Упоение

В это время Цисса уже выбралась из духоты своей казармы и пила чай на улице, сидя на старом скрипящем стуле. Задумавшись, она ковыряла ногтем свою кружку. «Интересно, где сейчас Жан? А Эрен? Хочу скорее с ним поговорить. Надеюсь, они смогут поладить. Жан бывает невыносим, но он умеет находить общий язык…», — размышляла принцесса, когда вдруг громкий голос заставил ее вздрогнуть.  — Ци, детка! Наконец-то ты выбралась из своей берлоги. Как самочувствие? — Жан обвил ее плечи руками.  — Привет. Как раз думала где ты потерялся, — она подняла лицо на друга и тепло улыбнулась, — Все на тренировке, а вас с Эреном я не видела. Погода ужас, да? — защебетала Ци, — А насчет самочувствия… Сейчас уже лучше, хотя утром было не очень. Можно я буду честной? — Нужно, — он кивнул. — На самом деле… Мы вчера разошлись с Эреном и это немного выбило меня из колеи. Думаю, я не жалею об этом нашем решении, но… Я, как и он, была довольно резка. Хочу поговорить с ним попозже. Не знаешь где он? И где вы пропадали все это время? — Ты серьезно? Вы больше не вместе? — он посмотрел на подругу с искренним сочувствием, — Не подумай, я не лицемерю. Я не отрицаю, что скептически относился к нему и вашему роману, но это не значит, что я за тебя не переживаю. Мне правда жаль, Цисси. Обидно, что из-за этого тебе даже пришлось взять отгул. Могу представить как тебя это подкосило. А насчет того, где мы были… Этот старикашка Шадис поставил нас в пару и отправил намывать древний склад в лесу. Так и не понял, наказание это или поощрение… Но, не суть. Я подустал и поручил Йегеру остаток уборки, так что он до сих пор торчит там. — Ага. То есть, ты его бросил, я правильно понимаю? — она устало вздохнула и улыбнулась. — Ну не-ет, что-о ты! — протянул он и помахал головой, — Я не такой. Я хороший товарищ.  — Знаю я. Ладно, пойдем покурим! — она встала и потащила друга за собой, — О, ты в душ уже успел сходить? — между делом спросила девушка, почувствовав запах мыла от маркиза. — Ага.  Тем вечером, когда уже стемнело, Цисса и Жан возвращались в казарму после поздней тренировки. Молодой человек прижимал подругу к себе, нашептывая ей на ухо очередную сплетню. Проходя мимо складских помещений, девушка заметила Эрена, сидящего в одиночестве на большой коробке. Она остановилась.  — Ты чего? — Вон, — Ци кивнула в сторону Йегера, — Пойду поговорю с ним. Ты пока иди, хорошо? Я догоню. — А, ладно. Только давай недолго, хотел перед сном в картишки перекинуться. Принцесса кивнула и направилась к Эрену. — Привет. Ты чего здесь один?  — А, ох… Привет, — он улыбнулся, глядя на нее снизу вверх, — Да захотелось подышать воздухом перед сном. Рад тебя видеть. — И я. Послушай… Мы можем поговорить? — Да, конечно. Все нормально? — А, да, да. Все хорошо. Я просто думаю… Что мы закончили наш последний разговор на плохой ноте. Хотела сказать, что я была несправедливо груба с тобой. Ты этого не заслужил. Мне трудно это признавать, но я была не права. Извини меня, — серьезно сказала девушка, глядя ему в глаза, — Я не хочу, чтобы между нами оставались недомолвки, или, тем более, какая-то вражда. Я хотела бы… Продолжать с тобой общаться и дружить.  — Что…? — он непонимающе приподнял брови и замахал головой, — Нет, нет. Это я должен извиниться. Я не должен был злиться на тебя, когда на самом деле был не доволен собой. Ты не виновата. Прости меня. — Все хорошо, я…  Цисса запнулась, заметив его странное поведение. Эрен избегал зрительного контакта, его движения были резкие и рассеянные, а жесты выдавали нервозность. Да и в целом, что-то в нем изменилось. Что-то, чего нельзя было заметить невооруженным взглядом.  — Эй… Ты в порядке? Выглядишь тревожным.  — А? Я? Что ты! Нет, — он замялся, — Просто устал за сегодня, только и всего.   — Ты уверен? Может, Жан сказал тебе какую-то гадость, пока вы занимались уборкой? Послушай, он хоть и ведет себя как мудак, но… При упоминании имени маркиза, парень заерзал на месте и взялся за свои предплечья, словно стараясь себя успокоить.  — Что ты… Конечно нет. Мы… Кха… — он кашлянул, прикрывая рот, — Отлично провели время и… Он был добр. Добр ко мне. — Ты сегодня чертовски странно ведешь себя и разговариваешь. Ты уверен, что все хорошо? — Конечно! Да. Да. Все как и раньше. Как и всегда. Правда. Спасибо, что волнуешься, — он улыбнулся и встал, — Ладно, пойду прогуляюсь и на боковую. До завтра, принцесса, — он помахал и направился в другую сторону. — А? О… Ладно. Пока, — Ци нахмурилась и помахала вслед его удаляющейся фигуре. Цисса пожала плечами и двинулась к казарме Жана. Она нашла друга, курившего у входа в нее. Увидев ее приближение, он лучезарно улыбнулся и достал сигарету из пачки. — Эй, что с Эреном? Он странный сегодня, — она приняла сигарету и озадачено уставилась вдаль. — Сегодня? Ха-ха. Да он всегда такой.  — Я серьезно. Между вами точно ничего не случилось? — Мы просто поговорили и все. После того разговора я даже думаю, что стал немного лучше… — он почесал подбородок, стараясь подобрать слова, — …Тебя понимать. — Блядь, Жан, завязывай. Я слишком хорошо тебя знаю. Я же вижу, что что-то стряслось. Ты ведь знаешь, что можешь мне рассказать? Я не осужу тебя, просто хочу знать. — Хм… — он замолчал и выдохнул сигаретный дым. Тем временем, ноги принесли Эрена на тот самый утес, где несколько месяцев назад он сидел с Ци, будучи самым счастливым человеком на планете. «Быстро же все меняется», — пробубнил Йегер и улыбнулся. Луна отразилась в скупой слезе, скатившейся по щеке, повторяя форму ямочек на его щеках. Он сел на ледяную землю и откинулся на камень, поднимая глаза к небу. Даже учитывая, что он знал, что все закончится, почему же ему все равно было так больно? «Они сожрут тебя и не поперхнутся. А если и не сожрут, то, как минимум, пережуют и выплюнут. И хорошо, если ты отделаешься легким испугом», — пронеслись в его голове слова Армина. «Прости, друг. Легким испугом отделаться не удалось» — с грустной улыбкой ответил Эрен Армину из своих воспоминаний. 

Со временем все вернулось на круги своя. Принцесса и маркиз отдалились от Эрена и его компании, а другие кадеты периодически перешептывались о том, почему же аристократы, хоть и на непродолжительное время, но спутались с простолюдинами. Разумеется, в небольшом коллективе слухи распространяются также быстро, как лесной пожар, однако одного недоброго взгляда принцессы или маркиза хватало, чтобы сослуживцы замолкли и опустили глаза.  Жан и Цисса, казалось, стали еще ближе со времен окончания дружбы с Йегером. Маркиз был рад тому, что ему вновь удалось овладеть монополией на ее внимание. Оба сосредоточились на тренировках и подготовке к выпускным экзаменам, ведь в скором времени им предстояло выбрать род войск и, хоть молодые люди уже определились с корпусом, они испытывали легкий мандраж. Все два года тренировок их навыки и умения развивались с феноменальной скоростью. Люди удивлялись двум уникальным и многообещающим кадетам, хоть и поговаривали о них, как о темных лошадках. Никто не знал зачем и во имя чего людям их сословия понадобилось рисковать жизнями, но тем больший интерес они вызывали у окружающих.  На очередной из утренних пробежек по близлежащему лесу, в котором пахло поздней весной, Ци и Жан остановились на передышку, облокотившись на огромный ствол дерева. Принцесса утерла пот со лба и посмотрела наверх, прислушиваясь к пению птиц. — Эй… А мы молодцы, да?  — Как и всегда, — маркиз улыбнулся подруге, — Ты это к чему? — Мы прошли долгий путь и я думаю, мы можем собой гордиться, — она перевела взгляд на него, — Скажи, ты волнуешься?  — Я бы сказал, не больше, чем предполагает ситуация… Наверное, так, — он пожал плечами, — А ты?  —Тоже. Скоро выпускная церемония… — Ха-ха, Цисси, ты что, нервничаешь? — издевательски промурлыкал молодой человек и приобнял ее.  — Что? Боже, нет, — она закатила глаза, — Для нас нет ничего невозможного. Думаю, мы уже не раз в этом убедились. — Именно. Кстати, недавно подслушал, как Конни сравнил нас с Цербером и Персефоной. Черт знает почему, но вот… — Ой, как претенциозно, — она выдержала паузу, — Мне нравится. Я догадываюсь почему. — Объясни тогда, я не до конца понял. С Цербером все ясно, твой сторожевой пес и бла-бла-бла… Блин, неужели я настолько внушаю страх? Я крут, — Жан горделиво кивнул.  — Избавь меня от своих самолюбовательных речей, — она ухмыльнулась, — А насчет Персефоны… Ну, ты ведь знаешь кто такой Аид, да?  — Ага. Рулит адом, который как раз охраняет Цербер.  — Все так. Персефона — это жена Аида, получается, тоже владычица подземного мира. Забавным мне кажется то, что ее атрибут — цветок нарцисс. По легенде, эти цветы росли на земле, скрывавшей подземное царство. — Хм… Если так подумать, довольно романтичное сравнение. — Да, но сомневаюсь, что Конни придумал его сам, он слишком тупой для таких тонкостей. Наверное, у кого-то послушал, либо вспомнил единственное женское имя из легенд, которое знал. — Ха-ха! И то верно. — Ладно, — Ци оттолкнулась от дерева и продолжила бежать, — Догоняй!  В долгожданное утро экзамена было солнечно и тихо. В воздухе витала бодрящая свежесть и то, что казалось Циссе запахом свободы. После построения и напутствующих слов инструктора, кадеты выполнили воинское приветствие и приступили к практической части экзамена. Принцесса твёрдо решила использовать свои умения по максимуму, чтобы набрать как можно больше очков и не просто сдать экзамен, а стать лучшей. Лучшей в сто четвертом кадетском корпусе.  Наблюдая за каждым из экзаменуемых по очереди, Шадис делал пометки в своей тетради: «Саша Блаус. Нестандартная, но отличная интуиция, мешающая командной работе». «Конни Спрингер. Двигается легко и проворно, а вот соображает несколько туговато».  «Армин Арлерт. Физических сил ему не достает, но в классе работает превосходно. Товарищи ему доверяют». «Микаса Аккерман. Прирожденный солдат, в котором сочетаются сила, проворность и непревзойденное чутье». «Эрен Йегер. Особых умений нет, но он старался больше других и добился успехов. А также он сильнее всех хочет достичь своей цели». «Жан Кирштайн. Мастер пространственного маневрирования, но склонен показывать зубы, что приводит к конфликтам. Способен раскрывать весь свой потенциал, но только в паре с Циссой Райсс». «Цисса Райсс. Исключительный талант, умноженный на физические и интеллектуальные способности. Многие считают, что она имеет все шансы стать следующим «сильнейшим солдатом человечества». До этого звания не достает холодной головы и умеренности».  