mon merveilleux homme

      Домой Игорь отныне возвращается поздно. Дело не двигается уже месяц и Гром просто с ума сходит от невозможности найти хоть какую-то лазейку в деле. От помощи Августа он отказался, а тот наседать и не стал. Слово Игоря для него закон, если он попросит, Август сделает для него все, что тот пожелает, а пока – это не угрожает его компании и лезть не в свое дело мужчина не намерен. Но если с работой все понятно – это не его ума дело, то к самому Игорю Хольт имеет прямое отношение. Не очень приятно, когда супруг возвращается домой мало того, что поздно, так ещё весь как на иголках, не ест, не спит. Это просто какой-то беспредел! И такой уклад Августу совсем не нравится.       В этот день Хольт освободился довольно рано, все деловые встречи и тренировки были уже позади и этот вечер он мог провести наедине с собой. А хотелось бы с супругом. Который что? Правильно! Ещё на работе. Этот произвол надо прекращать. Игорь слишком напряжен в последнее время и Август намерен это исправить.       Из коридора послышался звон ключей и хлопок входной двери. Игорь заходит в дом и впервые Хольт его не встречает. День вышел длинным, трудным и в общем-то не задался от слова совсем, поэтому такая, вроде бы мелочь, его немного задела. Гром хмурится, наскоро разувается в коридоре ногой об ногу, там же скидывает куртку с кепкой. Проходит в сторону ванной, погруженный в свои не самые позитивные мысли, наскоро умывается, вытирает лицо полотенцем и посмотрев в зеркало, встречается взглядом с Августом. Тот расплывается в улыбке, бесшумно подходит сзади и обнимает своего мужчину со спины. Утыкается носом в его макушку, медленно и глубоко вдыхает его запах. Игорь только пришел и ещё не мылся, потому пахнет не шампунем с запахом "мужицкого мужика", а собой. Его естественный запах очень нравится Хольту, он в нем растворялся.       – Устал? – только и спросил Август, хотя ответ был очевиден. Хотелось, чтобы Игорь сам ему об этом сказал и тогда Хольт станет наводить свои порядки. Гром же не видит смысла врать и пререкаться и издает еле слышное "угу" и кивает головой, шумно вздыхая. Этого Августу достаточно, чтобы поднять Игоря на руки и унести в направление спальни. Хольт был не фарфоровый, не стеклянный, не сахарный и иже с ними, несмотря на свой позвоночник он имел сильное тренированное тело и хорошо знал биомеханику тела, а потому немного поносить Грома на руках ему не составляло никакой проблемы.       Оказавшись в спальне, они вместе упали на большую, скорее даже огромную постель. Август специально заказал для них кинг-сайз кровать, чтобы все действия на ней, будь то сон или секс, были для них максимально комфортными.       К слову, в планах у Хольта было отнюдь не ночное рандеву, он собирался залюбить Игоря настолько, чтобы тот позабыл обо всем на свете, кроме него. Они начали целоваться ещё в коридоре. Август не мог удержаться, расцеловывая сначала лицо Игоря, а потом сливаясь с ним в нежном чувственном поцелуе губы в губы. Гром и сам, кажется, хотел забыться и наконец отдохнуть, сосредоточить все свои мысли только на Августе, своем супруге, который сейчас так близко...       Игорь цепляется за воротник халата Хольта, тянет его на себя, прижимая к себе плотнее. Поцелуи давно перешли грань целомудрия, страсть нарастала, мужчины жадно целовали губы друг друга, кусали, да так увлеченно, что Гром случайно прикусил губу Августа до крови, но никто из них не придал этому значения.       Зарывшись пальцами в короткий ёжик на затылке, Хольт прильнул ближе, проникая юрким языком в рот Игоря, сплетая их языки в страстном танце, выбивая из возлюбленного сдавленный стон. Господи, как они друг по другу соскучились... Им обоим это было нужно.       Воздуха не хватает и они отстраняются друг от друга. Игорь привстает на локтях и двигается к изголовью кровати, Август следует за ним, нависает, склоняется к левому уху партнёра, начиная неразборчиво горячо шептать что-то на иностранных языках и выцеловывать ушную раковину. Дыхание обжигает, вместе с поцелуями запускает волну мурашек по всему телу. Игорь не понимает, что Хольт говорит, но догадывается и ему так хорошо, он уже расплывается от такой незатейливой ласки.              Поцелуи становятся влажными, Август спускается к шее Грома, на что тот откидывает голову на подушки, подставляясь, пока супруг с нежностью расцеловывает каждый сантиметр, втягивает кожу губами, оставляя лёгкие засосы, слегка кусает. Игорь будет ругаться, если останутся слишком заметные следы. Тонкими пальцами цепляет край футболки, задирая её к самому верху. Выглядит соблазнительно, Август бы так и оставил, но Гром решительно снял с себя мешающийся элемент одежды. Хольт и не возражал, медленно спускаясь мокрыми поцелуями вниз, расцеловывая ключицы, сильную грудь, специально не трогая чувствительные бусины сосков, желая подразнить Игоря.       