По ту сторону славы.

Вот уже семь лет он делает вид, что Чон Чонгук — тупой качок, который очень сильно привязан к своим фанатам, и единственное, что он умеет, это скакать полуголым по сцене и петь о великой любви до самой смерти. А когда он, двадцатишестилетний альфа, впервые добавил в песню немного мата и слегка пошлых фраз, хейт, который на него обрушился, можно было сравнить с чертовым Армагедоном. Чон упорно продолжал всем доказывать, что больше не является девятнадцатилетним романтичным сопляком. Блять! Он взрослый, состоявшийся мужик. Альфа! Но пока его старание терпит фиаско, а менеджер и компания клятвенно молят, чтобы он так и оставался милым, маленьким крольчонком Гуки. Вообще его карьера началась, когда ему было пятнадцать, но кто будет обращать внимание на худого, закомплексованного ребенка. Поэтому пиарщики его лейбла приставили к молодому альфе фитнес-тренера, и он приступил к тренировкам. И вот через четыре упорных года его начали замечать. Люди стали узнавать его на улицах, создавать фан-клубы, исполнять каверы и даже караулить около дома, чтобы получить автограф или какое-то провокационное фото. Его лицо появилось на разных рекламных билбордах, а бренды были готовы перегрызть друг другу глотки ради того, чтобы он прорекламировал именно их товар. Ведь Чон Чонгук не только знаменитый к-поп исполнитель, но и чертов спасатель компаний, которые находились на грани банкротства. И знаете? Он кайфовал от этого, но два года назад все изменилось. Теперь он просто хочет стабильности и спокойной работы. Чтобы как нормальные люди — днем работа, ночью крепкий здоровый сон. Сегодня он презентует свой новый альбом. Сейчас проходит интервью, а затем начнется небольшой концерт для вип.фанатов — тех, которые отвалили баснословные деньги за шанс услышать новые песни первыми. Жесть. — Журнал «Cosmopolitan Korea», Вы планируете отправиться в турне с новым альбомом? — услышал он сквозь призму мыслей. Чонгук натянул дежурную добродушную улыбку и наклонился к микрофону: — Конечно, ведь мои поклонники из других стран тоже ждут меня и моего живого исполнения. — Журнал «Marie Claire Korea», Ваша последняя обложка с танцором Пак Чимином вызывает море обсуждений. Можно ли считать вас парой? — Нет, с господином Паком нас связывают только деловые отношения. — он потянулся за водой, но бутылка оказалась пустой. Подняв руку вверх, альфа тем самым показал помощнику, что нужно принести воды. Пока он отвечал на другие вопросы журналистов, к столу подошел высокий омега и поставил перед ним две новые бутылки. Только парень собирался вернуться на свое место, как его окликнул менеджер. — Тэхен, подправь ему тон, кожа блестит. — приказал ему полноватый бета и указал на лицо Чона. — Но интервью же, господин Бан. — нахмурился омега и оглядел полный зал журналистов. — Неприлично. — Да мне плевать. — зашипел мужчина. — У него должно быть идеальное лицо! — Ладно. — парень порылся в маленькой сумочке висящей на его бедрах и, достав мягкий спонжик, подошел к Чону. — Не шевелитесь, пожалуйста. Певец замер, и это приносило некий дискомфорт, так как отвечать с застывшей мимикой было не удобно. — Журнал «Numero Tokyo», — выкрикнул мужчина с сильным японским акцентом. — Ходят слухи, что вы состоите в отношениях с актером Ким Сокджином. Правда ли это? Рука помощника дрогнула, и он попал спонжиком ему в глаз. Чонгук зашипел и дернулся назад, прожигая омегу недовольным взглядом. — Прости. — еле слышно извинился Тэхен. — Всё хорошо. — взгляд альфы смягчился, и он подбадривающе улыбнулся. — Не переживай. Омега кивнул