Позже вечером кадетов привели на площадку в той части лагеря, где никто из них до этого не бывал. Напротив этой площадки из каменных плит, на которой стояли выпустившиеся кадеты, находилось возвышение. На нем стояли несколько военных шишек, которых Цисса еще не знала, но, судя по восторженным взглядам сослуживцев, это и вправду были какие-то важные люди. — Что за ферзи? — шепотом спросила девушка у Жана. — Долго рассказывать, но, скажем так, они будут покруче Шадиса. К тому же, не заметила среди них знакомые лица? — он пригнулся к принцессе, указывая кивком куда ей смотреть и усмехнулся. Глаза девушки забегали по темным фигурам, стоявшим перед ними. Внезапно, ее взгляд остановился на двух силуэтах. Один — высокий и широкоплечий, а второй… Да, это были они. Эрвин Смит и Леви Аккерман. Ци тут же отвернулась, но в свете колыхнувшегося пламени факела, установленного рядом с капитаном, успела заметить его хищно блеснувшие глаза. Видимо, ее эмоции выдал ее резкий выдох, поэтому маркиз прошептал: — Знаешь, они обычно не присутствуют на этой церемонии. Видимо, захотели сами посмотреть на новобранцев. Не мудрено, учитывая, что в этом году много достойных кадров. Но, знаешь, что-то мне подсказывает… Что это вовсе не главная причина. Громкий голос заставил всех перестать переговариваться и встрепенуться. — Отдать честь! — Есть! — хором выдали кадеты, ударив правым кулаком в область сердца и заведя второй за спину. — В этот славный день у вас, кадетов, есть выбор из трех вариантов. Можете вступить в Гарнизон: оборонять стены и защищать города. Присоединиться к Разведкорпусу: рисковать жизнью и совершать вылазки на земли титанов. Или вступить в Военную полицию: служить при короле и поддерживать порядок. Конечно, в военную полицию могут вступить лишь шесть лучших кадетов, чьи имена я сейчас назову по возрастанию уровня их достижений и навыков. Все присутствующие напряглись и зашептались. Мужчина в форме продолжил: — Саша Блаус. Конни Спрингер. Армин Арлерт. Эрен Йегер. Микаса Аккерман. Жан Кирштайн. И возглавляет шестерку лидеров… Цисса Райсс. Принцесса приподняла подбородок и ее сердце забилось быстрее. Она ощутила на себе глаза тех людей и не постеснялась встретиться с ними взглядом. Со всеми, кроме одного. Она словно заявляла: «Посмотрите на меня. Запомните меня. Я не боюсь вас». Лица некоторых из них она выудила из воспоминаний о гостях, заходивших к отцу. Встретившись глазами с Эрвином Смитом, Цисса смягчила взор, что не осталось незамеченным командующим. Он немного улыбнулся и медленно моргнул в знак приветствия. Девушка намеренно игнорировала Леви, стоящего рядом с Эрвином. Ей хотелось показать свое безразличие и незаинтересованность, но было ли все и вправду так просто? Возможно, где-то в глубине души, она знала, что не хочет давать начало истории, которой в любом случае было суждено сбыться. Начало, которое повлечет за собой брошенный в его сторону взгляд. Она хотела оттянуть момент осознания неизбежности службы с этим человеком. Он вызывал в ней слишком много негативных эмоций, с которыми она еще не научилась справляться. Одно его присутствие казалось изнуряющим и подавляющим ее как личность, как солдата, как будущую королеву, как… От копания в липких, как деготь, эмоциях, ее отвлек взволнованный шепот у ее уха: — Детка, ты в порядке? — А? А… Да. Все хорошо. Извини, просто… — Я понимаю. Меня этот мудак тоже напрягает. Он смотрит сюда, не отрываясь, — Жан фыркнул. — К черту его. Когда с торжественной частью было покончено и почти все из тех людей сказали напутственные слова, мужчина, первый заговоривший с будущими членами корпусов, добавил: — Подойдите к своему выбору серьезно. Никого не слушайте и опирайтесь лишь на свои взгляды и убеждения. Не позволяйте другим вас переубеждать. Уверен, вы сделаете правильный выбор. Удачи, новобранцы. Кадеты снова синхронно выполнили воинское приветствие, немного расслабились и строй рассредоточился. Все стали вполголоса обсуждать прошедшую церемонию, к которой они стремились долгих два года. Военные тоже начали расходиться. Некоторые из них все еще общались друг с другом, стоя на своеобразной трибуне, а другие двинулись обратно к экипажам. Новобранцы, все еще обсуждая услышанное, направились в сторону казарм, чтобы вкусить долгожданный ужин, где им обещали мясо. Жан перекинул руку через плечи подруги и улыбнулся. — Ну что? Не передумала? — Ага. Только после тебя, — Ци закатила глаза и улыбнулась. — Ладно, пойдем. Проголодался, — он прижал ее крепче и потянулся, зевнув. Расслабленным шагом, парочка последовала за сослуживцами, голоса которых уже были слышны только издалека. Маркиз начал о чем-то весело рассказывать подруге, как вдруг холодный голос за их спинами заставил их остановиться, а молодого человека — замолчать. — Райсс. Сердце пропустило удар, а кровь ударила в голову. Циссу злило, что тело так сильно реагировало на его присутствие. Раздражение и неприязнь к этому человеку заставляли ее тело перегреваться, словно двигатель неисправного механизма. Эмоциональный фон влиял на ее физическое состояние, что только прибавляло к ее гневу и недоброму расположению духа по отношению к этому мужчине. Принцесса и маркиз напряженно переглянулись, прежде чем посерьезнеть и развернуться. Девушка приложила кулак к груди. — Не стоит. Хотел поприветствовать, Ваше Высочество, — капитан приподнял подбородок, встретившись с ней взглядом, — Кирштайн, — он кивнул маркизу. Ци окинула Леви беглым взглядом с головы до ног. Казалось, он совсем не изменился и его силуэт из ее памяти точно совпал с мужчиной, стоящим перед ней. По крайней мере, визуально. Но вот его отрешенность и непроницаемость выражения его лица подстерлись из ее воспоминаний. Тот же снисходительный, спокойный, но при этом дерзкий взгляд, подчеркиваемый серым оттенком вытянутых глаз. Те же темные волосы, обрамляющие на удивление аристократичные и мужественные черты лица. И тот же крепкий стан, разящий холодной уверенностью. Все как тогда, но сейчас… Казалось, будто его жажда подавления и ее крови только усилилась. — Капитан, — кивнула принцесса в ответ. — Жан, рад видеть в добром здравии, однако, я хочу поговорить с принцессой лично. Свободен, — индифферентно сказал капитан. Маркиз уже было хотел что-то сказать, но вовремя осекся. Он лишь сдержанно кивнул и взволнованно глянул на подругу, прежде чем удалиться. — Боже, как будто я тебя съем. Он всегда такой драматичный? — мужчина сложил руки на груди, всматриваясь в лицо собеседницы. — Он просто беспокоится за меня, — холодно ответила девушка. — Беспокоится? Ах, да. Слышал. «Цербер», верно? — он усмехнулся, — Громко сказано. Скорее, Моська. Главное, чтобы ему не попался слон, облаять которого будет мало. — Вы ужасно неуважительны, сэр, — процедила Ци, чувствуя растущее раздражение внутри. — Где мои манеры? Действительно. Хотя, ты-то должна понимать, что я… Как ты там говорила? — он приложил палец к подбородку, — «Низкородный». Верно, Райсс? Так откуда же я во мне взяться благовоспитанности? — Хм, скажите… Мы перешли на «ты», капитан? Дунул прохладный ветер, откидывая светлые волосы с лица принцессы. Пламя факела отбрасывало танцующие тени на ее лице и подсвечивало не менее яркий огонь злобы, горящий в ее глазах. Вокруг стало совсем тихо. Площадка и прилегающая территория опустели. Капитан сделал широкий и уверенный шаг вперед, нарушая ее личное пространство. — Ты — нет. А я — да. Это ведь были твои слова о том, что только в армии ты признаешь меня, как старшего по званию. Помнишь? Добро пожаловать в мои владения, Райсс, — он чуть склонил голову на бок, давя на нее своим присутствием. — Ох, правда? Вот незадача… Я до сих пор не определилась с выбором корпуса. Так что я все еще не под вашим началом. Да, мы сейчас на нейтральной территории. Не на моей. Но и не на Вашей. Не думайте, что я отступлю. Я буду бороться до конца, даже если это означает вырывать последние секунды свободы из Ваших жадных до власти над другими рук. Так что для Вас я все еще «Ваше Высочество», «принцесса», или, на худой конец, «миледи». Леви прищурился и выпрямился, но не отступил. Он сдвинул брови, о чем-то размышляя, пока она воинственно смотрела в его глаза, находящиеся в неприятной для нее близости. На его губах едва заметно проскользнула ухмылка. — А Вы брыкаетесь… Миледи. Вот только… Забавно за этим наблюдать, — он опасно сократил расстояние между ними, нависнув у ее уха, — Даже армия не выбила из тебя высокомерия и не смыла налета аристократии. Но я, поверь, этого добьюсь. Насчет Цербера… Это, конечно, очень мило. Но как сторожевого пса ни назови, он так и останется псом. А тебя, принцесса, как ни величай… Ты так и останешься паршивкой и настоящей занозой в моей заднице. Его низкий, спокойный голос отозвался эхом в голове, бросая ее тело в лихорадочную дрожь. Создавающая давление излишняя близость капитана мешала отбросить эмоции и делала сохранение спокойствия едва ли выполнимой задачей. Легкие порывы ветра донесли до ее носа древесный аромат с его шеи, тут же преобразовывая его в ненавистный. — Я превращу Вашу жизнь в ад, сэр. — Тц, опять самонадеянно. Это как сказать, что вычерпаешь реку, не имея при себе даже ложки. Амбиции должны совпадать с возможностями и соответствовать имеющимся для достижения цели инструментам. У тебя же отсутствует и то, и другое. — Знаете что я думаю? — она отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом, — Что Вы напуганы. — Напуган? Вовсе нет. Возможно, заинтригован. Но не более. Я знаю, что ты способна на то, чтобы превращать чужие жизни в ад. Но это не то, чем стоит гордиться. — Нет. Но это то, чего Вам стоит опасаться, — прошипела девушка. Капитан, наконец, сделал шаг назад, смерил ее взглядом и провел по своим волосам. — Я удивился, увидев твое лицо среди новобранцев. Не думал, что ты и правда зайдешь так далеко. Не подумай, что я тебя хвалю. Я считаю, что ты это сделала скорее из-за своей глупости, нежели чем из смелости. Но сейчас это уже не имеет значения. И я слышал о том, что ты выделяешься на фоне других. Возможно, не всегда в хорошем смысле, но это, видимо, твой неизменный стиль. Предполагаю, для этого еще рано, но заранее приветствую тебя в рядах Разведкоруса. Однако, надеюсь, ты помнишь мои слова о том, что радушным прием не будет. И раз уж на то пошло, я с большей долей вероятности смогу превратить твою жизнь в ад. До встречи… Райсс. — Надеюсь, нескорой, капитан, — девушка еще секунду смотрела в его глаза, прежде чем резко развернуться и направиться к базе. Леви сверлил взглядом исподлобья ее удаляющийся силуэт, а затем расправил плечи и протяжно выдохнул, поднимая лицо к небу. Небосвод уже был усыпан яркими звездами, между которыми затесалась яркая полная луна. Капитан закрыл глаза и втянул носом вечерний воздух, наполненный свежестью, запахом еловых ветвей и… Тонким ароматом ванили, все еще тянувшийся длинным шлейфом от принцессы. Эта девушка забиралась к нему под кожу. Был ли он на самом деле бессилен перед этим или же сознательно бездействовал, позволяя ей так поступать? Как бы там ни было, вся эта ситуация заставляла его ощущать зарождающееся чувство ненависти ко всему, что с ней связано и к ней самой. Возможно, это было связано и с его предвзятостью и предубеждениями о представителях ее сословия, но сама она была апогеем всего, что он в них презирал. Удивительно, как иронично сложилась судьба, которая заставила его не просто столкнуться с самóй наследницей престола, но еще и наделила ее столь скверным характером. Леви поправил воротник формы и направился в противоположную сторону. По мере продвижения Циссы к столовой, шум, раздававшийся из помещения, все сильнее заглушал ее неприятные мысли и послевкусие от разговора. Подойдя к