Два генерала

Клапан палатки хлопал на осеннем ветру и норовил стряхнуть на голову ледяные капли. Генерал граф Форкосиган досадливо зыркнул на небо. На ровно-сером фоне туч силуэт караульного флайера, чертившего "коробочку" над лагерем, был почти незаметен. К нему уже спешил молодой адъютант с планшетом под мышкой: — Разрешите доложить текущую сводку, сэр? Мог бы и без церемоний, не на параде. Но у Форинниса вечно уставная почтительность аж из ушей лезет. Форкосиган кивнул, и тот начал на одном дыхании: — Дислокация войск, верных низложенному тирану, сохраняется… Ну, что за птичий язык? Своими словами пересказать не умеет или опять вчера пил с этим хмырем из отдела пропаганды? Абсолютного запрета на спиртное в лагере не было, однако попадаться хмельным на глаза командованию крайне не рекомендовалось. Поэтому вместо традиционного теста "кто пройдет по половице" здешний политофицер, сам не дурак выпить, ввел в обычай декламацию пропагандистских воззваний. Тому, у кого язык заплетался на казенных формулировках, дальше не наливали. Развлекаются себе, война им или не война… Мальчишки. — …Генштаб прогнозирует в ближайшем времени перемещение восемнадцатой и третьей-бис мотострелковых бригад противника на юго-восток, к Даркою, сэр. — А разведка? — Не подтвердила пока. — Адъютант виновато развел руками, словно это его упущением войска Юрия пока не тронулись с места. Форлакиал на нашей стороне почти с самого начала, но его Округ пока остается чистым, не тронутым большими сражениями. Если несколько бригад в бою перепашут окрестности его столицы вместе со знаменитыми оружейными заводами… Генерал Форкосиган досадливо поморщился. Стратеги Юрия тоже не идиоты — к сожалению. И отвлечь его войска ударами с иных направлений не так-то просто. — Так. Что еще? — Борт номер один сядет в течение десяти минут, сэр. Передовое охранение уже запросило посадку. "Всего месяц, как мы взяли столицу, — подумал генерал, шагая к летному полю, — а Эзару… виноват, его императорскому величеству Эзару Форбарре там уже не сидится". Может, он и прав: это в мирное время хорошо царствовать, дергая из дворца за тоненькие ниточки хорошо налаженной паутины — а сейчас предпочтительней крепко держать поводья в руках, да еще на кулак их намотать для верности. Правда, кем-кем, а графом Форкосиганом новоиспеченный сюзерен такими методами управлять никогда станет. Со старым другом, подумал Петр с хорошо скрываемой гордостью, такие штуки не пройдут. Два флайера сопровождения уже стояли на летном поле, точно шахматные фигурки на доске. Тяжеловооруженные фигуры, одобрительно отметил генерал, скользнув взглядом по бронированным машинам и рослым охранникам в пятнисто-сером: императорские оруженосцы облачились в обычный городской камуфляж, обозначив свой статус только черно-серебряной "розеткой" на плече. Эзаровский флайер опустился точно в центр между ними, любопытным языком из него высунулся трап, и по нему быстрым шагом сошел… Нет, пока не главный пассажир машины, а лишь шеф его охраны. Негри оглянулся, кивнул, шевельнул губами, и лишь затем показался император. Сапоги Эзара Форбарры простучали по трапу спорой барабанной дробью — солидно шествовать, как положено монарху, он не научился и, похоже, не собирался. — Генерал! Что, твой лагерь совсем закис от безделья, раз ты лично отправился меня встречать? — Эзар усмехнулся и энергично тряхнул руку Форкосигана. — Ждем ваших распоряжений, сэр. — Исполнив необходимую формальность, Форкосиган повел визитера к сборным щитовым вагончикам под маскировочной сеткой. В полевых условиях это был почти дворец. — С чем ты приехал? Так сильно хотел убраться из столицы? Полугода не прошло, как в общении между давними друзьями сменилось правило "кто кому должен козырять", а привычки держатся куда дольше. Разумеется, Петр Форкосиган, по вдолбленной в подсознание армейской выучке, на людях никогда не создавал своему императору проблем с субординацией, зато наедине дистанцию сокращал почти машинально. — Греть своим задом трон — не самый верный способ его сохранить, когда полстраны до сих пор стоит за этого чертового маньяка Юрия, — без церемоний отрубил Эзар. — А к тебе я ненадолго. Начни со штабной планерки и посмотрим по обстоятельствам. Я после собираюсь навестить графа Форратьера, благо до