Инструкция здесь совершенно ни при чём

Зималетто Компания ожила во время съёмочного процесса. Её сотрудники и раньше не давали другу другу повода заскучать, но камеры за спиной придавали особую остроту каждому диалогу, жесту, взгляду. Участвовали все. Так и Александр, которого позвали на предпоказ коллекции, вышел из лифта летящей походкой, пританцовывая, одной рукой поправляя галстук, второй - ловя на лету свой портфель, глазами ожидая встречи со Ждановыми и купаясь в лучах предстоящей славы. Вообще-то съёмки он терпеть не мог, но конкретно в этот раз это была та самая перчинка, которой ему не доставало в блюде под названием Катя Пушкарёва. Они оба отлично играют словами и просто созданы для кино. Пусть все считают, что Александр играет выдуманную им же самим роль. Понедельник, 23 октября. У подиума уже собрались Жданов, Малиновский, Воропаев и Зорькин. Кати не было, но Саша умеет ждать. Милко с моделями готовы были показать руководству результаты своего труда. - Палыч, я в предвкушении. Наш гений опять постарался на славу. - Малиновский, тебя точно одежда интересует или ты решил взяться за старое? - А что, я бы подержался, только не за старое, а за новое, - показ тем временем начался. - Тем более здесь есть, за что подержаться. - А как же Юлиана? - Чувствую себя её псом. - Так может, пора встать на задние лапы? - Слушай, а ты думаешь я не пытался? К ней же не подступиться. И даже когда подступился, это ещё ничего не значит. Жданов понимал, что у Ромы такое впервые, чтобы женщина после отличного секса его так динамила. Андрей тоже не особо понимал, что в этой ситуации делать. У него такой опыт был только с Катей, но там был крепкий коктейль из любви, мести и ненависти. Виноградова же просто Малиновского дразнила. - Я думаю, с ней можно быть напористым. Юлиана не из тех женщин, которые будут долго ходить вокруг да около. Она за чёткость и прямоту. Скорее всего и в собственных желаниях. - Скорее всего. Но что-то я упускаю. - Учись студент. Несколько пропущенных лекций - ещё не поражение. - Я бы предпочёл индивидуальные занятия. - Послушайте, а почему бы Вам просто не сказать, что Вы хотите быть с ней? В разговор неожиданно вмешался Зорькин. Он смотрел в этот момент на Изотову. Лицо новой коллекции. Лера была идеальна. Но она смотрела только на Андрея. Всё логично, на кого ещё может смотреть такая красавица? Не на Зорькина же. - Николай, а Вы у нас - знаток, - Малиновский говорил с иронией. - Вовсе нет. Но я никогда не понимал, что мешает называть вещи своими именами, белое - белым, чёрное - чёрным, красное - красным. На Изотовой было кирпично-красного цвета платье. Рома тоже перевёл взгляд на неё. - Вы вряд ли решитесь сказать этой женщине, о чём действительно думаете. - Вы о чём? - Мечтаете переспать с ней? - Андрей толкнул друга локтем в бок, ход разговора Жданову перестал нравиться. - Вам, Николай, такая женщина не светит. - Про Клочкову я слышал тоже самое. Однако, я её добился и бросил. Коля не собирался парировать подобным образом, но Малиновский просто не оставил ему выбора. Все резко замолчали. - Интересное кино вырисовывается, - к диалогу подключился Воропаев. - Вы же - бывший жених Пушкарёвой, или я не прав? В любом другом случае Коля бы ответил, что прав, но как же вся эта троица его достала. Жданов, пожалуй, в меньшей степени, и при нём как раз имеет смысл говорить правду. - Вы слишком часто не правы, Александр Юрьевич. И сейчас тоже. Между мной и Катей никогда ничего не было. Она - мой лучший друг. Если Вы, конечно, знаете, что такое дружба. Жданов довольно улыбнулся, Зорькин оказывается тоже умеет отвечать как мужчина. - Куда уж нам. Александр даже не смог подобрать слова, чтобы красиво выйти из положения. Зато первым увидел Катю, которая шла к ним со стороны конференц-зала. У неё уже можно было заметить животик, но это не делало ни ее саму, ни походку тяжёлой. Наоборот, Воропаев обратил внимание, что Катя немного похудела. Если Андрей трепет ей нервы, ничего хорошего в этом нет. Но чисто визуально смотреть на неё было очень приятно - элегантная, нежная, лёгкая. - Приятно видеть Вас здесь, Александр Юрьевич. То ли камеры на неё так влияют, то ли новая коллекция, то ли Саша просто оказался в нужное время в нужном месте, но Катя мила с ним, как никогда прежде. - Я не мог не прийти. Акционер компании всегда беспокоится за судьбу новой коллекции, Вам ли не