двери, девушка надавила на нее плечом и та отворилась. Внутри было душно и пахло жареным мясом. Все сослуживцы общались и смеялись, силясь перекричать друг друга. Принцесса двинулась вглубь столовой, а ее глаза начали метаться от стола к столу в поисках друга. Наконец, в самом конце, на краю длинной скамьи, она увидела Жана, по обыкновению купающегося в лучах своего великолепия, пока другие кадеты внимали каждому его слову. Заметив подругу, маркиз прервал свой рассказ, помахал ей и подвинулся, призывая сесть рядом с собой. Она помотала головой и кивнула в сторону выхода, приглашая его поговорить снаружи. Жан быстро кивнул, поднялся, даже не обернувшись на собеседников, и последовал за Ци. Они вышли на крыльцо, позволяя ночному воздуху окутать их. — Ну как, детка? — Жан положил локоть на перила. — Да пиздец, — она вздохнула и устало посмеялась. — Валяй! — его глаза вспыхнули интересом. — Он еще хуже, чем я помнила. Этот мудак стал мне «тыкать» и пытаться установить свое верховенство надо мной. Гегемония, блядь. — У него реальные проблемы с башкой. Видимо, какой-то сдвиг на контроле и власти. Травма, думаю, — он пожал плечами. — А я о чем! Боже, не могу поверить, что мы застряли с ним, — она вдруг посмотрела на друга так, что ему показалось, будто она заглянула прямо в его душу, — Жан, пообещай мне одну вещь. — Какую? — он придвинулся ближе, внимательно ее слушая. — Ни в коем случае… Что бы ни происходило, не вступай с ним в конфликт. — Почему? — Просто пообещай. — Если я не могу понять зачем, то я не смогу тебе это пообещать. Цисси…— он взял ее за руку, — Прошу, помни. Я всегда с тобой честен. Во всем. И я не буду обещать тебе то, чего не сделаю. Поэтому, чтобы понять важность твоей просьбы, я должен знать причину. — Блядь… Это глупо, Жан. — Мне плевать глупо это или нет. Скажи. — Я просто… Чувствую. Я просто знаю, что он действительно может быть опасен, — заметив, что он открыл рот, она накрыла его своей рукой, — Прошу тебя, отбрось свою гордыню и спрячь свои безразмерные яйца. Он непредсказуем и я не смогу тебя защитить в случае чего. Я не понимаю как он мыслит и не знаю что от него ожидать. Пожалуйста, держись от него подальше. Ладно? Жан выдохнул и поцеловал внутреннюю сторону ее ладони, мягко отстранив ее рукой. — Я тебя услышал. Я бы правда хотел тебе это пообещать. Но если он тебя ранит словесно или физически… Или сделает что-то… — он запнулся и закрыл глаза, потерев переносицу, прежде чем снова посмотреть на нее, — Я защищу тебя, чего бы мне это ни стоило. Цисси, мне кажется, ты не понимаешь… Я убью за тебя. — Жан… — Но… Я могу пообещать, что буду стараться трезво оценивать ситуацию и не лезть на рожон. Это я тебе гарантирую. Остальное будет зависеть от него. Цисса нахмурилась и прикусила губу. Через несколько секунд она обхватила его обеими руками, прижавшись к его груди. — Спасибо. Я это ценю. Правда. Люблю тебя… Дурак, — она усмехнулась и уткнулась носом в его плечо. — И я тебя, Цисси. Сильнее, чем ты думаешь, — он заключил ее в объятия в ответ и прижался щекой к ее макушке. Через несколько дней новобранцы уже прибыли в Трост, находящийся на краю стены Роза. Вечером этого же дня им предстояло окончательно определиться с выбором корпуса, которому они отдадут жизнь, будь то в буквальном или переносном смысле. У всех кадетов были задумчивые и тревожные лица, но каждый из них старался не терять боевой дух. Пока до вечера оставалось время, они занимались обслуживанием пушек на стене, откуда открывался поистине захватывающий вид. В то время, как сослуживцы перетаскивали коробки, прочищали ершом дуло оружия и о чем-то болтали, принцесса отвлеклась от отведенного ей задания и выпрямилась, глядя вдаль. Солнце грело и заставляло щуриться, а летающие рядом птицы дарили необъяснимое ощущение свободы. С такой высоты люди, дома и повозки выглядели крохотными. Вся жизнь, бурно кипящая внутри городка, казалась далекой и такой незначительной… Увидев замершую на месте подругу, Жан отложил инструменты, которые начищал, и подошел к ней. Девушка не шелохнулась, а он пытался увидеть на что она смотрит. Молодой человек улыбнулся и приобнял Ци. — Отлыниваешь? — Просто засмотрелась. — На что? — Ну что ты допрос мне устраиваешь? Боюсь, тебе такое не знакомо, но я созерцаю. Разве это странно? — она закатила глаза. — Ха-ха. Вовсе нет. Прости, захотел тебя подоставать. Эй… — он сжал ее плечо и подбадривающе улыбнулся, — У нас все будет хорошо. — Хотелось бы верить, свет очей, — она выдохнула и положила голову на плечо друга. — Мы добьемся всего, чего хотим, детка. Посмотри какой путь мы проделали. Эти два года… Два года труда, пота и крови. И вот мы здесь. На самой вершине. И заберемся еще выше, обещаю. — Хм… — она воодушевленно улыбнулась, глядя на пролетающую мимо птицу с большими крыльями, — Как думаешь… Этот путь принесет нам освобождение? — Буквальное или метафорическое? — Думаю… Я, скорее, имела в виду моральный аспект. — Не знаю, Цисси. Хочу в это верить. Я сделаю для этого все. И для тебя тоже — все. Начинается новый этап нашей жизни. Новая эра. И я рад, что мы входим в нее рука об руку, как и всегда. Жан сжал ее ладонь в своей. В этот момент казалось, словно солнце в чистом небе сияло лишь для них одних. Порывистый ветер вошел в размеренный поток. Мир стал тише. Внезапно, за их спинами раздался оглушительный раскат грома, за которым последовал ослеплявший удар молнии. Все замедлилось. Цисса встретилась взглядом с Жаном и сильнее сжала его руку. Оба медленно обернулись на то, что закрыло собой солнце и тенью нависло над стеной. Пара увидела огромное, уродливое лицо без кожи и обнаженными зубами. Существо смотрело на них. Ци сделала шаг назад, пока в ее голове пронесся миллиард мыслей и ни одна из них не была похожа на идею, способную спасти их из этой ситуации. В следующую секунду стену затрясло. Это значило только одно — титан прорвал ее. Опять. Также, как много лет назад. Принцесса вспомнила лицо ее отца и глаза своей мамы в тот день. Вспомнила виноград на белой тарелке с золотой каймой и какой он был на вкус. Виноград. Ей подумалось о том, как сильно ей хотелось бы еще раз его попробовать. Еще один раз. Нет, еще много раз. К черту людей, погибших в тот день. К черту кризис, последовавший за тем прорывом и к черту жертв отвоевывания земель. Она хотела виноград. И она знала, что не умрет, пока снова не увидит его перед собой на той тарелке. В ее голове не было мысли о том, что те люди тоже столкнулись с этим существом или о том, как, оказывается, они себя ощущали. Ей удалось зацепиться за то единственное желание, подстегнувшее ее волю к жизни и победе. Цисса схватила Жана за шиворот и потащила за собой на самый край стены. Не долго думая, она прыгнула вниз, потащив друга за собой. Летя камнем к земле, на которой, как тараканы, забегали люди, они зацепились гарпунами УПМ за стену и повисли в воздухе, опираясь на нее ногами. Ци глянула назад и увидела, наверное, ту же сцену, что разворачивалась много лет тому назад. Кого-то придавило булыжниками и их тела трепыхались в предсмертных конвульсиях. Кто-то пытался унести в руках пожитки, выпадающие в реки крови, образовавшиеся на дороге. А кто-то беспомощно застыл, глядя на огромное уродливое лицо, выглядывающее из-за стены в пятьдесят метров. Колоссальный титан оказался еще страшнее, чем его описывали в рассказах. Выжившие на земле солдаты пытались предпринять жалкие попытки закрыть появившуюся в стене брешь, через которую в город уже начали заходить первые титаны. Отойдя от шока, принцесса сдвинула брови и крикнула Жану: — Блядь, валим! Быстро! Вглубь города, пока не получим распоряжения, — она затем повернула голову на сослуживцев, висящих на стене недалеко от них, — Сто четвертый корпус, отходим до получения распоряжений от командования! Сейчас же! Ци оттолкнулась от стены и позволила УПМ нести ее мимо домов и их крыш. В воздухе пахло кровью, а шум стенаний и криков оглушал. Отряд следовал за ней, пока они не добрались до старой постройки с небольшими окнами. Увидев ее сверху, Цисса скомандовала: «Сюда! Вниз!». Остальные поспешили за ней, спикировав к зданию. Принцесса открыла старую скрипучую дверь, запуская сослуживцев внутрь. В городе стоял оглашающий грохот и земля словно содрогалась от гула тяжелых шагов тех существ. Судя по нарастающему шуму, титаны продвинулись к середине города и нужно было придумать план, чтобы остаться в живых. Ци захлопнула дверь и крикнула: «Сидите тихо и не высовывайтесь!». Она и Жан судорожно оглядывались по сторонам, пока переводили дух, вжавшись в стену. — Эй, мы тут долго не просидим. Что делать-то будем? — маркиз взволнованно посмотрел на подругу. — Да не знаю я! Черт. Блядь… Блядь! — она ударила кулаком потрескавшуюся кирпичную облицовку стены. — Цисси, спокойно. Мы выживем. У нас есть план? — Черт. Короче. Фух, ладно. Если мыслить логически… Начнем с того, что мы с тобой должны остаться снаружи. Командование не сможет нас найти, если мы спрячемся внутри вместе со всеми. Мне нужно, чтобы ты внимательно следил за крышами. А я… Я попробую найти кого-то в этом безумии. — Нет! — он схватил ее за плечо, — Разделяться — слишком рискованно. Я тебя не пущу. — Тогда мы сдохнем все. Так у нас будет больше шансов! — Я не хочу слышать про шансы! Ты остаешься здесь. — Дерьмо, Жан! Ты можешь хотя бы сейчас не упрямиться?! — она взялась за виски, — Это какой-то бред. — Блядь, бред — это идти на верную смерть! У тебя должна быть холодная голова, когда ты принимаешь решения, от которых зависит твоя жизнь. И не только твоя. — Пиздец, рассуждаешь, как командующий. Может тебе стоить задуматься о построении карьеры командующего?! Отвали со своими умными речами, Жан! — Детка, постой, — он внезапно схватился за свою сумку, перекинутую через грудь и запустил в нее руку. — Что?! Что ты ищешь? После недолгих поисков, молодой человек вынул из сумки сигнальный пистолет и рассмеялся. — Охуеть… Ха-ха! Свет очей моих, откуда?! — Ци схватила его за лицо и поцеловала в щеку. — Мы же работали с пушками… Помнишь, нам сказали, что когда мы закончим с чисткой, мы должны дать об этом знать сигнальным дымом. — Боже. А патроны… Патроны у тебя? — Да, вот! Подрагивающими руками, Жан загрузил патрон с красным дымом в пистолет и посмотрел на подругу, засияв. Она улыбнулась и кивнула. — Давай подойдем на более просматриваемую местность. Хотя бы туда, — она кивнула на небольшую площадку у набережной водоканала перед ними. — Да. Дай руку. Инстинктивно пригнувшись, они взялись за руки, трусцой добрались до площадки и остановились на ней, опасливо озираясь. Жан поднял ракетницу над головой и спустил курок. Из дула вырвался снаряд и взмыл высоко над крышами домов, рассеивая красный дым в небе над местом, где они стояли. — Может мы и не сдохнем здесь сегодня, — усмехнулась принцесса. — Хотелось бы верить. Черт, такой адреналин, ха-ха! Вот бы сейчас понюхать. Как только выберемся из этой мясорубки, я это и сделаю. — Ха-ха-ха! Я за. Только я лучше напьюсь. До беспамятства. — Как пожелаешь, детка, — они нервно посмеялись, — Ладно, давай отойдем, а то мы как на ладони… Жан и Цисса вернулись к постройке, в которой, затаившись, сидели сослуживцы. Молодые люди юркнули внутрь и закрыли за собой дверь. Трясущиеся кадеты обступили их, ожидая хотя бы каких-то новостей. «Продолжайте сидеть тихо и не подходите к окнам. Если повезет, нас скоро заберут отсюда» — сказал Жан. Конни, рукав которого теребил перепуганный Марко, начал прохаживаться по помещению, держась за голову и тихо причитая себе под нос. Сашу, которая оперлась рукой о стену, вырвало в углу. Она вытерла пот с лица и сложила руки в молитве. Эрен сидел на полу, смотря в точку перед собой, а над ним нависала Микаса, стараясь отвлечь его разговором. Армин взволнованно наблюдал за происходящим, стараясь унять дрожь в конечностях. Принцесса взяла друга за запястье и отвела в сторону. — Они так скоро начнут паниковать… Надо что-то делать, пока никто не сорвался, — прошептала она другу, — Возможно, это буду я. — Тише, Цисси. Все будет нормально. Мы все равно ничего не сможем сейчас сделать. Нам остается только ждать и надеяться… — Черт… Дерьмо. Не думала, что скажу это, но было бы неплохо, если бы капитан сейчас оказался здесь, — она вымученно ухмыльнулась. — Ха-ха. Да уж. Честно говоря, я бы тоже был рад увидеть его рожу. Внезапно, гул тяжелых шагов стал слышаться более отчетливо. Все замолкли и переглянулись. «Вниз, быстро!» — зашипела Ци. Кадеты пригнулись. Кто-то плакал, кто то учащенно дышал, а кто-то нашептывал молитвы, режущие слух принцессы. Она фыркнула и прислушалась. Шаги ощущались совсем близкими. Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди, а жизнь вокруг словно замерла. Внезапно помещение стало темным, словно кто-то задернул шторы. Ци медленно повернула голову, поднимая взгляд на окно. В нем она увидела уродливый огромный глаз на выкате, заглядывающий внутрь в поисках людей. «Жан…» — только и успела пискнуть девушка, прежде чем маркиз сорвался с места и вылетел в дверь, быстро удаляясь от домика на УПМ в попытке отвлечь титана от скопления сослуживцев. Существо клюнуло на крючок молодого человека и погналось за ним. На секунду Ци выдохнула, но потом в ее голову пришло осознание опасности, которой подверг себя ее друг. Она сжала челюсть, пытаясь заставить свое тело двигаться. Девушка не могла просто продолжать отсиживаться здесь, когда человек, который был для нее ближе всех, рисковал своей жизнью там, за пределами этой клетки. Принцесса проверила ремни своего УПМ и выбежала вслед за Жаном. Она взмыла вверх, стараясь понять куда делся парень. Вдруг, издалека, она увидела скопление титанов, неуклюже пытающихся схватить что-то в воздухе. «Только не это» — пронеслось в ее голове, прежде чем она ринулась в эту толпу. Подобравшись ближе, она заметила Жана, проворно лавирующего между гадкими огромными телами. Вокруг этого поля боя лежали несколько дымящихся пятиметровых титанов, которых маркизу удалось уложить. Он выглядел сосредоточенным, но уже начал выдыхаться. — Жан! — окликнула его Ци. — Цисса! Вернись обратно, сейчас же! — Нет. Я не позволю сражаться тебе в одиночку! — закричала она, вонзая клинки в шею одного из титанов. — Я делаю это только ради тебя, дура. Мы оба здесь сдохнем, если ты не вернешься! — Мне плевать! Значит, сдохнем вместе. Мне все равно нечего будет без тебя тут делать. Жан на мгновение отвлекся от боя и обернулся на подругу. Воспользовавшись появившейся брешью в обороне кадета, один из титанов схватил леску УПМ Жана и дернул ее, сбивая его с курса. Маркиз не успел сориентироваться и с грохотом упал на крышу, а черепица под ним разлетелась. Он перевернулся на спину, стараясь вдохнуть, что от удара такой силы было сделать довольно трудно. Его обступили существа и начали тянуть к нему свои руки. — Жан! Нет! Жан! — Ци использовала полный потенциал своего УПМ, чтобы как можно скорее добраться до друга. — Стой! Не приближайся. Нгх! Его схватил один из самых высоких титанов и сжал в своей ладони. Маркиз воткнул оба лезвия в его руку, пытаясь выбраться из ловушки. Цисса понимала, что просто не успеет добраться до друга вовремя. Все варианты действий и планы, которые она лихорадочно пыталась сгенерировать в голове, начинала затуманивать паника. Сейчас их могло спасти только чудо, самое неожиданное. Чудо, самопожертвование. Вдруг в ее сознании, в самой его глубине, начала поблескивать зарождающаяся надежда. Идея, которая, вероятно, будет стоить ей будущего и, может, даже жизни. — Жан! Я это сделаю! — Нет, не смей, слышишь?! Даже не думай! Тебя убьют! Ты умрешь, Цисси! — Я умру сейчас или потом, какая разница, если я хотя бы смогу спасти тебя?! — Нет! Не вздумай! Нет! — заорал Жан во все горло. — Хоть бы раз ты заткнулся! Ци резко сменила траекторию, направляясь теперь не к другу на подмогу, а на скопление титанов. В полете она потянулась к набедренному ремню, к которому был прикреплен небольшой футляр. Девушка выхватила из него перочинный нож и в последний раз глянула на сопротивляющегося Жана, которого титан уже почти поднес к своему рту. «Надеюсь, еще увидимся» — прошептала принцесса, прежде чем вогнала нож в свою открытую ладонь. Лезвие разрезало кожу, разорвало сухожилия, сломало кости и вышло с обратной стороны. Острая боль нажала на спусковой крючок и ярко желтая молния озарила все в радиусе нескольких десятков метров. От тела девушки ветвями начали расходиться мышечные ткани, кожные покровы и скелет, образуя огромное тело, окруженное паром. На месте, где только что была будущая хозяйка стен, появился титан, не уступающий другим ростом и размером. По распределению мышц на теле, фигура существа напоминала женскую. Узкие зрачки метались между толпой тварей и Жаном, которого титан выпустил из руки, увидев внезапно возникшего перед ним собрата. Маркиз отступил и с помощью УПМ перенес себя на несколько крыш дальше. Убедившись, что молодой человек в безопасности, неизвестный титан протяжно и громко зарычал и бросился на скопление. Он вгрызался в загривки каждого и расцарапывал их лица и тела, беснуясь и купаясь в их крови, которая оросила улицу и окна рядом стоящих домов. Титаны падали замертво один за другим, создавая плотную дымку вокруг. Они боролись в ответ и впивались своими зубами в тело обезумевшего от ярости титана, стараясь задавить его числом. Когда ему удалось сбросить с себя всех титанов и отбиться от них, он начал давить ногой шеи тех, кто потерял равновесие и упал на землю. Бой начал затягиваться, но злость и ненависть заставляла его продолжать бороться. Когда перед титаном Циссы осталось последнее из тех существ, зрение уже немного расплывалось, а ноги плохо держали. Он тряхнул головой и зарычал, бросаясь на собрата. Принцесса использовала прием рукопашного боя и, прижав противника коленом к земле, вырвала зубами кусок плоти с задней стороны его шеи. Существо прекратило двигаться, а титан выпрямился, тяжело дыша. Внезапно Жан что-то закричал, а Ци ощутила пронзающую боль в шее. Через секунду она погрузилась во тьму, похожую на сон. Сон, сквозь который она слышала знакомые и незнакомые голоса. Тело горело, а сознание опустело. Принцесса не знала сколько времени уже прошло и как долго она пробыла в небытие. Когда она в следующий раз пришла в себя, первое, что она ощутила — холод и сырость. Девушка застонала, приоткрыла глаза и попыталась шевельнуться. Что-то громко звякнуло, приводя ее в чувство. Цисса вскрикнула и подскочила на месте, а ее голова болезненно запульсировала. Она начала испуганно озираться по сторонам. Ци оказалась заперта в клетке, похожей на тюремную, а сама она сидела на узкой деревянной койке. Ее запястья оказались скованы тяжелыми наручниками, от которых тянулись толстые цепи. В помещении царил полумрак. Внезапно раздавшийся голос заставил ее вздрогнуть. — Очнулись наконец, Ваше Высочество? — Нгх! - она прищурилась, — Это… Вы? Из тени к железным прутьям приблизился до боли знакомый силуэт. Капитан вскинул голову и посмотрел на принцессу. — Кто же еще. — Какого… Мф, – она потерла виски, — Какого черта я в этой клетке? — Это не клетка. Это подземная темница. Ты в заключении у Военной полиции. Потому что представляешь угрозу для общества и человечества в целом. — Ч-что? Что за бред? — Ты не помнишь? Ци начала прокручивать в голове последние воспоминания. Они начали постепенно всплывать в ее сознании, заставив ее нахмуриться. — Черт. Где Жан?! — Серьезно? Это первое, о чем ты думаешь в сложившихся обстоятельствах? Интересно. — Просто ответьте! — Ци поднялась с лежанки и обогнула ее, схватившись за прутья. — С ним все нормально. Отделался царапинами. Но вот твое будущее… Еще не определено. — Что? О чем речь? — Ты опасна. Непредсказуема. И я не представляю как тебе удавалось так долго скрывать такое. Нам предстоят долгие, долгие беседы, Райсс. Думаю, не нужно объяснять, что верхушка требует твоей смерти? — Что…? Но я же будущая… — «Хозяйка стен»? Боже. Тебе ведь двадцать один, пора бы начать думать головой… Когда речь идет о выживании человечества, даже королевская кровь, текущая в твоих жилах, тебя не спасет. У твоего поступка было слишком много свидетелей. Граждане судачат. Не исключена вероятность переворота или полномасштабной гражданской войны… — Я не враг человечеству, — серьезно и твёрдо сказала Ци, упираясь лбом в ледяные прутья, глядя капитану в глаза исподлобья, — У меня была лишь одна цель. Спасти друга. — Вот как? Хм… Боюсь, придется доказывать это на суде. — На… Суде? — Особый военный суд. Скажи, какие у тебя намерения? — Намерения? Никаких. Я уже сказала, что мне нужно было спасти близкого мне человека от смерти. Ни больше, ни меньше. Я никак не планировала использовать свою силу, если Вы спрашиваете об этом. — Правда? Хм, — Леви задумчиво рассматривал ее лицо, когда его глаза вдруг блеснули, — Теперь за тебя в ответе буду я. Начальству я так и скажу. Не подумай, что я тебе доверяю. Но если попытаешься нам солгать — я убью тебя. Если решишь нас предать — я убью тебя. Если попробуешь сбежать — я найду и затем убью тебя. Лучше меня на эту роль никто не подойдет, начальство не будет против. Я одобряю твое вступление в Разведкорпус, Цисса Райс. — Если бы я хотела сбежать, капитан, — зашипела Ци, — Эта темница меня бы не сдержала. Я остаюсь здесь по своему собственному выбору. И мне не нужен надзиратель. Ясно? — Мне плевать что ты считаешь тебе нужно или не нужно. Здесь я решаю кому и в чем испытывать потребность. Ясно? — Леви ударил кулаком о холодное железо. Цепи на запястьях Ци звякнули, когда она отшатнулась. Девушка цыкнула и отвернулась. — Судьей будет Дариус Закклай. Ты его знаешь? — Верховный главнокомандующий? Да. Бывал у нас дома. Он… На удивление нормальный мужик. — Хоть что-то. Отдыхайте, Ваше Высочество, — холодно произнес Леви, развернувшись, — И поешь, — он кивнул на похлебку и кусок хлеба на подносе, стоявшем на полу камеры. Капитан ушел, задвинув за собой тяжелую металлическую дверь. На замену ему пришли двое часовых, которые время от времени поглядывали на Ци, то ли из любопытства, то ли из страха. Следующие пару дней прошли как в бреду. Она то проваливалась в сон, то вяло бодрствовала. Принцесса потеряла счет времени и не знала