головой и, не поднимая виноватых глаз, быстренько ретировался обратно за кулисы. — Нет, — запоздало ответил Чон. — мы с этим актером даже никогда не встречались лично. Как я и говорил ранее, моё сердце принадлежит только моим фанатам. **** Тэхен видел, что менеджер заметил покрасневший глаз певца, и его лицо исказилось недовольной гримасой. Бета поднялся из-за стола и, извинившись, направился к нему. Когда мужчина скрылся от всевидящих репортеров, он схватил омегу за руку и потащил за собой. — Ты, блять, что, безрукий? — рычит бета в его побледневшее от страха лицо. — Я уволю тебя нахуй, как ты меня уже достал. Нижняя губа Тэхена задрожала, и он, шмыгнув носом, старался удержать набегающую на глаза влагу. — Тебе повезло мелкий паразит, что твой брат один из наших спонсоров. А то я бы тебя… — бета замахнулся, но вовремя вспомнил, где находится и кто перед ним стоит — проблемы с Ким Намджуном ему точно не нужны. — Только попробуй пожаловаться брату, и я тебя засужу за домогательство к Чонгуку. — Ч-что? — голос омеги задрожал и предательские капли потекли по красивому лицу. — Я никогда его не домогался, вы говорите какую-то чушь. — Да что ты?! — скривился Бан. — А не ты ли недавно пробрался в его квартиру и уснул на кровати? Не ты ли заходил к нему в душ? Не ты ли смотрел на него, как чертов маньяк, пока он спал? — он поднял вверх телефон и потряс им около лица брюнета. — Здесь всё хранится, припомни мои слова, Ким. Ты у меня на крючке. Если я потеряю спонсора, ты потеряешь всё. Бан стрельнул в него контрольным взглядом, затем, круто развернувшись, направился обратно на интервью подопечного. Смотря на удаляющуюся спину мужчины, Тэхен дрожал всем телом, ему очень хотелось разбить что-нибудь о голову этого мерзкого человека. Да, еще пару лет назад, если бы кто-то позволил себе разговаривать с ним в таком тоне…. Ооох, была бы катастрофа всемирного масштаба. А сейчас он этого себе позволить не может… к сожалению. Омега подошел к одиноко стоящему стулу, присел на него и глубоко вздохнул. Надо успокоиться, или в порыве злости он может натворить ошибок. Эти издевательства и нападки со стороны менеджера продолжаются около полугода. Бан Хи, он же просто мистер Бан, почему-то вцепился в него мертвой хваткой. Тэхен видел, как бета мечтает, чтобы он куда-нибудь пропал и желательно навсегда. Уволить он его не мог, ведь Намджун оказывает лейблу огромную финансовую поддержку, а Тэхен его любимый младший братик и, если его кто-нибудь обидит, старший даже камня не оставит от этой компании. Но всё же, чем он не угодил менеджеру? И почему он его всячески достает и угрожает? Хотя, эти угрозы совершенно необоснованные. В душ он заходил, так как Чонгук сам попросил принести банный халат. А когда тот спал, Тэхен вообще сидел в своем телефоне, и его взгляд совершенно случайно зацепился за лицо альфы, заметив у того на носу какой-то пух. Чтобы этот шекотящий пушок не помешал певцу спать, Тэхен любезно решил его убрать. Вот для этого он то и наклонился над головой Чона, а уж не для того, чтобы пускать на него слюни, как чертов сталкер. Так в чем там еще обвинял Кима менеджер? Пробрался в квартиру альфы и уснул там? Во-первых, не пробрался, а у него есть ключи. Во-вторых, он был сильно уставший и не заметил, как провалился в сон. И в-третьих, в этой квартире Чонгук давно не живет, а Тэхен приезжает туда просто поливать цветы. Но вот вопрос — откуда у менеджера ключи от личной жилплощади его подопечного? Ведь дом — это крепость человека, и даже компания не имела права вторгаться в личное пространство своего артиста. — Эй! Малыш Тэ. — к омеге подошел невысокого роста альфа. — Ты чего здесь сидишь? — Бан, опять меня третирует. — он откатил нижнюю губу, и его голос дрогнул. — Я так устал, Юнги. Мин присел около него на корточки и, подцепив пальцем его подбородок, приподнял голову. — Ну, чего раскис? — альфа подбадривающе улыбнулся. — Устал? Уходи. Тоже мне нашел из-за чего грустить. Хочешь, я сам ген.