знать? - он говорил с ней как акционер с акционером, но в его поведении всё намекало на то, что хотел говорить как мужчина с женщиной. - Это верно. Хотя я думала, Вам не так уж всё это интересно - эти съёмки. - Съёмки я терпеть не могу, Катя. Они говорили расслабленно, без посягательств на территорию друг друга. Зорькин продолжал смотреть показ, ему был не интересен их разговор. Малиновскому только этот разговор и был сейчас интересен. Жданов старался найти точку опоры в Малиновском, в показе и в чём угодно ещё, лишь бы не встрять со своей сценой ревности. Сейчас бы закатить им её перед камерами и гори оно синим пламенем. Но заставлять Катю нервничать не хотелось. Он сосредоточился на показе. Во второй выход Изотовой Андрей наблюдал за ней от и до. Ничего не вкладывал в свой взгляд, был сосредоточен на том, чтобы сохранять спокойствие, но она считала иначе. Так пристально, ещё и на глазах у жены может смотреть только мужчина, которому она не безразлична. Неужели у меня есть шанс? Воропаев продолжал общаться с Катей. Как легко было с ней говорить, не выясняя, кто выше и главнее. Он не часто слышал грамотную, чистую речь от таких красивых женщин, и ответы находились быстро, и время шло ещё быстрее. Неужели у меня есть шанс? Среда, 25 октября. Шанс есть только у Жданова. И любимая женщина. И праздники, даже если он решил, что не хочет ничего о них слышать и отмечать. Тем более, когда речь идёт о том, чтобы стать на год старше. Пусть мне всегда будет 25, нет, лучше 30. В свои тридцать Андрей познакомился с Катей - 5 сентября 2005 года, когда она пришла работать в Зималетто. Он, конечно, не запомнил эту дату, но добыл ее личное дело и освежил всё в памяти. Год назад Катя не знала об его дне рождения, Изотова и Воропаева знали, поэтому тогда он получил поздравления сразу от двух женщин. Ему даже всё понравилось. Сейчас это были воспоминания из прошлой жизни. А его Катя, если и в этом году ничего не подарит Жданову, и даже открытки не напишет, будет для него сама по себе - самым ценным подарком на свете. Он улыбнулся. Катя могла бы делегировать написание поздравления Малиновскому, он бы даже нашёл куклу Кена - вылитый Жданов, которую она бы преподнесла ему в пакете с сердечками. Катя над сюрпризом думала долго. Никак не могла понять, почему год назад всё пропустила. Видимо, Андрей и правда не привык отмечать свои дни рождения, либо привык как-то иначе, точно не с коллегами по работе. Она улыбнулась, вспомнив как Жданов пришёл к ней домой. Ещё сильнее улыбнулась от мысли, пригласи Андрей ту Катерину домой к себе в октябре. Это была бы бомба. Кира точно бы взорвалась. Куда идти, ехать, лететь сейчас, Жданова не знала. Будний день. Вряд ли они могут позволить себе перелёт, даже самый короткий. Выезд за город, на природу? Закутайся посильнее в одеяло, Пушкарёва, и смиренно жди, когда дадут отопление. В квартире было прохладно, за окном и вовсе - не то дождь, не то мокрый снег. Середина осени ведь просто создана для прогулок под вечными клёнами. Посидеть дома вдвоём? Катя прекрасно понимала, как они посидят, и куда всё это перейдет через несколько минут, а действовать по принципу: лучший мой подарочек - это ты, Кате не хотелось. Хотя Жданов скорее всего как раз остался бы максимально доволен и удовлетворён. Оставались рестораны. Ей не нравилась идея. Слишком пресно и буднично, но варианта креативнее она найти не смогла. Было бы лето, Катя бы договорилась о прогулке на катере для них двоих, но её ведь ко всему прочему ещё и укачивает. Так что любая поездка на транспорте, даже на авто, сейчас давалась с трудом и воспринималась только как необходимость. Что ж, Sky Lounge в здании РАН нам вполне подойдёт. Катя забронировала столик на двоих. Хотела позвать ещё Рому с Юлианой. Но у Малиновского при одном упоминании о Виноградовой началась икота, а прийти одному и стать третьим лишним он отказался. - Кать, поверьте, у нас с Андреем достаточно поводов для ужинов в ресторанах, в свой День рождения Палыч прекрасно переживёт моё отсутствие. - И всё-таки я не понимаю, почему он не отмечает? - А что тут отмечать? Мы не молодеем, - и сразу заметив её удивлённый взгляд, добавил. - Не только женщины переживают за свой возраст. - 32 года - это разве возраст? - Слушайте, Кать, конечно. Это Колька ваш - юнец, или вон Воропаев, а мы со Ждановым уже взрослые, серьезные люди. - А что Воропаев? Зачем