как давно она здесь находится. Ей хотелось помыться, нормально поесть и… Увидеть Жана. Но еще больше ей хотелось выжить после суда. Она понимала, что там будет приниматься решение о том, будет ли она жить или умрет. Разумеется, девушка не собиралась сдаваться без боя и ей нужно было доказать, что она не представляет опасности. Но от мысли, что ей придется выслуживаться перед людьми, которых она так ненавидит, ей становилось дурно. От мысли, что Жану тоже может угрожать опасность, как ее сообщнику, все внутри нее съеживалось. Жан ведь знал. Он все знал. Когда поток времени казался бесконечным, а безрадостные мысли уже начали вызывать раздражение, Ци выдохнула и приподнялась с койки, обратившись к страже. — Эй. Я хочу пить. — Вы только что пили. — Хочу еще, — раздраженно сказала девушка. — Хм. Ты понимаешь свое положение? — нагло спросил человек, — Чертов монстр… — пробубнил он себе под нос. — Да ты вообще знаешь кто я и кто… Вдруг кто-то внезапно возник у решетки и резко схватился за ее прутья. Ци перевела удивленный взгляд на источник шума. Она увидела дико улыбающуюся женщину чуть за тридцать. У нее на носу были очки, подчеркивающие глубину карих глаз и волосы шоколадного цвета, собранные в хвостик на затылке. На ней была форма Разведкорпуса, а ее лицо почему-то светилось от счастья. — Ты, должно быть, Цисса Райсс? Как ты? Извини, что заставили тебя ждать. Зато ты наконец выйдешь отсюда! — она вставила ключ в замок, висящий на двери в клетку и открыла ее. Принцесса и сопровождающие ее незнакомые люди, во главе с этой девушкой, поднялись по лестнице и теперь шли по длинному коридору, в котором Ци наконец стало легче дышать. — Я — Ханджи Зоэ, командир отряда Разведкорпуса, — представилась девушка. — М… Я — Цисса Райсс, принцесса Парадиза. Очень приятно. — Кто ж не знает, — она мило улыбнулась и остановилась перед какой-то высокой дверью, — Вот мы и пришли. И да, как бы это ни звучало… Нам остается лишь слепо довериться тебе. Удачи. — Стойте… — Ци хотела поговорить с Ханджи, но ее уже затолкнули в двери. Оказавшись внутри, Цисса окинула взглядом огромный зал суда, где уже была куча народа, среди которых она увидела много знакомых приятных и малоприятных ей лиц. Ее провели на середину зала, где стояла высокая железная балка непонятного назначения. Руки девушки завели за спину и надели наручники так, что она оказалась прикована к этому штырю. Принцессе приказали встать на колени. Она сжала зубы, но повиновалась и оглядела присутствующих. По левую сторону, за длинной трибуной, она увидела Эрвина Смита, от вида которого она ощутила облегчение, Леви Аккермана, беспристрастно глядящего на нее, и знакомых кадетов, одним из которых был Жан. Она не смогла справиться с радостью от встречи с ним и чуть дернулась. Из-за этого ее движения многие испугались и сделали шаг назад. Жан же поддерживающе улыбнулся и кивнул подруге. Она выдохнула и перевела взгляд на другую сторону. Там она узнала клоунов из Военной полиции, главного идиота религиозного культа, шавку Гильдии торговцев и других неприятных личностей. Принцесса нахмурилась. С каких это пор религиозные фанатики участвуют в значимых событиях? Куда смотрит отец? Ее размышления прервал звук шагов. Это был Дариус Закклай. Высокий, крепкий, седой мужчина преклонных лет с ухоженной бородой и уложенными волосами. Он проследовал к своему судейскому месту, снял пиджак, закатал рукава и сел в кресло. Зал стих. — Предлагаю начать. Цисса Райсс. Ты — дочь Фредерика Райсс и солдат, который поклялся посвятить свою жизнь государству? — Все так. — Это особый случай, поэтому здесь собрался особый военный суд. Решать твою судьбу предстоит мне. А именно — жить тебе или умереть. Возражения? — Нет. — Скрыть твое существование оказалось невозможным. Помимо титанов может возникнуть и иная угроза. Сегодня я решу какому подразделению тебя доверить. Военной полиции или Разведкорпусу. Выслушаем предложения Военной полиции. — Слушаюсь! Нил Док, командир дивизии Военной полиции. Мы предлагаем тщательно изучить тело Циссы Райсс, после чего избавиться от него. Ее существование опасно и вызывает среди людей беспорядки. Нельзя забывать, что король, должно быть, тоже в этом замешан. — Она — паразит! И жизни не заслуживает! — злобно запричитал предводитель Культа стен. — Далее выслушаем предложение Разведкорпуса, — сказал Дариус. — Слушаюсь. Командующий тринадцатым батальоном разведотряда, Эрвин Смит. Мы предлагаем принять Циссу в свои ряды, чтобы оценить ее предполагаемую эффективность и вклад в спасение человечества. При помощи ее силы у нас будет шанс обрести свободу. — Больше мы не купимся на вашу игру в героев! — мерзким голосом завопил человек из Гильдии в сторону представителей Разведкорпуса. — Что-то ты разболтался, свинья, — отрезал капитан, — Вы постоянно говорите про нас, но благодаря нам вы набиваете себе карманы. Закклай постучал ладонью по столу, призывая присутствующих к порядку. Ци оторвала взгляд от Леви и обратила его к главнокомандующему. — Тишина! Цисса. Я хочу убедиться, сможешь ли ты сражаться на нашей стороне, используя силу титана? «Блядь… Пиздец. Сражаться на передовой… Черт, я же хотела не высовываться и спокойно преследовать свои цели. Ладно, пути назад уже нет. Сейчас нужно остаться в живых…» — подумала Ци, прежде чем ответить: — Да. Смогу. — Хм. В рапорте написано следующее: «Жан Кирштайн не выглядел удивленным, а спокойно дожидался окончания боя разумного титана с толпой чистых, словно знал о силе Циссы Райсс уже давно». Жан Кирштайн, как Вы можете это прокомментировать? Ци перевела взволнованный взгляд на друга. — Кхм. Я… Да, это правда. Я знал о секрете принцессы. — Тогда почему ты не рассказал? Это можно расценивать, как госизмену со сговором. — Я понимаю это и готов нести ответственность, если потребуется, — жестко сказал Жан и посмотрел на подругу, — Но я — человек чести. Я честен с теми, кто мне дорог, главнокомандующий. Это не мой секрет и потому я не вправе им распоряжаться. Мне претит предательство близких. Прошу, примите во внимание то, что Цисса поступила так, чтобы спасти мою жизнь, а не навредить кому-то! Она защитила меня от титана, который был в шаге от того, чтобы убить меня. — Протестую! Я считаю, что эти показания несут личную привязанность свидетеля. Жан Кирштайн, можно сказать, рос и воспитывался вместе с Циссой Райсс. Мы правда готовы доверить ей судьбу человечества, солдат и сбережений? — перебил Нил. — Точно… Она — титан, притворяющийся человеком. И он — тоже! Вдруг он не человек?! — выкрикнул кто-то из толпы. — Точно! Его тоже надо вскрыть! — Постойте! Может я и монстр, но он здесь не при чем! — закричала Ци, пока ее наручники позвякивали о балку. — Так мы тебе и поверили! Вы заодно. — Это ложь! Вы неправы. Но все равно вы продолжаете строить удобные для себя догадки. И в этом все вы… Вы всегда были такими. Я вас презираю. С детства, — «Черт, мне бы заткнуться… Нет. Я должна сказать», — Вы, по сути-то и титанов не видели. Чего вы так боитесь? Ха-ха-ха! Боже, — принцесса вдруг рассмеялась, — Что вы будете делать, если сильные не будут сражаться?! Обделаетесь в свои штанишки, как и всегда. Но к этому мы еще вернемся в будущем… А пока, если вы так боитесь за свои жизни, то дайте сражаться мне! Вы просто жалкие трусы! — с надрывом выкрикнула Цисса, стараясь подавить усмешку. Зал полностью затих. Гримасы удивления и ужаса застыли на лицах людей, в чей адрес девушка разразилась тирадой. Отойдя от шока, Нил скомандовал: «Целься!». Принцесса резко вдохнула и дернулась на месте. Когда обстановка накалилась до предела, а девушка уже была на мушке, к ней подлетел Леви Аккерман. Он схватил ее за волосы и впечатал ее голову в железо с такой силой, что удар разошелся гулким эхом по залу, а сама она потеряла ориентацию в пространстве. Затем он приложил ее об пол, да так, что из ее носа пошла кровь. Остудив ее пыл, мужчина резко потянул Ци за волосы и ее лицо поднялось к потолку, а из ее рта, от резкой боли, вырвался жалобный скулеж. Мужчина схватил ее за лицо и заставил ее посмотреть на тех людей, пока сама она балансировала между обморочным состоянием и нахождением в сознании. Жан почернел от злости и уже ринулся на помощь подруге, когда его схватили сослуживцы, не давая ему усугубить ситуацию. — Это моя любимая теория. Лучше всего воспитывать через боль. И сейчас тебя нужно воспитывать не словами, а дрессировать. Ты так скорчилась, такую легко бить ногами, — спокойно произнес капитан, склонившись над принцессой. — Постой… Леви, — осторожно сказал Нил, — Вдруг она обозлится и превратится в титана? — Что за бред? Вы вообще хотите ее вскрыть. Я слышал, что она голыми руками убила двадцать титанов. Будь она врагом, у нас было бы в разы больше проблем. Так что я ее врагом не считаю. — Главнокомандующий! — Эрвин Смит поднял руку, — У меня предложение. — Какое? — спросил Закклай. — В силе титана Циссы многое не изучено. Поэтому предлагаю отдать ее под присмотр Леви Аккермана, пока она будет служить в Разведкорпусе. По результатам станет ясно будет ли от нее польза для человечества. — Контролировать Циссу Райсс… Ты справишься, Леви? — Я могу убить ее в любой момент. — Хм. Решение принято. И да, Райсс. Было бы обидно, будь твой отец замешан в этом… — главнокомандующий ударил молотком и поднялся со своего места. Спустя полчаса, Ци сидела в кабинете Ханджи, пока та исследовала ее голову и пыталась уменьшить ее боль от ушиба. Сквозь окно в комнату проливался теплый свет заходящего солнца. Принцесса сидела на кушетке, пока Зоэ обрабатывала место удара. — Ну и досталось же тебе. Больно? — Немного… — И… Как именно болит? — улыбнувшись, уточнила женщина. — А? — Прости. Но именно благодаря этому ты теперь с нами, — сказал Эрвин, прохаживающийся по кабинету, — Мы сыграли своим козырем в идеальный момент. Твоя боль не была бессмысленной. Мое уважение, — командующий остановился напротив девушки и присел, протягивая ей руку. Ци вложила свою руку в его и пожала ее. — Цисса, отныне мы рассчитываем на тебя. — Приятно слышать, командующий, — она улыбнулась. Леви, до этого сидевший в кресле в противоположном конце комнаты, плюхнулся рядом с девушкой и раскинул руки, закинув ногу на ногу. — Слушай, Райсс. Ты ненавидишь меня? — он откинул голову и прищурился. — У меня нет определенного ответа на Ваш вопрос, сэр, — она напряглась. — Ясно. Что ж, взаимно. До того, как Ци успела вставить одну из своих колкостей, Ханджи повернула голову принцессы так, чтобы Леви увидел ее затылок, где виднелся ушиб. — Всему есть предел, Леви, — сказала Зоэ. — Убери. — Для меня это, считай, важный образец. — Райсс, уверен, ты была бы рада, если бы тебя вскрыли подобные ребята, — он кивнул на Ханджи. — Не сравнивай меня с ними. Я не собираюсь ее убивать. Слушай, Цисса! — она с энтузиазмом приблизилась к принцессе, — Можно я тебя осмотрю?! — А? Чего? — Научный интерес. Я просто… Обожаю титанов! — ее глаза вспыхнули. Это почему-то заставило Ци прыснуть. В этот момент она поняла, что может, все не так уж и плохо и, может, ей даже удастся выжить. Вдруг в дверь постучали и в проеме показался Жан, которого