директору скажу. Юнги являлся звукозаписывающим продюсером лейбла «Hems Production». — Ты же знаешь, я не могу. — захныкал омега. — Я не хочу сидеть дома один. — А терпеть издевательства Бана значит, ты можешь? — Нет, терпения уже нет… Боюсь, что я сорвусь, и мы снова поругаемся. — тяжко вздохнул Тэхен. — А ругаться мы стали часто… особенно после релиза альбома. Юнги хмыкнул и задумчиво почесал затылок, а затем хитро прищурился. — Может, тебе забеременеть? — Ты больной, Шуга? — громко рассмеялся Ким. — Ну, а че? Будешь с Чимином на курсы для беременных ходить. — Это твоя обязанность. — шлепнул альфу по плечу. — Как он, кстати? — Нуу, в перерывах между «Юни, я хочу понюхать альпийскую траву и Юни, из-за тебя мне придется покинуть сцену» в принципе нормально. — пробурчал мужчина. Тэхен еще больше закатился громким смехом, у него даже слезы потекли по щекам, уж больно Юнги смешно пародировал капризы мужа. — Ну вот… я рад, что смог поднять твое настроение. — Да. — кивнул омега. — Спасибо. — Давай я тебя отвезу домой? — А как же концерт? — он широко распахнул глаза. Конечно, домой хотелось жутко, но он же блин как-никак помощник Чонгука. Мин поднялся на ноги и достал телефон из нагрудного кармана пиджака, затем набрал номер и, подмигнув омеге, приложил трубку к уху. — Ким Тэхен плохо себя чувствует. — молчит. — Найдите другого. — хмурится. — Да мне плевать, передайте Бану, что я так сказал. — отключился. — Ну всё, поехали. **** — Чонгук, до выхода на сцену пятнадцать минут. Тебе что-нибудь нужно? — интересуется менеджер сквозь приоткрытую дверь гримерки, тем самым отвлекая его от мечтаний побыстрее очутиться дома. — А где Тэхен? Ноздри Бана раздулись, а губы сомкнулись в тонкую нить. Чонгук, наблюдавший за сменой эмоций на крупном возрастном лице, вопросительно выгнул бровь. — Господину Киму… — складывалось ощущение, что мужчину сейчас разорвет от переполняющих его чувств. — … стало плохо, и Мин Юнги любезно отпустил его домой. Чон нахмурил брови — странно, он не заметил у омеги плохого самочувствия. — Так тебе нужно что-нибудь? — Нет, спасибо. Менеджер прикрывает дверь, и он, шумно выдохнув, надевает пиджак, висящий на спинке кресла. В этот момент в кармане брюк вибрирует телефон. Достает и, свайпнув уведомление, усмехается. Шугарчик: Ты слепое дерьмо. — И тебе привет, сахарок. — хмыкает альфа и убирает мобильный обратно. Открыв дверь гримерки, выходит в коридор, и его сразу окружают два здоровых телохранителя. Они не успевают сделать и шагу, как его громко окликают: — Чонгукии! Альфа повернул голову. К нему не спеша двигался Ким Сокджин собственной персоной. На нем был надет блестящий костюм, который отлично подчеркивал шикарную фигуру омеги. Волосы красиво уложены, глаза ярко подведены темным карандашом, а на пухлых губах блестит светло-малиновая помада. Сокджин дьявольски сексуальный. И у него обязательно встал бы, но… есть одно большое обстоятельство, которое не позволяет его члену подниматься на красивых омег. Да и превосходный актер без пяти минут замужем за Ким Намджуном, но это уже другая история. — Джин, вот как мне скрывать наше знакомство, если ты горланишь на всё здание. — широко улыбается