она только это сказала? Но было поздно пить боржоми. Роман Дмитрич мысленно поднял первый бокал шампанского за Жданова. Держись, друг, спокойно с этой женщиной не будет никогда. - Ему ещё нет и тридцати. Самое время гулять. Как странно, она была уверена, что они ровесники - Андрей, Роман, Александр. Хотя Катя считала, что пара лет, или какая у них там разница, вообще ничего не решают. Да даже семь лет разницы между ней и Андреем не решали ничего. Иногда в жизни тебе приходится взрослеть слишком быстро, попадая в те или иные обстоятельства, а иногда можно и в сорок лет оставаться ребёнком. - Ну что ж, пусть гуляет. Не будем ему мешать. Надо было как-то закончить разговор, чтобы Рома не подумал, что Катя проявляет к Воропаеву интерес. Тем более что действительно не проявляет. И у нее даже что-то получилось. Рома перестал напряжённо смотреть на Жданову, но поспешил попрощаться. Когда вечером Катя смотрела на Александра на расстоянии вытянутой руки, она уже не была так уверенна, что действительно не проявляет. Сложно было сказать, кто и чему удивился больше: Катя - увидеть в этом прекрасном заведении Воропаевых, Саша - увидеть Пушкарёву, да ещё при полном параде, жаль, не без своего незаменимого аксессуара, он бросил взгляд на Жданова, Кира - впервые с момента отъезда в Петербург увидеть Андрея, или сам Палыч, который так хотел побыть с Катей дома вдвоём, но всё-таки, поддавшись на уговоры жены, выбрался в свет отметить и вот, пожалуйста, свет был слишком ярким, его буквально ослепило. Кира прилетела сегодня. Она знала о дне рождения Андрея, но понимала, что напрашиваться с поздравлениями смысла нет. Отправила ему смс, пожелала всего самого лучшего и решила провести день с братом. Им было, о чём поговорить. Теперь же ситуация принимала неловкий оборот. Да и на Жданова, как оказалось, смотреть несколько больнее, чем она себе представляла накануне. Его взгляд на неё, как когтями, прошёлся по старым ранам. А ведь они почти затянулись. Наверное, то же самое испытала после возвращения в Зималетто Пушкарёва. Но Катя хоть не стала целовать Андрея у нее на глазах, как это сделала тогда Кира. Она, наоборот, держалась на расстоянии от всех присутствующих. Беременность ей была очень к лицу. - Мы, пожалуй, пойдём, - первой пришла в себя Кира. - Ну и куда вы пойдёте? Нет, я, конечно, понимаю, что праздновать мой День рождения - та ещё скука, но если мы уже все пришли, предлагаю пройти внутрь, а не топтаться в дверях, как школьники, - вторым пришёл в себя Жданов. - Этого мне только не хватало. Кира! - третьим - Воропаев. - Много чести, Александр Юрьевич. Если Вы сегодня оказались не готовы, мы можем поужинать втроём, - четвёртой - Жданова. И тут уже все уставились на Катю. Она смотрела на себя в зеркало напротив входа и понимала, что на щеках даже румянца нет, а могла бы уже залиться краской от таких пылких речей. Но нет, ей лишь хотелось, чтобы Александр ушёл как можно быстрее. Но разве теперь он уйдет, после такого па от Пушкарёвой? Саша тут же решил остаться. Кира смотрела на Катю, потом на брата, потом опять на Катю. Когда-то ее жених смущался перед своей секретаршей, теперь что-то подобное она наблюдала у брата. Этого мне только не хватало. Жданов смотрел озадаченно. Ревновать было не к кому. Воропаева Катя не переносит, копать глубже он сегодня не хотел. Андрей вообще ничего не хотел из того, что произошло за последний час. Но когда все выпили по паре бокалов, а Катя - яблочный сок, вроде даже отпустило. Жданова сожалела, что нельзя заказать графин водки, сейчас бы он лично ей точно не помешал. Андрей, Саша и Кира уже выдохнули, а она так и не смогла вдохнуть. Кира не хотела затевать столь серьезный разговор здесь и сейчас, но слово за слово, и вот она уже озвучивает Ждановым своё решение о продаже акций. - И что же, Саша ещё не сделал тебе встречное предложение? - Андрей был уверен, что Воропаев захочет прибрать акции к своим рукам. - Нет, Андрей, и не собираюсь. Мне это предложение не интересно, - это звучало странно, но вполне искренне. Что же тебе интересно, друг мой? - Жданов пока не понимал. - Так кому продать, Кир? Мне казалось, ты никогда не захочешь распрощаться с делом своего отца. Во взгляде Андрея она прочла желание понять её, и ей стало так тепло от этого взгляда. Катя сидела рядом с ними и слушала, как и Александр, но Кире казалось, что сейчас эти двое подслушивают. Она