сопровождали какие-то люди из Разведки. — Вот, он настаивал. Сказал, не уйдет, пока не отведем его к вам, — объяснил их внезапное появление один из сопровождающих. Цисса вскочила и ринулась к другу. Она с разбега напрыгнула на него, почти сбив того с ног. Жан улыбнулся и прижал ее к себе, уткнувшись носом в ее плечо. Когда он поставил ее на землю, девушка провела ладонью по его щеке. — Боже, как я рада тебя видеть. Я так рада, что ты жив. Как ты себя чувствуешь? Что ты делал все это время? Тебя допрашивали? Жан, я… Пока кадеты щебетали, наслаждаясь радостью первой встречи после долгой разлуки, капитан наблюдал за ними холодным взглядом, все так же сидя на своем месте. Он изучающе разглядывал маркиза с принцессой и о чем-то размышлял. В его глазах промелькнуло раздражение. Леви встал и скомандовал: — Не разводите здесь детский сад. Вы можете поговорить позже. Кирштайн, ты не видишь, что мы заняты? Ты считаешь, что врываться вот так посреди разговора старших по званию — это нормально? Тебе стоит поучиться дисциплине. Я могу тебе с этим помочь. Ханджи осуждающе глянула на Леви, но ничего не сказала. Жан прочистил горло. — Да. Извините, капитан. Просто хотел убедиться, что у моей подруги все будет в порядке. — В полном, — со сталью в голосе ответил Аккерман, — Я об этом позабочусь. Поверь. Это ведь теперь моя прямая обязанность. Глаз маркиза дернулся и он расправил плечи. На его лице приступили желваки, но вместо ответа он лишь выполнил воинское приветствие. — Разрешите идти? — Свободен. — Пока… — шепнула Ци другу, который кивнул ей, прежде чем раздраженно покинуть помещение. Леви проследил взглядом за Ци, которая вернулась на прежнее место. Он удовлетворенно склонил голову на сторону.  — Он и ваши отношения могут стать проблемой.  — Что? Почему это?  — Это отвлекающий фактор.  — Скорее, мотивирующий. Вы слишком пессимистично смотрите на жизнь, сэр. Ханджи выдохнула, маскируя усмешку под кашель.  — Да, принцесса… С тобой нам точно станет веселее, — она приобняла девушку. — Помолчи, четырехглазая, — фыркнул капитан. — Какой ты грубиян, Леви. Эрвин снисходительно улыбнулся и покачал головой, наблюдая за течением жизни за окном.  — Церемонию вступления в Разведкорпус было решено провести сегодня же вечером, ведь в тот день она так и не состоялась. Надеюсь, Вы окончательно определились со своим решением, Ваше Высочество. Хотя… Не хочу давить, но, выбор у Вас не велик, — сказал командующий своим размеренным, успокаивающим голосом. — Да, командующий.  — Подготовьтесь.  — Так точно.  Цисса встала со своего места и направилась к двери. Вдруг до нее донесся я прохладный голос сзади:   — И, будь добра, зайди через полчаса. Хочу задать тебе несколько вопросов. Лично.  — Есть, капитан, — сухо ответила Ци и закрыла за собой дверь.  Она двинулась по коридору, размышляя о теме предстоящего разговора с Леви, как вдруг внезапно появившийся из-за угла Жан заставил ее подпрыгнуть на месте. — Тьфу, дурак. Напугал. — Я думал, ты соскучилась, — обиженно сказал маркиз. — Так и есть. Пошли на улицу, покурим. Молодые люди вышли из здания и Ци окинула его взглядом. Так вот оно какое. И не подумаешь, что помимо зала суда, тут есть тюрьма.  Вокруг ходили другие военные разных званий и гражданские. Некоторые люди, вышедшие на перекур, узнавали принцессу и перешептывались. — Сегодня церемония, слышала? — спросил Жан, протягивая подруге сигарету.  — Да я уж в курсе, — она вздохнула, — Не передумал?  — Очень смешно. Нет, не передумал. После того, как ты спасла мне жизнь, я у тебя в долгу. Я обязан отплатить тебе тем же. Жану прилетела смачная оплеуха. — Даже не думай, дурак. Не нужны мне твои жертвы, ясно? Я что, зря тебя спасала? — Ай! Блин, мое мужское эго задето. Это я должен был тебя спасать, Цисси, — молодой человек надулся. — Все, тема закрыта, — отрезала девушка и стряхнула пепел с сигареты, — Капитан позвал меня на разговор. Час от часу не легче. — Что ему надо от тебя?  — Ну как что? Хочет меня расспросить. Думаю, ему нужны все подробности… — Не пошел бы он? Это твое личное дело. — Больше нет, свет очей моих. Ситуация сильно изменилась.  — Да понимаю я. Черт. Просто бесит, — Жан раздраженно затянулся сигаретой и бросил ее остаток под ногу, раздавив ее подошвой. — Меня тоже.  — Ты будешь в порядке?  — Да, обещаю. К тому же, Леви ведь сказал тебе, что «позаботится об этом», ха-ха! — Ци толкнула друга локтем.  — Дерьмо, не напоминай, — на удивление серьезно отрезал маркиз, — Даже не хочу думать. Он говорил это… С таким… Его рожа… Черт, — он сжал кулаки, — Он словно меня изводит.  — Эй… Все нормально, Жан. Спокойно, — девушка аккуратно сжала его предплечье.  — Ни черта не нормально. Я терпеть его не могу. — Я тоже, но, к сожалению, у нас с тобой нет выбора. Нам придется мириться с ним. Просто старайся на позволять этому всему действовать тебе на нервы, ладно? Жан протяжно выдохнул и провел рукой по волосам.  — Плевать. Нахер его. — Другое дело, — Ци улыбнулась и бросила окурок в урну, — Ладно, мне пора. Увидимся на церемонии?  — Увидимся на церемонии, — молодой человек кивнул и поцеловал подругу в обе щеки на прощание.  Принцесса глянула на часы, висящие над входом в здание и поспешила наверх. Подойдя к дверям, из которых она вышла чуть больше получаса назад, Цисса собралась с мыслями и вошла внутрь. Ханджи и Эрвин уже ушли, а Леви сидел за столом, изучая какие-то документы.  — Ты опоздала, — буднично произнес капитан. — На три минуты. — Ты считаешь, что этого мало? В Разведкорпусе не место опозданиям. Ты знаешь что может произойти в бою за три минуты?  — Ясно, ясно. Я поняла Вас, — слегка огрызнулась принцесса.  Капитан поднял на нее взгляд и отложил бумаги. — Опять показываешь зубы? Не рекомендую. Проходи, садись, — он кивнул на скамью у стены, где Зоэ недавно обрабатывала ее ушиб.  Принцесса заняла место, закинула ногу на ногу и выпрямила спину, сложив руки в замок на колене. Солнце уже почти село, но в комнате было по-прежнему светло. Солнечные зайчики плясали на стенах и полу, а из приоткрытого окна, из-за пределов ограды административного здания, доносились голоса людей и шум города. — Что Вы хотите узнать? — Все. С самого начала. — Можно немного конкретнее? — Тебе всегда нужно подробное руководство к действию? — Желательно.  Мужчина откинулся на стуле и приподнял подбородок. Цисса отвела взгляд в сторону.  — Как давно ты владеешь этой силой? Как это произошло? Какие для этого условия?  — Это… Это долгая история.  — Я никуда не тороплюсь, Райсс. У нас куча времени, — он провел пальцем по ручке, которую держал в руке.  Девушка проследила за движениями пальцев капитана, подняла глаза на него, и, встретившись с ним взглядом, уставилась на стол.  — Почему у тебя вечно такое воинственное выражение лица? Я тебе не враг.  — Но и не друг. Вы вынуждаете меня говорить о том, что само по себе не является легкой частью моей жизни.  — Хотел бы я сказать, что мне не плевать, — спокойно сказал Леви. — Есть хоть что-то, на что Вам не плевать?  Мужчина оперся на подлокотник, сдвинул челюсть на сторону и цыкнул, изучая ее взглядом.   — Вернемся к теме. Расскажи все, что тебе известно. К тому же, у меня есть право знать хотя бы потому, что я вынимал тебя из тела титана собственными руками. — Вы? Так вот почему было так неприятно.  — Извини, не рассчитал силу, — даже не пытаясь прикрыть свою ложь, сказал капитан.  — Ладно, — раздраженно сказала Ци и вдохнула, — Начну с того, что за пределами стен существуют не только титаны. — А кто? — Другие люди. Как Вы и я.  — Нет ни одного факта, который бы свидетельствовал… — Боже, зачем Вы просите меня рассказывать, если собираетесь оспаривать каждое мое слово? Постарайтесь пять минут не рационализировать полученную информацию, а просто выслушать.   — Продолжай и постарайся не дерзить.  — На самом деле, за стенами огромный мир. Куда более развитый, чем наш. Первый король изменил память жителей Парадиза с помощью силы титана, заставив считать, что в мире не осталось никого, кроме тех существ.  — Изменил память? Как это возможно?  Ци вздохнула и убрала волосы с лица. — Эта чертова семья все равно мне поднадоела, думаю, никто не обидится, если я расскажу правду. Сила титана передается в моей семье из поколения в поколение. Как Вы понимаете, не только я обладаю этим даром. Колоссальный титан, Бронированный… Всего их девять. — А твой?  — Титан-прародитель. Самый могущественный из всех. Он может менять воспоминания человека или целой группы, а также контролировать титанов, чем и воспользовался первый король, сбежавший на остров из-за гонений людей, оставшихся за его пределами. Это был… Геноцид. Мой предок хотел лишь мирного существования на своей земле. Без войн и гонений. И я разделяю его взгляды. В моей семье были сплошные болваны, кричащие о том, как изменят мир и уничтожат врагов, живущих за стенами, когда обретут силу Прародителя. Придурки. Не знаю чего им не хватало, — она усмехнулась, — Однако, ни один из них так этого и не сделал. — Ты сказала о передаче и обретении силы… Эту способность можно обрести?  — Все так. Она передается. А те идиоты… Так ничего и не сделали, так как помимо силы, которая тебя наполнит, ты окажешься связан Клятвой мира.  — Что это?  — Скажем так, клятва о ненападении. Ты не сможешь использовать свою силу, чтобы напасть на внешний мир. Однако, можно активировать защиту острова, но только при условии, что на него нападут. Поэтому сюда никто не суется уже более ста лет. — И что это за защита?  — Мой предок создал десятки миллионов колоссальных по размеру титанов, которых можно пробудить ото сна с помощью силы Прародителя. Они выжгут земли и принесут разрушения всей планете.  — И где они? — В стенах. Капитан отложил ручку и протер лицо ладонями.   — И как эту силу можно передать?  — Спинномозговая жидкость. — И как ее извлечь? — Раскусить позвоночник владельца, став чистым титаном с помощью специальной сыворотки, — Ци пожала плечами, — Кстати, чистые титаны, с которыми борется человечество — обычные подневольные люди из-за моря, которым вкололи эту жидкость. — То есть… Чтобы стать разумным титаном, нужно съесть человека?  — Все так. Я съела мать своего отца. Мерзкая она была. Как в жизни, так и на вкус. Это случилось много лет назад. И в ту же секунду мне открылись все знания о мире. Я никак не планировала использовать эту силу с самого начала, так я и поступаю до сих пор. По крайней мере, поступала… Кстати, не скрою, стирать память — довольно полезный навык.  — И как часто ты его используешь? — Почти не приходилось. Ни для чего серьезного. — В твоих руках сосредоточена такая сила… И истина мироздания. А ты так бездарно распоряжаешься своей силой? — Я же сказала, я не такая сердобольная, как те идиоты. Или Вы. Я просто хочу спокойной жизни. Как и первый король. Не смейте меня осуждать. Это моя сила и только мне решать что с ней делать.  Леви мотнул головой и посмотрел на потолок.  — А почему… Твой отец или твоя мать не захотели стать преемниками?  — Мама хотела, но… Я ей не позволила. Я сказала, что хочу сама это сделать. Не хотела подвергать ее опасности. Не хотела… — А твой отец? — Ха-ха, — принцесса горько усмехнулась, — Вы правда думаете, что он стал бы рисковать собой? Сразу видно, что Вы ни черта не знаете ни обо мне, ни о моей семье.  — Почему ты считаешь родственников идиотами? — Дальние сестры матери, племянники отца, все эти безмозглые люди бегали и вопили о том, как вернут в мир справедливость, будь у них возможность перенять силу. Что добьются свободы для нашей нации. Они просто бесились с жиру, только и всего. У нас здесь есть все, так зачем так рисковать ради эфемерной свободы? Я не хочу так. Я сразу знала, что оставлю все как есть. Неужели первый король делал все напрасно? Укрыл нас за стенами, дал кров и чувство безопасности. — Ты просто… — Вы не имеете права меня осуждать. Это нелегкая ноша. Вы думаете, легко видеть в воспоминаниях людей, которых я никогда не видела? Носить в себе грехи и тяжелые воспоминания предыдущих владельцев? — А что, если просто украсть твою силу?  — Ха-ха! Удачи. Это бесполезно, потому что человек, забравший Прародителя, сможет стать разумным титаном. Но он не получит никакой силы, потому что управлять ею под силу только представителям королевского рода. Игра не стоит свеч. Так что Вам не удастся скормить меня и передать мою силу кому-то более сговорчивому и жаждущему поскорее подохнуть. — Тц, — он недовольно нахмурился, — А что с теми, кто за стенами? Почему они изгнали нас? — Они нас не изгоняли. Они нас истребляли, потому что мы — элдийцы. Демоны, которые способны превращаться в титанов. А они — марлийцы, использующие нас как пушечное мясо для войн. Они заслали к нам троих элдийцев, работающих на них. Тех, кто обладает силой колоссального, бронированного и женской особи. — И почему тогда элдийцы работают на них?  — Им промывают мозги с рождения. Они живут в концентрационных лагерях и искренне верят, что заслужили это за грехи своих предков, которые в свое время напали на Марли, используя силу титанов. Короче, расизм, нацизм, называйте как хотите. — Если все, что ты рассказала — правда, то все еще хуже, чем я предполагал.  — Возможно. И имейте в виду, я не собираюсь бросаться на амбразуру. К тому же, Клятва мира не позволит мне этого сделать. — Я помню… — принцесса подняла глаза к потолку — Когда титаны прорвали стену, когда я была еще маленькая… Мама и отец пытались уговорить старуху остановить это. А она лишь… Лишь смотрела на них. Тогда даже я не понимала ее, но сейчас… Сейчас я вижу. Все идет своим чередом и мы не должны в это вмешиваться. Мы лишь наблюдаем. Сдвинув брови к переносице, Леви внимательно слушал принцессу. Его удивили ее глаза, когда она говорила о том дне. В этот момент взгляд девушки наполнился мудростью и усталостью, словно человек по ту их сторону прожил сотни лет и десятки жизней.  — Тебе передаются знания, ведь так?  — Все верно. Я вижу воспоминания прошлых владельцев и перенимаю их знания. — Это удивительно, Райсс. Ты сама… — после этих слов он словно переключился и придвинулся к столу, положив на него локти, — Мне кажется, ты не договариваешь. Ты о чем-то умалчиваешь. — Ни о чем, что сейчас важно. — Значит, есть что-то еще? — Много незначительных нюансов.  — Что-то подсказывает мне, что в результате окажется, что эти «незначительные нюансы» окажутся куда важнее, чем ты о них думаешь. Что ж, и на данный момент информации достаточно. Скажи, Райсс… — он встретился с ней взглядом, — Откуда Жан знает о тебе? — Он всегда знал. С того дня, как об этом всем узнала я.  — Почему ты рассказала ему?  — А почему люди делятся своими секретами? Он мне близок и очень дорог. Я ему доверяю.  — Вот как… Ясно. Капитан медленно встал со стула и обошел стол. Он остановился на его противоположном конце и оперся о него руками, взявшись за его край. Леви выжидающе смотрел на Циссу, заставляя ее нервничать. — А Эрен тебе близок?  Девушка напряглась и бросила на него взгляд, прежде чем снова отвести его в сторону.  — Я не понимаю о чем Вы, сэр. — Правда? А я думаю, что понимаешь, — капитан подался вперед, — Я всегда все знаю, принцесса. Тебе будет сложно скрыть от меня что-то на моей территории. — Мне кажется, я уже дала ответы на все интересующие Вас вопросы, — Цисса поднялась со скамьи и направилась к выходу, — Если у Вас будут еще какие-то вопросы по существу — задавайте. Но на обсасывание сплетен и слухов у меня нет ни времени, ни желания.  — Сплетен ли?  — Вы удивитесь, когда узнаете сколько сплетен и клеветы создает одно мое присутствие где-либо. Но ничего, Вы скоро привыкнете. До встречи на церемонии, капитан, — прохладным тоном отчеканила Ци и покинула комнату.  Мужчина еще какое-то время бесцельно смотрел на ручку двери, а затем оттолкнулся от стола и подошел к окну, сложив руки на груди. «Паршивка…», — прошептал он.  В это время Цисса, внутри которой клокотала злость, металась по зданию в поисках Жана, который словно провалился сквозь землю. Наконец, выйдя на задний двор, она увидела его, вещающим что-то компании новобранцев. Увидев принцессу, они расступились и благоговейно уставились на нее. — Чего вытаращились? — зашипела она. Они обиженно и стыдливо потупили взгляды, смотря вслед удаляющимся аристократам. Жан приобнял подругу и они отошли в сторону. — Ха-ха, ну чего ты? Разозлил он тебя? Что этот мудак говорил? — Я даже не буду говорить, что он вел себя как грубиян, ведь это не новость. Но твою мать… Он начал спрашивать меня об Эрене, — она заговорщически понизила голос.  — Хм. Ну… — Хочешь сказать, ты не удивлен?!  — Если честно, нет, Цисси. Это не то, чтобы секрет, знаешь… Мало кто в это верит, но много кто об этом слышал. Сама же знаешь как быстро расползаются слухи. Но и черт с ними. Кто поверит в то, что принцесса водилась с кем-то вроде него?  Ци надула губки и пожала плечами.  — Нечего переживать из-за этого. Но вот Аккерман… Не понимаю что он хотел от тебя услышать. Для чего он начал тебя об этом спрашивать? Думаю, это была попытка тебя контролировать с помощью чувства стыда. Ха-ха, жаль, что этот идиот не знает, что тебе такое не знакомо. — Пошел он. Ведет себя так, словно знает меня.  — Сожри его на одной из вылазок. Скажем, что потерялся. — Очень смешно, Жан! — иронично посмеялась девушка, — Вот только скорее он меня убьет, чем наоборот. Кстати, он тогда специально меня вырубил и вырезал из тела, как мясник.  — Так и думал. Надеюсь, когда-нибудь я смогу набить его рожу.  — Ладно… Я рада, что мы хотя бы живы. Пойдем, скоро начнется церемония.  Маркиз кивнул и перекинул руку через ее плечи, после чего молодые люди направились вглубь заднего двора, куда начали стягиваться кадеты. Сумерки уже нависли над городом и воздух стал свежее.  — Не холодно, детка?  — Немного, — она поежилась. Жан снял свою куртку, заботливо накинул ее на плечи подруги и вернул руку туда же, где она была. Принцесса не знала было ли ей и вправду холодно или дело было в легком мандраже, который заставлял ее тело немного подрагивать. Она подняла взгляд на молодого человека. Его расслабленная поза и вечно смеющиеся глаза, по умолчанию выражающие снисхождение и высокомерие, ее успокоили. Члены Отряда особого назначения, кратко именующимися «Отряд Леви», зажгли факелы, стоящие вдоль своеобразной площадки. Вдруг, за спинами аристократов раздался голос:  — Ваше Высочество. Неужели это и вправду Вы?   Ци и Жан синхронно обернулись на голос, который каждый из них двоих точно слышал до этого. Их брови поползли наверх, когда они увидели перед собой Флока Форстера, сына графа Форстера.  — Милорд! Поверить не могу, так это правда?  Высокий молодой человек с хищным взглядом, густыми волосами с медным отливом и карими глазами почтительно склонился, приветствуя принцессу и маркиза. Цисса ответила реверансом, а Жан немного подался вперед.  — Приятно видеть одухотворенные и знакомые лица, — сказал виконт. — Ха-ха, Ваша правда, — усмехнулась девушка, — Как здоровье у графа и графини?  — Родители в порядке, благодарю. Вы все также прелестны, как при нашей последней встрече, Ваше Высочество. Хотя нет, Вы стали еще краше, — молодой человек улыбнулся. Он склонился, чтобы поцеловать руку принцессы, после чего еле заметно по-кошачьи облизнулся и выпрямился. Улыбка Жана искривилась.  — Какими судьбами, Форстер? — маркиз опустил подбородок и вежливо улыбнулся, прижав подругу ближе, что не осталось незамеченным Флоком.  — Да, и правда. Я слышала, что ты пошел служить, но думала, что это шутка. — Не шутка, принцесса. Отец пристроил меня в Военную полицию полгода назад. Это было нужно для моей будущей карьеры, но, как Вы знаете, я не самый послушный юноша. Да и вообще, я втянулся в военную жизнь. Военная полиция — служба довольно благородная, но мне стало скучно и захотелось острых ощущений. И вот я здесь. События последних дней только добавили мне решимости, спасибо Вам. — Вот как… Интересно судьба складывается, — сказал Жан, приложившись щекой к голове подруги, — Детка, в горле пересохло, пойдем за водой? — Прошу нас простить, Ваша Милость. Скоро вернемся, — сказала Ци, следуя за другом.  Когда двое отошли на безопасное расстояние, они переглянулись и посмеялись.  — Он все такой же скользкий тип, да? — спросила принцесса. — Ага, реальный сукин сын. У него это на лице написано, ничуть не изменился. А мы ведь когда-то дружили втроем… — Было дело, да. Ну, по крайней мере, приятен хотя бы тот факт, что в этой дыре есть человек, который говорит с нами на одном языке. — Это да, но что-то я с ним не хочу говорить даже на разных, — Жан закатил глаза. — Да ладно тебе. Не до такой же степени он тебе отвратителен. — Пока нет, но что-то мне подсказывает, что он имеет все шансы для меня таковым стать. — Ты драматизируешь, свет очей… — Надеюсь, что так. К тому же, он всегда был к тебе неравнодушен. Поверь, сейчас он будет пыжиться изо всех сил, чтобы произвести на тебя впечатление. Как в детстве, только хуже. И в плане романтических взаимодействий он совсем не утонченный. Слышал, что виконт хоть и популярен среди обоих полов, но груб и прямолинеен, как деревенщина. И будь аккуратнее, мне кажется, ты единственная, кого он не смог заполучить, поэтому, вполне вероятно, будет давить.  — Не знаю, может ты и прав. Не зря же он бастард, — Ци злорадно хихикнула, — Что еще от него ожидать? Он, кстати, чем-то напоминает кота, правда же? Все эти ужимки, выражение его лица и походка. — Что-то есть. Не стоит забывать, что коты очень своенравны и нелогичны. Если ты хочешь, можем, конечно, водить с ним дружбу, но мне это кажется не лучшей идеей. К тому же, коты с псами плохо ладят, — молодой человек улыбнулся, — Кстати, он ведь еще и альфа. Уверен, его отец до сих пор вне себя от счастья, ха-ха! — Ага, в отличие от моего.   