Чон, оголяя свои не совсем идеальные, но белые зубы. — Ты что здесь делаешь? — Джуни решил посмотреть, куда он столько вливает денег. А я решил, тебя поддержать и как твой хён дать сопутствующие наставления. — омега подошел ближе и чмокнул альфу в щеку. — А где Тэхен? Чон пожал плечами и покосился на дверь прямо по коридору, где его ожидает оживленная толпа фанатов. Весь круг его общения состоит из людей, которым выгодно с ним «дружить». Из-за денег и популярности. Но есть те, кто любит его безусловно, и Джин был в их числе. — Ну что, готов? — похлопывает его по плечу Ким, пока они медленно двигаются по коридору. — Потерпи, до конца контракта остался год. А вот и самый огромный плюс их дружбы, Сокджин всегда чувствовал, о чем он тревожится. Альфа смотрит ему прямо в глаза, после чего просто кивает, потому что Ким и без слов понимает, как он благодарен ему за поддержку. Поправив ушную гарнитуру, Чонгук выходит на сцену. **** Прошло, наверное, больше шести часов прежде, чем Чон упал в тёплый салон автомобиля и тяжело вздохнул. Наконец-то этот день закончился. Достав телефон из нагрудного кармана пиджака, он пролистнул новостную ленту и нахмурился, заметив очередной снимок папарацци, где он ужинает с друзьями в ресторане. — Стервятники. — бурчит. Откинув телефон на сидение рядом, он облокотился на дверцу и спустил немного окно. В салон моментально пробрался прохладный ноябрьский ветерок. Чонгук так хотел отдохнуть — взять месячный перерыв и отправиться в путешествие куда-нибудь в Северную Америку. Гренландия — это, наверное, единственное место, где он бы чувствовал себя свободно. Когда машина остановилась около большой элитной высотки, он накинул на голову капюшон и, прикрыв лицо черной маской, быстро вылез из салона. Но даже такая конспирация не смогла спасти от назойливых репортеров. Яркие вспышки камер ослепляли глаза. — Заебали. — шипит альфа. Продажные папарацци готовы пробраться к нему даже в туалет, чтобы снять сенсационное видео, как он писает, и разбогатеть на нем. Сумасшедшие фанаты, поджидающие повсюду, желают поскорее оказаться в его постели и трахать его член во всех возможных позах, ведь Чонгук же, блять, завидный ХОЛОСТЯК… чертов контракт! Уже стоя в лифте, он стянул с себя маскировку и поправил взъерошенные волосы. — Потерпи Чон. — говорил он сам себе. — Еще год и ты свободен. Оказавшись на нужном этаже, альфа быстрым шагом направился к своей квартире, мечтая побыстрее оказаться в безопасной зоне. Чонгук ввел код на электронном замке и, услышав сигнал, открыл дверь. Скинув куртку на пол, он направился прямиком на кухню, по пути стягивая пиджак и растегивая рубашку. Заметив около плиты пританцовывающего под музыку парня, на его лице появилась блаженная улыбка. Ах да, мало кто об этом знает… НО… Чон Чонгук женат вот уже два года. Подойдя ближе, он обхватывает тонкую талию руками и кладет подбородок на хрупкое плечо, тихо спрашивая: — Что на ужин, любимый? — Стейк из семги и овощи на пару. — Тэхен повернул голову и поцеловал мужа в кончик носа. — Как прошел концерт? — Как обычно. — пожал плечами альфа. — Почему ты уехал так рано, я думал мы поедем домой вместе. — Прости милый, мне стало плохо и Юнги отвез меня домой. — А почему ты мне об этом не сказал? — нахмурился Чон. — Может надо в больницу? — Я не хотел тебя беспокоить и нет, в больницу мне не надо. — омега выключил плиту и указал на стол. — Садись, будем ужинать. Чонгук развернул мужа к себе лицом, обхватил его ягодицы руками и приподнял так, чтобы тот мог обхватить его туловище ногами. — Сначала в душ. — альфа покрывал