не хотела говорить при них, но так надеялась поделиться своими мыслями со Ждановым. - Я хочу предложить их вам. Тебе и Кате, вы же теперь - семья. Думаю, нет смысла предлагать кому-то конкретно. Возможно, Павел Олегович захочет подключиться. Андрей задумался. Он прекрасно понимал, что на кону немалые деньги и отца подключать придётся, своими силами он такую сделку не потянет. Но почему она так решила? Ведь можно получать дивиденды и ни в чём не нуждаться. Можно уехать куда угодно, если она так и не полюбила Петербург. Зачем разрывать связи? - Ты уверена? - Кира рассмеялась. - Ты, как мой брат. Вот вы двое ненавидите друг друга, а у вас оказывается много общего. Ничего у нас нет общего, - подумал про себя Воропаев. Пушкарёву только поделить и разойтись. Ничего у нас нет общего, - срикошетила мысль и к Жданову. Он взял Катю за руку впервые за вечер. Её рука была тёплой. Катя всегда будет на его стороне, какое бы решение он не принял. - Мне надо подумать. Нам надо подумать, - он ещё раз посмотреть на Катю, она тоже была шокирована тем, куда уходил разговор, и ждала решения от Андрея. - Ты надолго в Москве? - Несколько недель. На какое число запланирован показ? - На первое ноября. Жданова начала говорить. Саша, Кира и Андрей синхронно улыбнулись. Если бы ежедневник Жданова умел разговаривать, он бы делал это голосом Кати. - Тогда, если никто не против, я приду. - Кира Юрьевна, приходите, конечно. Вы же ещё акционер компании и вообще, - Катя сделала небольшую паузу. - Я не думаю, что двери Зималетто когда-нибудь будут закрыты для Вас. Это Ваше родное, и Вы всегда можете прийти, если сочтёте нужным. Пушкарёва - неплохой человек, чуткий. Кира видела это и раньше, но тогда между ними стоял Андрей. Сейчас он спокойно сидел рядом и допивал ещё один бокал. Выглядел как ласковый, домашний кот. А Катя совершенно не выглядела его хозяйкой. Скорее - такая же мягкая, спокойная кошка рядом с ним. Они хорошо смотрелись вместе, сейчас бы Кире и в голову не пришло спросить у Пушкарёвой: Да кто Вы и кто он? Они абсолютно на равных. Андрей шептал на ухо Кате, что хотел бы пригласить Киру на танец, если жена его отпустит. Ему надо было поговорить с ней. Воропаева явно не договаривала, и он не был уверен, что в дальнейшем, в более официальной обстановке что-то откроется. Сейчас был подходящий момент. Катя кивнула. Она почти не ревновала его к Кире ещё тогда, сейчас и вовсе не видела в этом смысла. Да и понимала, что им нужно пообщаться. Не так она себе представляла День рождения мужа, но Катя уже поняла, что с визуализацией у неё на редкость туго. Иногда, как сейчас - полный провал. Александр этим моментом тоже воспользовался. Вероломно и незамедлительно. Жданов сам виноват, оставил жену наблюдать за ним и Кирой в одиночестве. - Катя, Вы позволите и мне Вас пригласить на танец? Александр протянул ей свою руку, обернувшись на Жданова. Тому ничего не оставалось делать, как кивнуть. В любой другой ситуации Воропаев бы уже летел куда подальше. Панорамный вид из окон ресторана был прекрасен, и Андрей глазами даже успел выбрать направление, но, к сожалению, не сейчас. Сам захотел танцевать с бывшей, нечего ни на кого пенять. Он обнимал Киру, как обнимал бы родную сестру, если бы та у него была. - Кир, скажи, это из-за меня? - Андрей, ну в самом деле, выкинь ты уже из головы мысль, что весь мир крутится вокруг тебя. - А разве это неправда? - Андрей улыбнулся. - Представь себе. Кира тоже улыбнулась. Андрей давно не видел её такой спокойной. Это хорошо. Значит она действительно приходит в себя. - Тогда почему именно сейчас? Когда компания преодолела кризис. - Вот именно, сейчас акции стоят дороже, хотя я не заламываю цену. Я хотела попросить Роберта Генриховича заняться вопросом. Он в курсе всех дел Зималетто и сможет лучше меня рассчитать и объяснить. - Да, это хорошая идея. И всё-таки? - Я хочу уехать в Италию. И не смотри на меня так. Петербург - красивый город, но не мой совершенно. Я там загибаюсь. И здесь в Москве мне тоже не будет хорошо. Не потому что я тебя люблю, - Андрей взял ее за плечи и ещё раз внимательно посмотрел. - Да, Жданов, я всегда буду любить тебя. Ты для меня - родной человек, наше расставание ничего не меняет, - он прижал её к себе обратно. - Не бойся, я - не маньяк. И в твою семью лезть не собираюсь. Я хочу начать свою жизнь, если ещё не поздно. - Никогда не поздно, Кира, точно