Парфюм

Идеальная, вечная, очищенная от ненависти любовь существует только между зависимым и наркотиком.

Зигмунд Фрейд

На праздник в честь приезда сестры Фила подбил Витя Пчёлкин. А кто если не этот рыжий интригант? На самом деле ему было вообще плевать на её приезд, это был лишь очередной повод напиться и подцепить высокую блондиночку. А может двух. –Да ладно тебе , чего ей дома сидеть, девчёнке 18 уже, глазом поведёшь и вот у неё уже жених нарисуется– улыбка такая хитрая, что совсем не вяжется с его вьющимися лохмами. Он будто лиса, хитрая и такая же рыжая. Только Витя Пчёлкин может уговорить самого несговорчивого из их четвёрки. Только Витя Пчёлкин может так обворожительно улыбаться ему, не боясь получить в морду за последние сказанные слова. –Жениху я этому нос сломаю, а в случае чего колени прострелю–неодобрительно говорит Филатов расставив локти в сторону, откинув голову на спинку своего дивана и разглядывая потолок квартиры. Эта квартира ему досталась в 18, как только выпустился из дет дома. Неплохая двушка, не президентские апартаменты но и не собачья конура. К приезду сестры он ещё и выдраил её до блеска, поменял шторы и даже комнату сестре обставил получше. А что не сделаешь ради родной кровиночки? Так и Филатов думал когда запряг друзей помогать в этом нелёгком и, как казалось им, не мужском деле. –Чем ты простреливать собрался Рэмбо хренов–смеялся Саша. Ему вся эта ситуация вообще только на руку была поэтому он активно принимал участие в убеждении Фила купить алкоголя и устроить такую встречу сестры. Он 2 года алкоголя даже не нюхал, а где там на Афгане то его нюхать? –У Космоса вон есть чем стрелять–сказал Фил улыбнувшись и взглянув на Холмогорова. А последнему и вовсе не было дело до всего вокруг. Он ещё до приезда Филатовой всю ночь праздновал уже сам не помнит какой праздник. Всё, что ему сейчас нужно было–это продолжить веселье пока похмелье не началось. План был таков: сначала пойти на дискотеку, натанцеваться от души а после домой, продолжать веселье. Желательно в компании обворожительных девочек конечно, но этот пункт плана Фил присекал в любом его проявлении, с девчёнками то он рад, но вот сестра его в соседней комнате вряд ли хотела слышать его радость. –А я бы посмотрел на этого шалапая,–посмеялся Холмогоров все же включившись в диалог, а затем встретив непонятливые вгляды друзей–ну а кто по вашему будет в здравом уме и в трезвой памяти подкатывать к сестрёнке боксёра? Филатова появилась в дверном проёме именно в этот момент, одаряя всех присутствующих запахом хороших импортных духов. Работала целый месяц что бы купить их. Длинные волосы были распущены, ресницы чуть чуть подкрашены тушью, на которую она тоже долго копила деньги, а край коротенького, черного, цветочного платья сжимала в руках О московской моде девушка перечитала кучу журналов, да и по пути домой смотрела на девушек, отставать от них ей конечно не хотелось. –Ты в этом никуда–вдруг твёрдо сказал Фил и от этой твёрдости аж мурашки покатились по коже, да даже не мурашки а комбайны ими наполненные. Строгость брата она помнила и всегда уважала но сегодня будто позабыла вовсе о всей той скромности которой он её учил. –Да ладно тебе Фил, девчёнка на дискотеку же идёт а не в церковь на утреннюю службу, что ей теперь платок на голову и платье в пол?–улыбается Витя. И улыбка эта такая, хитрая, будто он лисица из детских сказок которые брат читал Дине по ночам. То ли обмануть хочет то ли провернуть что то , это она по одному прищуру голубых глаз видела, это она ещё с детства помнила когда Пчёлкин подбивал друзей то учительнице кнопку на стул положить, то с окна туалета сигануть, дабы сбежать с уроков. Сколько она себя помнила Пчёла всегда был в центре любой затеи и почему то Филатова всегда была соучастником всех этих затей. –Да может и не идти? Ну куда ей дискотеки то? Кашей поди накормим, на ручках покачаем да спать уложим, а Фил?