изящную шею сладкими поцелуями, пока нес его в ванную комнату. — Я весь день мечтал оказаться с тобой за закрытыми дверьми. **** Тэхен прижимается к мускулистому телу альфы и жадно вдыхает любимый аромат хвои. Они тайно поженились два года назад, об этом знал только очень узкий круг друзей, ну и, конечно, родители. Из-за контракта им нельзя светиться, поэтому они всё ждут, когда смогут перестать скрываться. Познакомились супруги на одной вечеринке, куда омега пришел с братом. Чонгук сразу проявил заинтересованность в высоком и элегантном парне. Тэхен не стал строить из себя скромного недотрогу и, когда знаменитый певец попросил его номер, он, конечно же, дал. А кто бы этого не сделал? Чонгук ухаживал красиво — цветы, подарки, рестораны, общение, поездки за границу и т.д. И, конечно же, через пару месяцев Тэхен влюбился по уши. Единственное, что напрягало, это то, что их отношения были под строжайшим секретом. Но это не остановило омегу, даже когда Чонгук сделал ему предложение. Ведь любовь побеждает всё и даже больше. Хоть прошло уже два с половиной года, омега так до сих пор и не смог насытиться любимым. Ведь он часто пропадает в компании, на гастролях, рекламных встречах и т.д. Поэтому Тэхен решил устроиться на работу в «Hems Production», чтобы быть поближе к мужу. Не без помощи старшего брата, он занял позицию личного помощника артиста. Омега, конечно, и представить себе не мог, что столкнется с такими трудностями, как Бан Хи. Но Чонгуку знать об этом не обязательно. — Вернись ко мне, кокосик. — альфа шутя хлопнул его по мокрой заднице. — Поцелуй мужа наконец-то. Тэхен обхватывает его голову руками и прижимается губами, сразу углубляя поцелуй. Альфа стонет ему в рот, когда он начинает тереться об его член своим. Омега пьяный от его вкуса, запаха и родного тепла. Руки Чонгука ложатся на его бедра, притягивает к себе, отвечая на поцелуй с той же яростью, что и он. Пока Тэхен чувствует, как для него бьется сердце мужа, слышит слова любви, знает, что альфа всегда будет с ним, он готов преодолеть любые испытания и трудности. Тэхен нуждается в нем так, что словами не передать, и он единственный человек, к которому омега испытывал такое. Хотя Чонгук мог заполучить любого, но он все равно выбрал его. — Тебя что-то мучает? — спрашивает мужчина своим низким, хриплым от возбуждения голосом. Вместо ответа Тэхен покрывает поцелуями его широкую грудь, заканчивая у висящего на шее украшения, и покусывает горошину соска. В награду за это получает рычащий полустон. — Тебе нравится? — ласково спрашивает омега, переходя на второй сосок. — Даа… я люблю все, что ты делаешь. Тэхен улыбается и продолжает спускаться вниз, осыпая кубики пресса сладкими поцелуями. Чонгук красив как бог, и парень дико его ревнует. Когда твой муж влажная мечта многих омег, это очень мучительно. От этой мысли он рычит и опускается перед мужчиной на колени. Никто не может прикасаться к нему, кроме Тэхена. Омега поднимает голову, их глаза встречаются, и у него перехватывает дыхание, когда замечает этот безумный и полный вожделения взгляд. Сохраняя зрительный контакт, он берет одной рукой колом стоящий член и на пробу проводит по нему языком, пробуя на вкус. Второй он помогает себе, и двигает ею вверх-вниз. — Ммм… — мычит или рычит альфа. Тэхен проводит кончиком языка по его розовой головке, а затем обхватывает губами и насаживается до самого основания, утыкаясь носом в лобок. Чонгук что-то невнятно бормочет и толкается ему в рот. Омега двигает головой взад-вперед и помогает себе руками, сжимает и разжимает крупный венистый