тебе говорю. - Если получилось у тебя, значит и я смогу. Хотя Воропаевым что-то в личной жизни не особо везёт. Кристина и Саша подают мне плохой пример. Андрей взглянул на Воропаева. Тот вёл Катю в танце галантно и уверенно. Ещё не хватало, чтобы он и моей жене подавал плохой пример. - Ну ты тоже, сравнила себя со своим братцем. Уж извини, такому, как он, вообще сложно подобрать подходящую женщину, - Андрей даже близко не представлял, кто бы мог подойти Воропаеву. - А Кристина, она всю жизнь будет на своей волне. И по-моему, она вполне довольна своей жизнью. - Не поспоришь. - Вот и не спорь. Хватит с нас выяснений, кто прав, а кто - нет. Я так рад, что у тебя всё в порядке. - Я тоже за тебя рада. Надеюсь, через год, когда буду поздравлять тебя с очередным Днём рождения, познакомишь меня с ним или с ней. Она посмотрела на аккуратный живот Катерины. Наверное, всё же - с ней. Кире казалось, что будет девочка, хотя она вообще не знала, как это определяют и есть ли внешние приметы. Просто чувствовала. Девочка, похожая на Жданова. Такая же красивая. Воропаев сначала слишком крепко схватил Катю. Она сделала вид, что в её положении это вызывает дискомфорт, или это было правдой. Саше некогда было разбираться и хватку он ослабил. - А Вы не перестаёте меня удивлять. Ради нашего танца спланировать столько всего. Даже притащили Жданова в ресторан. Катя вспоминала разговор с Ромой. Ну точно, Воропаев - ещё мальчишка. - Скажите, а сколько Вам лет? Вопрос прозвучал неожиданно. Если Александр и заготовил какую-то речь за эту минуту, то точно не в унисон с Катей. - 29, Катя. А Вам 24, - он знал ее дату рождения и возраст. - И это прекрасно, не находите? - Не знаю, это всего лишь цифры. - Но Вы же спросили? Значит они имеют какое-то значение. Ах да, чуть не забыл, я - дева, если Вы увлекаетесь гороскопами. - Вы, наверное, невнимательно наводили обо мне справки. Катя Пушкарёва увлекается более серьёзными материями - сметы, отчёты и только точные цифры, никаких прогнозов. - А Катя Жданова? А Катя Жданова ждала, когда же Воропаева начнёт заносить, и это началось. Не в танце, здесь он как раз был по ощущениям Пушкарёвой профессионалом, а в словах. Никто ещё не называл её так. Катя, Катерина, Екатерина Валерьевна, Пушкарёва, Катя Пушкарёва, Екатерина Жданова. Но Катей Ждановой - нет. Одновременно: по имени, будто она ему подруга, и по фамилии мужа, уважая её семейное положение. Тут же пробежала мысль, не слишком ли она загоняется? Александр мог сказать первое, что пришло в голову, не вкладывая в эти произнесенные имя и фамилию ничего, а она уже начала мечтать. Здесь и мечтать не о чем. - А Катя Жданова ждёт, когда мы уже вернёмся обратно к столу. - Вам совсем не нравится танцевать со мной? Александр расположил свою руку чуть ниже её талии и придал их объятию хоть какую-то крепость, а то она совсем далеко от него. - Я не могу сказать, что Вы плохо танцуете. - Вы не ответили на мой вопрос, Катя. Она вспомнила их с Андреем импровизированный вальс в квартире Юлианы в день свадьбы, это было так плавно и прекрасно, что у Кати сердце замирало. Сейчас ее сердце бешено колотилось, потому что Александр вёл ее как мужчина, который уже обладает женщиной, с которой танцует. - Мне не нравится танцевать с Вами. - Что ж, Вы вынуждаете меня взять пару уроков. - Это совершенно ни к чему. - Напрасно Вы так, Катя, я не против открыть для себя что-то новое. - Я это чувствую. Она подавила желание рассмеяться. Если что-то новое Воропаев и хотел открыть, так это ее саму. - А Вы стали очень смелой. Хотя я и раньше замечал за Вами подобные откровения. - С Вами я привыкла говорить то, что думаю. Потому что Вы всегда поступаете также. - Ещё немного, и я решу, что нравлюсь Вам. - Если мы говорим об умении говорить открыто, то да. Во всём остальном, уж извините, но Вы - не мой типаж. - Прощаю, Катя. - Сдаётесь? Больше всего она старалась понять, зачем снова и снова продолжает отвечать ему и спрашивать. Это давно пора было остановить, но даже Андрей не приходил ей на помощь, потому что был немного занят. Она успела забыть, что он танцует с Кирой, а они всё ещё танцевали. Хотя у Андрея всё было явно спокойнее. Кира его не провоцировала. - Беру паузу. Внешность порой обманчива, мы с Вами это прекрасно знаем. Поэтому я предпочитаю принимать окончательное решение, мой типаж или нет, в более тесном контакте. Понимаете? - В