, мама вечером только придет, — нахмурила брови Соня, с матерью видеться ей в таком состоянии не хотелось.       — Тогда ко мне пойдем, — заключила Крючкова и приподнялась с лавки.       — Что? — Софья округлила глаза и с непониманием посмотрела на Сашу. Куда-куда, а вот к Саше в гости ей точно не хотелось, — я не пойду к тебе.       — А я тебя одну не оставлю, — Крючковой начинало надоедать, что Софья постоянно упиралась. Она поджала губы и подала руку девушке, чтобы помочь встать, — мы идём ко мне и это не обсуждается.       Кульгавая посмотрела сначала на серьёзное лицо Саши, а потом на руку. Выбора, видимо, не было. Взяв поданную ей руку, она ощутила тепло, исходящее от нее. Ситуация выходила из-под контроля, это младшая прекрасно понимала. Софья встала и чуть пошатнулась.       — Ты только не упади, — подала голос Оксана, которая всё это время наблюдала за девушками.       Кульгавая хотела что-то сказать, но Саша опередила её.       — Окс, понеси вещи, пожалуйста, — Крючкова перевела взгляд с подруги и посмотрела на Соню, крутя мысль в голове, — а я тебя понесу, а то правда вдруг упадешь.       — Ну уж нет, дойду я сама, — возмутилась Софья, хоть она и продолжала чувствовать слабость в ногах, но не хотела, чтобы её ещё и на руках носили.       — Хватит упираться как маленький ребёнок, тебе помочь хотят, — парировала Нецветаева, — поэтому делай, что говорят и пойдем.       — Правда, Сонь, хватит, мало ли что случится, — Саша отпустила руку Сони и повернулась спиной, чуть подгибая колени.       Софья поджала губы, ей не хотелось ещё больше напрягать Сашу, но она понимала, что наверное, все уже устали от её упрямства. Она положила руки на плечи Крючковой, сделала вдох и забралась к девушке на спину.       — Пошли, — произнесла Саша и двинулась с места. Оксана встала рядом с ней и окинула взглядом Софью, которая уткнулась подруге в плечо. Нецветаева заметила румянец на щеках Кульгавой и улыбнулась.       — Что такое? — Саша непонимающе посмотрела на подругу, поудобней перехватывая младшую. Она чувствовала горячее дыхание на своей шее, а также мурашки, бегающие табуном по телу. Но она старалась не обращать внимания на это.       — Ничего, — пожала плечами Окси, продолжая улыбаться.