ствол. Альфа запускает в его волосы ладонь и несильно сжимает. Тэхен знает, муж ни за что не причинит ему боль, даже если это будет ради наслаждения. — Я люблю тебя, ты знаешь? — стонет в голос Чон. Тэхен кивает головой и сжимает щеки, начиная словно высасывать из альфы душу через уретру. — Господи… — Его здесь нет, только я…. — рычит омега ему в пах. Через пару минут уголки губ Тэхена саднят, и он выпускает член изо рта, давая себе немного передохнуть, но все так же продолжает работать рукой. Альфа наклоняется и, схватив его за подмышки, поднимает с колен, затем поворачивает к себе спиной и слегка толкает к стене. — Я люблю твой рот, малыш, но задницу люблю больше. **** Чонгук гладит идеальную спину мужа, и боится, что поперхнется слюнями, до того этот омега его заводит. Руки начинают чесаться, когда он проводит ладонями по упругим ягодицам. Не удержавшись, он слегка шлепает по одной из половинок, и тот испуганно дергается. — Я очень сильно тебя люблю, и ты должен помнить, что я никогда не причиню тебе боли. Хорошо? — шепчет он в маленькую раковину ушка. — Да. Чонгук скользит рукой между округлых ягодиц и проводит пальцем по пульсирующему анусу. Там было и так очень влажно, но льющаяся на них вода придавала еще большее скольжение. Он не спеша ввел одну фалангу внутрь парня и успокаивающе поцеловал в плечо. — Я буду медленно тебя растягивать. — шепчет ему в затылок Чон. Тэхен кивает головой, ощущая, как длинный палец мужа потихоньку проникает в тугой канал. Он сделал несколько спокойных фрикций и последняя попадает прямо в ту самую точку, от которой омега выгнулся сильнее и громко простонал. — Ты моя жизнь, господин Чон. — рычит альфа и проталкивает в него еще один палец. — К-Ким… — стонет Тэхен, оттопыривая попу сильнее. — Чон! — он вводит третий палец, и толчки становятся более насыщенными. — Через год ты возьмешь мою фамилию. Омега кивает, он сейчас согласен на всё, что угодно, лишь бы альфа уже наконец-то заменил пальцы на член. Он крутит бедрами в немом призыве. — Скажи, что ты Чон. — тяжело дышит Чонгук, — И получишь то, что хочешь. — З-засранец. — заикается парень. — Чон Тэхен… боже. — он закатывает глаза, когда чувствует, как толстый ствол раздвигает тугой канал. Чонгука пробрала дрожь, когда он наконец-то полностью погрузился в него. Они оба задыхаются, когда альфа начинает движения взад-вперед, стонут в унисон, полная синхронизация. Чон не перестает покрывать шею омеги страстными поцелуями, одновременно набирая скорость, пока губы не начинают просто скользить по бархатистой коже. Если бы они не стояли под душем, то все равно были бы очень мокрые, ведь альфа вышел на убийственную скорость — шлепки влажных тел друг о друга и громкие стоны, от которых сотрясалась стеклянная душевая. Альфа тянется рукой и обхватывает маленький омежий член, сжимает его в несильной хватке. Он чувствует, как разработанный канал мужа начинает сжиматься, а это значит Тэхен на пределе. — Давай, кокосик. — он вбивается в парня и одновременно дрочит ему, стараясь доставить, как можно больше удовольствия. Тэхен кричит, когда альфа одновременно попадает по простате и стимулируют его член. — Оооох… — издает он протяжный стон и изливается ему в руку, попадая даже на стену. Чонгук еще пару раз толкается и кончает глубоко внутрь мужа. Ему приходится крепко удерживать омегу, когда тот пытается спрыгнуть с его члена. — Гуки? — выгибая бровь, поворачивает голову Тэхен. — Пора нам подумать о потомстве. — целует его в щеку альфа, когда чувствует, как раздувается узел. — Я готов стать отцом. — Но… — Без но, малыш.