тот день, когда я отказала Вам, мы помирились с Андреем. Пушкарёва, ну кто тебя тянул за язык? - Выходит, Вы согласитесь только в день, когда поругаетесь с ним, логику я уловил? - Рыбак из Вас никудышный. Нет никакой логики, я не собираюсь ругаться с Андреем и не собираюсь приходить к Вам. Я люблю Андрея Жданова, Вам пора это понять и перестать давить на меня. - Это Вы на меня давите, Катя, в данную секунду - де-факто. Он дотронулся до ее живота, Катя резко одёрнула его руку. - Не прикасайтесь. - Да я и не собирался. Но Вы так ловко переводите темы, что я уже ничему не удивляюсь. Я даже не удивлюсь, если однажды увижу Вас на пороге своей квартиры. Александр наклонился к ней ближе и на ухо прошептал адрес. Катя не планировала запоминать, но мозг, заточенный на факты и цифры, всё запомнил за неё. С первой попытки. Дома, тем же вечером, Жданов, проникшись разговором по душам с Кирой, был ещё более нежен с Катей. Жданова, впитавшая в себя напор Александра, была ещё более раскована с Андреем. Они снова были как огонь и вода. И танцевали уже друг с другом - танго любви и страсти. Суббота, 28 октября. Юлиана стремилась показать себя во всей красе перед камерами, Роман - перед Юлианой. Катя и Андрей не могли оторваться от этой парочки и наблюдали с удовольствием. До дружбы семьями им ещё как до луны и обратно пешком, но это было абсолютно неважно. Главное, что сейчас все счастливы. А заглядывать в будущее экспертов по маркетингу и пиару - дело гиблое. - Рома, если ты считаешь, что один раз поцеловал меня и сразу же завладел контрольным пакетом акций, то даже не надейся. Он поцеловал её снова, когда они пили кофе в баре. Капучино был отвратительным, поцелуй Малиновского - горячим. - А если дважды? - Даже сотня поцелуев ничего не изменит. - Но я всё же попробую. - Попробуй лучше капучино. Она пододвинула чашку к нему. Рома отпил и сморщился. Если бы не Виноградова, выплюнул бы содержимое на пол, но при ней пришлось сдержать порыв. - Господи, что за гадость? Ты специально, да? - бариста попятился назад, ожидая, что обращаются к нему, но Рома был сосредоточен только на Юлиане. - Проверяешь мою реакцию? - С реакцией у тебя всё в порядке, я могла убедиться в этом у себя дома, - надо же, она впервые оценила его способности, а то Малиновскому уже начало казаться, что секс с ней ему и вовсе приснился. - Сейчас я просила дать мне спокойно поработать. Ненавижу, когда ко мне так лезут - поперёк рабочего процесса. - А если мы попробуем вдоль? - Рома! - Стоп, снято, отлично. - Ну хоть кто-то доволен. Рома закатил глаза, присутствие съёмочной группы его сегодня дико раздражало. Он оставил Юлиану в покое и направился в свой кабинет, забыв, что сегодня суббота и нерабочий день. - Шура! Секретарши на месте не оказалось, у неё законный и не съёмочный выходной. Зато в кабинете его ждал Андрей. - Андрюха, ты чего так пугаешь? - Извини, не ожидал, что тебя можно такими вещами застать врасплох. - Юлиана на мне только что уже отрепетировала. Можешь продолжить. - Что, прямо перед камерами? - Я о застать врасплох, а ты о чём подумал? - Малиновский, ты меня пугаешь. Такими темпами тебе самому скоро понадобится психотерапевт, а я боюсь, у меня не получится так хорошо вжиться в роль. - Всё под контролем. С женщинами нет безвыходных ситуаций. Я в этом уверен. Но она заявила мне, что контрольный пакет акций я ещё не получил. - Я к тебе за этим же. - Тебе акции Виноградовой или мои? Андрюх, я не дамся, даже не пытайся! - Малиновский отсел от него подальше. - Кира приехала в Москву. - Когда? Стоп. Как ты узнал? Она что, пришла к вам домой? - Мы отмечали мой День рождения. - Ну Пушкарёва, ну стратег, а ведь она мне говорила, что хочет забронировать столик на четверых. Но я и Юлиана отказались. Кто же был вместо меня? Андрей был удивлён. Он бы с радостью провёл время с лучшим другом, а не с Воропаевым, танцующим с его Катериной. - Сашка. - Сашка? Воропаев? - Ну не Белый же. Ром, соберись! Вот дела, только ему показалось, что Пушкарёва неровно дышит к Воропаеву, как он тут как тут на празднике Жданова. Слишком много совпадений даже для такого оптимиста, как Малиновский. - И чем же вы занимались? Пили кофе под классическую музыку? - Почти угадал. Кира прилетела, чтобы продать свои акции. Она будет присутствовать на показе. Покупателей она тоже нашла - это я и Катя. Где я возьму эти деньги? - Жданова злила