– смеётся Космос хитро щурясь. Этому он научился у Пчёлкина. Этому все научились у Пчёлкина. Дина же ни слова не проронила, с детства как то увязалось это за ней–молчаливость. Что в дет доме отпор дать не могла, что в школе отмалчивалась, и сейчас это предпочитает. А Витя Пчёлкин стоит и взглядом её буравит. Взгляд такой острый, будто нож заточеный крупнозерной наждачкой, настолько острый что он режет даже воздух между ними, и у Филатовой дыхание сбивает. Он усмехается, понимает–он выиграл в эти гляделки, он это точно знает. Пунцовые щёки солгать не дадут, как и опущенный вниз взгляд карих глаз. А Дина непонятно из за чего провалиться хочет, да не только под землю а в ад. Только на какой именно из 9 кругов ада по книге Данте она упадёт не знает. То ли к лжецам, то ли к сладострастникам и развратникам. –Да ладно хорош сиськи мять–сказал Саша а затем понял что оступился, Фил одним взглядом показал что даже слов плохих в компании его сестры говорить не стоит.–Женские молочные железы. Идёмте уже. Дина выходит позднее всех, нарочито долго обувает красивые беленькие туфельки на каблучке, застёгивает пряжку растягивая момент. Все лишь бы не столкнуться с кошмой рыжих и их обладателем. –Динок мы в машине ждём– кричит брат уже на лестничной клетке спускаясь быстрее. На дискотеку ещё успеть нужно, а со сборами Дины они могут и опоздать. Когда голова брата скрылась в бесконечных лестничных пролётах излюбленной в их городе Сталинки, Филатова могла выдохнуть. Она поднялась расправляя плечи и встретилась со взглядом голубых, бесконечно глубоких как океан глаз. Хотя нет, если у Космоса голубизна была снежная и успокаивающая то у Вити Пчёлкина она была безбрежная и холодная. Вот и гадай после этого сколько кораблей женских сердец в ней затонуло. –Фил сказал мне дверь на ключ запереть, тебе видимо не доверяет такое взрослое и ответственное дело–снова прищур и усмешка. Совсем уже не ребяческая насмешка, скорее взрослая издёвка. Дина отвечать и не собиралась, взяла сумочку и тоже как можно быстрее, насколько позволяли её каблучки, скрылась в летсничных пролётах. Вот только места пассажирских в машине четыре а их пятеро. Конечно это идеальная возможность для Фила сказать сестре что бы она дома сидела да к поступлению в институт готовилась, вот только Витя Пчёлкин с удовольствием эту возможность искореняет. –На коленки ко мне сядет–говорит он и прямо перед носом шатенки садится на место у окна. –Ну а что, дети так ездят и ничего страшного. Все согласились слишком быстро как то, будто в порядке вещей было, вот только шатенка протестовала. В душе конечно протестовала, на деле же она села. Вроде бы ничего плохого, поехать на коленях лучшего друга её старшего брата, а вроде бы– это Витя Пчёлкин. Пчёлкин который обычно с двумя девушками. Витя который одним взглядом любую краснеть заставит. Витя Пчёлкин который когда то был её первой любовью, да такой, что они ещё в детстве поженились под кронами сосен и берёз, там где никого и никогда не бывало, в особенности старшего брата который– чуть что и морду готов был набить кому угодно за сестру. На дискотеке весело, и музыка самая новая, и девочки все как с журналов модных и мальчики удалые и алкоголь хороший. Вот только Филатовой тут не место, она это не поняла а почувствовала. Знаете это чувство, когда от дискомфорта под кожей бежит будто ледяная кровь, призывает мурашки, заставляет съеживаться, глазки метать по танцполу и озираться в попытке хоть за что-то зацепиться. Только цеплятся не за что, Саша давно заливал себе в горло что-то горячительное, Космос отжигал, цепляя каждый взгляд и прикливая его к себе суперклеем своей неотразимости. А Витя Пчёлкин...