Часть 2. Дом друзей и больной немец.
24 октября 2024 г., 15:44
По квартире разносился шум телевизора. На старом диване расстелись Саша и Клаус, уставившись в экран. Лицо СССР выражало лишь одно - скуку. Что нельзя было сказать про его друга. Рейх чуть подался вперёд, и был напряжён до предела. К слову, смотрели они какой-то дешёвый ужастик, а идея эта принадлежала никому иному, как немцу.
И вот, когда нацист уже ожидал чего-то неожиданного в фильме, ему резко в лицо прилетает подушка. От неожиданности нацист громко заорал и замахал руками. В это время из колонок донёсся крик, слившийся с ором фрица.
Союз, согнувшись в три погибели от смеха, смотрел на фюрера, который упал на пол и, придя в себя, недовольно смотрел на Совета.
- Это не смешно! - возмутился Третий, но в ответ послышался лишь гогот Советского, который, уже схватив второй боеприпас, замахивался на Клауса.
И, когда уже следующая подушка зарядила в него, Рейх всё же чуть улыбнулся и кинул ответочку. Завязалась битва всем, что попадалось под руку. Немец даже один раз вскочил на коммуниста и начал душить того пледом, за что получил лежащим рядом тапком.
И через минут десять, два друга обессилено лежали. Нацист на ковре, СССР на диване. Саша ещё немного посмеивался, а фриц устало смотрел в потолок, улыбаясь краешками губ. Про телевизор они забыли уже давно, и там уже начались титры с характерной музыкой.
- Коммунист хренов, - добродушно, даже по-дружески проворчал фюрер, покосившись на Союза.
- Хах, - ухмыльнулся Совет, а после как бы невзначай поинтересовался, - Ты есть хочешь?
- Конечно, - хмыкнул Рейх. М-да, уж кто-кто, а он-то всегда был напротив подкрепиться.
И, с большим трудом, Советский всё же поднялся и, пошатнувшись, направился на кухню. Через полминуты и Клаус последовал за ним, опираясь на стену. Битва подушками вымотала друзей.
СССР открыл холодильник и заметил, как поредели их запасы продовольствия. Впрочем, ничего удивительного. Не будет же пища сама в их в тарелках появляться? Ладно, они потом решат эту проблему.
И вот, взяв полупустую коробку пиццы и мороженое, которые так любил немец, Саша выложил всё это на стол. Нацист, словно ребёнок, накинулся на облюбленный пломбир, а Союз в свою очередь, поставил два куска пиццы в микроволновку. А после вновь повернувшись к другу, хихикнул и весело заметил.
- Тебе бы поменьше на холодное налегать, Дедо Мраз.
Фриц прыснул, а после, наигранно закатив глаза, проговорил.
- Ла-адно, - и в этот момент он, по своему обычаю, откусил очередной кусок мороженого.
- Ну хорошо, - улыбаясь, произнёс Совет. Он немного волновался, что фюрер, не дай бог, заболеет, как было с его детьми когда-то давно. Хотя, впрочем, они уже не дети. Всё будет хорошо.
***
Пока друзья ещё имели свободные дни, они отжигали по полной. Дом их так и кишел весельем, и несколько раз соседи даже заявлялись к ним с претензиями. Но бывшим странам было мягко говоря плевать. И вот, когда в один день из колонок на всю вырывалась музыка 40-х, Саша вместе с Клаусом устроили рукопашные бои без правил. Тут, когда СССР получил очередной шуточный удар от Рейха, немец вдруг зашёлся в сильном приступе кашля, попутно хватаясь за горло. Союз, мигом позабыв об игре, оказался около нациста и, дождавшись, когда дыхание друга придёт в норму, озабоченно спросил. - Эй, что с тобой? Фриц несколько мгновений молчал, а после немного неуверенно пробубнил. - Всё нормально. - Ну уж нет, голубчик, - проговорил Совет, - Я же говорил, чтоб ты меньше холодное ел… Фюрер лишь обиженно скрестил руки на груди и, насупившись, проворчал. - Я сам решаю, что мне делать, Russisch (Русский). Но Советский лишь дружески толкнул Третьего в бок и произнёс. - Ладно, ладно. Но лечить тебя придётся. - Да не болен я! Всего лишь один раз… - хотел было огрызнуться Клаус, как вновь закашлял. И тут Рейха подхватили на руки и, под его ругательства и протесты, понесли в комнату.***