явно не предстоящая сделка. - Придётся дёргать отца. И вообще, я ещё не решил наверняка. Сашка танцевал с Катей. Они тоже там о чём-то договаривались, я не слышал, но вряд ли он предлагал ей купить свою долю. - Думаешь, она предлагала ему купить свою? - Я даже думать об этом не хочу, - Андрей говорил серьёзно и Роману тоже расхотелось шутить. - Катя никогда этого не сделает. Но мне вчера показалось, что наш друг опять подбивает к ней клинья. - Но ты же остановил его? Поставил на место? Влип в историю и на первые полосы журналов? - Нет. Я танцевал в этот момент с Кирой. - Ёлочки-иголочки, приплыли. Жданов, я бы на месте Пушкарёвой уже вёл переговоры с юристами. - Хорошо, что Катя - не ты. Она адекватно оценила ситуацию. - Да-да, она вообще у нас умная, очень умная. - Так, стоп, Малиновский! Один раз я тебя уже послушал. Зорькин отберёт у нас Зималетто, компанию надо спасать, ты должен влюбить в себя Катю. - Палыч, ещё скажи, что ты чем-то недоволен? Да на вас с Пушкарёвой все смотрят как на сказочных персонажей и мечтают также. - Ты прекрасно понимаешь, о чём я. У Кати с Воропаевым ничего нет, я не собираюсь вмешиваться и перетягивать одеяло на себя. Она - моя жена. И я уверен в ней. - Уверенность - это хорошо. Пакет Катюшкиных акций - хорошо вдвойне. Да и Воропаев - не Зорькин. И вообще, ты свою Пушкарёву как в таком виде из дома выпускаешь? Она же в нынешнем облике и без акций как лакомый кусок. - Предлагаешь запереть её в чулан? Или снова посадить в каморку? Катенька, я тут подумал, ты очень нужна мне рядом. Да, ты сейчас - руководитель своего отдела, но не могла бы ты вернуться на прежнее рабочее место и надеть какой-нибудь балахон посвободнее, а, и очки обязательно. Ты их выкинула? Не беда, мы купим новые. Что за бред? Катя шла к Малиновскому в кабинет, Юлиана пригласила всех на обед, но Роман и Андрей куда-то запропастились. Теперь же, когда она нашла их, её так внезапно откинуло мыслями в день судьбоносного совета, когда она подслушала, как друзья в города играют. Катя понимала, что она опять вырвала кусок из контекста, тот, что легче всего было услышать, обидеться и убежать. Но сейчас Пушкарёва не будет сбегать от проблем, какой бы ни была правда. - Ты даже можешь делегировать это мне. Я всё найду и куплю. - Тебе лишь бы делом не заниматься, Малиновский. - Так, друг, мне пока мои акции копеечку приносят, я могу быть спокоен. Это ты свои по доброте душевной отдал Катерине. Теперь локти кусай. - Ещё немного и я покусаю тебя, не нарывайся. Катя - не такая. Неужели он снова мне не доверяет? Всё указывало на то, что доверяет, и повода для волнений у Ждановой нет. Во всяком случае в том, что касается Андрея, между ними всё по-прежнему. Она решилась постучать. - Я вам не помешаю? - Катя улыбалась в привычной Жданову манере, скорее всего ничего не слышала, позвала их на обед и быстро убежала. - Мы с Юлианой будем ждать вас внизу. - Да, Кать, уже идём. Андрей очень хотел обнять её в эту минуту и убедиться, что всё по-прежнему. Роман накрутил его на ровном месте, но талант не пропьёшь, накрутил ведь, а Жданов и рад уши развесить. Катя, акции, Воропаев. Да она их скорее съест, чем отдаст Александру. Он почувствовал, что проголодался и поспешил вниз. - Рома, погнали, - Малиновский последовал за ним. За обедом всем удалось успокоиться, за ужином - выпустить пар окончательно, за завтраком воскресенья проснуться в чужих постелях. - Я не поеду домой к Малиновскому, даже не уговаривайте меня. Ждановы, а вы-то когда успели стать свахами? - Юлиана была в отличном настроении, но с привычной ей категоричностью. - Юлиана, в гостиницу я Вас тоже не повезу, даже не просите, - Малиновский не хуже Виноградовой умел вставать в позу. Мы ещё посмотрим, кто сверху, дорогая. - Почему бы вам не поехать к тебе? Андрей тоже не собирался оставаться в стороне. Разговор давался легко, никто из этой четвёрки не собирался скрывать свои намерения. Юлиана посмотрела на Жданова так, словно оценивала его предложение по шкале от 1 до 10, и оно не набирало и одного несчастного балла. - У моего пса сегодня - не приёмный день. А он у меня очень ревнивый. - Я тоже могу быть ревнивым, Юлиана, и тогда прячься, кто может. - Ром, прости, но на Отелло ты похож меньше всего. Ты скорее Нутелла - такой же приторно сладкий, иногда аж зубы сводит. Ну скажи, зачем ты полез ко мне сегодня днём? Я должна была изобразить