***
30 сентября 2024 г., 12:44
В тот день было холодно и пасмурно.
Нетипичные для июля тринадцать с плюсом градусов после тридцатиградусной жары отзывались пульсирующей болью в голове Хэ Сюань и невозможностью хотя бы просто оторвать себя от кровати, не говоря о том, чтобы есть, смотреть в окно или слышать что-то громче собственного дыхания. Хотя и оно раздражало, если уж совсем честно. В такие дни хотелось заколотить себя в звуко-свето-и-что-там-ещё-непроницаемую камеру и оказаться в состоянии полной сенсорной депривации.
На лестничной клетке соседи слишком громко стучали дверями, а лифт ездил слишком шумно, благо что через окно пятнадцатого этажа не было слышно звуков близлежащей трассы, иначе Хэ Сюань бы просто повесилась.
Она всё же выползла на кухню через пару часов после столь болезненного пробуждения, но только ради того, чтобы нажраться обезболивающих, выпить стакан воды и снова лечь в тёмную спальню.
Если бы её девушка, Ши Цинсюань, сейчас была дома и что-то приготовила, то от запаха еды, скорее всего, стало бы только хуже. Благо та рано утром убежала на работу, не успев оставить на плите завтрак.
Хотелось уснуть обратно и проснуться уже без боли, но мозг, казалось, сверлили шуруповёртом. Снова лечь спать не представлялось возможным.
Чуть полегче стало только к вечеру. Голова все ещё трещала по швам, но от малейшего шума хотелось вздёрнуться чуть меньше.
Тогда же в квартиру, громко хлопнув дверью, ввалился кудрявый вихрь.
«Можно было и не хлопать», — подумала лежащая в коконе из одеял Хэ Сюань, но вслух только тяжело вздохнула.
Пришедшая в квартиру с чем-то завёрнутым в джинсовку Цинсюань тут же понеслась в ванную. Нет, не мыть руки, отпустить содержимое свёртка. А когда включилась вода, раздался протяжный «мяу».
«У нас же нет кошки...» — подумала Хэ Сюань, но сил на то, чтобы встать и посмотреть на происходящее в ванной, она в себе не нашла.
***
Существо шипело и кусалось под струями воды. Вместе с жидким мылом с него стекало огромное количество грязи, а шерсть под этим невероятным количеством нечистот оказалась полосато-рыжей. Коту пришлось выделить отдельное полотенце, а девушке, принесшей домой животное, вымыться: вода брызгала во все стороны, да и, прижимая к себе трясущееся животное, она изрядно испачкалась. Кот, в состоянии мокрой крысы, пока новоиспеченная хозяйка принимала душ, протопал мокрыми лапами по квартире, а оказавшись в тёмной спальне, запрыгнул на кровать и лёг не на шутку удивлённой девушке на голову.
— Окей, она и в правду притащила домой кота... — подумалось вслух.
Животное заурчало, всё ещё лежа на волосах Хэ Сюань.
— Я надеюсь, ты не блохастый и не лишайный, кот... Иначе мне придётся лечить не только больную голову. Давай, слезай! Пусть она сначала отвезёт тебя в ветеринарку, а потом мы подумаем, можно ли тебе лежать у меня на голове, — пробормотала Хэ Сюань вслух, стаскивая мокрое животное со своих волос.
В этот момент Цинсюань вихрем, таким же мокрым, как и этот кот, появилась на пороге спальни.
«Два сапога — кеды», — подумалось невзначай.
— Теперь у нас есть кот, — только и смогла произнести Цинсюань, но сделала это так громко, что мозг Хэ Сюань едва не взорвался очередным приступом боли.
— Давай ты не будешь кричать и спокойно объяснишь мне происходящее... Только тихо, иначе я останусь без головы, — Хэ Сюань коснулась висков пальцами и села на кровати.
— Я нашла это... — Ши Цинсюань указала пальцем на кота, — по дороге домой. Оно сидело на трубе, грязное и трясущеся не то от страха, не то от холода, и очень жалобно мяукало. Я не могла его не забрать. Я даже не знала какого оно цвета — было всё в грязи. Как только я взяла его на руки, оно замурчало, и я поняла, что уже никому его не отдам. Так и вышло. Теперь у нас будет кот. Или кошка. Я понятия не имею.
Животное при рассказе о нём потерлось об руку, стряхнуло с себя влагу и устроилось на коленях теперь уже хозяйки.
Хэ Сюань, страдающая от головной боли, усмехнулась и потрепала кота по голове. Кот, так кот. К тому же, они похожи с Цинсюань.
— Ладно... — вздохнула она, опускаясь на кровать.
— Тебе принести таблетки? Сильно плохо? — только сейчас Ши Цинсюань отвлеклась от кота и обратила внимание на свою возлюбленную. Коснулась лба сначала холодной рукой, а после — губами. Ласково запустила руку в волосы и стянула запутавшуюся там резинку. Кот посмотрел на идиллию как будто с осознанной ревностью во взгляде.
«Ну, спасибо, теперь даже коты ревнуют мою же девушку ко мне», — заметив взгляд, подумала лежавшая в кровати Хэ Сюань.
— Уже получше... Обойдусь без таблетки. И отвези кота в ветеринарку. Вдруг оно больное.
Справедливости ради, кот больным не выглядел — даже худым не был. Видимо, оказался на улице недавно и успел извозюкаться в грязи, прежде чем его нашли.
— Кот подождёт, сначала ты. Что мне сделать, чтобы тебе стало лучше? — Цинсюань взяла её за руку другую и осторожно провела пальцами по ладони.
— Просто не уходи. И... — Хэ Сюань не договорила. Холодные пальцы коснулись сначала висков, потом нежно провели за ушами и коснулись шеи. Холод приятно прошелся по телу, прогоняя боль. — Какие холодные у тебя руки. Там был дождь? Ты замёрзла? Давай, залезай под одеяло, не хватало тебе заболеть.
Кот снова бросил ревностный взгляд и ушёл в другую комнату.
— Кстати, похож на тебя, — улыбнулась Хэ Сюань, накрывая Цинсюань своим одеялом.
— Кто? — не сообразила Ши Цинсюань.
— Кот. Такой же приставучий и первым делом решил мурчанием лечить мою голову. Кстати, залезь рукой в волосы, пожалуйста. Когда твои руки там сразу становятся легче.
Цинсюань осторожно забралась рукой в иссиня-чёрные пряди волос любимой, пальцами осторожно коснулась кожи головы, а потом неосознанно погладила за ухом, будто сейчас в её руках была не девушка, а кот.
— А ты похожа на кота. Чуть ли не мурчишь, когда тебя гладят за ушком, — Цинсюань рассмеялась, продолжая касаться руками головы, уделяя особое внимание точкам за ушами: уж слишком было приятно наблюдать за реакцией.
Кот, кстати, оказался шестимесячной вполне здоровой кошкой и очень даже неплохо устроился.