Витя Пчёлкин как всегда. Был в окружении красивых дам. Брат запропостился неизвестно куда и оставил Дину совсем одну. В этом одиночестве ничего не оставалось кроме того, что бы пить. Никто уже не контролировал молодую девушку и в горло её вливались далеко не детские напитки. Вместе с ними по телу разливались тепло и раскрепощённость. Далее дело за малым, выпить ещё и идти танцевать забывая о том что ей здесь не место. Однако больше не шло, как только воспоминания о её безбожно пьяной "матери" ударили в голову, ни один миллилитр не смог попасть в её желудок. Не хочет она быть как эта женщина. Совсем не хочет. И нести пьяный бред за который будет стыдно потом тоже не хочет. Остаётся только стоять у стенки задумчиво глядя на ярко одетых и без алкоголя раскрепощенных девушек. В одиночестве есть и свои плюсы, она хотя бы не чувствует подкорками мозга выбивающие из коллеи взгляды на себе. Она не в центре внимания и это не может не радовать. На самом то деле уже уйти хочется и она собирается, круто поворачивается на 180° на одних лишь каблучках и сумочку на плечо вешает, знает что в её недрах, где то около бумажника и проездного, есть припрятанная пачка сигарет, и это немного поднимает настроение. Вдруг за руку кто-то хватает, да такая хватка что кажется у человека не рука а медвежья лапа, настолько огромная. Девушка поворачивается, хотя делает это нехотя, всё наровит обратно повернуться да уйти. Юноша перед ней высокий, такой что голову запрокидывать приходится, не такой как Космос,но точно выше Сашки. Сразу бросаются во внимание его зелёные, с золотым отливом глаза. Затем каштановые волосы зачёсанные назад. И в конце замечает золотые часы на запястье правой руки. Последнее не о хорошем роде деятельности говорило. В Казани она уже насмотрелась на группировщиков в их малиновых пиджаках и со златыми цепями на толстых, от изобилия еды и денег, шеях. –Не видел тебя тут раньше, а я бы такую красавицу не упустил из виду, это уж точно–Улыбка такая лучезарная, красивая, словно из идеального мрамора было выточено его лицо. Что отвечать на это Дина и не знает вовсе. Комплименты слышала она редко, может тому виной была её излишняя скромность и молчаливость, а может внешностью не вышла? Ответа на вопрос в голове не было как и предположительных реакций на комплимент. Так и стоит, глазками изредка хлопает как кукла какая нибудь не живая, да улыбку кривит, пытается быть вежливой и обходительной, поэтому и тянет жалкое–Спасибо. –Может выйдем? Жарко тут и шумно, на улице и разговаривается легче–усмешка такая самоуверенная, но это в первые жизни не вызывало никакого отторжения, наоборот, он показался ей обворожительным, как парень из забугорных журналов. Улыбку из себя уже не выдавливает, искренне уголки губ поднимает и спускается по лестнице вниз, под козырьком Дома Культуры наконец закуривает, уже как то без смущения. Рядом с ним как то и не тушуется, либо глаза его зелёные вызывали доверие, либо абсолютная плавность в движениях и никаких хищных оскалов. Точного ответа не было, но располагать к себе он умел одним лишь видом. –Одна что ли тут?