Поощрение для лучшего командира

Брок машинально поправил ремень, и снова оглядел помещение. Уютный холл, сдержанные цвета, много зелени, сразу и не поймёшь, что бордель. Но именно бордель это и был. Элитный, для функционеров Гидры высокого ранга. Брок и раньше догадывался, что такие существуют, но попал впервые, и теперь одновременно испытывал предвкушение и ждал подвоха. Поход в бордель стал поощрением. "Дельта Страйк" с Броком во главе провернула одно дело, до снятия с которого грифа «Совершенно секретно» Брок, вероятно, не дожил бы, даже если сменил бы профессию. Впрочем, в этом случае — особенно: отставки в Гидре не поощрялись. За секретную миссию награда тоже была тайной. Броку назвали время и место, он с бойцами приехали в неприметной гражданской одежде к самому обычному офисному зданию. На нужном этаже их встретил менеджер, похожий на личного помощника большой шишки, и представил бойцам несколько весьма привлекательных девушек, одетых исключительно в нижнее бельё. Девчонки были на любой вкус и с любым цветом кожи. Парни оживились, быстро договорились, кто с кем идёт. А вот Брока менеджер отвёл в сторонку и предупредил, что для него приготовлено нечто особенное. Бойцы разошлись, а Брок все ещё разглядывал холл и ждал сюрприз. Наконец, лощеный хлыщ вернулся и повел Брока в «особое крыло, только для наших лучших командиров». Два поворота, усиленная дверь с биометрическим замком. Обещанный сюрприз нравился Броку всё меньше, а ведь он её пока даже не видел. Что ж, подвоха он ждал не зря. Менеджер гостеприимно открыл дверь третьей слева комнаты и пропустил Брока вперёд. В центре огромной кровати лежал обнаженный мужчина. Ну как мужчина, парень, гораздо моложе тех девиц. Брок от души понадеялся, что он хотя бы совершеннолетний. Хлыщ тоже вошёл, и Брок машинально снова встал у выхода, перекрывая тот, как привык на службе. — Я предпочел бы ваше обычное крыло, — сказал он с нажимом. Расстрельную статью за гомосексуальные связи в стране никто пока не отменил. Да даже и без неё он никогда и не интересовался парнями, риск того не стоил. — К сожалению, все наши девушки заняты вашими бойцами. Но не переживайте, он отлично обучен и очень постарается доставить вам удовольствие. Молодой человек искренне расположен к офицерам Гидры. Видите ли, — менеджер доверительно понизил голос, — он из семьи врагов Гидры. Его должны были казнить вместе с родителями, но, учитывая его молодость, дали возможность искупить свою вину перед нашим справедливым режимом. Брок внимательнее оглядел «молодого человека», почти мальчишку. Шлюху в нём выдавали только искусно подведенные светлые глаза и непривычно длинные, до плеч, волосы. Волосы на теле у него то ли не росли пока, то ли были сбриты, если бы не отсутствие груди и не ширина плеч, его вполне можно было бы принять за девушку. Симпатичную девушку. — Отдыхайте, у вас ровно час. Баки будет рад обслужить вас. Что-то шевельнулось в углу, и Брок заметил ещё одного парнишку, прятавшегося за массивным вычурным трюмо. Рука дернулась к оружию, но кобура была пуста, пистолет остался в сейфе на входе — О, это Стив, — менеджер небрежно махнул в сторону низкорослого тощего и носатого второго, — перед Гидрой чист, может уйти в любой момент, в число персонала не входит. Эта последняя новость Брока порадовала, на такого цыпленка у него даже во имя Гидры не встало бы. — Может он тогда выйдет? — рискнул спросить Брок. — А вы попробуйте его выгнать, — вдруг зубасто ухмыльнулся менеджер, — Стив бывший сосед Баки, так сказать, друг