неприступную владелицу пиар-агентства, а не терять голову от поцелуев в лифте. - А ты реально потеряла голову. Я никогда не видела тебя такой. Все посмотрели на Катю. Пушкарёва, как всегда, вовремя. В этом они с Зорькиным до сих пор очень похожи. - Катя, и ты туда же? - Нет, я пока здесь. Это вы никак не можете определиться, кто и куда, - Андрей слушал Катю и ему внезапно пришла идея. - Кать, а мы можем уступить этим несговорчивым наше логово на денёк? Я уже не могу смотреть на это всё. Как дети малые. Жданова задумалась. Ей были чужды подобные идеи, в любой другой раз она бы отказалась, но так хотелось, чтобы Рома и Юлиана, наконец, сошлись и не расставались. Она кинула ключи от квартиры на стол. - Роман Дмитрич, теперь Ваша очередь. - Что? Малиновский опять облился кофе. Если у Ждановых родится дочь, пусть она будет похожа на Жданова, этот хоть вспыльчивый, но отходчивый, а Пушкарёва в своей внезапно-вкрадчиво-вдумчивой манере взрывает ему и без того работающий на износ мозг. - Ваши ключи. Мы с Андреем едем сегодня к Вам. И не волнуйтесь, я неплохо выгляжу, так что шуточек консьержа ждать не стоит. Жданов не понял с первых секунд, как реагировать, а со вторых было уже поздно - Рома покорно положил ключи на стол. Юлиана мысленно аплодировала Кате. Быстро она поставила Малиновского на место. Правда, теперь уже Кате не откажешь, и придётся ехать к Ждановым. Но разве не ночь любви с Малиновским была конечной целью Виноградовой? Однозначно, да. Ей нужно продолжение с ним, даже если завтра окажется, что он - автор ещё сотни инструкций по соблазнению дурнушек. Несмотря на весь внешний цинизм, Рома способен любить женщину. Вникать в ее желания, эти самые желания реализовывать, пробуждая всё новые и новые. До дома Малиновского Андрей и Катя ехали молча. Когда они вошли, их обоих накрыли воспоминания, не могли не накрыть. Андрей снимает с Кати пальто, не давая ей уйти. Он снял и на этот раз. Она сомневается. Жданову казалось, что и в этот раз Катя думает о чём-то, кроме предстоящей ночи. Он подходит к ней и начинает целовать, осторожно и нежно, как тогда. Она обнимает его и тоже целует, как это делала та Катя. Но внезапно поцелуй прекращается. - Я слышала ваш с Ромой разговор сегодня. - И поэтому мы оказались здесь? - Нет, я не могла предположить, что сегодня наша спальня окажется занята. - Я и сам не знаю, зачем позволил этим ягодам рассыпаться на нашу постель. Катя почувствовала в словах Андрея виноватые ноты и поспешила прервать его терзания. - Ты - молодец. Иначе они бы снова разбежались. А я этого не хочу. - А что хочешь? Кать, мне нечего тебе ответить. Я говорил лишь то, что думаю. - Думаешь, мне стоит снова носить очки и косички? Здесь я была тогда именно такой. Андрею впервые пришло в голову, что Катя опять слышала лишь часть их беседы и слова вырваны из контекста. Он вспоминал, о чём говорил в ту секунду на самом деле. - Даже не думай, что если сделаешь это, то напугаешь меня. Я буду любить тебя любой, забыла? И доверять тебе. Иначе это всё не имеет никакого смысла. Ну вот, на этот раз он сказал всё за меня. - Жданов, тебя невозможно не любить. И невозможно долго обижаться и злиться. Потому что ты чертовски хорош и сам это знаешь, - он не ожидал услышать ничего подобного, но она говорила достаточно чётко и уверенно. - И мы оба знаем, что Катю Пушкарёву ты любил в этой квартире по-настоящему. - Любил. - Без инструкции. - Без инструкции. - Сейчас эти же чувства хочет пережить и испытать Катя Жданова. - Катя Жданова. Только произнеся её имя, он почувствовал, что привычные Катя и Жданова вместе звучат по-новому, просто и так понятно сердцу. Его Катя, которую чаще теперь называют Екатериной Валерьевной или Катериной, и его фамилия, говорящая о том, что эта женщина - его жена. Андрею нравилось. Он продолжит обращаться к ней так. Жданов взял её на руки и понёс на кровать. Здесь им было хорошо вместе. Андрею хотелось вспомнить каждое ощущение и повторить. Катя была с ним на одной волне. Она из прошлого запомнила ночь, проведённую в квартире Малиновского, как лучшую в своей жизни, она из настоящего - зачем-то назвала себя так, как ей предложил Воропаев, но мимолётный укор самой себе сменился объятиями мужа, и Катя Жданова уже не думала ни о ком больше, кроме Андрея Жданова. Старая-старая сказка О бесконечной любви. На красивой на открытке нарисую я улыбку И пошлю тебе - лови.