–выдал он вытягивая из пачки сигарету. Да пачка такая, что Дине даже не известно что это за марка. Они очень сильно отличались от "Московских" или "Румба" которые Филатова обычно брала, тут были какие то импортные, белая пачка с красным козырьком и надписью Marlboro. –С братом и его друзьями, но я сама по себе. –А чего ж ты красавица сама по себе то? Не уж то комсомолка да приличная девочка какая нибудь, небось от роду не бывала на таких мероприятиях? –усмешка, но не злая или насмешливая, скорее добрая, отеческая. –Бывала, но не в Москве –Откуда же ты тогда красна девица? –Из Казани– тут уже немного тушуется, сьеживается под взглядом пары зелёных. Некомфортно говорить о своём городе когда в газетах он гремит только как родная колыбель всех самых опасных бандитских группировок. –Ну может имя назовёшь казанская ты наша–мужчина видно уже немного пьян, а после выкуренной сигареты только больше захмелел, и язык развязался. Теперь уже Дине было не так комфортно. Теперь она тушуется, ёжится, глазками бегает и ищет за что бы зацепиться, в чем бы причину для скорейшего ухода найти. –Дина,– робеет, взгляд задерживает на белых туфельках–Филатова Дина. –Ну вот, а я Павел, Витроханов Павел, будем дружить– тянет огромную лапу перед собой и все ждёт пока девчушка её пожмёт. Сфокусировать пьяный взгляд пытается на девушке и с ноги на ногу переминается от вечерней прохлады. –Я тоже дружить хочу, а то не красиво выходит, невесте моей дружбу предлагаешь, а мне нет Этот надменный тон Дина наверное узнает если не из тысячи, то из сотни точно. Витя Пчёлкин выныривает из темноты переулка, подходит к ним ровно расправив плечи и глядя строго перед собой. Создавалось такое впечатление будто если опустит взгляд то вся та его надменность немедленно рухнет под землю, а то и ниже. Теперь Павел ухмыляется с насмешкой и издёвкой. Это будто игра: у кого лучше получиться скорчить более самоуверенную рожицу. Вот только Филатовой это вовсе не нравится, она не только не хочет принимать участие в данном бою взглядов, но и вовсе видеть этого не хочет. –Не говорил ты пчёла что у тебя невеста есть, и она не распростронялась, с удовольствием с чужим мужчиной на улицу пошла– скалится так злобно, что теперь Павел и вовсе ей мерзок стал, фактически ей измену приписал, хотя она всего минуту назад ни невестой ничьей не была ни подругой. А Витя Пчёлкин будто и рад зацепиться за его слова, в паре голубых и бездонных сверкает опасный азарт. Адреналин бьёт ему в голову посильнее чем алкоголь, да так что он отрезвел за минуту. С детства Дина знала–Вите Пчелкину палец в рот не клади, откусит по самый локоть, зубки скалить ему смысла нет, он скалиться лучше, он язвит острее, он на язык более подвешан. Подходит к Дине медленно, в плотную. Руку по собственечески закидывает на Филатовское плечо и показательно в висок целует. Демонстрирует во всей красе серьёзность своих слов. –А знаешь Вихрь, она скромненькая у меня, доверчивая, на минутку вышел из зала а её уже украли– снова прищур. Запах алкоголя и явно хороших духов бьёт в нос, тепло прижавшегося в плотную тела согревало и её. Кровь бурлила по венам, то ли приток страха и последующего ему адреналина, то ли парфюм действительно хороший. Кличка Паши тоже не вызывает доверия и только сильнее отталкивает от себя. У хороших добрых и честных людей зоновских погонял и кликух– нет. У Вити пчёлкина есть кликуха, но это же не плохо, это с детства, это юношеские ребячества четырёх друзей. –Давай Пчёла землю сотрясать нашими телами не будем, твоя невеста- разговора нет, трогать не буду –сказал он и удалился. Это её и вовсе из коллеи выбило. Казалось бы Павел выглядел как авторитет, которых Дина в Казани успела увидеть десятки, но при этом испугался Витю Пчёлкина?