детства. Вцепился в него, как клещ, так их вдвоём и привезли. С тех пор тоже живёт здесь. Он не мешает Баки выполнять его служебные обязанности. Улыбка у менеджера стала откровенно мерзкой, и Брок представил, что именно могли сделать с Баки, чтобы его строптивый друг смирился. — Отдыхайте, — снова с нажимом произнес менеджер, и Брок отступил, позволяя ему выйти. Дверь с щелчком закрылась. Очень хотелось выругаться, но было нельзя, камеры с микрофонами, которыми тут всё должно быть утыкано, запишут каждое слово. Брок неплохо знал логику работы Гидры. И, если следовать этой логике, Брока, похоже, ждало повышение. Иначе зачем на него потребовался такой компромат? Выебет он мальчишку, и запись осядет в нужном сейфе, будет лежать там, как страховка от его, Брока болтливости или необдуманных поступков. Откажется — и определенные выводы тоже сделают. Тупые служаки в Гидре обычно остаются пешками. Баки смотрел в стену. Так же, не глядя на Брока, он вдруг поднял руки, погладил свою шею, а потом повёл ими ниже, ущипнул себя за соски, погладил ещё ниже, ребра, впалый живот, подтянул ноги. Ладони его скользнули в пах, развели колени. Между ягодиц виднелся розовый стопор анальной пробки. Вот и решилась проблема с подготовкой. Брок спинал с ног кроссовки и потянул вверх футболку. *** К тому моменту, как Брок разделся, Баки стоял на четвереньках. Руки он сунул под подушку, уложил на неё голову и чуть покачивал задницей. Колени он расставил пошире для устойчивости, так что Брок видел безволосую промежность и невозбужденный член. Пожалуй, это была проблема. Недобровольность Брока не заводила. Под ним, случалось, орали, но не от боли. Баки отвернулся от трюмо, за которым притаился его приятель, Брок тоже старался в ту сторону не смотреть, забыть о ненужном свидетеле. Брок сосредоточился на темных волосах, рассыпавшихся по подушке, на нежной щеке, на том месте, где у самого позвоночника на спине были две родинки. Он взял с тумбочки и положил на постель флакон смазки и пакетик презерватива, сел на постель, запустил пальцы в шелковистые волосы. Мальчишка зажмурился и закаменел, Брок перебирал пряди, настраивался. Он справится. Они оба справятся. Наверное, больше всего это напоминало массаж. Брок гладил-расслаблял распростертое перед ним тело, привыкал к его запаху, следил за малейшими реакциями. Постепенно, каменная твердость ушла, Баки не обмяк на постели, но уже не был натянут как струна. Брок потянул его на себя, и Баки поддался, но снова напрягся и замер, только тогда Брок вспомнил о пробке. — Ляг, — шепнул Брок любовнику, тот с облегчением послушался. Сразу за стопором было расширение. Хорошо, что Брок потянул пробку осторожно, а не рывком. Он выпустил стопор, растер поясницу и ягодицы, снова и снова, начиная заводиться сам. Хотелось целоваться, и Брок поцеловал ямочки у крестца, потерся щекой о поясницу. И снова взялся за пробку. Брок потянул на себя, тонкая кожа входа натянулась выворачиваясь. Он щедро набрызгал смазки на показавшуюся часть пробки и втолкнул её обратно. Дополнительная смазка попала не слишком глубоко, пришлось повторить, вытянув стопор чуть больше. Ширина пробки впечатляла. Баки тяжело дышал, словно Брок его уже трахал. А ведь трахал. Какой-то хернёй, застрявшей в его теле, растягивающей края нежной припухшей дырки. Возможно дело было не только в дырке, возможно херня задевала что-то внутри. Возбуждение наконец-то догнало Брока, горячо прокатилось от затылка вниз, так что член заломило от прилившей крови. — Подожди, детка, сейчас тебя освободим. Броку