Саша, улыбаясь кончиками губ, зашёл в комнату друга. Немец лежал под тремя слоями одеял и пледов, и злобно смотрел на вошедшего. - Хах, да хватит дуться. Я же для тебя это делаю, - ухмыльнулся СССР, подходя к нацисту. - Тогда может, хотя бы не будешь пытаться задавить меня? - проворчал фриц. Он просто ненавидел, когда за ним ухаживают. Тем более так. - Так и быть, - наигранно протянул Союз и скинул на пол половину ноши, - Так-то лучше. Фюрер немного приподнялся и пронзительным взглядом посмотрел на Совета, который, добродушно улыбаясь, уже капал лекарство в ложку. - И не надо меня опекать, я сам могу у себе позаботиться! Тем более, что я не так уж и плохо себя чувствую, - высокомерно вскинув голову, проговорил Третий. Советский не обратил на это внимания и продолжил своё занятие. Когда всё было готово, он, протянув Клаусу эту самую ложку, добавил. - Я в магазин. Если что, пиши, звони. - Угу… - пробубнил немец. - Ну ладно, поки, - дружески потрепав нациста по голове, проговорил Саша и покинул дом. Вот, задумчиво двигаясь по людной улице, Союз нервно теребил свой рукав. Он немного волновался за больного фрица, даже понимая, что тот уже не маленький ребёнок. И вот, зайдя в супермаркет, Совет по привычке окинул всех присутствующих взглядом, а после пошёл искать, что бы им поесть. И , набрав в корзину всё необходимое, и ещё немного, Советский двинулся в направлении к кассам. Но тут в него на всех порах влетел паренёк, тем самым сбив с ног. Продукты рассыпались по полу, а коммунист вместе с незнакомцем расплачивались н а полу. - Ох, простите ради бога… - пролепетал мальчишка. Он почему-то странно задержал свой взгляд на подвеске, но после поспешно поднявшись, побежал дальше. СССР проводил его недовольным взглядом. Мда уж, приложился он не хило так. И, мысленно обматерив всё вокруг, Саша стал собирать всё в кучу. Но почему-то образ этого паренька плотно врезался в его память. Эти русые взлохмаченные волосы, странный, не свойственный для такой тёплой погоды шарф, закрывающий половину лица, зелёные, как у Союза, глаза… Это всё было чем-то знакомым, но Совет не мог ничего вспомнить. И, ради интереса, он посмотрел вслед незнакомцу и заметил, что тот подбежал к какому-то мужчине, тоже показавшимся знакомым. Чёрные, как смоль волосы и бледная, больше аристократическая кожа. Мальчишка схватил его за руку и, что-то проорав, повёл прочь. «Да блять, что здесь происходит, - проворчал Советский и решил выбросить эту ситуацию из головы, а после, напоследок, отдёрнул самого себя - Мы решили начать новую жизнь, так что плевать на это всё.»***
Дальше ничего странного не происходило. Коммунист спокойно, неся тяжёлый пакет, зашёл домой, где его встретил нарушавший кроватный режим Клаус. Саша, немного улыбнувшись, поставил покупки на стол и решил пока что не прикапываться к Рейху, у которого почему-то было на удивление хорошее настроение. Друзья перебрались на кухню и немец немного хрипло в шутку пожаловался, что Союз не купил ему любимое мороженое. И вот, поедая приготовленные Советом сырники, бывшие страны вновь завязали беседу. Коммунист как бы невзначай рассказал нацисту о ситуации в магазине, но тот, по своему обыкновению, отмахнулся и заверил, что всё это чушь и не стоит забивать подобным голову. Хотя, возможно, он был прав. Дальше друзья полностью забыли об этом, и фриц, неохотно приняв лекарства, ушёл в свою спальню. А Саша остался за столом на дольше, сидя перед листом бумаги и грызя другой конец ручки. Он сам не знал, что хотел. Просто думал о чём-то постороннем. И лишь через минут пятнадцать, оставив на бумаге лишь криво нарисованное подобие на пейзаж, удалился. На том самом месте, которое изобразил Союз, когда-то в детстве, ещё будучи маленькими детьми, играли они с будущим фюрером. Тогда жизнь была такой светлой, свободной… Но сейчас всё по-другому. И вот дверь в комнату спящего Третьего чуть приоткрылась, и в неё осторожно заглянул Совет. Убедившись, что друг спит, Советский тихо подошёл к его кровати и, накрыв Клауса дополнительным пледом, так же неслышно ушёл.
