writober 2024

      Река медленно текла вдоль деревни Луминэйлон, отражая яркие отблески летнего солнца. День был насыщенным: эльф по имени Ким Сокджин знакомил их с каждым уголком поселения, рассказывая истории чуть ли не о каждой мелочи, попадающей в их поле зрения. Юнги устало закатывал глаза, давно желая отдохнуть от чужой энергии и хотя бы ненадолго остаться наедине с собой, в то время как Чонгук внимал каждому слову высокого эльфа, бегая за ним хвостиком.       — На этом берегу мы обычно занимаемся стиркой, — всезнающе указал на каменистое мелководье Сокджин.       Видя, как эльф собирался начать новую историю, Юнги резво перевёл тему:              — Сокджин-ним, — обратился с вымученной улыбкой, — как мудрый и проживший столько лет эльф, уверен, что вы сможете помочь нам в наших поисках.       Эльф развернулся лицом к Чонгуку и Юнги, и последний готов был в очередной раз закатить глаза от заворожённого вздоха младшего. Просто Мина раздражал Ким Сокджин. Было что-то в его изящных чертах лица, длинных, как струящиеся нити серебра, волосах, грациозной осанке, было что-то… Ах да — то, как восторженно на него смотрел Чонгук. Юнги было стыдно признаться даже самому себе в этой необоснованной ревности. Ведь если подумать Чонгук на всё диковинное и новое смотрел с небывалым интересом, однако нежащийся в лучах обожания Сокджин действовал ему на нервы до скрипа в зубах.       — Мы ищем умелого кузнеца для заказа индивидуального меча для моего Чонгуки, — Юнги несвойственно себе собственнически взял под руку смутившегося Чона.       И, чёрт возьми, безразличие эльфа будто раздражало лишь больше. Все старания Юнги показать «он мой» были проигнорированы.       — Думаю, я могу подсказать одного конкретного… А какого типа меч вам нужен?       — А, — вскрикнул Чонгук, которого из любовавшегося оцепенения вывел толчок локтем в бок от Мина. — На самом деле ничего особенного? Наверное, я бы ограничился мечом с магией, усиливающей физические характеристики.       — Есть один гном… — было видно, что Ким сомневался, стоит ли ему предлагать этот вариант. — он рукастый и создаёт оружие, которое больше ни у кого не сыщешь…       — Но? — нетерпеливо подогнал Юнги.       — Он жуткий упрямец и с ним сложно расплатиться. Было время, что у него в должниках оставались даже влиятельные дворяне. И у него чудаковатое видение искусства, поэтому попросить именно свой дизайн практически невозможно, — проворчал эльф.       Чонгук моментально приуныл, и только выпяченной и подрагивающей губы не хватало, чтобы слабое по отношению к этому юноше сердечко Юнги остановилось.       — Конечно есть и другие кузнецы, но этот и близко к нашей деревни живёт и действительно лучший, кого я видел за свою прилично долгую жизнь.       — И что же такого он может запросить в качестве платы за магическое оружие? — Мин пристально посмотрел Чонгуку в глаза. — Сумма не проблема, — сказал с уверенностью, готовый переступить через просьбу младшего не помогать ему с вопросами, касающихся финансов.       — Хён, — прошипел Чонгук, он ни за что не возьмёт денег от Юнги.       — Оу, деньги его не интересуют, и тем более человеческие. Этот старый фанатичный пердун давно ещё просил волос с моей великолепной шевелюры, — эльф картинно взмахнул переливающимися в лучах солнца волосами. — По вашим скошенным лицам могу предположить, что вы даже близко не представляете, что из себя представляют эльфийские волосы, — ухмыльнулся Джин.       Чонгук мелко и быстро покачал головой, округлёнными глазами ожидая продолжения.       — Ну кроме того, что добавление волоса эльфа в сплав сделает металл невероятно прочным, у него ещё есть некоторые сомнительные применения, о которых я предпочту умолчать. Секрет фирмы так сказать. И конечно же ни один наш эльф просто так вам не подарит свой волос. Это как у единорога слезу попросить, — хмыкнул.       Сокджин с наслаждением наблюдал смену многочисленных эмоций на лицах магов, которые не представляли, что их может такое ожидать.       — Ну если вы окажете мне услугу, — немного подождав момента усилившегося отчаяния, продолжил Ким, — я бы отдал вам пару волосинок для самого оружия и в качестве платы кузнецу.       — Правда? Я сделаю, что угодно! — воскликнул Чон, ухватившийся за возможность.       — О какой услуге идёт речь? — Юнги положил ладонь на плечо подпрыгнувшего Гука.       — Да так, — неопределённо взмахнул рукой Сокджин. — Починить там, собрать сям и тому подобное. Вам могло показаться, что здесь всё прекрасно, но некоторые сооружения держаться на честном слове, и нам не помешала бы физическая мощь юного мага.       — Хах, раз плюнуть, — самодовольство Чонгука ещё не представляло, что его ждёт…       Небо постепенно темнело, окрашиваясь в золотисто-оранжевые оттенки. Чимин сидел на небольшом холме у реки, позволяя лёгкому ветерку трепать его чёрные волосы. В руках он держал венок из луговых цветов, который сплели местные дети. Несмотря на недавние метания ему было спокойно: природа, щебет певчих птиц, аромат свежей травы.       Внезапно идиллию нарушили быстрые шаги. Чимин обернулся и увидел Тэхёна, запыхавшегося и раскрасневшегося от бега. Его волосы, растрёпанные и всё ещё украшенные мелкими цветочками, постоянно обновляющимися благодаря детишкам, блестели в лучах заходящего солнца.       — Так вот ты где, — с тяжёлым дыханием Тэхён плюхнулся рядом, раскидывая длинные конечности в стороны.       — Искал меня? — игриво спросил Чимин, вплетая в пальцы кудри Кима и убирая оттуда божью коровку.       Тэхён поднял указательный палец, грузно переводя дыхание, будто готовый откинуться в любой момент, вызывая смех Пака. Отдышавшись, Ким повернулся набок, принимая позу соблазнителя с оттопыренной попкой и согнутой в колене ножкой.       — Ну что? Тебе нравится в этой деревне?       — Ага, — умиротворённо выдохнул Чимин. — Я бы немного поубавил яркость, а то глаза слепит даже ночью. Однако тут так спокойно… и эльфы такие дружелюбные, кто бы знал, — хихикнул, вспоминая, как радушно их приняли месяц назад, позволяя знакомиться с местной культурой и обычаями. — Идеальное место, чтобы подумать вдали от всего мира.       Рядом лежащий Тэхён наблюдал, как Чимин в очередной раз за их путешествие погрузился в свои мысли, и Чимину не обязательно было говорить что-либо в такие моменты — Тэхён понимал его без слов.       — Однако жить тут было бы безумно скучно, скажи?       — Ага.       — Кто же будет надирать задницы злобным существам, ну и студентам заодно, если не мы? — спросил со смешком, поднимаясь с места и протягивая ладонь Паку.       Тэхён резво поднял Чимина на ноги, отчего тот врезался прямиком в его объятия.       — Ты какой-то взволнованный. Случилось что-то?       — Ничего, — ответил Тэхён, глядя на него с искрящимися глазами. — Просто доверься мне.       Ким потянул его в сторону поселения, не отпуская ладонь. Они шли по деревне, и только тогда Чимин начал замечать перемены. Повсюду были развешаны ярко-красные ленты, лотки были украшены цветами, а вдоль улиц зажжены магические парящие фонари, испускающие мягкий золотистый свет. В воздухе витал запах ароматных благовоний, смешанный с дымком костров.       — Что здесь происходит? — удивился Чимин, останавливаясь.        Тэхён повернулся к нему, подходя ближе.       — Позволь мне осмелеть, — прошептал он, гладя большим пальцем ладонь Чимина. — Пак Чимин, выйдешь за меня сегодня?       На мгновение мир словно замер. Глаза Чимина расширились от удивления, в них отражался сияющий, влюблённый Тэхён. Не сомневаясь, он улыбнулся и тихо произнёс:       — Конечно, да.       Чимин позволил потянуть себя сквозь толпу в их временное пристанище, где Ким успел заготовить одежду для предстоящей церемонии.       Закатное солнце уступило место звёздам, которые осыпали ночное небо, пока Тэхён и Чимин шли сквозь жителей деревни, направляясь к алтарю. Их провожали взглядами и радостными улыбками, а магическая музыка, льющаяся из струнных и духовых инструментов, добавляла моменту волшебства.       Алтарь располагался на возвышенности среди не закрывающих небосклон деревьев, которые, казалось, светились изнутри. Земля была усыпана лепестками, которые мягко шуршали под ногами. На вершине красовалась арка, окутанная лианами цветов. И луна начинала окрашиваться в багровый оттенок.       У самого алтаря Чимин и Тэхён заворожённо следили, как жрец обвязывал их сцепленные в локтях руки магической лентой, ало сияющей в ночи. Жрец, одетый в длинные одеяния, украшенные вышивкой звёзд и луны, поднял ладони к небу и начал молитву. Слова текли рекой, жители с трепетом наблюдали за создающимся у них на глазах союзом, Чонгук не сдерживал слёз радости за своих друзей, постоянно вытирая новые капли, и Юнги рядом обнимал его за плечи, наблюдая за ними с гордой улыбкой.       — Чимини, мой прекрасный, любимый Чимини — свет мой, звёзды мои. Ты был тем, благодаря кому я познал каково это любить и быть любимым. Знаю, что сейчас ты скитаешься в поисках себя, и как тяжело тебе бывает. Позволь мне быть твоей опорой, позволь разделить с тобой все тяготы и трудности. Позволь дарить тебе счастье, смех, улыбки. Ты — всё, что я даже не представлял, что ищу в этом мире, и больше мне ничего не нужно. Что бы ты ни выбрал, я последую за тобой хоть на край света. Что бы ты ни сделал, я возьму тебя за руку и пройду с тобой все испытания. Ты — моя вселенная, мой дом, моё сердце.       Слова Тэхёна звучали искренне и трепетно, поразив Чимина всей душой. Тэхён всегда был таким — таким любящим, таким принимающим, доверяющим и всецело преданным.       — Такой глупый, — прошептал сорвавшимся голосом. — Делать смыслом жизни человека это так неразумно… Становиться от него зависимым может погубить тебя, но ты… — глаза Чимина прослезились, и брови заламывались, как бы он ни старался сдержаться. Он улыбнулся и склонил голову к свободной от ленты ладони Тэхёна, который стал нежно стирать его слёзы. — Благодаря тебе… — что бы ни случилось с ними дальше, Чимин был уверен, что они справятся со всем. — Я даже не представлял, насколько любовь может быть прекрасна. Ты дал мне понять, что быть уязвимым не страшно. Ты научил меня верить в лучшее. И сегодня я уверен, что мы вместе справимся со всем. Я люблю тебя, Ким Тэхён.       — Я люблю тебя, Пак Чимин.       Следуя указаниям жреца, они взяли церемониальный кинжал. Оба сначала прокололи большие пальцы и нарисовали кровью символы солнца и луны на лицах друг друга. После чего рассекли друг другу ладони и соединили их, смешивая кровь.       — Теперь наша кровь едина, как и наши души, — прошептал Тэхён.       Их губы встретились в поцелуе, который символизировал завершение церемонии и начало их общего пути.