было все равно, если он насмерть уделал смазкой дорогое бельё. Зато пробка уже ходила в Баки достаточно свободно, и Брок не опасался вывернуть его ей наизнанку. Решив, что пора, он потянул пробку, медленно преодолевая сопротивление мышц. Кожа входа натянулась, показался внутренний розовый край, пробка раскрыла его ещё шире, и кожа совсем истончилась растягиваясь. Брок завороженно погладил дырку на границе с пластиком, и Баки всхлипнул громко. — Ещё немного, детка, — Брок надеялся, что не обманывает. Утолщение наконец закончилось, и Баки стало легче, но пробка всё не кончалась. Это оказалась и не пробка даже, скорее дилдо, и весьма впечатляющих размеров. Зато теперь Брок мог быть уверен, что его Баки сможет принять без особых проблем, раз уж для разминки в него загоняют такое. Возбуждение и не думало спадать, но Брок не торопился. Дав Баки отдышаться, он поднял его. Теперь Баки сидел на коленях, и можно было прижаться грудью к его спине, и обнимать, гладить всего. Даже плевать уже было на отсутствие груди. Случались у Брока и плоскогрудые девчонки — невелика разница. Баки откинул голову на его плечо, и Брок поцеловал мягкую щеку, отвёл от лица волосы, повернул к себе и поцеловал уже в губы. Баки, кажется, удивился, но ответил. Несмотря на то, что Броку нужно было сделать, целовал он ласково, гладил нежно, выбора не было у обоих, Баки в его неприятностях точно не был виноват. А потом Брок увлекся и больше не думал ни о чём. К тому моменту, когда он раскатал по члену презерватив, забылся и Баки. После здоровой елдовины Баки так и не закрылся до конца. Брок почти без сопротивления вошёл в него и чуть не до крови прикусил губу, чтобы не кончить немедленно, очень уж оказалось приятно. Баки тесно сжимал его, привыкая, и Брок замер, давая ему время. Баки снова встал в коленно-локтевую, но Брок хотел его ближе, хотелось не придавливать, а обнимать, и он опять потянул Баки к себе. Баки нравилось неглубоко, Брок это по его изменившемуся дыханию слышал, и он сжимал зубы мелко и часто толкаясь. Баки сжимался так, что в глазах искрило. Брок не сразу разобрал в его всхлипах чужое имя: — …ив, Стив… Парнишка, о котором Брок почти забыл, обеспокоено смотрел из своего угла. Странно, сейчас он показался Броку почти симпатичным. Может, из-за того отчаянного желания, которое Брок читал на его лице. Он сам не понял, зачем подмигнул ему. Броку случалось участвовать в групповушках, но не под бдительным оком Гидры. Он запустил руку в волосы Баки и начал целовать его в шею, почти забыв о том втором. Баки вдруг застонал высоко, тонко и выгнулся в его руках. — Тш-ш-ш, детка. Брок немного выплыл из сладкого тумана, решив, что нечаянно причинил боль. А оказалось, что у него просто появился нечаянный помощник. Стив забрался на кровать и теперь ласкал Баки с явным знанием дела. — Давай, сделай ему хорошо, парень, — подбодрил Брок: похоже, терять ему было уже нечего, и это ещё сильнее заводило. Он толкался в Баки, который теперь сжимался ещё сильнее и хаотичнее, и сладко скулил в его руках. Забывшись, Брок толкнулся несколько раз сильно и глубоко и кончил. Следом содрогнулся Баки. Из блаженного тумана Брок выплыл из-за чужого шёпота. Слов было не разобрать, цыпленок Стив что-то говорил Баки и беспорядочно целовал его лицо. Брок вдруг почувствовал себя лишним: для него это был служебный визит, а у мальчишек явно личное, и как бы из-за его дурной подначки не вышло для них хуже. Предупредить он их не мог, да не маленькие, сами должны понимать, так что Брок поднялся и пошёл в