Оба рассмеялись и выпили по стакану воды, которую набрали в небольшом питьевом фонтанчике у ступеней, ведущих к зданию. Флок смотрел на двоих издалека, о чем-то размышляя. Он улыбнулся своим мыслям и провел языком по зубам. Когда Жан и Цисса вернулись обратно, прибившись к толпе, они снова завели светскую беседу с давним приятелем, пока их не прервала внезапно повисшая тишина. Все трое обернулись и увидели командующего Эрвина Смита, стоящего напротив новобранцев со своими расправленными широкими плечами и решительно сдвинутыми прямыми бровями. Ханджи, которая переговаривалась с командиром другого отряда, не могла скрыть своего эмоционального перевозбуждения. Она была так органична и естественна в этой среде, что принцесса невольно улыбнулась. Чуть поодаль от Зоэ остановился капитан Леви Аккерман, взгляд которого безразлично блуждал по молодняку, пока не зацепился за силуэт Циссы. Заметив, что в полку аристократов прибыло, он прищурился. Капитан продолжал сверлить девушку взглядом, а та, в свою очередь, не стала отступать. Она с вызовом отвечала своим взглядом на его, отзеркаливая создаваемое им напряжение и чувство дискомфорта. Леви, не ожидавший ответного давления, слегка поменялся в лице и вскинул брови. Жан склонился над ухом подруги и стал ей что-то нашептывать, зарывшись носом в ее волосах. Капитан не знал наверняка о чем шла речь, но мог предположить.  — Ваше Высочество, — отвлек Ци голос слева. — М? — она повернулась на Флока и заглянула в его темные глаза. — Так это правда, что капитан Вас недолюбливает? — Ты наблюдательный. — Просто внимателен к мелочам, — он пожал плечами.  — И к тому, что болтают, верно?  — Ха-ха, Вы меня подловили. Виновен, — молодой человек усмехнулся и поднял руки.  Жан, стоящий по правую сторону от Циссы, закинул руку на ее плечо, но в разговор встревать не стал, а лишь продолжил смотреть по сторонам.  — И вправду, Цербер, — впечатленно прошептал Флок на ухо приятельнице.  Прежде чем принцесса успела ответить, Эрвин наконец заговорил:  — Я — командующий Разведкорпусом. Зовут меня Эрвин Смит. Приветствую вас, новобранцы.  Все кадеты синхронно выполнили воинское приветствие.  — Грядут неспокойные времена. Что уж там, они уже настали. Думаю, здесь нет того, кто не знал бы что произошло несколько дней назад, — некоторые сослуживцы боязливо поглядывали на принцессу, на что та лишь подняла нос выше, — Однако… Это не значит, что произошло что-то, чего нельзя было бы исправить. Мы закрыли новую брешь в стене и уничтожили всех титанов, успевших пробраться за стену, это очередная победа. Совместными усилиями мы смогли этого добиться. Послушайте! Если говорить прямо, то сегодня я должен уговорить вас вступить к нам. После последней атаки титанов вы уже знаете об ужасе перед ними. А также о том, как невелики наши силы. Тем не менее, эта схватка принесла человечеству первую победу. Благодаря Циссе Райсс, — принцесса выпрямилась и сжала челюсть, — Она, без всякого сомнения, наш союзник. Это доказывают ее поступки. Благодаря ей мы приблизились к пониманию природы титанов. Возможно, с ее помощью нам удастся избавиться от гнета титанов, под которым мы живем уже сотню лет. За эти годы умерло около шестидесяти процентов Разведкорпуса. Что касается вас, то через месяц вы отправитесь на свои первые вылазки за стену и многие из вас уже не вернутся. А через пару лет почти все умрете. Однако, выжившие станут превосходными солдатами. Попрошу остаться здесь тех, кто готов пожертвовать своей жизнью после сказанного мной. Сможете ли вы отдать свое сердце ради человечества? На этом все. Кто не будет к нам вступать, можете уходить.  Вся толпа, до этого боявшаяся даже вздохнуть, зашевелилась, словно отмерев. Все вертели головой по сторонам в попытке узнать решение сослуживцев. Все, практически каждый из присутствующих поспешно покинул площадку, даже не оборачиваясь. Они закономерно и справедливо уносили ноги, чтобы стать как можно дальше от практически гарантированной гибели.  — Эй, а он не так прост, как кажется. Этот Эрвин Смит… — тихо сказала Ци Жану с ухмылкой.  — О, да. Что-то в нем меня даже пугает… — также тихо ответил ей друг.  Через минуту перед командиром остались всего несколько человек. Цисса окинула взглядом тех, кто остался. Чьи-то плечи дрожали от страха, а чьи-то от подавляемых, беззвучных рыданий. Эрен, Микаса, Армин, Конни, Саша, Флок и Жан… Да, не густо.  Эрвин посмотрел на каждого из кадетов. Он сделал шаг вперед и задал вопрос: — Если вам прикажут умереть, умрете?  Все переглянулись.  — Черта с два. Никто не будет говорить мне когда и где мне умереть, — твёрдо и без тени сомнений заявила Ци.  Она отставила ногу в сторону и повела плечом, глядя на командующего. Сослуживцы обернулись на принцессу. Ханджи приложила ладонь к лицу, подавляя смешок в попытке скрыть свое неуместное ликование. Леви лишь глянул на девушку из-под ресниц, а Эрвин кивнул в ответ и тень улыбки пробежала по его лицу.  — Вот как. Мне это нравится. Все присутствующие здесь отныне члены Разведкорпуса. Выражаю почтение. Отдадим свои сердца! — Есть! — хором выдали новобранцы.  Вдруг, капитан сделал шаг вперед.  — Для тех, с кем я еще не знаком — меня зовут Леви Аккерман. Я — капитан Разведывательного корпуса. Для общего понимания… Здесь не место для неженок! Не место для соплежуев и белоручек. Не место для тугих, медлительных и чрезмерно харáктерных, — его взгляд скользнул по принцессе, — Мы сработаемся, если вы будете отдаваться общему делу и безустанно трудиться. Спасибо. Принцесса закатила глаза и вздохнула. «Даже сейчас, во время приветственной речи, он не смог обойтись без этого…?». Не успел капитан вернуться на прежнее место, как вперед выбежала Ханджи. — Раз уж мы все представляемся… Меня зовут Ханджи Зоэ, я — лидер отряда Разведки. По совместительству исследователь, ученый и титанолог, — с энтузиазмом и широкой улыбкой затараторила девушка, — Отрадно видеть такое количество интересных юных дарований, которых нам подкинула судьба в этот раз! Среди вас есть потенциальные стратеги, логисты, предводители, бойцы и, возможно, следующий… — Зоэ почесала затылок и хихикнула, — Что-то я заболталась, простите! Иногда меня несет и становится трудно сдерживать полет мысли, ха-ха! В общем, очень рада всех видеть. Если захотите обсудить титанов, вы всегда сможете найти меня в лаборатории. Спасибо! — она поклонилась и вернулась на место. Новобранцы неловко переглядывались, а Цисса тихо сказала Жану:  — Она забавная. Интересная. — Она, честно говоря, наглухо, — молодой человек махнул рукой у головы. — Просто она типа гений, видимо… Нам таких не понять. — Угу, — маркиз многозначительно кивнул.  Церемония оказалась короче, чем ожидала принцесса. Когда все оставшиеся после впечатляющей речи Эрвина стали разбредаться, ее окликнул капитан. Девушка кивнула Флоку и Жану, сопровождавшим ее, и сменила траекторию своего пути, подойдя к мужчине.  — Сэр, — она начала разговор глубоким реверансом.  — Боже, когда же ты оставишь это гаерство?  — Вы что-то хотели? — едва ли изменившись в лице спросила Ци.  — Просто хотел поставить тебя в известность. — О чем же?  — На рассвете мы, члены Отряда специального назначения и вы, новые члены Разведки, отправимся в бывшую штаб-квартиру Разведкорпуса, что находится за Тростом в стене Роза. — Ясно… Для чего? — Для изучения твоей силы, тренировок и последующих вылазок. Теперь мы знаем больше и с твоей помощью истребление титанов можно сильно ускорить. — Вылазки? Вы даже не спросили меня. Я говорила, что не планировала использовать свою силу. Я не собиралась вмешиваться в подобные мирские дела. Я стану вашим подопытным кроликом, но рисковать жизнью ради… — У тебя настоящий комплекс бога. Жаль, что Прародитель достался паршивке с и без того раздутым самомнением. Мне кажется… Ты все еще немного не осознаешь свое положение, принцесса. Больше у тебя нет права на это «Я» с большой буквы. Теперь ты — часть Разведки, нравится тебе это или нет. Ты сама приняла это взвешенное и взрослое решение. Пора столкнуться с ответственностью, которую за собой повлек твой выбор. Если откажешься — умрешь. Попробуешь сбежать — умрешь. И я лично гарантирую тебе этот исход. Ведь я взял тебя в Разведку под свою ответственность, а я не люблю подводить других. На кону стоит слишком много.   — Увлекательно. Я бы сказала… Интересно. Интересно, как каждое Ваше слово разит презрением и неодобрением меня как факта. И интересно наблюдать за тем, как Вы разглагольствуете о «самомнении», когда Вы сами ничем не отличаетесь от меня, — она вздохнула, — Я Вам не нравлюсь. Нет, не так. Это было бы слишком очевидно… Вы меня ненавидите. И, о, поверьте! Это чувство взаимно. Но дело в том, что Вы ненавидите меня по одной простой причине. Мои «недостатки» находят отклик внутри Вас. Они отзываются в Вас. А знаете почему? Потому что часть Вас, в той или иной форме, ровно настолько же, как Вы говорили, «развращена». И Ваше эго разнуздано до такой же степени, как мое. Чем раньше Вы с этим смиритесь, тем скорее Вы выстроите гармоничные отношения как со мной, так и с самим собой. Вы не можете смириться даже не с тем, что кто-то Вас превзошел, нет. Вовсе нет. А с тем, что эта вероятность вообще существует. Вас раздражает вероятность того, что кто-то подавит Вас и окажется более превосходной Вашей версией. Мы всегда презираем в людях то, что отвергаем в нас самих, капитан. — Хм… Потрудись объяснить, почему же ты меня ненавидишь? Если в твоем мировоззрении презрение к кому-то обуславливается набором нелицеприятных факторов, присущим тебе самому?  — Ответ травмы. Я чувствую исходящую от Вас угрозу. А когда я испытываю подобный стресс, в который Вы перманентно меня вгоняете, я реагирую агрессией и неповиновением. Вспомните же, сэр. Неужели из нас двоих я была первой, кто вступил в открытое противостояние? Неужели с моих уст сорвались первые саркастичные замечания и грубые слова? Разве это я была тем, кто усомнился в правдивости Ваших слов и честности? Была ли я тем человеком, который первым сделал свою неприязнь очевидной? — Хочешь сказать, что ты — жертва и лишь защищаешься? Как удобно… — мужчина подошел на опасно близкое расстояние, — Ты — превосходный манипулятор. Браво, Ваше Высочество. Знаешь каково мое мнение? Говоря обо мне, ты на самом описала свои личные чувства. Меня тебе не обмануть и не обвести вокруг пальца. В отличие от твоей аристократичной свиты приспешников, которых с каждым днем, к моему сожалению, становится все больше. Даже если ты и права насчет меня, о тебе можно сказать все то же самое. Просто ты не хочешь этого признать. — Хотите сказать, я не права?  — Хочу сказать, что ты — самое наглое, честолюбивое и манипулятивное создание, которое я когда-либо встречал. И я даже готов признать, что это действительно меня трогает. В самом плохом смысле этого слова. А сейчас… Могли бы мы закончить эту высокопарную полемику, приправленную взаимной ненавистью?  — Забавно. Это именно то, о чем я говорила… Если Вы не успели заметить, не я ее начала.  — Славно. Что касается тренировок, я лично буду наблюдать за тем, как они у тебя проходят. И будет жаль, если я не увижу того, чего от тебя ожидаю. Разумеется, я буду принимать участие в твоем обучении, однако, выбор слушать меня или нет, остается за тобой.   — Превосходно. До скорой, к сожалению, встречи, капитан.  Девушка резко развернулась и направилась прочь от единственного в этом мире мужчины, способного вывести ее из себя. Он всегда знал на какие места надавить, чтобы добиться самой яркой отрицательной реакции, на которую Ци была способна.