его поместья отсюда относительно недалеко. Положение у графа двусмысленное: старина Юрий ему кузен, но и мне он перечить не хочет. Что ж, вот и ему пришла пора выбирать. Слишком долго он ухитрялся держать нейтралитет, притворяясь, что с гражданской войной мы как-нибудь разберемся и без него. Предстоящая свадьба — хороший повод поговорить с ним лично. — Я назначил совещание на восемнадцать ноль-ноль, — сообщил Форкосиган и прибавил, немного понизив голос: — Как раз успеешь выпить чаю и пожаловаться мне, что Негри снова не пускает тебя за штурвал. — Все шутишь… — Прозрачные серо-зеленые глаза казались непроницаемыми, и не угадать было, порадовался ли император дружеской насмешке или остался недоволен ею. — У нас с капитаном сегодня нашлась более животрепещущая тема для дискуссий: дозволено ли моим генералам находиться в августейшем присутствии с боевым оружием. Генерал Форкосиган попытался представить себе небоевое оружие, затем — оценить оружейный потенциал хотя бы одного этого лагеря, включая боеприпасы для бомбардировщиков среднего радиуса действия, и, наконец, сдался, махнув рукой. — И как? — для порядка поинтересовался он. — Вот мой компромисс. — Эзар кивнул на телохранителей, вышагивающих по обе стороны от него: руки на взведенных плазмотронах, щитки шлемов опущены. — Ладно. Кто будет на совещании? Форкосиган пустился в перечисление прозвищ, званий и должностей, зачастую сокращенных до малопонятных аббревиатур в несколько букв. Эзар хмыкал, кивал, порой переспрашивал, встретив незнакомую или неожиданную фамилию, но больше слушал, чем вставлял реплики сам. А самый прославленный генерал Барраяра не мог отделаться от мысли, что ему сейчас, словно молоденькому порученцу, приходится делать доклад на бегу, пока командир его молча оценивает. Непривычное распределение ролей, что и говорить. Да и что Эзару сейчас оценивать, скажите на милость? Не впал ли Форкосиган в расцвете сил в маразм и не позабыл ли имена собственных штабистов? Ну, смотри-смотри, дружище… Полдюжины тех самых штабистов со своими адъютантами подтянулись почти что бегом. Оценив еще с порога монументальное зрелище — фигуру императора во главе стола и замерших, как статуи, оруженосцев за спинкой его стула — входящие браво козыряли и спешили занять свои места. Адъютанты вытягивались в струнку вдвое резвее и щелкали каблуками вдвое громче обычного. В пустом помещении сразу сделалось шумно от гула голосов, топота ног, попискивания коммов и треска замочков офицерских планшетов. Эзар выжидал неподвижно, но со своего места Форкосиган видел, как тот беззвучно барабанит пальцами по лампасу. Тема совещания была предсказуема — грядущие бои в окрестностях Даркоя, и, разумеется, военные не ждали, что кто-то предложит чудесное решение навязшей в зубах проблемы. Чертова гражданская война. Пусть сам Юрий и псих, но за обе стороны конфликта воюют опытные полководцы, недавно прошедшие двадцатилетнюю школу Цетагандийской и знающие Барраяр как свои пять пальцев. Кто кого перехитрит, решает только случай, а в лобовом столкновении победить можно разве что явным численным преимуществом. Эвакуация форлакиаловских оружейных заводов в разгар войны выглядела реальным, но едва ли популярным выходом из ситуации. — …Получить фактический перевес в силах ни им, ни нам неоткуда, — закончил очевидным выводом свой доклад генерал Джордан. Старик славился обстоятельностью на грани педантизма, зато можно было быть уверенным, что он не упустит ни одной важной детали. — Следовательно, прогнозируются затяжные бои. Причем навязать их противнику на дальних подступах к городу не позволит рельеф местности. — …И таким образом враг, как минимум, перережет коммуникации оружейного комплекса, пути доставки сырья от металлургов и технический монорельс, — вставил инженер-полковник Форсмит. — Даже если ему не посчастливится продвинуться в направлении Дельта. Поморщились все, и последним — император, когда проследил разметку обозначений по карте. Условная линия Дельта на штабных схемах обозначала скоростное шоссе, выводящее прямо к южной промзоне города. Эзар явно хотел бы вмешаться в дискуссию, но предпочел молчать, чтобы не передавливать старших офицеров весом императорского слова. Только спросил: — Ваши предложения, полковник? — План постройки