душ. Когда освеженный и одетый Брок вернулся в комнату, Баки сидел, прислонившись к изголовью, завёрнутый в одеяло, как в кокон. Видимо, решил, что уже можно. Стив сидел рядом, но не целовал больше, а словно охранял. Будто и впрямь мог что-то сделать для своего друга. Брок посмотрел на часы, его время почти истекло. Он пошарил по карманам, нашёл маленькую шоколадку и бросил Стиву. Тот поймал. Дверной замок щёлкнул, Брок был свободен. А эти двое — нет. *** Повышение получил не только Брок, не зря их всей группой поощряли. Дельта заменила Бету: куда делась Бета дураков спрашивать не было, и задания посыпались одно другого сложнее. А вот походом в бордель их больше не поощряли, видимо, в первый раз наснимали достаточно. Брок почти забыл о том визите. Подумаешь, видеосъемка: Гидра каждого держала на крючке, за ним водились грехи и посерьёзнее, но пока его полезность для организации перевешивала остальное. Он старался держать нос по ветру и ради себя, и ради своих ребят. Боевым группам информацию строго дозировали, но смутные слухи об эксперименте по созданию суперсолдат дошли и до них. Эксперимент удался, Брок даже знать не хотел, с которой попытки. Но, видимо, всё было не так просто, если ряды идеальных солдатиков не заменили Брока и его ребят, и он успокоился. Бета стала Альфой, потеснив группу Рамиреса. А потом новости покатились валом, потому что единственный получившийся суперсолдат, оказалось, сам себе был армия. Он уничтожил верхушку Гидры. У него и ушло-то на это, по слухам, всего несколько часов. Он даже не стрелял, сворачивал шеи голыми руками. В принципе, Брок его понимал: зачем оставаться пешкой, если можешь стать королём. Брок начал поднимать связи, самое время было двинуть с ребятами в Мексику, но не успел. Чертов супер, наскоро запугав политиков, явился в Трискелион лично принять присягу бойцов. Брок ждал своей очереди. Ждал с утра, а сейчас уже солнце катилось к закату. Оранжевый свет заливал окна, а Брок раздумывал, не последний ли закат он видит. Входящие и выходящие из бывшего кабинета Пирса, а теперь кабинета Капитана Гидры, не смотрели на него, словно его уже не было. Брок пару раз выпил кофе из кофейного автомата, живот подводило от голода, но автомата с сэндвичами на этом этаже не было. Он ушам своим не поверил, когда услышал знакомые голоса. "Альфа Страйк" явился в полном составе, и сразу оттеснил остальных к стенам. — Ты здесь, командир? Мы уж думали тебя с остальными давно приняли. — Балда, это ж хорошо, вместе зайдём! — Чего расшумелись? — осадил их Брок, и бойцы поняли, сделали морды кирпичами, окружили его коробочкой и замерли статуями — Группа «Альфа Страйк», можете пройти в кабинет, — раздалось из селектора. Брок растолкал парней плечами, вышел вперёд, и они зашли. Капитан сидел в знакомом кресле Пирса как на троне. Большой стол для совещаний куда-то вынесли, так что кабинет казался пустым. Только черный трон с безупречной фигурой Капитана и мужчина в чёрном за его левым плечом. Капитан здорово Броку кого-то напоминал. У него была хорошая память на лица, но сейчас он никак не мог ухватить догадку за хвост. Он никогда не видел этого лица, почти скульптурного в своей правильности, со светлыми голубыми глазами, прямым носом, розовым ртом и жёсткой линией подбородка. Но, возможно, он встречал того, кем был Капитан до? Группа "Альфа" четко и ясно, как один человек, произнесла слова присяги, и Капитан милостиво наклонил голову и даже чуть улыбнулся. Брок ждал, что сейчас им скажут: «Можете идти», — ждал, но не особо в это