Исключительно по Филатовскому мнению это было глупо. Витя Пчёлкин для неё был и наверное всегда останется парнишкой с не самой большой силой в мышцах, но с самым длинным языком за который не раз получал в морду. Его бескостный язык, на Дининой памяти, ещё никого не пугал, тем более кого то вроде Паши. Но к новым реалиям наверное нужно было привыкать. Он уже Пчела, все ещё в спортивке и с торчащей кудрявой лохмой на голове, но видимо с какими то связями. С широкими плечами, высоким ростом и острым взглядом. –И чего это было ? Какая невеста Пчёлкин?– не выдерживает. Срывается. Не может молчать когда в голове так много вопросов, и те что она озвучила только их одна сотая. –Это ты чего творишь Динок? С мутными дядями знакомиться нельзя, тем более дружбу водить, Фила разве тебе не говорил? Вроде девочка уже взрослая, а до сих пор сама себе на уме–он тоже не выдерживает. Нет не ругается, скорее отчитывает как это делал Валера когда то. –Если бы не сказал, что ты мне невеста, то вряд ли бы отстал, он такой человек что ему даже твой брат нипочём, ни он, ни Сашка, ни даже чудище наше двухметровое–закуривает сигарету и смотрит перед собой, то под ноги то на туфельки самой Филатовой. Будто понял что ляпнул чего не того и глазами пытается найти выход их ситуации: знает, вопросов не избежать. –И что это за человек такой-кому никто нипочём? –Очевидно она спросила. Любопытная ведь, может в силу возраста а может всегда такой и была. С самого детства хвостиком за братом, крутится рядом с пацанами, шуточки их слушает, рассказы о драках и о девчёнках. –Любопытной варваре, сама знаешь что сделали–отшучивается. Думает что так спасёт ситуацию вот только по лицу Дины видит что усугубляет её только . –Это всё равно не аргумент называть меня своей невестой, а вдруг узнает кто? Не будешь же ты повсюду меня с собой таскать, что бы все думали что это правда. Да и что бы сделал мне этот твой Вихрь а?–Филатова надавливает, знает ведь Витю Пчелкина с 5 лет, тогда Фил в школу пошёл и с тех времен они неразлучны. Знает какая он заноза и знает как эту занозу заставить сильнее в кожу впиться, знает как в подкорки мозга залезть. –Увел бы куда и пиши пропало– не поддаётся. Сдерживается хотя желваки на лице играют и сигарету топчет уже более остервенело. –А если бы и увёл, тебе то что?– видимо недавно выпитый алкоголь все таки даёт о себе знать, иначе Дина не может объяснить себе почему не согласилась с ним молча как делала всегда, почему вдруг зубки показать решила. Она в глаза пытается заглянуть ему, вот только Витя Пчёлкин выше на две головы и если голову не запрокинешь то лица его вовсе не увидишь, а если всё же запрокинешь то будешь выглядеть настолько безобидно и жалко, что он только посмеётся да приласкает как животнику какую. –А ты бы и рада да? С незнакомцами по пустым переулкам шляться да улыбаться им во все 32. А чего ж ты так мне не улыбаешься? Я тебя фактически спас а у тебя претензии какие то, не уж то приглянулся Вихрь? Раскрепостилась с ним? Может у него на коленках поудобнее да поприятнее будет?– он не выдерживает, лопается как надутый шарик который намеренно сжимали детские ладошки в надежде услышать "бах" . И "бах" происходит. Громкая посчёчина разлетается по тёмной улице, а пару человек спешат быстрее удалиться в ближайший сквер дабы не наблюдать ссору двух молодых людей. –Не смей–договорить она не успевает, чужие губы впиваются в её собственные резко, выбивают последний воздух из лёгких. Сминают грубо, так по собственечески, будто он их полноправный владелец. Привкус горько‐ сладкий, алкогольный. Привкус её первого поцелуя. Это она пытается осознать беспомощно хлопая глазками и вглядываясь в зажмуренное лицо напротив. Только она отталкивает его не сразу, а когда понимание того, что Витя Пчелкин крадёт её первый поцелуй приходит, она со всей силы толкает его в грудь. Хотя получается это не с первого раза, но получается