укрепрайона, исключительно с целью прикрыть от противника пути эвакуации… — полковник инженерных войск принялся излагать разумные соображения о минимизации потерь. Горячих голов, готовых ручаться, что гарантированно отобьют вражеское наступление, оставив индустриальный район нетронутым, на совещании не оказалось. Эзар слушал доклад, сосредоточенно отслеживая что-то по штабной "синьке". Его палец двигался резкими рывками, словно целеуказатель на панели его любимого флайера, когда объект преследования неожиданно потерян. — А вот объект 12-бис — в легенде он тоже расшифрован как оружейные склады. Почему его содержимое не включено в план первоочередной эвакуации? — вдруг поинтересовался он. По помещению моментально пронесся шелест бумаги и тихий гул вопросов тех, кто тоже впервые обратил внимание на метку на самом краю схемы. Петр тоже наморщил лоб, спешно припоминая… — Этот, с химоружием массового поражения? Он на консервации, сэр! — первым отозвался коммодор из интендантских частей. На императорском лице отразился живой неподдельный интерес человека, которому только что сообщили, что дракон в подвале его замка спит уже триста лет, дело привычное, и беспокоиться нечего. — Трофейный фитаин, сэр, еще с войны, — быстро вставил майор химвойск, пока офицеры в чинах постарше быстрым шепотом требовали сведений у своих адъютантов. — Хранилище трехслойное, последнюю проверку проходило пару месяцев назад, меры безопасности задействованы. Эту пакость лучше вовсе не трогать с места, а если потребуется — сжечь. Фитаин при сгорании разлагается на неактивные составляющие, вы же знаете. — И противнику об этом складе известно? — уточнил Эзар. Подтекст сказанного озвучен не был, но понимали все: Безумный Юрий не постесняется применить мутаген на поле боя, если почувствует, что дела идут скверно. А это — катастрофа, сравнимая с тем, чтобы сбросить на город атомную бомбу. — Так точно, сэр, известно. Однако семь лет назад периметр охраны хранилища настроили так, чтобы при любом серьзном нарушении активировалась программа самоуничтожения. — А потенциальную возможность диверсий мы отслеживаем, — веско прибавил молчавший до той поры глава армейской контрразведки. — Хорошо, — коротко и неопределенно согласился император. — Продолжайте, господа. До четвертьчасового перекура Эзар больше не ставил докладчиков в тупик неожиданными вопросами, хотя порой морщил лоб. То ли он великодушно отказался от стандартного приема "высокое начальство приезжает и вскрывает недоработки на местах", то ли понял, что сам недостаточно осведомлен о деталях здешней обстановки, и решил не заострять на этом внимание. "А мои орлы тоже хороши, — подумал генерал Форкосиган. — Про склад с фитаином под боком благополучно забыли. Армейская СБ бережет, и ладно". — Погоди, Петр, — окликнул император, когда офицеры повалили к выходу, доставая портсигары и потягиваясь. — Поговорить надо. Понятливые штабисты, оглядываясь, очистили конференц-зал вдвое быстрей, предоставив паре старых приятелей возможность побеседовать наедине. — Ты еще что-то откопал? — насторожился генерал Форкосиган. — Свежим взглядом заметил такое, что мои люди упустили? — Ша. Я не сомневаюсь, что твои стратеги — светлые головы. А если вдруг зевнут они, ты сам не промах. — Эзар усмехнулся. — На звание крупнейшего военного гения в этом собрании я не претендую. Но… Я подумал о том, что могло просто не прийти им в голову. Он встал и принялся расхаживать по опустевшему помещению от стены к стене. Пластик пола ритмично поскрипывал под его сапогами. — Я знаю Юрия, — произнес он тихо, но убежденно. — Перед ним сейчас лежит точно такая же самая карта, только оперативные пометки другие. Но склад десятилетней давности на ней однозначно отмечен. Сама концепция склада с фитаином должна оказывать на моего нездорового умом предшественника поистине гипнотическое воздействие. Тем более — склада, который никак не получается использовать ему самому и запасы которого наверняка не задействую я. Как это там, про ружье, которое в конце пьесы должно выстрелить? Реализму мой кузен всегда предпочитал зловещую драматичность… Он остановился. — Гм. Скажи, что ты сделаешь, если твои люди займутся пресловутым складом двенадцать-бис и там произойдет несчастный случай, а как результат — массовая утечка