верил. Особенно, когда стоящий за креслом человек сделал шаг вперёд. Сейчас он был одет, затянут в черную со множеством узких ремешков-застёжек куртку, чёрные карго и чёрные же ботинки. Даже на руках были перчатки, и Брок мог его понять, потому что в остальном Баки почти не изменился. Конечно, он повзрослел за десять лет, но вряд ли ему хотя бы тридцать исполнилось. У него были те же глаза, тот же рот, даже волосы по-прежнему достигали кончиками плеч. И, ей-богу, Брок обрадовался, что он выжил и выбрался со своей бессрочной каторги. — Вы можете идти, — насмешливо сказал Капитан, сердце Брока успело сделать два удара, прежде, чем он добавил: — Мистер Рамлоу, вас я прошу задержаться. Бойцы выходили из кабинета, а Брок, уже не скрываясь, разглядывал вставшего из кресла-трона Капитана. Его широкие плечи, узкие талию и бедра, длинные ноги, но прежде всего лицо, с породистым носом, бывшим когда-то просто длинным. Губы сами собой шевельнулись, беззвучно произнося имя. Капитан улыбнулся, и Брок вдруг понял, как это будет: Стив лично свернул шеи всем, кто трахал его Баки. Трахал, когда Баки не мог отказать, а он — защитить. Брок остался последним, потому что он — мелкая сошка. Но сейчас Капитан подойдёт к нему и свернет шею, а Баки будет смотреть. Он перевёл взгляд на Баки, и в этот момент Баки облизал губы. Воспоминания и вспыхнувшее вдруг желание жить сыграло с Броком дурную шутку. У него встало — быстро и крепко, как тогда. И они оба заметили, переглянулись. Теперь улыбнулся и Баки. Но от его улыбки почему-то не продирало морозом по коже. — Мне говорили, вы человек многих талантов, мистер Рамлоу. — Капитан не подошёл, вместо этого он расстегнул верхнюю застёжку своей формы, потом следующую. — Некоторые из них Я предпочел бы проверить лично. Лицо Капитана оставалось бесстрастно, а в глазах черти плясали, отчего он больше совсем не напоминал статую. В нём почти стал виден тот мальчишка. Брок молча стянул форменную футболку. В этот миг он ничего не боялся и чувствовал себя лет на десять моложе. И совсем не возражал кое-что проверить. *** Когда через несколько дней Брок зашёл в спортзал, где разминалась "Альфа", его встретили как воскресшего из мертвых — гробовым молчанием. Полминуты прошло, не меньше, прежде чем открылся рот для первого вопроса. — Смирно, бойцы! — скомандовал Брок, и все тотчас вытянулись в струнку. Брок с удовольствием оглядел знакомые лица, он успел здорово по ним соскучиться. — Сегодня тренировка по расписанию, а после неё приводите себя в порядок и собираете вещи. "Альфа Страйк" меняет место постоянной дислокации — нас переводят в столицу. — Брок выдержал паузу и добавил: — Кстати, мы больше не «Альфа Страйк», мы теперь — личная гвардия Капитана. — Гвардия? Командир? Бойцы заговорили все разом, и Брок поднял руку, призывая к молчанию: — И жалование тоже гвардейское! Вот теперь ему поверили. Брока окружили, поздравляли, хлопали по плечам, смеялись. — Тренировка по расписанию, — напомнил Брок и сам пошёл переодеваться. Джек, его заместитель, зашёл в раздевалку за ним. Посмотрел, как Брок меняет футболку, заодно оценил коллекцию засосов на груди и плечах. — Личная гвардия, говоришь? — уточнил Джек невозмутимо. — Очень личная, — подтвердил Брок и ухмыльнулся. Стив предупредил, что легко не будет: очень многое в Гидре он был намерен изменить, значит будут недовольные. Брок был уверен, что если кто пережил Пирса, то изменения тоже переживёт, он вообще смотрел в будущее с оптимизмом. С некоторых пор служба в Гидре ему действительно нравилась.