Рыцарский турнир (Хехеата/Хелиас)
15 октября 2024 г., 19:35
Когда родители объявили о помолвке, Хехеата сначала обрадовалась, что её не женят на старом Салазаре, а потом взгрустнула, что новый жених будет нежнее розочек, растущих в саду перед теремом. Однако делать было нечего, пришлось смирится. Мать её подбадривала:
— С таким характером, как у Хелиаса, вы по крайней мере друг друга не поубиваете. Но имей в виду, обижать его нельзя. А вот учить уму-разуму — только в путь.
Хехеата на это кивала и старалась не задумываться слишком наперед. До обещанной свадьбы было еще восемь лет, большую часть из которых она собиралась посвятить становлению княгиней и воином.
Время шло, редкие в Часовце деревья то ароматно цвели, то сбрасывали с себя золотые одежды. Меч всё привычнее лежал в руке, служа орудием прилюдной казни. Старший брат, Мефестэль, покинул родной дом, и в княжеском тереме стало в разы холодней, печальней и беспросветней. Хехеате уже в двенадцать приходилось самой справляться с новыми обязанностями, в число которых входили: контроль за городской стражей, ведение расследования при суде и свидания с женихом. Трудней всего ей давалось последнее.
Жених же был, казалось, и рад. У него были длинные каштановые волосы, собранные в аккуратный хвост, глаза, полные интереса и очень мягкий голос. Хелиас с детства создавал впечатление спокойного и добродушного юноши, и этого в нём не убивала даже мрачная атмосфера военного города.
На одном из упомянутых свиданий они гуляли по единственному живописному холму в округе. Вид с него разворачивался на извивающуюся по земле Двойку, вдалеке вливавшуюся в море, и земли озмаэн, что чередовались лугами и лесами.
Тогда Хехеата прогуливалась, приковав взгляд к собственным сапогам, и лишь иногда поглядывала на солнце, считая отведенное на свидание время. За поясом у неё как всегда был одноручный меч, а на плечах — накидка из медвежьей шкуры. Вдруг Хелиас беспечно сказал:
— Когда мы только в город вошли, мне так жутко стало от собак-ищеек. Свирепые, да на меня взгрызлись отчего-то.
Расслышав это, Хехеата встала как вкопанная и нахмурилась.
— Ты как выжить здесь собираешься, если тебя напугать может даже псина? — вырвалось у неё более резкое, чем положено.
Хелиас, не сразу заметив, что рядом с ним больше никто не шаркает, огляделся. И, столкнувшись с чересчур хмурым выражением лица спутницы, понял, что чем-то её разозлил.
— Ну, у нас в Чаркани таких не встретишь, — он неловко поправил свой пояс.
Хехеата достала из ножен меч и скомандовала:
— Вооружись. Пока не ранишь меня хоть раз, мы не уйдем отсюда.
Они стояли на лужайке, с которой пара тропок вела в разные части города. Солнце едва катилось по небосводу к полудню, а сосны шелестели, подвластные осеннему ветру. Лезвие меча засверкало, слепя глаза, и фигура Хехеаты была неподвижна.
Хелиас предложил:
— Может, для подобного нам стоит вернуться к крепости? Там же и выберем судью на поединок. Правда, я бы предпочел обойтись без этого… — глядя на то, как Хехеата продолжила сверлить его взглядом, полным решимости, смирился, — …я принимаю вызов, ваша Милость, — и тоже достал меч. Сражаться его учили, как и любого благородного княжича. Постольку, поскольку надо было для этикета и самообороны. А посему первый поединок между обрученными завершился тем, что меч Хелиаса вонзился в землю, а к груди его было приставлено остриё чужого клинка.
— Вставай, — слышал он холодное трижды или четырежды ровно до тех пор, пока не наловчился и не задел Хехеату по бедру. Ткань на штанине порвалась, самую малость оголяя кожу. Увы, на свидания не пристало наряжаться в доспехи.
— Наконец-то, — только и вздохнула она, довольно глядя на разрез. Затем убрала меч в ножны.
Хелиас замучался за это время так, что пряди волос липли ко лбу, а дыхание было сбито к чёрту. У невесты-то напротив, разве что появилась небольшая одышка.
— Пойдем, — Хехеата снова скомандовала и развернулась, резвым шагом направляясь к княжьему терему. Только её волосы и развевались на ветру, короткие и спутанные, а шаг почему-то стал резвее, будто она сдерживалась от того, чтоб идти вприпрыжку.