Грома уже заметно вело. От того серьезного напряжённого мужчины, каким он пришел домой, не осталось и следа. Сейчас он, весь красный, уже немного взмокший, тяжело и сбивчиво дышал, смотря на Хольта потемневшим взглядом. Каждое прикосновение спускалось вниз живота и закручивалось в тугой узел возбуждения. Игорь немного ерзал на постели и тихое, хриплое «Август..» больше не позволило иностранцу издеваться над супругом. Он припал губами к одной из бусин, втянул в рот, посасывая, обвел языком вокруг и прошёлся сверху широким движением. Вторая горошина тоже не осталась без внимания. Пальцы свободной руки сжимали вставший сосок, тёрли, слегка оттягивали, заставляя Игоря скулить и задыхаться от щекотных и одновременно до жути приятных ощущений, заставляющие его нетерпеливо ёрзать на постели и сжиматься.       Возбуждению Грома не было предела. Предэякулята было настолько много, что белье вместе со штанами в месте головки были насквозь мокрыми. Вскоре поцелуи перешли на живот. Август с трепетом выцеловывал каждый кубик, поглаживал бока и наконец послышался вжик молнии и тёмно-синие джинсы Игоря полетели в сторону. Теперь мужчина лежал в одних серых боксерах и черных носках.       Сев на пятки, Хольт оглядел возлюбленного с ног до головы. Гром мелко дрожал от возбуждения, в его глазах уже не было ни капли осмысленности, а значит Август со своей задачей справлялся хорошо. Нежно улыбнувшись, он прошептал:       – You are so stunning, my love. I have never seen anyone more attractive than you.       Возбуждённый член, выпирающий из под ткани белья, манил. От одной мысли о том, что Игорь так сильно возбудился из-за Хольта, во рту сначала все пересыхало, а потом вновь наполнялось слюной, стоило представить ощущение члена супруга во рту и вкус его смазки на языке.       Не в силах больше ждать, Хольт склонился к паху Грома, и тот почти вскрикнул, вскинувшись на кровати, когда Август широкими мазками стал вылизывать его член поверх белья. Ткань вкупе с движениями языка приятно терлась о головку, но этих ощущений было слишком много. Игорь попытался отодвинуться и свести ноги, но Август по-хозяйски раздвинул их в стороны, крепко фиксируя руками.       За всю жизнь Гром был первый, кому Хольт рвался доставить удовольствие больше, чем себе самому. Для кого чужое наслаждение было превыше собственного.       Стянув остатки белья и скинув его в кучу к остальной одежде, Август потянулся к подушке, доставая из нычки заранее приготовленный лубрикант с запахом персика. Выдавив достаточное количество на свой средний палец, Хольт приставил подушечку к колечку мышц, осторожно поглаживая. Разнеженный Игорь уже не соображал, но Август продолжал выцеловывать теперь уже его таз и внутреннюю сторону бедра, кружа поцелуями вокруг члена. Пока Хольт отвлекал поцелуями, в нутро Грома плавно вошёл один палец, тут же начиная плавно и мелко двигаться вперед-назад. Растягивать для чего-то большего Август не планировал, но планировал довести Игоря до самого красочного оргазма.       Сначала Игорь лишь тихо вздыхал и мычал, но стоило Хольту нащупать заветную точку удовольствия, как мужчина выгнулся до хруста в спине, слабо сжимаясь вокруг пальца. Август понимал, что до разрядки осталось недолго.       Склонившись над пахом Грома, он вобрал его член в рот, начиная ласкать языком, посасывать, пуская за щеку. За время их супружества он уже изучил Игоря вдоль и поперек и знал, как ему больше всего нравится, а ещё он знал, как сделать супругу не просто хорошо, а довести его до исступления. Втянув щеки, создавая вакуум во рту, Август взял глубже, пропуская эрегированный член прямо в горло, совершая мелкие поступательные движения головой, параллельно массируя чувствительный комок нервов сзади. От такого Игоря затрясло, на его глазах выступили слезы, он взвыл, поддался бедрами навстречу и с протяжным стоном излился в глотку Хольта. Август немного подавился, но то, как Игорь сладко кричал и сжимался вокруг его пальца, стоило того, чтобы стерпеть. Когда Гром наконец обмяк на кровати, жмурясь и пытаясь прийти в себя, Хольт отстранился. Он вылизал еще чувствительный после оргазма член, развязал халат и в пару движений руки по своему члену, догнал Игоря.       В этот вечер они оба позабыли обо всем на свете и им было хорошо. Хольт ещё долго расцеловывал Игоря, шептал ему нежности, а после они крепко уснули в объятиях друг друга.