фитаина? — Типун тебе на язык! — непочтительно рыкнул Петр, моментально представив, как по окрестностям расползается зловещий мутаген. — Расстреляю того дурака с инициативой, который полез на склад. — Не вопрос. А потом? — Ну, что ты меня проверяешь, как маленького? Выставим оцепление, объявим эвакуацию. Метеорологи пусть доложат, на кого эту дрянь понесет… Заводы, конечно, вывозить придется срочно, хочешь-не-хочешь, население гнать из города пинками. Форлакиала если удар не хватит, то по чистой случайности, он — мужик горячий… Боев в пригороде, конечно, не будет: хоть твой кузен и Безумный, но у его генералов хватит мозгов не сунуться под фитаин, если они не хотят мятежа в собственных войсках. Но далеко они не сдвинутся, просто перенесут удар на наши пути отхода. Кстати, а куда? — Что — куда? — Эзар поднял бровь. — Я говорю, куда ты тогда прикажешь эвакуировать заводы? Не в чистое же поле. А ближайшая металлургическая база… — У Форратьеров, — кивнул император. — Которые с самого начала войны виляют, как хвост у доброй гончей, и с которыми настало время поговорить всерьез. — Погоди-погоди. — Форкосиган поднял ладони. — Ты уже принял решение вывозить оружейников? К Форратьеру, чей братец Доно — первый приспешник Юрия? Зачем? Склад под надежной охраной... — Смотри, вот тебе все события в должном порядке... как они будут видны со стороны. Предположим, мы твердо рассчитываем отбить атаку противника под Даркоем и вывозить заводы не намерены. А лично меня положение на фронте настолько не тревожит, что я — кстати, с тобою вместе — еду для переговоров к Форратьерам. Предлог самый мирный и почтенный: договориться, чтобы граф встал подле моего свадебного круга как лояльный верноподданный и любящий родственник. Семейный визит. Меня не встречают фанфарами у ворот замка, ты по-дружески здороваешься со своим кузеном Пьером Форратьером, никто не бросается обвинениями в измене… — И я беру с собой не больше мотострелковой роты, просто для престижа короны? Все хорошо, но, при чем тут фитаин, я все равно не понял. — Так просто же! — Эзар азартно хлопнул ладонью по столу. — Пока мы с тобой улаживаем семейные дела, этот самый склад якобы и рванет. А что, фитаин не взрывается, да? Ну, перекрытие обрушится, погрузчик в стену врежется, батарею закоротит, диверсия, в конце концов. Не знаю, короче. Авария. Пусть твои контрразведчики поработают вместе с Негри, решат, как это обыграть достоверно, чтобы комар носа не подточил. Химическое заражение, в городе паника, штатские путаются под ногами, объявлена срочная эвакуация стратегически важных объектов — персонала, высокоточного оборудования и готовой продукции тех самых заводов, пока можно что-то спасти. Армейские части передислоцируются или переброшены в конвой, колонны тяжелого транспорта с оборудованием в беспорядке отползают на юг, как раз в сторону форратьерского Округа, о чем я поспешно договариваюсь на месте с графом Пьером — не исключено, что как раз за цену этих самых заводов. И тогда две мотострелковые бригады противника, визита которых которые вы ждете здесь, вместо зараженной зоны возле самого Даркоя идут наперерез твоим конвоям. Дислокация и планирование сражения — уже на усмотрение твоего штаба, генерал. А оружейники спокойно возобновят работу, когда оно будет окончено. Под напором этой речи Петр на мгновение спасовал и успел вставить только в самом конце: — То есть Форратьер… — …всего лишь гласно поклянется мне в лояльности и обещает ту или иную степень поддержки. Пока ни он не получит наших заводов, ни я — его финансовых обязательств. Это дело будущего. Однако свою роль в глазах параноика-Юрия он сыграет превосходно. Самим фактом переговоров подтвердит, что да, эвакуация к нему пошла. Петр задумчиво подергал себя за ус. В общих чертах звучало логично, а детали император резонно оставлял на усмотрение профессионалов, себе самому отведя задачу сугубо политическую. — Может и сработать… Если они купятся на эту инсценировку. Только вот что. Если Юрий поймет, что ты активно принялся перетягивать Форратьера на свою сторону, он церемониться не станет. Только покушений на вас, сир, нам в этой поездке и не хватало! — Ты говоришь точь-в-точь как Негри. — Эзар усмехнулся. — Обсуди с ним мою безопасность, если тебя это так тревожит. Вы споетесь.